Вот тебе и Амуров артефакт!

Открыв глаза, первое, что Грей увидел, был белый потолок. Сквозь щели задернутых штор прорывался яркий свет. Пахло медикаментами. Наверное, он в лазарете. Фуллбастер, прикрыв веки, напряг память, пытаясь вспомнить последние события, приведшие его сюда. Рушащийся храм. Пропасть. Камнепад. Яркая вспышка магии. Много чего-то розового. Люси в объятиях. А дальше... Боль и темнота. В миг его озарило, и он резким рывком подскочил на постели. - Люси! Однако, пострадавшее тело было не готово к таким номерам. Через секунду в висках пронзительно запульсировало, комната закружилась бешеной каруселью, к горлу подступила тошнота, и ледяной маг с громким стоном упал обратно на подушки. Затем шипя, стиснув зубы от острой боли в руке и затылке, борясь с интенсивным головокружением, он снова стал подниматься. На шум прибежала с соседнего кабинета Полюшка и попыталась уложить сумасбродного пациента. - А ну живо унялся, смутьян! Лежи смирно, иначе всё лечение насмарку. Но Грей не слушал её. Он остервенело, с дикой яростью и животным страхом вцепился здоровой рукой в предплечье пожилой женщины. - Что с Люси?! Что с девушкой, которая была со мной?! Где Люси Хартфилия?! - Да угомонись ты! Жива-здорова твоя зазноба. Дома отлёживается после вашего приключения. Жива... В порядке... Услышав, что заклинательница цела и невредима, Грей растерял весь запал, будто у него кончился завод, и безвольной куклой покачнулся вперед. И упал бы на пол, если бы медик не придержала его, вкалывая в мышцу светло-зеленую жидкость. - Что за дети! Один мечется как угорелый, вторую домой пинками не выгонишь, третья слезами топит всю округу. Устроили тут балаган. Было бы из-за чего. Полюшка продолжала хлопотать, недовольно ворча, над притихшим юношей, когда за окном забарабанил слепой дождь. Девушка с синими волосами стояла в коридоре перед прикрытой дверью палаты, держа в руках корзинку с фруктами, и роняла горькие слезы на спелые недавно купленные плоды. Не осталось никаких сомнений. Это отчаянье. Эта мольба. Этот надрыв и надежда, с которой он, едва очнувшись, выкрикивал имя соперницы, словно от этого зависела жизнь. Их ни с чем не спутать. Сердце милого окончательно выбрало, кто ему дороже всех. Но почему? Почему это не она? Разве заклинательница достойна его? Ведь он не пострадал бы, если бы рядом была не Люси, а она, Джувия. Она на всё готова. Защитит, поддержит. Ничего не пожалеет и всё стерпит, лишь бы возлюбленный был счастлив. Так почему же выбор пал не на неё?... *************************** Скрипнув дверью, Грей зашел в свою комнату в общаге, в которой по большей части просто ночевал, нежели жил. Не зажигая свет, не разуваясь, оставляя за собой следы на пыльном полу, он сел на кровать и упёрся лбом на треугольником сложенные руки. Прошло почти две недели с тех пор, как он пришел в себя в местной больнице. Благодаря стараниям подруги Мастера, от прежних телесных повреждений не осталось и следа, чего не скажешь о внутреннем душевном раздрае. Впервые за долгое время ему страшно захотелось курить. Старая немного отсыревшая полупустая пачка нашлась между книгами на полке над кроватью. Зажигая сигарету и выпуская струю сизого дыма, он закрыл глаза, позволяя никотину распространиться по организму, расслабляя и усмиряя расшалившийся нервы. Интересно, что бросил он как раз тогда, когда Хартфилия только-только присоединилась к их большой дружной семье. Было заметно, что блондинка не испытывала удовольствия от табачного запаха и предпочитала держаться на расстоянии от всех злостных курильщиков гильдии. По сему, чтобы быть рядом с объектом симпатии, пришлось отказаться от пагубной для здоровья привычки. А теперь из-за той же девушки он прибегает к её помощи. За все время госпитализации, Люси его ни разу не навестила. Конечно, он хорошо понимал причины такого поведения, и всё равно каждый раз, когда открывалась