Кнопка

— Кнопка. — Что? — Ты кнопка. Вот так самый страшный человек колледжа, от взгляда которого бежал холодок по спине даже у молодых преподавателей, сейчас сказал тебе, что ты кнопка. Отличное начало вечера. И все можно было бы свалить на алкоголь, гуляющий в крови парня, только вот Мин за все время крутит один единственный стакан с виски и пьет реже, чем ты покрываешься смущенным румянцем, а это, к слову, случилось уже раза 4 за вечер. — Почему? — Такая же милая и маленькая. Ну вот, ты снова чувствуешь, как алеют щеки. Стараешься отвести взгляд в сторону, сжимая в руках полупустую жестяную банку коллы, что сунула тебе подруга несколькими минутами ранее, зная твое отношение к алкоголю. Поднимать глаза к белобрысому Юнги, что развалился на деревянном кресле, расставив ноги в стороны, а сам с ухмылкой смотрит за тобой, совсем нет желания. И все складывается как в лучшем сериале, какие, обычно, любят бабушки: хулиган влюбляется в серую мышку. И пошло поехало. Только ты не мышка, а он не числится в бандитах и сорви голов вашего города, хотя часто ходит с разодранными костяшками, что внутри тебя просыпалось желание обработать ссадины и заклеить пластырем. Ну а что? Ходит тут, а вдруг подхватит что-нибудь? Мин продолжает сканировать тебя, цепляясь за длинные сережки в форме колец, спускаясь к открытым плечам, а после возвращается к аккуратно собранным волосам с выпавшими передними прядями. Юнги улыбается, отпивая холодный виски, продолжая нахально осматривать и проводить в голове аналогию с кнопочкой. Такая же крошечная, с приятными чертами лица и фигуры, что Мин подметил уже давно. — Т\И, не хочешь выпить? — рядом плюхается какой-то едва знакомый парень, протягивая тебе разноцветный коктейль. Недоверчиво смотришь на него, а после чувствуешь прохладные ладони на своей коже и приятый аромат одеколона с примесью виски. — Она не пьет, — отрезает Мин, подхватывая тебя на свои руки, а после возвращается в нагретое кресло, опуская на свои колени, как пушинку. — Что-то к моей кнопке так много внимания сегодня, я начинаю ревновать. — С каких пор я «твоя»? — фырчишь ты, но выбираться из теплых объятий не спешишь, вызывая легкую усмешку на губах парня. — С тех самых, как я тебя поцеловал. — Но ты не целовал меня, — чуть щуришь глаза и смотришь на Юнги. — Вот в этом и проблема, — шепчет он, приближаясь к твоему лицу. Ты отчетливо чувствуешь его дыхание на своих губах, оно горячее и невообразимо приятное, манящее. — Но это я легко исправлю. Мин льнет ближе и прикасается своими губами к твоим, нежно целуя, пока ладони опускаются на твою талию и гладят спину, разгоняя по размякшему телу волны мурашек. Ты зарываешься пальцами в его обесцвеченные волосы и тихонько стонешь, вызывая очередную улыбку у вечно серьезного парня. — Моя кнопочка очень тактильная? — смеется парень, продолжая водить руками по твоей спине, слушая довольные мурчания на ухо. — Только если ее трогает один очень вредный Мин Юнги. — Значит точно моя кнопочка. Ты хихикаешь, укладывая голову на его плечо, чувствуя, как парень тянется за своим стаканом и смачивает губы горькой жидкостью. Его рука все так же покоится на твоей талии и поглаживает бока, иногда опускаясь на бедро. Так определенно удобнее и спокойнее, быть кнопочкой Юнги тебе нравится.