я умру сегодня.

Мы ведь начинаем ценить, только тогда, когда теряем? Джисон медленно умирает. Каждый день не имеет смысла. Проснулся, поел, сходил в туалет, учеба и по кругу. Одно и тоже. В чем смысл? Зачем жить, если в конечном итоге мы все умрём? Зачем любить, если любовь только убивает? Зачем? За окном сильно стучит дождь. Капли медленно стекают по стеклу. Парень сидит около окна, всматриваясь в силуэты, гуляющие по мокрому асфальту. Парочки ходят за руки, улыбаются друг другу, а их дети бегают рядом, спотыкаясь о камни, падают прямо в лужи и заливаясь смехом, просят у них помощи, подавая руки. Джисон улыбается до маленьких морщинок на лице, позволяя эмоциям осилить его. Улыбка — редкое явление, которое позволил себе юноша за последний год. И кажется, она последняя. Это совсем не зависть. А может и зависть. У Джисона тоже есть человек, которого он любит. Но их любовь находится совсем на другом уровне. У них нет таких отношений, в которых сидя на мягкой кровати можно сказать любую смешную шутку, либо глупость, и оба мгновенно будут заливаться смехом, падая друг на друга, и щепая за щечки, целоваться под звуки грома и освежающего дождя. Они такими были, но партнёры не ценили. Джисон ни с чего закатывает рукава и принимается рассматривать свои порезанные руки. Каждый шрамик на его теле имеет свою историю. Например: шрам ближе к кисти рук напоминает о дне, когда он вместе с Минхо отправился в лес в поход. Не устоял на ногах и упал, задев руку веткой. С недавнего времени Джисон думает, что Минхо отстранился от него, будто охладел. Не пишет спокойной ночи, не целует на прощание, не обнимает во время прогулки. Отдёргивает руку каждый раз, когда Джи ненароком пытается как-бы случайно взять её в свою. Или это плод его воображения? jisusung: минхо, можешь приехать? мне плохо. | 20:53 mincat: джисон, это который раз за неделю? | 20:53 jisusung: почему ты такой? | 20:54 mincat: какой «такой»? я устал слушать твое нытьё, джи. я люблю тебя, но это переходит все черты. что с тобой происходит? | 20:55 С каких пор Джисон стал думать, что он никому не нужен — не ясно никому. Родители водили парня по всяким врачам, психологам, специалистам, а толку ноль. Он категорически отказывается лечиться и принимать какие-либо препараты, которые прописывают ему специалисты. «Зачем жить, если все равно умру?», — вот такая вот у него позиция. Джисон делает звук громче, не желая больше слышать стук дождя. Его начало это раздражать. Раздражает все. Раздражает его существование. А стоило лишь просто подумать. jisusung: ты? любишь меня? я не верю тебе, хо. ты так говоришь, только тогда, когда тебе что-то нужно. | 20:57 mincat: ты принимал таблетки? ты же так совсем с ума сойдёшь, джи. | 20:58 jisusung: зачем мне жить, скажи, если ад веселей, чем земля? | 21:01 mincat: едешь в дурку? хахахах. | 21:01 Почему он смеется? Что смешного? Он сказал что-то смешное? Парень готов убить его, правда. Джи просто начинает нервно почесывать свои уже ярко-голубые волосы, и не замечает, как стал рвать их на себе. Первая слеза скатилась по щеке, но он быстро её вытер рукавом свитера. jisusung: да, и я | 21:05 Как же больно такое писать. Хан печатает сообщение, вытирая уже ручьем стекающие слезы. Глаза быстро краснеют и набухают. Сердце бешено стучит, на уме одно. Парень быстро подрывается, кидает телефон на кровать и несется открыть окно. Ему нужен свежий воздух, срочно. Ему нечем дышать. Он готов достать легкие и положить их на подоконник, — настолько ему не хватает кислорода. Он дышит каждой частичкой своего тела, рыдая взахлеб, давится собственными слезами и откашливается. После маленькой отдышки, он вновь берет телефон обратно и открывает диалог с Минхо. Пальцы сильно трясутся, но всё-таки, печатают: jisusung: умру сегодня. | 21:18 Паника. Джисон отключает телефон и отбрасывает его в первый попавшийся на глаза угол. Он разбивается в дребезги и осколки звонко рассыпаются на полу. Можно даже по ним пройтись. Взгляд выше: перед ним стол, на столе белая тетрадь, а рядом ручка. Пора. « Дорогая тетрадь. Я устал. Это последняя страница, которую я благополучно закончу. Эту тетрадь я вёл около двух лет, именно с тех пор, как моя жизнь пошла по пизде. Я морально и физически устал. Мне нет смысла жить на этой планете. Я очень сильно люб… Разрыдался навзрыд, рукава кофты уже полностью пропитаны слезами. Губы отвратительно соленные на вкус, глаза опухшие, а нос буквально отказывается дышать. Легкие становятся тяжелыми. Отдышка еще активнее, а руки трясутся, как в эпилептическом припадке. Сердце готово выпрыгнуть из груди, но перед этим разорвав всего его изнутри на части. Чтобы не осталось ни одной живой частички. Умереть полностью, вот чего он хочет. …лю вас. Вы — самое дорогое, что у меня было. Мне больно осознавать, что из-за меня страдали другие. Пожалуйста, будьте отныне счастливы. Никогда не думайте обо мне в плохом ключе, иначе я буду злиться. Мам, я надеюсь, что ты справишься с проблемами, которые тебя беспокоят. Папа, я правда пытался. Минхо, я люблю тебя. С любовью, Джисон♡︎ » Парень закрывает и кидает тетрадь на кровать. Дверь в ванную стучит так громко, что, буквально, это слышал весь дом. Как еще потолки не обвалились? Это самое последнее, что его сейчас волнует. Вода набирается слишком быстро, пока Джи раскрывает упаковку с новыми и острыми лезвиями. Бумажка сразу летит на пол, а юноша залазит в теплую воду, и откидывая голову обратно, тяжело вздыхает. Пытается набрать кислорода столько, сколько возможно. Столько, на сколько способны его легкие. Он больше не увидит Минхо. Он больше не увидит родных. Он больше не сможет дышать. Он больше не сможешь видеть. Он больше не сможет слышать. Он больше не сможет. Не сможет. Больше. “ mincat: джисон, опять твои шутки? | 21:24 mincat: это по твоему смешно? | 21:25 mincat: это не смешно, ханни, ответь! | 21:26 mincat: прости меня пожалуйста, джи! | 21:26 “ Острый конец предмета медленно проходит по алой бледной коже, оставляя после себя яркую красную дорожку крови. Один порез. Два. Три. Джисон усиливает напор и режет вдоль, впиваясь глубоко в кожу, и не щадя себя, закусывает свою нижнюю губу, прокусывая её насквозь. Кровь хлынула большой струёй из запястья — вода мгновенно становится красного цвета. Минхо почти у порога квартиры, он не может так глупо потерять Джи. Он вообще не может потерять его. Ли имеет острый характер, никогда не думает о своих словах, о своих поступках и о последствиях. И это тому доказательство. Зная о проблемах своего возлюбленного, он наплевал на чувства. Почувствуй какого-то это, Ли Минхо, быть разбитым. Хан теряет сознание. В глазах мутнеет, улыбка сама натягивается на лицо, и рука, словно парализованная, сильно покалывает, заставляя того нахмуриться. *** — Давай возьмем с орешками! — дуется бельчонок, слабо тыкая своего парня в плечо. В парке уже почти стемнело и на небе виднелись звёзды. Джисон прыгал на месте от холода, поэтому заметив это, Ли не раздумываясь снял с себя кофту и отдал бельчонку. — Ну же, Ханни, потерпи, малыш, — Минхо сладко улыбается и запускает руку тому в каштановые волосы, слегка их взъерошивая, — скоро наша очередь, куплю я тебе это мороженое с орешками, — прижимает к себе. *** Минхо нервно дергает ручку от входной двери. Открыто. Забегая в квартиру, следов от Джисона он не обнаруживает, зато в глаза сразу кидается куча осколков в комнате напротив. — Ханни, ты где?! — кричит. Не разуваясь, Минхо подлетает и замечает разбитый в дребезги телефон. Слезы мигом поступают к глазам, не давая нормально видеть. Хо встает и замечает сильный сквозняк. Окно открыло на распашку. Только он хотел его закрыть, как взгляд падает на кровать рядом у окна, на которой лежит какая-то белая тетрадь. Садясь на уголок кровати, в панике, Мин открывает первую страницу. « 730 суток до моей смерти. » Тут ему и стало понятно. Слезы больше не остановить. Он оставил его? Все «шутки», которые кидал Хани — были крики помощи. Он, как никто другой, нуждался в любви и поддержке. Пока Ли читал записи, находящиеся в этой тетради, Джисон молча умирал в ванной: последнее, что он слышал — громкий надрывистый плач Минхо в своей комнате.