We are bulletproof

Намджун поздно вечером вернулся в общежитие и без сил упал на кровать. Тренировки его знатно измотали. Соседей по комнате не было, а значит можно немного поспать без привычного шума. Ким начинал сомневаться, правильно ли он сделал, записавшись в стажёры. Прошло внушительное время, но никаких изменений не последовало. Парень услышал, как скрипнула дверь, и кто-то вошёл в комнату. Скорее всего, вернулся кто-то из соседей. — Чего разлёгся? — послышался незнакомый голос. — Эй, ты живой? Ким лениво преподнося на кровати и взглянул на собеседника. На вид он был старше его на год. Парень окинул взглядом комнату и присел на соседнюю кровать. — Одного из трейни вышвырнули, а меня переселили сюда, — объяснил незнакомец, вытягиваясь на койке. — Приятно познакомится, — выдавил улыбку Джун. — Ким Намджун. — Мин Юнги, — он даже не повернулся. — Сколько тут уже? — Меньше года, — Ким с интересом следил за новым соседом. — А ты новенький? — А я вообще на продюсера шёл, — буркнул Мин. — Но, как видишь, не сложилось. Да, новенький. Считай, как хочешь. Юнги потянулся и уставился в потолок. Повисла тишина, нарушаемая звуками из соседних комнат. Намджун прикрыл глаза, в надежде подремать. Новый знакомый оказался неразговорчив, что невольно радовало. Прошлый сосед был младше Кима чуть ли не на два года, и парню всю ночь приходилось становится участником бесконечных разговоров. Намджун втайне даже был счастлив, что паренька отстранили. Через час пришли и остальные, не обратив особого внимания на Мина. Тишину разрезали разговоры, обсуждения чего-то. Привычная атмосфера, ставшая какой-то родной. Юнги участия во всеобщем веселье не принимал, всё время сморя что-то в телефоне. Киму не было до него никакого дела, как и до остальных. Завтра обещали тяжёлый день, а значит самым важным занятием сейчас было хоть немного выспаться, что просто невозможно с таким-то графиком. Немного успокаивало то, что скоро короткие выходные. Судя по отрывкам разговоров, компании всё-таки удалось затянуть Юнги в разговор. Тот отвечал нехотя, на отвали. И Джун его хорошо понимал в этом. — Мне скорый дебют обещали, вот и согласился, — сказал Мин. — Да нам всем тут его обещали, — недовольно хмыкнул кто-то. — Верить в чудо — себе дороже. Один хер пробьёшься, так затравить могут, мол подлизался. Тогда хоть убейся — не поможет. Юнги скептически изогнул бровь. Нехотя он признавал, что собеседник прав. Все это — простые, ничего не значащие слова. Особенно, когда у агенства есть успешная группа Glam. Пока они приносят деньги, о трейни и не вспомнят. Следующий день ничем не отличался от остальных. Практически сразу после завтрака начались тренировки, уроки китайского и всё прочее. Во время перерыва позвали несколько стажёров, скорее всего для съёмок клипа. Мелькали сотрудники, менеджеры, редкие актёры. Рутина поглотила с головой. Вечером, за ужином, к Киму подсел Юнги, так как свободных мест просто не осталось. Позже они дошли вместе до комнаты. Разговор не вязался, и каждый занялся своими делами — Мин бил баклуши, Намджун читал книгу. — Ты в каком русле выступаешь? — первым заговорил Юн. — Рэп, — пожал плечами Ким. — Аналогично, — улыбнулся парень. — А лет сколько? — Шестнадцать. Не слишком много вопросов? — Да пожалуйста, — пробубнил старший и отвернулся. Жизнь научила обоих не привязываться к людям. Кто-то приходит, кто-то уходит. У каждого свой, отрицательный жизненный опыт, научивший отпускать. А если ты в музыкальной индустрии, то это первое, что тебе пригодится. Умей проталкивать себе дорогу среди толпы, и тогда, возможно, пробьёшься. Утверждают, что достаточно иметь талант к чему-либо, и тебе всё обеспеченно. Только вот с возрастом розовые очки отпадают, и понимаешь все «прелести» жизни. Пара девушек что-то оживлённо обсуждали, некоторые тренировались, кто-то же просто отдыхал. Джун не знал, сколько времени прошло с прихода Юнги, да и это его не особо интересовало — скоро их пути всё равно разойдутся. Мин был сильно замкнут в себе, и Ким не имел никакого желания доставать его. У каждого свои заботы, и лезть в чужие дела — себе дороже. Юнги хорошо танцевал. Точнее, хорошо — громко сказано. Были танцоры и лучше. Например, примерно ровесник Кима — Хосок, кажется — справлялся с этим куда лучше. Пришёл он недавно, по крайней мере раньше его не видели. У Хосока было прекрасное чувство ритма, двигался он легко и плавно. Ближайшее шоу на выживание, и он точно дебютирует. С Чоном Джун сдружился почти сразу. Он оказался весёлым парнем, часто шутил и поднимал настроение, чего так не хватало в последнее время. Пожалуй, Хосок был единственным человеком, кому уж точно можно было доверять. Они часто коротали вечер у Джуна, немного разряжая атмосферу повседневности. Юнги же недовольно ворчал, так как друзья мешали ему спать. — Ащ, нельзя потише?! — Мин злобно приподнялся на кровати. — Не бесись, хён, — отмахнулся Ким. — Скоро дебютируешь, и разойдёмся. — Поскорей бы, — пробубнил старший. Тянулись дни. Пролетали недели. Среди стажёров начали ходить слухи, что агенство планирует начать отбор участников для дебюта новой группы. Забавно было видеть наивную радость в глазах детей лет 13-14, что надеялись пройти. Юнги знал, что пробиться мало кому удастся, а Джун понимал, что ни о каком отборе пока что и речи не было. Столько раз поговаривали — и ничего.

***

В один из вечеров Намджуна позвал к себе сам Бан Шихёк. Кима это весьма удивило. Что могло понадобиться директору от стажёра? Вечером парень неловко мялся у кабинета. Решившись, он постучал, получив в ответ приглушённое «Входите». — Добрый вечер, — вошёл Джун и поклонился. — Присаживайся, — указал мужчина на кресло. — Дорогой мой, в тебе заложены навыки прирождённого лидера, — без всяких вступлений начал он. — К чему вы клоните? — С финансами у нас сейчас, мягко говоря, плохо, — старший устало потёр виски. — Мы собираем группу. Некоторые участники уже определены. Если знаешь кого-то достойного и талантливого, пожалуйста, сообщи. Только, прошу, без фаворитизма. Парень слушал, затаив дух. Изредка кивал, запоминал все наставления. — Удачи, Намджун, — напоследок сказал Шихёк. — Ты станешь хорошим лидером. Джун попрощался и ушел к себе. Завалился на кровать, размышляя над поручением. Возможно, настал тот момент, ради которого каждый трейни пашет днём и ночью — преддебютное время. На него возлагают надежды, а значит ошибаться нельзя.