Ребёнок

КОНЕЦ

— Дыши тебе надо успокоиться, — учитель держал меня за плечо и слегка приобнял. Меня зовут Ник, мне 12 и я влип... Очень сильно влип. Все началось два года назад когда я попал в один из пяти главных кланов наёмников этого города и стал учеником их командира. Командира звали Кан и он был один из глав гильдии наёмников которые управляли этой стороной мира. Как я к нему попал? Я мелкий воришка и случайно ограбил не того. Банально? Знаю. Сам долго смеялся когда все это выяснилось. Сильнее я смеялся только когда мне сказали что меня берут в ученики. И что естественно у меня нет право голоса. Хреново? Нет. Кан отличный человек и хороший учитель, нет лучший учитель. Мне с ним все нравится, ну или теперь нравилось... Я не могу понять как мне реагировать на данную ситуацию. Что я сделал? Ничего такого. Просто порвал кодекс — книжку правил и предложений. Да. У наёмников тоже есть правила и да, им подчиняются все без исключения иначе мы бы все перебили друг друга. Все таки нас много... Иногда слишком много. Как я это сделал? Спотыкнулся и упал на чубрика который его нёс, попытался поймать, словил за странницу и… Странница в руке, кодекс на полу. Более глупого косяка я не смог бы даже придумать. Следующее что я помню что, меня схватили за шкирку и притащили в комнату которую мы занимали на этом собрании, усадили на кровать сказав сидеть тихо. Чтобы вы помнили этой книги дохрена лет и все относится к ней, как к священной реликвии. Учитель пришёл через какое-то время и треснул меня по носу. — Балда, сказал же не во что ни влезать. — Что теперь?

***

Тихо, очень тихо я скорее догадался, чем услышал, что он спросил. Зачем я пожалел это балбеса? Надо было сломать ему шею когда я поймал его руку у себя в кармане. Надо...Да бля, ну че со мной не так... Слишком жалко этого чумазого и очень хрупкого пацана. Я взял его за плечо и сел рядом: — Завтра я высеку тебя перед собранием, — я внимательно посмотрел ему в глаза и прочитал там шок и очень большой страх. — Вы...Аааа...Ссеее...Ааа, — ребёнок начал задыхаться, что, кстати, очень меня напугало. Я не думал что он будет радоваться, что легко отделался. В конце концов его могли и убить за тот кусок старого, но, блядь, святого дерьма (я давно говорил что его надо скопировать хотя бы на новые листы. И использовать их, а то и молимся на него и жрём на нем). Но такой паники от ребёнка я явно не ожидал. — Дыши, тебе надо успокоиться, — я слегка приобнял его, — вдох, выдох, все хорошо, все хорошо. Все хорошо? Да не хрена! Я предполагал, что у ребёнка случится истерика. Но я думал тогда, когда он увидит, как я буду людей потрошить, а не сейчас. Пацан уткнулся носом мне в бок и схватился за мою одежду. Я гладил его по спине, но его истерика не проходила, а я не мог понять, чем его так напугал… ... Бля...Нет, нет, только не это! Я сжал его плечи и судорожно начал соображать, что делать дальше. Как я мог не понять? — Ник ты же знаешь что я не он? И я никогда не позволю вести себя так как он? — я гладил его голову и пытался сообразить, что мне делать дальше. Нет, скорей как мне подготовить ребёнка к дальнейшему. Я не мог отменить или заменить его наказание. У меня не было здесь такой власти, все таки я был еще слишком по здешним признакам молод. Я не мог даже отложить его наказание, которое, кстати, было совершенно незаслуженно. И я не понимал что и как мне сейчас говорить. Вздохнув, я сел на кровать поудобней и начал рассказывать все до мельчайших деталей. Что с ним будет происходить, сколько он получит и чем... Не знаю на сколько это было правильно, но я знаю одно - я убью того придурка. И на самом деле я очень жалею что узнал про его действие за день до приезда суда...

*** ***

Я стоял и держал этого придурка за шкирку. Жирный наверно сто килограммовый уёбок, который смотрел на меня своими маленькими свинячьими глазами... Ненавижу... — Господин... Я... — Ходячих уёбок с костями, — фу, бля какой же у него мерзкий голос. — А…Я… — Кан, не пачкай свои руки, — Нок - мой брат, у него пунктик на уродов. Любит он их…Ломать. Во всех смыслах данного слова. — Ну что ты Нок, я не лишу тебя этого...— я посмотрел на эту свинью и усмехнулся. Ну да, встретится с главой наёмников и его правой рукой страшно, вон даже лужа появилась — ссыкло. Он твой брат. Уходя я слышал визг и мольбы этого урода, его спасти, но мне было уже все равно. Я не хотел знать что с ним делает Нок и когда он его прикончит. Единственное о чем я с ним договорился, это о том это не произойдет слишком быстро и о том что ребенок этого не увидит. Нет, я не стал скрывать что мы хотим разобраться с его по сути дела сутенером (Слава богу он его не успел с Ником не чего сделать, а то я не знаю что… Что мне было делать.), но одно дело узнать на словах и совсем другое это видеть. … Ник… ребенок, что же мне с тобой делать?..

***

Месяц....... месяц я не разговариваю с учителем … месяц мы делаем вид, что все нормально.......все ненормально я хочу с ним общаться, хочу сказать что я все понимаю…, хочу, но не могу Физически у меня не получается. ....Не могу.... И от этого еще хуже.

НАЧАЛО

Я вздыхаю готовясь перейти порог своего дома и… Вновь ничего не увидеть. Не увидеть смех Нико, его бардак, его улыбку… Опять он будет сидеть и смотреть в одну точку. Я понимаю, правда понимаю что нужно время нужно терпение, но это тяжело. Наверно мне и правда легче людей потрошить чем разбираться со своим ребенком… Своим... Какое приятное слово... Да, он мой и я не позволю никому его тронуть. В доме пахло вкусно я прошёл на кухню и... На столе стоял дымящийся кофе и Ник, с тарелкой блинчиков в руках. Пустой, но все же, что-то делающий.