Как Эрен бармена кадрил

Осень — Разноцветная и разнообразная. Сначала она пышная, золотая и солнечная, а затем грустная, дождливая, холодная. Листва деревьев постоянно меняет цвет, а потом и вовсе опадает на землю, устилая ее шуршащим ковром. Для многих это грустное время года, как и для Эрена. Он никогда особо не любил это время года, но одно событие заставило возненавидеть осень, да и жизнь в целом. Хотя Йегер был достаточно жизнерадостным, но сейчас ему было очень хреново. Пятница. После работы, Эрен решил напиться в хлам. Он иногда выпивал по баночке пива максимум раз в неделю — для снятия стресса. Он работал курьером, не очень любил свою работу, но на жизнь хватало, а это самое главное. Причиной хандры Эрена стало расставание с его девушкой - Хисторией Рейсс. У них были хорошие отношения, которые продлились около полу года. Хистория была просто милашкой — Хрупкая девушка невысокого роста. У нее круглое, детское лицо с носом-кнопкой, розоватыми губами и большими голубыми глазами, обрамленными густыми ресницами. У неё светлые прямые волосы чуть ниже плеч с двумя прядями короче у лица и переброшенной на одну сторону чёлкой. Но и Эрен не отставал во внешности - высокий, длинноволосый, зеленоглазый брюнет. У него было много поклонниц, но он влюбился именно в неё. Он даже думал построить с ней семью, но Хистория изменила ему. Не просто изменила, а с девушкой! Этой девушкой стала их общая знакомая—Имир. Это была высокая, коротковолосая брюнетка. Она не особо нравилась Эрену и до этого, но сейчас он прямо возненавидел её. Рейсс бросила его в понедельник, и с того дня он не может собраться и прийти в себя. Сразу после работы, он рванул к своему другу Армину. Это был голубоглазый блондин среднего роста, а волосы у него были по щеки. Армин Арлерт был очень умным и спокойным, а ещё милым, прямо похожим на девушку. Сзади - его было бы с лёгкостью перепутать с какой-то блондинкой. Эрен дружил с ним с самого детства, защищал блондина от местных хулиганов. После парни поехали ещё за одним общим другом - Жаном Кирштайном. Жан - высокий брюнет с карими глазами. Кареглазый был ещё выше самого Эрена, где-то около 190 сантиметров. Эрен называл его «конём», потому что считал его лицо схожим с мордой коня. Из-за этого парни дрались, и даже не раз, но Армин всегда успевал вовремя их разнять. С одеждой никто не заморачивался. Эрен был одет в синие джинсы, черный гольф, мартинсы, коричневое пальто. Жан в черные штаны, белую толстовку, кеды найк, курточку. Армин в клетчатые штаны, коричневый гольф, мартинсы, светлое пальто. На часах 8 вечера, три молодых парня «залетают» в клуб под названием «Парадиз». У Армина и Жана было даже неплохое настроение, а вот у Эрена... Он еле держался, ему хотелось плакать от обиды, но в то же время он злился, хотел расхреначить все к чертям. Парни сели за столик, а Жана отправили за пивом. Так как «конь» благополучно проиграл в «камень, ножницы, бумага». —Она мне изменила! С телкой!!! С какой-то страшной бабой, представляешь?! - говорил Йегер Арлерту, срываясь на крик. —Эрен, ну пойми ты уже! Ничего не вернуть! Нужно жить дальше!—пытался убедить Армин своего друга —Что сопли тут свои разводишь? Ты же отнюдь не слабак, тупой, но не слабак,—сказал Жан, вернувшись к ребятам —Рот закрой, конь. —Так ребята! Давайте выпьем за нашу крепкую дружбу!- вмешался в разговор блондин, он не хотел, чтобы друзья разругались, а останавливать их ему удавалось просто на ура. Парни выпили по большому бокалу пива. Сначала за крепкую дружбу, потом за всех по отдельности, пили за любовь. На этом тосте Эрен чуть не расплакался, и убежал умыться. В это время блондин попросил не шутить на эту тему кареглазому, тот на удивление согласился. Когда Эрен вернулся, друзья предложили ему поиграть в правду или действие, Йегер согласился. Первым был Армин, спрашивал Жан: —Правда или действие? —Для начала правда,- сказал Армин —Вилкой в глаз или в жопу раз? Сказал Кирштайн, заржав как конь. Эрен едва заметно улыбнулся. —Очень смешно. Если с тобой, то точно вилкой в глаз,—обиженно сказал блондин. Настала очередь Жана, спрашивал Армин: —Правда или действие? —Действие давай,- сказал брюнет —Поскакай за пивом, брат, - сказал Армин, едва сдерживая смех. —Иго-го,—ответил Жан. Эрен по немного начал успокаиваться, забывать о всех проблемах. В компании друзей он чувствовал себя хорошо и уютно, он всегда знал, что на них можно положиться. Жан вернулся и предложил новую игру: пить пиво на перегонки. Друзья поржали над ним, но согласились. Условия игры было в том, что тот, кто последним выпьет - идёт за пивом. Потому что, со слов Жана, он уже заебался ходить за пивом. —1, 2, 3, погнали!- сказал Кирштайн. Он был уверен в своем выигрыше, потому что играл в эту «игру» не раз. Так и случилось: Жан-первый, Эрен-второй, а бедняжка Армин-последний. —Иди пройдись,друг,- говорил с насмешкой победитель. Армин показал ему языка, но всё же согласился пойти, а что же ему ещё оставалось делать? —Эрен, не кисни ты так, у тебя тех баб ещё много будет! Не первая и не последняя так-то,—пытался подбодрить Йегера Кирштайн. —Сказал тот, кто уже несколько лет ухлёстывает за сестрой, и всё без толку, -подколол друга зеленоглазый. Жан произнёс едва слышное «сука», затих. Как раз пришел блондин с тремя большими стаканами пива. Перегонки дали о себе знать, парни были уже достаточно выпившими. —Ну что? Продолжим игру?-спросил у ребят Армин. —Давай ещё раз выпьем, а потом продолжим,- предложил Кирштайн. Ребята кивнули в знак согласия. Очередной тост за них любимых. Жан спрашивал у Эрена: —Правда или действие? —Хуй с ним, действие,- выпалил Эрен. Знал бы ещё он, чем это все закончится... —Закадри... вот того бармена,—Сказал Кирштайн, указавши на темноволосого бармена, стоящего за барной стойкой. —Чувак, ты спятил?! Я натурал!—поднимаясь из-за стола и чуть не срываясь на крик сказал Йегер. —Та ладно, друг, не горячись ты так, сам же выбрал действие,—сказал Жан с ухмылкой. Армин гладил Эрена по плечу, чтобы успокоить. Йегер немного остыл, и ответил на не очень смешную шутку друга: —Хуй с тобой, пойду и закадрю! У ребят глаза на лоб полезли. Он серьёзно? Собравшись с силами зеленоглазый выпил оставшееся пиво, подошёл к барной стойке, и сказал бармену: