Часть 1
1 марта 2021 г., 00:31
Если это не совершенство, решает Ирука, то он не знает, что такое совершенство. Он лежит удовлетворенный и усталый в объятиях Какаши, пребывая в состоянии блаженства.
— Это даже лучше, чем окончание «Ича-Ича: Рай», — говорит Какаши, его голос звучит так же удовлетворенно, как чувствует себя Ирука.
Ирука старается не стонать. Он знает, что это самый высокий комплимент в понимании Какаши, но он уже потерял счет, сколько раз Какаши упоминал «Ича-Ича» в постели за те несколько месяцев, что они вместе.
— Меня эти книги не интересуют, — повторяет Ирука, кажется, уже в сотый раз.
— Но, сенсей, ты же все упускаешь.
— Ладно, — сдается Ирука. — Если ты так хочешь, чтобы я их прочитал, то почитай их мне.
Он чувствует, как замирает Какаши, его пальцы больше не рисуют ленивые узоры на спине Ируки.
— Почитать их тебе? Вслух?
— Да, это общепринятый метод чтения книг другим людям.
Какаши откидывается на подушки.
— Маа, если ты не хочешь их читать, я не заставлю тебя их слушать.
Это очень мило с его стороны, но особенно мило это было бы, скажи он это после того, как Ирука в первые десять раз заявил, что не хочет читать книги. К тому же на лице Какаши появился легкий румянец. Ирука совершенно очарован им.
— Ммм, но услышать, как ты читаешь что-то грязное, было бы так жарко, — Ирука наклоняется и шепчет на ухо Какаши, проводя пальцами по его груди.
Какаши определенно начинает паниковать. Ирука садится на него верхом, чтобы он мог хорошенько рассмотреть его лицо.
— О какой странице ты все время вспоминаешь? Страница 115? Может, нам начать оттуда?
Какаши становится ярко-красным и начинает потеть. Ирука видит, как его гениальный ум судорожно работает, пытаясь найти выход из этой ситуации. Ирука не собирается давать ему ни шанса.
— Она у тебя в жилете, верно? Я пойду возьму, — он начинает отходить от Какаши, когда внезапно руки оказываются у него на бедрах, останавливая его. Мгновение спустя Какаши роняет его на спину и целует, сильно и отчаянно.
Ирука ничего не может с собой поделать, он начинает смеяться в ответ на поцелуй. Какаши отстраняется, выглядя немного обиженным. На его лице все еще видны следы румянца.
— Что тут смешного? — спрашивает он.
— Ты. Ты и твой отвлекающий секс. Ты действительно не хочешь, чтобы я читал эти книги?
— Нет, ты можешь прочитать их, если хочешь, — уклончиво отвечает Какаши.
— Ты просто не хочешь мне их читать?
И вот он, румянец возвращается. Это новая самая любимая вещь Ируки во всем мире. Кто бы мог подумать, что человек, широко известный своей любовью к сомнительной литературе, может так краснеть при одной мысли о том, чтобы читать эти книги вслух? Ирука находит это невероятно милым. Он протягивает руку и тянет Какаши обратно для очередного поцелуя.
Когда они останавливаются, чтобы перевести дух, он шепчет в губы Какаши:
— А что, если я прочту тебе все остальные главы?
Какаши отодвигается достаточно, чтобы видеть его лицо. Похоже, он никак не может решить, настоящий Ирука или нет. Ирука отталкивает его еще немного.
— А что, если мы разыграем твою любимую сцену из любой книги, которую ты мне прочитаешь?
Какаши утыкается лицом ему в шею.
— Ирука, — говорит он, и это что-то среднее между хныканьем и стоном.
Какаши все еще часто называет его сенсеем. У Ируки есть мысленный список тех случаев, когда Какаши будет называть его по имени: когда он обеспокоен, когда он уговаривает, когда он кончает, когда он уходит на опасное задание, когда он говорит: «Я люблю тебя». Ирука добавляет к списку «когда он совершенно смущен».
Ирука проводит рукой по волосам Какаши.
— Ладно, ладно. Но предложение остается в силе, если передумаешь.
Он чувствует улыбку Какаши на своей шее.
В течение следующих нескольких недель Какаши переводит взгляд с Ируки на свою книгу всякий раз, когда ему кажется, что Ирука не обращает на него внимания. Ирука готов подождать. Он знает, что это того стоит. С Какаши это всегда так.