дверь палаты, надеялся увидеть в проёме так любимый им светлый лик. Джувия же наоборот от него не вылазила, и никогда ещё её присутствие для него не было столь раздражающим. Раньше он ничего не имел против её настойчивой компании, но ввиду последних событий ему очень хотелось поразмыслить над сложившийся ситуацией в одиночестве. Ещё заглянул Локи. Именно от него он узнал, как они спаслись из проклятого храма, чуть ли не ставшего им преждевременной могилой. По словам бывшего напарника, после того, как Дева раскопала проход с поверхности к их убежищу под камнями, с помощью веревки из шерсти Овна Телец поднял их на поверхность, а Локи отвез в Магнолию на магическом автомобиле, который взял напрокат в Ошибане. Также звездный дух подтвердил, что Люси действительно в полном порядке, потому что Грей постоянно срывался лично пойти к заклинательнице, боясь, что медик ему просто наврала, чтобы успокоить. Но другу он доверял всецело, тот бы не солгал в таком важном вопросе. Пару раз Локи хотел что-то сказать, но, походу, наличие Локсар его останавливало, тем самым усиливая желание выпроводить ту восвояси, так как, судя по всему, разговор имел прямое отношение к нынешней хозяйке Царя Зверей, и упускался шанс узнать хоть что-нибудь об её эмоциональном состоянии. Он знал, что пора, наконец, серьезно прояснить с Джувией на счет невозможности их отношений. Однако этот диалог требовал большой деликатности, а Грей сомневался, что в данный момент способен на чуткость и внимательность к чужим чувствам, так как все мысли были заняты только одной небезызвестной особой. После выписки Люси продолжала избегать его, ссылаясь на неотложные дела до того, как ледяной волшебник успевал переступать порог гильдии. Если быть честным, он и сам не слишком готов был к встречам с ней, осознавая, что после всего, что между ними произошло, просто не может дальше держать свои чувства на привязи. Быть ей просто другом стало невозможно. Ему этого было слишком мало. Воспоминания о горячих поцелуях, страстных прикосновениях, волнующей близости преследовали во сне и на яву, и он не уверен, что продержится с ней рядом хотя бы пять минут, не ища физического контакта. Неизвестно, сколько еще продолжались бы эти "игры в прятки", но завтра вновь воссоединяется привычный состав их команды, и наивно полагать, что внимательные друзья не заметят их странного поведения. Вернуть отношения на прежний уровень простых напарников уже не получится, поэтому выход у него только один: признаться в своих чувствах. А дальше все зависит от Люси. Либо она примет его любовь, сделав тем самым счастливейшим из людей... Либо отвергнет. И тогда, как не прискорбно, ему придется покинуть отряд. А может даже сменить гильдию... Рано или поздно Хартфилия начнет с кем-нибудь встречаться, и видеть ее, принадлежащей другому, будет слишком невыносимо. В любом случае, пути назад для него уже нет. Затушив окурок и кинув в мусорное ведро, Фуллбастер вышел на опустевшую улицу, освещаемую тусклым светом фонарей, и направился к дому заклинательницы, надеясь, что время не слишком позднее для визитов. Все окна в здании были темными. За исключением одного: ее комнаты. Тусклый едва мелькающий свет, говорил о том, что хозяйка жилища еще не спит или по крайней мере только готовится ко сну. Грей минут десять не отрывал взгляда от окна, все еще раздумывая как сформулировать фразы так, чтобы правильно и недвусмысленно донести свои чувства. И поймал себя на том, что нервничал так последний раз... никогда. Удивительно, но он реально не мог припомнить, переживал ли подобное когда-либо. Это не было похоже на страх опасности в бою или беспокойство за чью-то жизнь. Паника накатывала медленно, тягучими волнами заволакивая в свой омут целиком, увеличивая напор с каждой секундой. Весь организм натянулся как струна, и начали мелко подрагивать руки. Казалось, что только сейчас, в шаге от