В плену сновидений

— Какого черта, Люцифер? — я захлебываюсь от возмущения и негодования, а в это время демон толкает меня в проём моей же комнаты и хлопает дверью так, что она, казалось, разлетится на мелкие щепки, а на мраморных стенах появятся ещё пару новых трещин.       В ту же секунду брюнет припечатывает меня к стене, и на мгновение мне кажется, что я брежу, но руки, которые так по-хозяйнически сжимают мою талию, действуют отрезвляюще, и ко мне, словно по волшебству, вновь возвращается рассудок.       Он хватает меня за руку и притягивает к себе, впиваясь в губы, а на моём лице отражается целый коктейль из противоречивых чувств: негодования, смятения и невероятного желания поддаться моему личному змею-искусителю, мысли о котором меня не покидают ещё с нашей первой встречи. — Какой же ты глупый, Дино, — шипит Люцифер, взяв меня за подбородок и слегка сжав его, смотрит таким пронзительным взглядом, что все внутренности сжимаются в узел. — Ты правда думаешь, ангелок, что я настолько слепой и ни о чем не догадываюсь? — он издевательски улыбнулся, облизнув губы. — Не понимаю о чём ты, — пробормотал я едва слышно, оставаясь невозмутимым, как мне казалось, и до последнего продолжаю гнуть свою линию, надеясь, что всё же Сын Сатаны поверит в мою глупую и наглую ложь. Хоть бы ты не поверил, Люцифер. — Какой же ты наивный, пушистик, — он проводит рукой по моей пояснице, кончиками пальцев слегка касаясь белоснежных крыльев. — Ты слишком плохо притворяешься, сладкий, — хрипотца его голоса посылает по телу множество маленьких электрических импульсов, а мурашки новой волной накрывают меня с головы до ног, — я могу дать тебе несколько персональных уроков по искусству лжи и, может, после этого я «поверю» тебе.       Я с шумом втянул воздух через нос и также выдохнул, пытаясь восстановить дыхание от такой запретной близости к нему. Он настолько близко, что воздуха в лёгких становится невыносимо мало, а сердце стучит так, будто хочет выскочить из груди.       Готов поклясться, что ещё секунда, и я потеряю всё самообладание, разрушая эту тонкую, хлипкую стену, которую я так старательно пытался выстроить все эти годы. — Люцифер, прекращай свои глупые игры. — я пытаюсь оттолкнуть его, давая себе, пожалуй, единственный и последний шанс на капитуляцию. — Хватит играть в недотрогу, Дино. — демон кладёт руку мне на поясницу и притягивает к себе, а собственное возбуждение болезненно нарастает в штанах. — Или это тоже просто очередная нелепая случайность? — брюнет переводит взгляд ниже, явно давая понять, что мой член так неподходяще упирается ему в бедро. — Я всё знаю.       Секундный взгляд глаза в глаза — и мы сливаемся в настойчивом, жарком поцелуе-укусе. Его язык, проникающий в рот, исследует его, не давая возможности даже вздохнуть. Мы целовались так страстно и безрассудно, в какой-то степени дико, и казалось, что близость с самим дьяволом пробудила во мне что-то совсем забытое. То, что я так старательно пытался скрывать все эти годы не только от окружающих, но и от самого себя.       Его губы перешли на мою шею, жадно впиваясь в неё и слегка царапая от лёгкого укуса, а мозг полностью отключился, превращаясь в малиновое желе и поддаваясь нестерпимому желанию коснуться моего самого страшного греха — сына Сатаны.       Я, словно сломанная кукла, боюсь, что если сделаю ещё хоть одно движение, всё рассыпется на маленькие осколки, будто это вовсе иллюзия. Всё кажется абсолютно нереальным сном-бредом. Я только могу тяжело вздыхать и тихонько постанывать на ухо демону, пока его пальцы касаются пряжки моего ремня. — Я так долго этого ждал…— хриплый шёпот срывается с губ демона. Тем временем его пальцы касаются атласной ткани моих брюк, а ремень оказывается где-то в углу комнаты.       Эта фраза срывает последние тормоза, и я, едва сдерживая стон, подхватываю брюнета за бёдра, сажаю на стол, накрывая и прижимаясь всем телом. Даже сквозь поцелуй я чувствую, как этот напыщенный индюк улыбается.       Несмотря на все ежедневные провокации и невыносимый характер, меня тянуло к нему, словно магнитом, и было крайне глупо это отрицать.       Всё также исследуя языком его рот, я притянул его ближе к краю, сжимая руками бёдра и впиваясь в них пальцами так, что у него явно останутся следы. Демон не теряя времени, дрожащими от трепета и желания руками, стал одну за одной расстёгивать пуговицы на моей белоснежной рубашке, слегка касаясь кончиками пальцев каждый открывающийся миллиметр рельефного тела. — Не спеши, Люци, — мы соприкоснулись подушечками пальцев, и он нервно провёл свободной рукой по волосам, тяжело вздыхая.       