Смерть заставила нас встретиться вновь

— Так быстро? — испугался РИ. — Да, но ничего страшного, ведь… — Речь Посполитая не успел договорить, так как Россия прервал его тем, что быстро переложил голову поляка со своего живота на землю и сел у его ног, беря руками ту, что была прокушена. Следы от укуса заживали на глазах. — Что ты делаешь? — привстав на локтях, спросил РП. — Что нужно делать в такой ситуации? — спросил русский, наблюдая за тем, как кожа стремительно затягивается, а от повреждения не остаётся и следа. — Ничего. Теперь мне придётся ждать, когда действие пройдёт. — Посполитый лёг обратно на землю, положив руки по бокам от себя. — Это не так страшно. У нас, стран почивших, регенерация быстрее, чем у жителей этого места, так что скоро всё пройдёт. — А что вообще будет происходить? — поинтересовался царь, немного успокоившись и наконец отпустив ногу Речи. — Ничего такого, — спустя недолгое молчание, ответил РП и вздохнул, прикрывая глаза. — Оставь меня. Иди в дом, а я тут полежу, отдохну. — Ну уж нет. Ты серьёзно подумал, что я столь легко соглашусь тебя тут вот так оставить? — Надеялся. А что, чувствуешь вину за произошедшее? — РП усмехнулся. — Кто тут виноват, это как посмотреть ещё. Ну конечно, Посполитый и не ожидал от Империи слов о том, что он правда виноват во всём. А извинения были бы уже чем-то совсем из ряда вон выходящим. Да и прав с какой-то стороны Россия. Ведь это РП его оставил. Но неужели ни Пруссия, ни Австрия не могли показать ему дорогу? Или Россия не мог тихо, мирно посидеть где-то и подождать поляка, либо спросить дорогу у прохожих. Надо же было ему пойти из города и наткнуться на того паука. Поняв, что умереть второй раз не сможет, совсем осмелел? Хотя когда он вообще был трусом? — Поднимайся, — сказал РИ, — иначе сам подниму. — …Я полежу, — стоял на своём Речь. Если бы он мог, то с радостью бы поднялся, пока Россия не выполнил своё обещание. Поляк положил одну руку на лицо, прикрывая локтем глаза, и тяжело выдохнул. Сейчас он чувствовал себя до ужаса беспомощным. Как он только мог попасть в эту ситуацию? А всё потому, что был сосредоточен на том, чтобы помочь России, совсем забыв про свою собственную безопасность. Возможно, если бы РП заранее предупредил Империю о том, куда ходить не стоит и к кому лучше не приближаться, то всего этого бы не случилось. Но уже слишком поздно. Теперь придётся мучиться как физически, так и морально, чувствуя себя столь слабым, так ещё и перед лицом Российской Империи — его старого врага, с которым они, вроде как, уже всё разрешили, но к которому осталась неприязнь. Тот виноват в его исчезновении. Но это Речь не так заботит, как то, что Польша, его сын, остался без отца. Совсем один. И в такой ситуации утешает лишь знание того, что тот жив, раз его тут нет, и в полной безопасности, ведь Посполитый смог узнать о том, что РИ забрал младшего поляка под своё крыло после уничтожения Речи Посполитой. Однако после произошедшей революции он вновь забеспокоился, а у самого русского ещё не спрашивал, что ждёт Польшу теперь. — РП, я ведь не шучу. А тебе вряд ли хочется, чтобы я тебя носил на руках, и вообще чтобы касался тебя лишний раз. — Империя сложил руки на груди. Поведение поляка было подозрительным с самого начала, а теперь тем, что он до сих пор не стал ничего делать, хотя «угроза» для него была, он заставил РИ ещё сильнее думать, что всё не так хорошо, как хотелось бы. — Возможно, — неоднозначно ответил гусар. Тут он почувствовал, как чужие руки легли на его тело, а именно на бока. РИ притянул поляка немного ближе к себе. Тот открыл глаза и посмотрел на него немного расфокусированным взглядом. — Я не могу встать, РИ. Ноги парализовало, — объяснил Речь. — Так бы сразу и сказал. — РИ вздохнул и взял на руки Посполитого, поднимаясь с земли. РП обвил его шею руками скорее машинально, чтобы удержаться. Он чувствовал себя просто отвратительно, ведь был сейчас так слаб. Из-за эмоций Речь неосознанно ухватился за Империю крепче, чего тот не мог не почувствовать. И он понимал, какого гусару. Россия зашёл вместе с Речью в дом и усадил его на диван в гостиной, так