своей цели, он осознал в полной мере, что в случае отказа дистанция между ними увеличится настолько, что он рискует с ней больше никогда не заговорить. Или даже не увидеться. Как было на протяжении этих двух недель. Боязнь окончательно уничтожить существующую связь между ними зародила в голове позорную мысль бросить все на самотёк и капитулировать, так не объяснившись с заклинательницей. А завтра сделать вид, что между ними ничего не произошло, вести себя как ни в чем не бывало и уповать на то, что желание сохранить команду заставит Хартфилию подыграть ему, и со временем все забудется, а отношения вернутся в прежнее русло. А там... может ему еще представится шанс постепенно завоевать её сердце. Придуманный исход своим минимальным риском был настолько заманчив, что Грей уже решил так и поступить. Вот только... Так хотелось хоть мельком взглянуть на неё. Он так давно её не видел. Стараясь не создавать лишнего шума, Фуллбастер сконцентрировал энергию в руках и взмахом дотронулся до брусчатки мостовой. Под ногами образовался ледяной столб, который поднял его до второго этажа аккурат к окну Люси. Шторы были раздвинуты, и Грей без труда смог заглянуть в комнату. Хартфилия сидела в кресле напротив горящего камина, закутавшись в плед, и невидящим взором смотрела на потрескивающее пламя, пребывая по-видимому глубоко в раздумьях, не замечая ничего вокруг. Затем встала подкинуть еще поленьев в огонь и, поёжившись, обняла себя за плечи. Такой домашний беззащитный жест. Так и призывающий подойти и обнять, утешая и оберегая от всех невзгод насущного мира. В миг вспыхнула злость на себя за проявленное ранее малодушие. Если он так трусит перед тем, чтобы просто откровенно поговорить, то в таком случае он её вообще не заслуживает. И твердолобый, но искренний головёшка достоин её больше, потому что нет худшего врага для отношений, чем недосказанность. Напоминание о вечном сопернике оказалось хорошим стимулом. Глаза сверкнули решимостью, и Грей уверенно поднял руку и постучал костяшками пальцев по стеклу, привлекая внимание к своей персоне. До того, как негромкий стук прервал поток мыслей блондинки, та так же как Фуллбастер во уже пару часов обдумывала положение, в котором они волей судьбы оказались, и пыталась придумать из него выход. С одной стороны она понимала, что вот так игнорировать друга плохо, тем более, что он был ни в чём не виноват. В конце концов это именно она, будучи под действием волшебных чар, на него..."набросилась". И ладно, если бы можно было просто во всём обвинить этот злосчастный артефакт. Однако после их возвращения, пока Грей был в больнице, Люси, улаживая все формальности по поводу проваленного задания, выяснила один неоспоримый факт. В "Доме Терпимости", откуда и поступил запрос, ей при описании ситуации, в которую попали, пояснили, что артефакт всего лишь пробуждал скрытые желания, а не насильно заставлял хотеть другого. Поэтому и взять его должна была "чиста в помыслах и чувствах и невинна телом". В противном случае предмет бы активизировался и воплотил сексуальные фантазии в жизнь с человеком, к которому испытывались чувства. Люси уже в который раз за всё их путешествие хотелось просто провалиться сквозь землю. Ведь благодаря возникшей симпатии к Грею да книгам Эльзы, она подходила по критериям отбора только по второму пункту. Да ещё как нарочно, она прекрасно помнила свои действия и ощущения под действием заклинания. Наказание какое-то... Лучше было бы забыть. Как она осмелится теперь в глаза Грею посмотреть? А уж с какой ненавистью на неё глядела Джувия, когда они с Локи привезли раненного Фуллбастера в больницу. Да уж. Куда не кинь, кругом виновата. Всё из-за неё. Сама подвела друга, а теперь ещё и от него бегает. Если честно, она не удивится, если он будет её десятой дорогой обходить и больше никогда не захочет с ней разговаривать. С такой-то ненадёжной неумехой, да ещё и, как оказалось, извращенкой. Стыдоба-то какая... Стук в окно сначала навёл на мысль, что Нацу с Хэппи вернулись пораньше с задания и опять просятся к ней ночевать. Каково же было её изумление, когда перед ней нарисовался ледяной маг в цвете и натуральную величину. Хартфилия отворила раму, впуская полуночного гостя в комнату. - Грей?... Что ты здесь делаешь? - Я пришёл поговорить. Насчёт произошедшего и... нас. Произнесённая фраза вновь воскресила воспоминания и заставила стушеваться. Грей, видя, что Люси опустила голову и сжалась, сам от нервозности почти потерял самообладание. Быстро подскочив к ней, пока заклинательница не шарахнулась от него как от проказы, парень крепко обнял, прижав её голову к груди. Люси от неожиданности даже не стала сопротивляться, инстинктивно обняв в ответ. - Прости, Люси... Мы можем просто постоять вот так?... Пожалуйста... недолго... Хотя бы 5 минут? Хартфилия согласно кивнула, насколько позволяла прижатая голова, и зарылась лицом в его футболку, вдыхая такой знакомый и одновременно чужой запах морозной свежести. Интересно, это одеколон такой или его собственный аромат под влиянием ледяной магии... Ещё едва ощутимо пахло сигаретами. Странно, она не припоминала, чтобы Грей курил. Может не при ней? Или не слишком часто. Люси поймала себя на мысли, что в объятиях парня вся неловкость и робость куда-то пропали. Сейчас она чувствовала себя очень спокойно и даже... безмятежно. Гладя девушку по волосам, Грея и самого понемногу отпускало. Её ответные объятия придали немного уверенности. Сейчас или никогда. - Люси... Я люблю тебя. Хартфилия замерла. Ей послышалось? - Я давно... Давно люблю тебя... И... я не могу больше быть тебе просто другом... Если... Если после всего, что произошло, я тебе противен, и ты не хочешь больше меня видеть, я уйду и больше никогда не появлюсь перед тобой... Твою мать. Как же его колотит. Ещё немного, и он начнёт заикаться. - Но...но если ты испытываешь ко мне хоть что-то похожее... Пусть самую малость... Я прошу тебя... будь моей девушкой? Сердце застучало в два раза быстрее от такого отчаянно-трогательного признания. Она подозревала, что нравится Грею, но чтобы настолько... Первое, что она испытала,- шок и растерянность. Ведь её чувства к нему только начали зарождаться. Однако тут же вспомнилось, как заботливо и трепетно относился Грей к ней во время их путешествия. Как страстно и одновременно нежно смотрел на неё. Без сомнений, если так и дальше продолжится, она точно в него влюбится. Пока Люси молчала, размышляя, Грею казалось, что перед ним успела разверзнуться бездна и он балансирует на самом краю, рискуя свалиться на самое дно. Обнадёживало, что она не отказала категорично сразу. С другой стороны, может она обдумывает, как бы помягче его отшить. - Грей... Парень сильнее напрягся, сжимая хрупкие плечи блондинки. - Грей... Ты мне нравишься... Очень... Я не люблю тебя прямо сейчас. Но... если ты дашь мне немного времени, я обязательно влюблюсь в тебя. Фуллбастер не мог поверить собственным ушам. - Это значит?... Люси отстранилась и счастливо улыбнулась. - Да, Грей. Я буду твоей девушкой. У Грея в душе все запело. Будто кто-то заиграл на ее струнах причудливую райскую мелодию. Его переполняло. Кажется, что сейчас его грудная клетка разорвётся от невыносимо сладкого ощущения. По-дурацки улыбаясь, он подхватил девушку на руки и закружил по комнате, слушая заливистый девичий смех. Опустив, он страстно и одновременно нежно впился в её губы пылким поцелуем. И она отвечала ему. Именно она. Не из-за любовных чар. Не из-за вынужденных или случайных обстоятельств. А по желанию и согласию. Это называют счастьем, да?... - Опа! А чё это вы делаете? На кровати в пародии на позу лотоса сидел Нацу и с нескрываемым любопытством наблюдал за ними вот уже несколько минут. - Что, что. Нацу, ты разве сам не видишь? Они теперь у нас сладкая паррррочка!