Эксперимент номер 225

— Ах! — резко раздался крик, и вверх потянулась рука, которую покрывала бинтовая повязка от пальцев до локтя. Выразительные синие глаза испуганно смотрели на белый потолок… Девушка с длинными светлыми волосами аккуратно приподнялась с кровати, на которой лежала, и прикоснулась к своей голове. Ей приснился стёртый, но очень яркий сон… ============================ Аннали смутно видела возле себя обломки какой-то конструкции. Девушке было тяжело дышать, что-то давило на неё сверху, но это «что-то» было не твёрдое и холодное, как бетон или металл. Посмотрев вверх, она увидела над собой парня-метиса со смуглой кожей, что была исполосована множеством грубых шрамов и длинными тёмно-рыжими волосами багрового отлива, которые доходили ему до плеч. — Айзек… — едва слышно произнесла она это имя. Из темноты на неё тут же посмотрела пара светящихся огненно-оранжевых глаз. — Аннали… — прошептал он, будто молитву. Метис сделал попытку привстать, чтобы сдвинуть бетонные плиты, которые накрыли их сверху и давили на него, но тщетно. — Твою мать… — прошипел парень, отчаянно понимая, что им не выбраться из-под завала. — Мне холодно… — дрожащими губами прошептала Аннали. — Ничего… По крайней мере, мы вместе, — проговорил он с грустной улыбкой, поглаживая её лицо своими смуглыми пальцами. — Айзек… Я… рада, что… встретила тебя… — тихо говорила девушка. Она хотела коснуться его лица, однако силы покинули Аннали настолько, что она не могла пошевелить пальцами. — Я тоже… рад, что мы встретились, — так же тихо произнёс Айзек. Он наклонился к ней и подарил девушке довольно тёплый и нежный поцелуй… Вскоре темнота снова заполнила сознание Аннали. Однако спустя некоторое время она увидела яркий свет сквозь закрытые веки. А затем, словно через толстое стекло, раздались голоса: — Отряд Бета, как слышно? Мы вошли на первый уровень. Видим в зоне двоих заключённых. — Нет! Стойте! Можете убить меня, но она здесь не причём! — раздался крик Айзека, что отчётливо выделялся на фоне остальных голосов. — Она ничего не знает о том, что здесь происходило! Это я впутал её во всё это! Эта девушка всего лишь секретарша! Прошу… спасите её! ============================ — Ох! Доктор, она очнулась! — внезапно услышала Аннали крик медсестры, которая вошла в палату и застала её сидящую на кровати. Эти слова неприятным звоном отдались в её голове… Через несколько минут та самая медсестра вернулась, но уже в сопровождении врача — пожилого мужчины в белом халате. — Мисс Волтер, как вы себя чувствуете? — спросил он, наскоро осмотрев девушку. — Кто вы?.. Где… я? — спросила Аннали, едва шевеля губами. — Меня зовут Джеймс Салливан. Я ваш лечащий врач. Вы находитесь в психиатрической лечебнице «Блэквуд». — Психиатрической... лечебнице? — медленно повторила за ним девушка, постепенно возвращая ясность ума от шока. — Да. Вы попали сюда после того, как попытались совершить самоубийство. Нам чудом удалось спасти вас. — Что?.. Самоубийство? — шокировано произнесла она. Нет... Всё это звучало как какой-то бред. — Погодите… Лаборатория, Айзек… Что случилось с Айзеком?! — резко выкрикнула Аннали, схватив врача за халат. — Мисс Волтер, о ком вы говорите? — спокойно спросил он. — Айзек Грин… Он был со мной в лаборатории! — О какой лаборатории вы говорите? Прошу вас, успокойтесь. Это всего лишь последствия наркоза, который вам ввели во время операции. Люди часто видят при этом галлюцинации или очень яркие сны, как и при состояниях, граничащих со смертью. — Это был не сон! Пожалуйста, поверьте мне! — крикнула она машинально, пытаясь взяться за плечи доктора, но её тут же остановила медсестра, пытаясь уложить обратно на кровать. — Почему я здесь?! Что всё это значит?! — в истерике кричала Аннали. В один момент все эмоции, что она испытывала, соединились воедино и резко вырвались наружу. — Сестра, укол! — внезапно крикнул врач, помогая первой медсестре удержать её. Вскоре в палату ворвалась женщина в белом халате и очень быстро уколола девушке какой-то препарат, из-за которого тело Аннали вновь покинули силы, и она провалилась в забытье… Когда девушка вновь открыла глаза, судя по всему, был уже поздний вечер, так как в палате не горел свет и было темно. Аннали осторожно обвела глазами округу. Она находилась в одиночной палате, которая отдалённо напоминала камеру: Серые бетонные стены, тёмный потолок, который, казалось, уходил в бесконечность. Пол не отличался от потолка. Здесь было одно единственное окно, по ту сторону которого находились решётки и пейзаж густого леса. Аннали попробовала подняться, но у неё не получилось, так как руки и ноги девушки были прикованы к кровати с помощью ремней. Ей ничего не оставалось, кроме как лежать на старой скрипучей кровати с жёстким матрасом, смотреть в потолок и безмолвно лить слёзы из своих выразительных синих глаз. Всё, что сейчас происходило с ней… словно кошмарный сон. Психиатрическая лечебница. Попытка самоубийства. Лаборатория её мужа Даниэля. Подопытный по имени Айзек. Может, она правда психически больна и всё, что ей довелось пережить — просто яркий сон, вызванный наркозом? Или кому-то просто нужно, чтобы она замолчала? Кто поверит словам девушки, которая находится в психиатрической лечебнице на окраине города? Но тогда назревал вполне логичный вопрос: Что случилось с Айзеком, если всё, что она видела, не оказалось просто сном? Неужели его… могли убить? Нет… Такого просто не может быть! Но ведь он являлся одним из подопытных второй серии экспериментов. Если после обвала до них добрались какие-то люди… Аннали вновь вспомнила свой сон, и в её голове тут же звоном раздались мольбы Айзека: — «Нет! Стойте! Можете убить меня, но она здесь не причём!». Нет… Из синих глаз Аннали ещё обильнее покапали слёзы. Она не собиралась разглашать всю правду о лаборатории в СМИ и о том, какие зверства творил там Даниэль под покровительством высших чинов. Она просто хотела жить обычной жизнью вместе с Айзеком, вдалеке от всего этого… Так летел день за днём. Со временем Аннали привыкла к тому, что в лечебнице её считают сумасшедшей суицидницей, поэтому она перестала делать какие-либо попытки доказать обратное. Девушка соглашалась со всем, что говорил ей врач, и послушно принимала препараты, которые ей давали медсёстры, проходила все назначенные процедуры, хоть и некоторые из них были отнюдь не из приятных… Аннали привыкла к распорядку дня, который устанавливался для всех пациентов без исключения: В шесть утра подъём и проведение гигиенических процедур. В девять утра завтрак в общей столовой, который обычно состоял из легкоусвояемых каш. После завтрака осуществлялись индивидуальные беседы с лечащим врачом. Потом пациентов отправляли на прохождение лечебных процедур вплоть до двенадцати дня. Некоторые пациенты послушно шли на них, как Аннали, а других вели насильно санитары, что девушка не раз видела и слышала эти душераздирающие крики на весь коридор… После проведения процедур обычно шла прогулка в специально отведённом дворике или просмотр телевизора в общем холле. С часа до двух дня в общей столовой начинался обед, который обычно состоял из супа и ещё какой-нибудь пищи. После обеда шёл тихий час. В этот промежуток времени пациентов запирали в своих палатах до черырёх часов. Обычно это время Аннали проводила, сидя на кровати и смотрела в окно, думая о жизни, или просто спала. После того как пациентов выпускали из палаты, все они направлялись в общий холл, где иногда для них проводили реабилитационные мероприятия. Аннали понравилось вязание кукол. Это занятие успокаивало, а также помогало здесь убить время. Девушка довольно быстро научилась азам и уже через несколько дней смогла самостоятельно связать собственную куклу, которая очень сильно напоминала его… Парня со смуглой кожей, которую покрывало множество шрамов, тёмно-рыжие длинные волосы багрового отлива, огненно-оранжевые глаза. Получилось даже передать его вечно грустный и суровый вид... Аннали везде носила куклу Айзека с собой, словно ангела хранителя. Иногда девушка разговаривала с ней… Здесь было мало людей, с кем можно было бы нормально поговорить. Не проходило ни дня, чтобы девушка не слушала бредни своих товарищей по несчастью. Только эти люди, в отличие от неё, были в самом деле больны… Со временем Аннали начала замечать, что её самочувствие только ухудшается. У неё появилось расстройство памяти, реакция стала заторможенной, появилась ужасная апатия ко всему. Единственное, что могло хоть ненадолго вырвать её из этого состояния — это кукла Айзека. Иногда Аннали просто смотрела на неё и начинала плакать… Внушение — страшная вещь. Ей в самом деле начало казаться, что Айзек — не более чем плод её воображения, и всё, что они пережили вместе в лаборатории — не более чем просто сон. Сколько уже прошло времени с тех пор, как она оказалась здесь? Неделя? Месяц? Иногда девушка думала о том, что Айзек испытывал то же самое, когда был подопытным в лаборатории Даниэля… Сейчас Аннали будто сама оказалась на его месте, разве что на ней не проводили всевозможные опыты и эксперименты. Однако кто знает, что произойдёт с ней в будущем? Возможно, из девушки полностью сделают овоща либо одной из множества окружающих её психов. Как Аннали не пыталась, она просто не могла представить хоть какой-то позитивный вариант развития событий. Но так же у неё не было сил сопротивляться подобному исходу. Ей не удастся сбежать... Несмотря на то, что эта лечебница не имела особой охраны, кроме санитаров и поста безопасности с одним единственным охранником, здесь повсюду были решётки и довольно строгий контроль. Разработать эффективный план побега — это