как та была намного ближе, чем спальня. — Итак, что ещё? — спросил он, стоя напротив РП, уперев руки в бока. — Зрение… Пропадает. — РП притянул ноги к себе руками, так как пошевелить ими не мог, и обнял. — Сейчас ты что-нибудь видишь? Речь Посполитая, до этого смотревший в пол, поднял голову на РИ и сказал: — Да. Большое пятно, которое ко мне пристало. — Он сложил руки на груди. — Оставь меня, говорю тебе. Уйди куда-нибудь или просто не обращай внимания на меня. — Размечтался. — Император сел рядом и приобнял поляка за плечо, легонько потрепав. — Не беспокойся, я возьму на себя ответственность и позабочусь о тебе. — Именно из-за этого мне и следует беспокоиться… — Полно тебе. Как-будто со мной ситуация ухудшится. Речь упёрся руками в РИ, отталкивая его от себя. — Ну это как посмотреть. — Но не умрёшь же. — Россия усмехнулся и взял руки Посполитого за запястья. — Будешь всегда теперь говорить это? — спросил поляк. Вырваться он попыток не предпринимал, примерно понимая, что из этого выйдет и насколько это действие будет бесполезно. — А что? Хороший стимул сделать то, в чём сомневаешься. — Поэтому ты пошёл по тропе без указателя? — РП фыркнул. Тем временем в глазах постепенно темнело, отчего видеть даже размытые пятна, представляющие из себя предметы мебели и прочего, было сложнее. — И запомни раз и навсегда: дикие создания сторонятся нас, но если близко к ним подойти, то будут атаковать. — Хорошо, запомню. Как там твои глаза? — А сам как думаешь? — Поляк повернул голову в сторону русского, ведь до этого смотрел куда-то в сторону. — Ты смотришь сквозь меня, — прокомментировал то, что видит, царь. — Спасибо, без тебя бы не узнал об этом, — съязвил крылатый. — И хватит уже держать меня! — он дёрнул руками, но вырвать их из хватки царя не смог. Похоже, силы его также покинули. — Тише, тише. — Империя стал совершать массажные движения, поглаживая ладони Речи большими пальцами. — Ты голоден? Может, тебе приготовить чего-нибудь? — Нет. — Речь отвернулся от него. — Тебе что-нибудь сейчас нужно? — Нет. — Точно? Я ведь мысли читать не умею. Если тебе что-нибудь надо будет, то просто скажи. — Россия отпустил руки Посполитого, и тот положил их на колени. — С каких вообще пор ты такой… — Речь, — перебил его русский. — Мы живём отныне вместе и между нами должны быть хорошие отношения, чтобы не было никаких проблем. Если ты продолжишь упираться и так и не сможешь ко мне привыкнуть, то ни к чему хорошему это точно не приведёт. — Россия взялся за подбородок гусара и повернул его лицом к себе. — Ты понимаешь? — прошептал он немного угрожающе. — Да. Ладно, — выдохнул Речь. В глазах было совсем темно, и он не видел царя и того, какое у него лицо, что было большим минусом. Единственное, он мог чувствовать тёплое дыхание того, из-за чего мог сделать вывод о том, что Империя слишком близко. Посполитый скинул с себя чужую руку, нахмурившись. — И что же дальше? После его вопроса последовало минутное молчание, в течение которого было слышно лишь дыхание обоих. РП продолжал смотреть в ту сторону, где находился царь, а сам тот обдумывал всё и в итоге произнёс: — Я могу отнести тебя наверх и уложить на кровать, чтобы ты смог поспать. — А если спать я не хочу? — Речь вскинул бровь, сложив руки на груди. — Могу покормить тебя, — пожал плечами Россия, но снова получил отказ. — Ты вообще чего-нибудь хочешь? — Он уже ожидал ответ о том, что поляк мечтает о его исчезновении, и повторения диалога о том, что им лучше не стремиться ухудшать отношения друг с другом, но этого не случилось. Речь действительно задумался, что не могло не порадовать Российскую Империю, но последовавшее затем лёгкое смущение на лице Посполитого вызвало непонимание. — Что такое? РП отвернулся от него. — Просто… Понимаешь ли… Я хочу в туалет. Но я не представляю, как это будет. — Придумаем, — пожав плечами, сказал РИ. — И тебе не стоит стесняться того, что естественно. — Он встал, беря на руки Посполитого, который положил свои руки на плечи русского, чтобы держаться. — Ну-с, я рад, что ты пошёл на контакт. — На это гусар что-то пробурчал себе под нос, вызвав смешок у императора.

***

Посполитый лежал на краю кровати, подтянув к себе ноги, и прятал красное лицо в коленях. Россия же сидел за его спиной, смотря на столь забавную картину. Даже забавно-милую. Он был не в силах сдержать улыбки. — Ну чего ты? Есть ли, чего стесняться? — спросил Империя. — Отстань, — буркнул поляк. — Хорошо, — спокойно ответил Россия и слез с кровати. РП не ожидал этого, поэтому приподнялся на локтях и повернул голову туда, где, по его мнению, сейчас стоял русский. — Ты серьёзно? — В его голосе не было ни радости, ни грусти. Одно лишь удивление. Ведь Россия просто взял и послушал его. Речь почувствовал, как чужие руки легли на его щёки, поворачивая голову поляка левее и приподнимая. — Я здесь, — сказал РИ. — И нет, я так просто от тебя не отвяжусь. Сейчас пойду приготовлю тебе чего-нибудь, да и в принципе посмотрю, сколько осталось продуктов. — Не разгроми мне кухню, — попросил Посполитый. — Нам, — поправил его Российская Империя. — Мы ведь вместе живём здесь. — Ладно-ладно. — Крылатый гусар лёг обратно. — Делай, что хочешь. — Что хочу? — весьма подозрительным тоном спросил царь. — На кухне, Россия, на кухне, — пояснил поляк. — Иди уже. Дай побыть мне одному. — Хорошо. — РИ кивнул, чего не было видно Речи. — Один ты долго не будешь, обещаю. — Он провёл рукой по голове гусара и удалился из комнаты. Крылатый вздохнул и повернулся набок, подкладывая руки под голову. И зачем России о нём так печься? Мог бы просто оставить. Или… Издеваться над ним. Но, видимо, единственный, кто не может отпустить прошлое, это сам Речь. А ведь он мог бы проще относиться к русскому. Так же, как и русский мог бы вдоволь отыграться на нём. Но ничего из этого не происходит. Первое — к сожалению, а второе — к счастью. Кажется, РП нужно будет многое обдумать.

***

Поляк не знал, сколько точно прошло времени, но ему показалось, что РИ вернулся слишком быстро. Только польская экс-страна начал проваливаться в сон, как услышал, что дверь комнаты открылась, а внутрь зашли. Сначала ему подумалось, что это просто кажется и, возможно, является частью сна, но мысли об этом моментально рассеялись, как только его коснулись. РП нехотя открыл глаза, хотя ничего не изменилось. Перед ним стояла всё такая же тьма. — А ты быстро, — сонно промямлил поляк, приподнимаясь на локтях. — Да не так уж. Хотя это правда не заняло много времени, потому что ничего особо из продуктов не осталось. — РИ пожал плечами. — Жаль, что без тебя я не смогу сходить за едой. Хотя бы потому, что не умею летать, из-за чего выбраться мне отсюда самому не дано. — Вот я и хотел набрать продуктов после того, как мы бы нашли тебе подходящую одежду. Но кое-что пошло не так. — Последнее предложение он произнёс немного раздражённо. Посполитый принял сидячее положение, опираясь на отставленные назад руки, и вздохнул. — Ничего страшного, — он снова говорил спокойно, — всё-таки питаться не обязательно, так что… — Но я всё же покормлю тебя, — перебил Россия, притягивая РП ближе к краю кровати и поднимая. В этот раз он держал его под спиной и коленями. — А сам-то? Будешь есть? — спросил РП, укладывая руки на живот, а голову — на плечо русского. Посполитый прикрыл глаза. Ответа от Империи не последовало. Он молча вышел из комнаты и пошёл на первый этаж. Из этого молчания Речь понял, что питаться РИ всё же не будет. Пройдя на кухню, император аккуратно усадил крылатого на стул и, убедившись, что тому достаточно удобно, отошёл к другому столу, на котором стояла тарелка с готовой для поляка едой. Пока РП ждал, когда что-нибудь ещё произойдёт, он сложил руки на столе, смотря примерно на них же, но насквозь. Далее он услышал тихий стук, означающий, что на стол что-то поставили. Россия присел на углу от крылатого и набрал в ложку еды. — А теперь открой рот, — сказал он, положив свободную руку на щеку Речи. — Могу поинтересоваться хотя бы, что ты мне даёшь? — спросил РП, поворачивая голову немного правее, к Империи. Он бы и сам мог поесть, но бесполезно будет говорить об этом России, который так нацелен на то, чтобы помогать ему во всём подряд. Поэтому всё, что сказал на происходящее Посполитый, это вопрос о том, что ему хотят скормить. — Каша. Каша с салатом. У тебя были помидоры с огурцами и редис, так что я их порезал на простенький салат. — РИ переместил большой палец на губы Речи, слегка проталкивая его между верхней и нижней губой. — А теперь будь так добр не упираться. — Это звучало больше как угроза, что насторожило Посполитого. Он задумался о том, что же может сделать РИ в том случае, если он не сделает, как тот хочет. Но никоим образом накалять обстановку РП не хотел, так что открыл рот. С какой-то стороны Россия даже удивился тому, что всё так просто оказалось. Он легонько улыбнулся и отправил ложку в рот Речи. Пока последний жевал, русский приблизился к нему и шёпотом произнёс: — Ты такой беззащитный сейчас. А ведь дать отпор ты мне не сможешь, если я нападу. Но ни один мускул не дрогнул на лице РП. Он спокойно проглотил еду и ответил: — Да делай, что хочешь. — Поляк всё равно знал, что Империя ничего такого с ним не сотворит. Он лишь играет с ним. И всё-таки Российская Империя не изменился. Россия заинтересованно хмыкнул и отодвинулся от него, набирая вновь кашу с овощами в ложку. Примерно этого он и ожидал. А вот дальше ничего делать, кроме как продолжать кормить гусара, РИ не собирался, хотя взял на заметку то, что РП позволил ему делать всё. Обоих отвлёк стук в окно. Империя обернулся и увидел Ао, который стоял на внешнем подоконнике. — Секунду, — сказал русский Посполитому и встал, подходя к окну. Он распахнул его и впустил бельчонка внутрь. Тот сразу спрыгнул на пол и побежал к столу, на который быстренько забрался и сел перед поляком. Ао несколько секунд смотрел на РП, за это время поняв, что тот ничего не видит. Возник вопрос, который бельчонок тут же задал, но понял его, конечно, только Речь. — Да так, ничего серьёзного. Просто с пауком не повезло столкнуться, — слабо улыбнувшись, ответил Ао крылатый. Зверёк застыл на месте, а после медленно повернул голову в сторону России, которому эта сцена показалась знакомой. — Не смотри так на меня, — сказал ему император. — Я только изучаю этот мир. Тут Ао глубоко вдохнул и начал что-то агрессивно говорить, пару раз топнув по столу, чем вызвал смешок со стороны Речи Посполитой. Даже не видя сейчас своего маленького друга, поляк умилялся тому. И не важно, насколько грубыми могли быть его слова в адрес Империи. — Тебе перевести? — ухмыльнувшись, спросил гусар, обращаясь к царю. — Да нет. Думаю, тут и так всё понятно. — Российская Империя снова сел на своё место, беря ложку в руки. — А теперь я продолжу тебя кормить. — Лучше дай еды Ао. В одном из шкафчиков над столом найдёшь орешки и ягоды. — Он сам не может поесть? — вздохнув и опустив ложку обратно в тарелку, поинтересовался русский. Бельчонок хмуро глянул на него. — Он не сможет открыть шкафчик, потому нет. А я — да. Так что займись им, а я сам поем. — Поляк аккуратно потянулся рукой к тарелке, чтобы случайно не столкнуть её, но Империя его остановил, взяв за запястье. РП устало вздохнул. — Без тебя так хорошо жилось. Более сотни лет спокойствия. — А со мною хуже? — спросил царь. — По-крайней мере, пока что не лучше, — намекнув на временное отсутствие зрения и парализованные ноги, ответил Речь. — А теперь будь добр… — Хорошо-хорошо. — Он отодвинул тарелку с едой на другой край стола, чтобы к ней не притронулся РП, и встал, подходя к шкафчикам. Так как он уже успел до этого изучить кухню, России не составило труда быстро найти то, что нужно. Он взял ягоды с орехами, которые находились в маленьких баночках, и высыпал в пустую тарелку. Повернувшись лицом к Речи с Ао, он увидел, как первый гладит второго по голове, улыбаясь, отчего на его лице тоже появилась улыбка. Империя подошёл к столу и поставил рядом с Ао еду, предназначенную для него, но зверёк даже не посмотрел в сторону угощения, продолжая ластиться к руке Посполитого. — А в округе нет еды, которую Ао смог бы добывать себе сам? — Совсем немного. Так что его подкармливаю я, — объяснил поляк. — И как он тут жил до твоего появления? — не понимал царь, усаживаясь на стул. — Не знаю. — РП пожал плечами, убирая руку от Ао, а тот наконец-то принялся за еду. — Как-то жил. — Я так понимаю, мне лучше не задаваться лишними вопросами? — Именно.

***

Наступила ночь, и обоим странам пора было ложиться спать. Ао тоже недавно вернулся к себе, перед этим проведя всё время с Россией и Посполитым. — Тебя нужно переодеть, — сказал Россия, усаживая поляка на кровать и начиная снимать с него пояс. — Ладно, вперёд, — без каких-либо возражений ответил ему крылатый. — М-м… — протянул он, явно желая что-то сказать. — Россия… — Да? — Империя на секунду посмотрел в его глаза, сразу же снова возвращаясь к тому, чтобы снять с РП его одежду. Он взялся за нижний край хитона, поднимая. Особенно осторожен русский был в зоне крепления крыльев. Как он понял, те проходили сквозь одежду, но всё же нужно было быть аккуратным, чтобы не зацепиться за ту часть, которая прозрачной не была. — Ты… Этой ночью лучше тебе спать со мной. Царь хмыкнул, ухмыльнувшись. — Я бы в любом случае остался с тобой, — сказал РИ. — Но, смею предположить, причины у нас с тобой разные. — Он аккуратно положил хитон на край кровати. — Не прав ли я? — спросил он, потому что не получил пока никакого ответа от Речи. Тот отвернул от него голову. — Пижама в шкафу, если что, — так и не ответил на вопрос русского Речь. РИ нахмурился, но к шкафу отошёл, открывая его. На одной из полочек, которые находились внутри, он увидел нужное. Забрав пижаму, он закрыл дверцы шкафа и вернулся к поляку, начиная его одевать. — Знаешь, а это всё может нас сблизить, — сказал он. — Так что не так уж всё и плохо. — Я бы посмотрел, что бы ты сказал, оказавшись на моём месте, — раздражённо проговорил крылатый. — Хорошо-хорошо, больше не буду говорить ничего о твоём положении. — Империя по-доброму улыбнулся. Он закончил одевать РП и, уложив того поудобнее, пошёл сам переодеваться в одежду для сна, которая сейчас находилась в гостиной. Вернулся Империя быстро, так что гусар ещё не успел уснуть, а лишь лежал с закрытыми глазами. Россия выключил свет в комнате и лёг на кровать рядом, накрывая их одеялом. — Спокойной ночи, Россия, — тихо сказал Речь, повернув голову набок, в его сторону. — Уже завтра всё начнёт приходить в норму. — Это хорошо, — ответил РИ. — Но это также значит, что… Ты будешь не таким уязвимым, как сейчас. — Он в момент поднялся и навис над Речью, который этого никак не ожидал, но, быстро среагировав, попытался его ударить, однако русский перехватил руки Посполитого и прижал их к кровати. — Что ты, чёрт возьми, делаешь?! — прорычал Речь, пытаясь вырвать руки, но у него не получалось. РИ лишь сильнее давил на них, не давая и малейшей возможности