- Хэппи, сделав над их головами почётный круг, теперь парил в воздухе рядом с Нацу и ехидно ухмылялся, прикрывая лапками ротик. Люси спрятала лицо в складках футболки Грея, а сам ледяной маг чувствовал, как в нём не просто назревает, а цветет и пахнет неутолимая жажда убийства, и сцепил зубы, останавливая поток рвущегося наружу сквернословия. Только благодарных зрителей из серии "вы не ждали, а мы припёрлись" ему не доставало. Спасибо, что хоть не вмешались в середине признания. Иначе, как пить дать, не удержался бы от использования "ледяного гроба". Ну может не полностью, но рожу бы точно украсил посмертной ледяной маской. Все равно этот по пояс деревянный болван своей башкой редко по назначению пользуется. - Так и чё? Вы теперь поженитесь и детей заведёте? Люси прикрыла глаза рукой, Грей раздраженно возвёл горе очи к потолку. Представления Нацу об отношениях были на уровне игры "дочки-матери", и в любой другой момент он бы с удовольствием поглумился над примитивностью его мышления, но не сейчас, когда, наконец-то, получил то, что так отчаянно желал долгое время. Поэтому Фуллбастер без лишних предисловий поймал не вовремя делающего над ним пируэт иксида и швырнул в открытое окно. - Эй! Какого хрена ты творишь, сталактит отмороженный?! - Драгнил вскочил и уже замахнулся засветить кулаком по хмурой физиономии, как Грей вместо того, чтобы как обычно ответить напрямую на выпад, увернулся и сварганил ледяную корку прямо под ногами саламандра. Нацу, не ожидавший подлого удара исподтишка, с вскриком растянулся на полу. Не давая опомниться, ледяной маг схватил его за шкирку и кинул на улицу прямо в лапы подлетевшего Хэппи. - Валите отсюда! Завтра поговорим. И с силой захлопнул окно, закрыв на щеколду, и задвинул шторы, дабы ещё чья-нибудь любопытная морда не соизволила их сегодня побеспокоить. Спустя некоторое время они сидели в обнимку около потрескивающего камина, наслаждаясь обществом друг друга. Зарываясь носом в её волосы и наслаждаясь гладкостью кожи, Грей кое-что вспомнил. - Надо сказать Мире, чтобы она больше не давала Нацу и Хэппи ключ от твоей квартиры. И впредь накрепко запирай окно, чтобы этот непробиваемый остолоп больше не смел забираться к тебе в комнату, и, тем более, в кровать. А если до него с первого раза и по-хорошему не дойдёт, я самолично вобью эту мысль в его недалёкую голову. Люси хихикнула. Грей оказался на удивление ревностным собственником. - Но он же не имеет ввиду ничего такого. Фуллбастер на это лишь тихо зарычал. - Пофигу. Пускай ищет себе другую подушку-обнимашку на ночь. Нечего к чужим девушкам соваться. Не то чтобы ревность вызывала восторг, но Люси определённо нравилось, что к ней, наконец-то, относятся как к девушке. В качестве награды она чмокнула парня в щёку, заставив того мгновенно оттаять. - Кстати, Грей, ты уверен, что их не стоит переложить в морозилку. Будет жалко, если такая красота растает. С этими словами она указала на сверкающий ледяной букет роз, стоящий в вазе на столе неподалёку от камина. Лепестки цветков были сделаны так точно и искусно, что казалось, будто это какой-то особый сорт живых растений. Грей сотворил его после того, как спровадил назойливых напарников. Дескать, может хоть как-то вернёт настроение на романтический лад. А позже на свидании он подарит её настоящие. Люси и предположить не могла, что Грей, оказывается, романтик. Сколько ещё неизвестных сторон её предстоит открыть в бывшем друге, теперь уже парне. - Не волнуйся. Мастер как-то сказал, что если вкладываешь в зачарованный предмет своё самое сильное, самое впечатляющее и яркое воспоминание, то магия из него очень долго не иссякнет. Люси подозрительно посмотрела на усмехающегося ледяного мага. - Да? И какое же воспоминание ты в них вложил? Грей наделано задумчиво потёр подбородок и, ухмыльнувшись, шутливо щёлкнул по носу насупившуюся девушку. - А это пусть останется моим секретом.