Брюнет на несколько секунд замер, облокотившись о стену, закрыл глаза, а затем также, не размыкая их, бережно взял мою руку. Он поддался вперёд и приластился к ней, будто домашний кот, и было в этом жесте что-то настолько интимное, волнующее, что у меня подогнулись колени.       Его будто подменили: взгляд карминовых глаз не был таким уж высокомерным, насмешливым и снисходительным. Напротив, мне даже казалось, что он абсолютно искренен: в глазах читалось столько трепета и желания одновременно, а маленькие чёртики будто пустились в пляс по огненно-багровым радужкам.       Вся ситуация одновременно пугает и будоражит моё сознание. Но в одном я уверен точно: Люцифер — чистое воплощение греха, моих тайных желаний, и я не прощу себя, если остановлюсь сейчас. Только не сейчас.       Я чувствовал такое сумасшедшее возбуждение, словно все мои противоречивые чувства, копившиеся годами, так сильно разом стремились вырваться наружу.       Когда эрекция стала почти болезненно упираться в шов моих брюк, демон соскользнул со стола и опустился на колени, спуская мои штаны и нижнее белье.       Я запустил дрожащие от предвкушения пальцы в его темно-угольные волосы, слегка сжимая их, едва ли Люцифер коснулся языком головки, нежно облизывая ее и обхватывая кипяточными губами. Пытаюсь остановить его, но настойчивые ласки немедленно прерывают мой порыв. Захлебываюсь в собственных чувствах и резко выдыхаю. В один момент нетерпеливо подаюсь вперёд бёдрами, заранее проклиная себя за свою несдержанность. Демон в ответ лишь успокаивающе поглаживает меня, слегка ухмыляясь, и вбирает член максимально глубоко — до разноцветных кислотных пятен перед глазами.       Если хоть ещё на мгновение это продолжится — я просто кончу, словно чёртова девственница.       Касаюсь кончиками пальцев острых скул демона, немного отстраняюсь, поднимая его подбородок. Тяну его к себе и впиваюсь к слегка припухшим губам-вишням. Сердце пропускает удар, когда до помутнённого сознания доходит одна, всепоглощающая и испепеляющая внутренности мысль: сам сын Сатаны только что стоял передо мной на коленях. О Шепфа, это точно происходит со мной?       Его губы сладкие и пьянящие, словно бокал глифа; оттягиваю его нижнюю губу и, слегка прикусывая, мягко посасываю и провожу языком по нижнему ряду зубов. Толкаю Люцифера к кровати, нависая над ним, и поспешно расстёгиваю мелкие пуговицы чёрной рубашки. И теперь уже я сгораю от неимоверного желания, захватившего всего меня с головой. Какой парадокс. — Кто-то недавно говорил мне не торопиться, не припоминаешь такого? — сын Сатаны одаривает меня своей фирменной улыбкой. — Ох, заткнись, Люцифер. — брюнет в ответ только смеётся и обхватывает меня ногами, прижимаясь.       Я немного отстранился, рывком стягивая его штаны и боксёры. Порывшись в прикроватной тумбочке, наощупь нашёл смазку и выдавил на пальцы, слегка растирая её. Одна рука опустилась на его член, пробежавшись пальцами по основанию и остановившись на самой головке, поглаживая и размазывая предэякулят.       Слегка подаюсь вперёд, жадно впиваюсь в губы и скольжу ниже, покрывая поцелуями его шею, ключицы, мышцы живота.       Люцифер прогибается, когда мои губы находят его член, а палец надавливает на колечко мышц, постепенно погружаясь немного глубже. Он нетерпеливо двигает навстречу бёдрами, полностью насаживаясь, и я решаю добавить ещё один.       С его губ срывается хриплый стон, а в это время я принимаюсь ритмично двигать рукой, чтобы ещё раз услышать этот невероятно сладкий звук, издаваемый демоном.       О Шепфа, его стоны — лучшее, что я когда-либо слышал. Они посылают по всему телу множество электрических зарядов, а мозги превращаются в бесформенное желе.       Брюнет издаёт рваный вздох, сминая руками белоснежную простынь, когда я полностью ввожу пальцы, слегка сгибая дистальные фаланги и дотрагиваясь той самой чувствительной точки.       Если бы мне сказали, что в моей постели когда-нибудь окажется сам сын Сатаны — я бы рассмеялся тому человеку в лицо. Но сейчас, когда я вижу, как Люцифер выгибается дугой, хватая меня за волосы; как закусывает губу, что на ней выступают маленькие капельки ярко-алой жидкости; как подмахивает бёдрами, стараясь максимально принять меня в себе — я чувствую себя настолько невероятно и настолько правильно, коря себя лишь за то, что все это время лишал себя неимоверного удовольствия в виде главного сердцееда преисподней и небес.       Картинки калейдоскопом проносятся в моём сознании, кружась и отпечатываясь под закрытыми веками: вот он закусывает нижнюю губу, проводя кончиками пальцев между моих волос, и собирает их в импровизированный пучок. Вот выгибается, словно струна, натягиваясь, от омута ощущений. Вот снова замирает, прижимая меня максимально близко, а после из него вырываются хриплые стоны вместе с ругательствами.       Я почувствовал, как в горле резко пересохло, когда горячие пальцы дотронулись до моей руки, переплетая их. — Знаешь, вообще-то, я собирался кончить сегодня, — демон хрипло смеётся, а после давится собственным стоном, после того, как я пару раз вбираю его максимально глубоко.       Я приподнимаюсь, прикусываю мочку уха, не забывая не сбавлять темп ласк руками. — Попроси, — короткая фраза сбивает брюнета с толку, но буквально через пару секунд он впивается в мои губы, вырисовывая во рту невообразимые узоры языком.       Демон обхватил меня ногами: его бёдра качнулись вперёд в попытках потереться хоть обо что-нибудь. — Ну же, будь послушным мальчиком, Люци. Тебе стоит всего лишь попросить. — бесстыдный стон сорвался с его губ, когда я скользнул вниз по его груди и примкнул к соску, обсасывая и облизывая его. — Дино, пожалуйста…трахни меня, пожалуйста.       Черт возьми, Люцифер просил его. Дважды.       Люцифер выгнулся, а по его коже пробежали мурашки от предвкушения, когда я направил головку к самому входу.       Я мучительно медленно проникнул в него, постепенно входя глубже, пока демон яростно заявлял свои права на мою шею, грубо посасывая кожу и оставляя ярко-алые следы, которые вскоре приобретут характерный фиолетовый оттенок. Он сильнее прогибается в спине, прижимаясь ко мне максимально близко и дрожа всем телом.       Обхватив татуированную шею, слегка сжимаю её пальцами, отчего глаза демона закатываются от удовольствия.       Меня бьет мелкая дрожь, а в глазах темнеет — я уже не помню, когда хотел кого-то так же сильно, как его. Не помню, чтобы меня когда-либо трясло от всепоглощающего желания, мысли путались и я боялся кончить в первую же минуту.       Я жадно впиваюсь в покрасневшие губы, зализывая оставленные самим же Люцифером ранки, и стараюсь двигаться максимально медленно — я правда не хочу сделать ему больно, насколько это возможно, конечно. — Быстрее… — он хватается пальцами за мою руку, крепче сжимая её на своей шее.       Постепенно набираю темп, в то время как Люцифер подмахивает бёдрами, насаживаясь глубже, а по всей комнате раздаются пошлые шлепки наших тел, отражаясь от стен и эхом проносясь в моём помутневшем сознании.       Медленно отстраняюсь и выхожу из него, ставя демона в коленно-локтевую. Оглаживаю ягодицы, провожу подушечками пальцев по группе косых мышц и вновь вхожу во всю длину. Ноги практически уже его не держат: колени развратно разъезжаются в стороны, открывая до боли непристойный вид, а он просит ещё — ненасытный и страстный. От этой мысли желудок скручивается в узел и делает очередной кульбит. — Ещё, Дино, ещё, — он движется навстречу, шепча моё имя, словно молитву.       Он весь влажный; из идеальной причёски выбилось несколько прядей, а челка налипла на лицо, сформировав причудливых змеек. Но чёрт возьми… Какой же ты красивый, Люцифер.       Я втрахиваю его в кровать, срывая с его губ бессвязные стоны вперемешку с отборным матом. Жадно скольжу взглядом по его спине и ягодицам: кожа покрылась испариной, она блестящая, слегка загорелая, а мышцы спины максимально напряжены из-за попыток прогнуться и быть как можно ближе ко мне. — Шепфа, я сейчас кончу… — я перехватываю его под грудь, прижимая к себе, и накрываю рукой его член, делая пару быстрых, размашистых движений вверх-вниз, и демон изливается прямо мне в руку, пачкая белоснежные простыни жемчужной жидкостью.       Люцифер слегка поворачивается ко мне, разрывая хватку на своей шее, смотрит на меня потемневшим взглядом рубиновых глаз. — Кончи в меня, Дино. Сейчас.       И я просыпаюсь.

***

      Ещё не отойдя ото сна, я лениво позавтракал и направился в кабинет Мисселины. Черт возьми, надо же было такому присниться? Я понимаю, если бы это была Вики или Мими, да хоть Геральд! Но какого черта именно Люцифер?       Слишком сильно погрузившись в свои мысли, я не заметил, как вошёл в пустой класс и сел на своё место. Неужели было настолько рано?       Практически пустой класс.       Перед окном стоял силуэт, одетый в угольной-темные атласные брюки и такого же цвета рубашку. Люцифер.       Он повернулся ко мне: в карминовых глазах танцевало недоброе веселье. Я уже морально был подготовлен к любому выпаду этого эгоистичного засранца, но… — Доброе утро, ангелок. Ты у нас раняя пташка или тебе плохо спалось? — демон одарил меня своей фирменной улыбкой, — А может...слишком хорошо? — больше не сказав ни слова, брюнет подмигнул мне и удалился из класса.