вырваться. — Успокойся, — попросил РИ, — мне лишь нужно кое-что выведать у тебя. Не заставляй меня переходить к крайним мерам. — Говорил он весьма спокойно, но некая угроза всё же слышалась. РП не слушал. Он хотел пнуть царя, но понял, что не сможет. Однако он не из тех, кто вот так просто сдаётся, так что гусар расправил крылья, и собирался нанести удар ими по Империи, отчего тот бы, как минимум, упал бы с кровати. Только он сделать ничего не успел, почувствовав сильную боль в плече. РП прошипел и задёргался сильнее, но через несколько слишком долго тянущихся секунд вдруг успокоился и обмяк. — Что ты?.. Мх. — Он почувствал, как то, что в его плечо вонзили, медленно вынули обратно. — Я же говорил не заставлять меня переходить к крайним мерам, — тихо произнёс Россия и расслабил хватку на руках Речи. — Если тебе интересно, что произошло, то я укусил тебя. Знаешь же, что у стран есть свои особенности. Так вот, я могу усмирить свою, скажем так, жертву, укусив её. Честно, почти не пользовался этим в своей жизни. Считай, ты особенный. — Он усмехнулся. — Такая себе особенность быть укушенным тобой, — спокойно проговорил поляк и рвано выдохнул, когда почувствовал нечто влажное, что прошлось от плеча до шеи. РИ убрал выступившую кровь, чтобы она ничего не запачкала. — Так, и что же ты ещё умеешь? — Не столь важно. Сейчас мне бы хотелось узнать ответ на один вопрос. — РИ поднялся и сел, но с Речи пока не слезал. Он провёл кончиками пальцев по следам, которые остались на запястьях крылатого, а после стал медленно поглаживать его ладони в качестве некого извинения и для того, чтобы РП полностью расслабился и смог спокойно с ним говорить. — Что ты от меня пытаешься скрыть? Речь Посполитая вздохнул и прикрыл глаза. — Наблюдатели. Но я не их от тебя прячу, а тебя от них. — Почему? — Потому что я знаю, как это страшно. Когда они преследуют тебя везде, где только могут. Всегда смотрят. Смотрят и прячутся в тумане и во тьме ночи. И одного из них ты видел тогда, когда мы были у Ао. А также, когда посмотрел в окно. Сделать ничего с ними нельзя, поэтому надо лишь ждать, когда сами отцепятся. Только вот… — Тут РП замолчал. — Что такое? — Они никогда не позволят подойти к себе. Но сами к тебе подойдут. Окружат, пока ты совсем один. Они забавляются с этого. И с того, что с ними ты буквально не сможешь ничего сделать. Ни ударить, ни убить. Они как призраки, а ещё часть этого мира и связаны с ним напрямую. Поэтому ты и письмо то получил на своё имя. Потому что благодаря им стало известно, что ты тут, и где ты находишься. — А то, что ты сказал… Они, что, окружили тебя? — Да так. — РП усмехнулся. — Один разок вышел на улицу ночью. Просто они действительно любят пугать. Когда они рядом, вокруг видишь помехи, а в ушах шум. Так и сойти с ума можно. Отстанут они лишь тогда, когда им надоешь. Благо у них интерес пропадает так же быстро, как и появляется. — А Ао? Ты же был не один, а с ним, так ведь? Речь нервно усмехнулся в ответ на это. — Но я не с самого начала был с ним. — Ладно, понимаю. — РИ выдохнул и пересел на место рядом с поляком. — Больше я не буду тебя ни в чём подозревать. — Он провёл рукой по плечу гусара, чтобы проверить след от своих зубов. Тот почти что зажил. — Ну спасибо. Это мне стоило парализованных ног, лишения зрения и твоего укуса. — Он устало вздохнул. — Давай спать, пожалуйста. — Речь протяжно зевнул, прикрыв рот рукой, и, чтобы России было, куда лечь, сложил крылья, которые до сих пор были расправлены. — Конечно. Сладких снов. — РИ мягко улыбнулся и накрыл их одеялом, укладываясь на свою половину кровати. Вот и стало одной тайной меньше.