одно дело, а перевести его в исполнение… Аннали понимала, что если её поймают, то остаток жизни она, скорее всего, проведёт, не помня себя и даже собственного имени. К тому же психиатрическую лечебницу окружал густой лес. И даже если ей удастся выбраться… Куда она пойдёт? В дом бабушки, который достался ей от родителей? Девушка знала, где он находится, но как добраться туда? Вряд ли хорошей идеей будет поймать какую-то попутку, ведь Аннали обладала привлекательной внешностью. А вокруг находился лес, где никто не увидит, что с ней делают, и не услышит её крики… И даже если девушке удастся добраться до места и её не станут искать, ей придётся жить побираясь. Она осталась без каких-либо документов и денег. Обращаться за помощью в организацию по восстановлению документов опасно, ведь тогда её можно будет легко вычислить… Когда-то Айзек так же пытался выбраться, только из подвала, а не из психиатрической лечебницы, и жить обычной жизнью, невзирая на то, что ему пришлось выживать на улице, как псу. Может… Нет, Аннали не такая, как он. Она просто не выживет на улице. Этого ли Айзек хотел для неё? И что теперь ей остаётся? Провести в психиатрической лечебнице до конца своих дней, которые с каждым разом сокращают при помощи препаратов? Сбежать и пытаться выжить на улице, несмотря на голод, боль и насилие? Девушка каждый день засыпала, задавая себе одни и те же вопросы, однако так и не решалась выбрать… Это был обычный для неё день. Аннали встала и заправила кровать. Сквозь решётчатое окно доносились пение птиц. Лучи солнца танцевали по палате. Наступило утро… После завтрака девушку навестила медсестра. Она дала ей какие-то таблетки, которые Аннали пришлось послушно выпить, после чего сообщила: — Мисс Волтер, доктор Джеймс Салливан ожидает вас. Без каких-либо возражений Аннали поплелась вслед за ней по коридорам. Вскоре они остановились напротив двери, где висела табличка с именем и фамилией доктора. Девушка вошла внутрь и, как обычно, села напротив стола своего лечащего врача. — Мисс Волтер, как вы чувствуете себя сегодня? — задал он стандартный вопрос. — Спасибо, всё хорошо, — ответила Аннали по шаблону. На деле ей было отнюдь не хорошо ни на моральном, ни на физическом уровне… — За пару месяцев пребывания в нашей лечебнице ваше психическое состояние значительно улучшилось. У вас больше нет навязчивых мыслей или снов про лабораторию? — Нет… — Вот и прекрасно, — произнёс мужчина, перебирая какие-то бумажки на столе. — Когда меня выпишут? — спросила Аннали, несмотря на то, что понимала бессмысленность данного вопроса. — Думаю, для начала вам следует пройти полный курс лечения, чтобы ваше состояние не ухудшилось со временем. — Я поняла вас… — произнесла девушка. Как она и ожидала, никто не собирается выпускать её отсюда. По крайней мере, пока она полностью не сойдёт с ума… Врач позвал медсестру, чтобы та проводила пациентку до палаты. Перед тем, как Аннали увели, краем глаза она заметила, когда вставала с кресла, газету, что лежала на столе. Девушка успела рассмотреть заголовок и часть статьи: «Ужасное происшествие! Страшный пожар охватил больницу Д. Блэк! Погиб весь персонал, в том числе и пациенты…». По пути в палату девушка обдумывала увиденное, упорно пытаясь доказать самой себе, что она не сумасшедшая. Если всё, что она пережила — всего лишь плод её воображения… Аннали впервые слышала про больницу Д. Блэк. Даниэль Блэк… Эта ассоциация сама собой всплыла в её голове. Даже если бы девушка где-то и видела эту больницу, даже если бы она сама себе выдумала имя Даниэля… Почему именно оно, а не любое другое имя? У Аннали уже начала болеть голова от этого самокопания в попытках распутать мысленный клубок и провести параллели между событиями, дабы убедить саму себя в том, что её сон был реальностью. Однако сознание предательски упорно пыталось заставить свою обладательницу поверить в то, что она больна и ей надо лечиться... Весь этот день Аннали провела словно в забытье. Снова она испытывала это всепоглощающее чувство пустоты, которое делает мир серым и единственное, что хочется — это упасть и просто лежать, ни есть, ни пить, ни даже идти куда-либо. Забыться. Просто забыться. Прекратить всё это. Просто взять нож и… Аннали резко очнулась, словно от наваждения, и осмотрелась по сторонам. Она сидела в общем холле на диване и смотрела телевизор вместе с остальными пациентами. Некоторые из них играли в настольные игры за столиком, другие сидели на полу и рисовали какие-то каляки, некоторые просто болтали между собой на каком-то непонятном бредовом языке. Рука девушки машинально потянулась за куклой Айзека. Аннали посмотрела на его вязаную копию, и по её лицу вновь скатились слёзы. Сейчас она практически не отличалась от окружающих её психов, ища поддержки у вязаной куклы. Вскоре она станет такой же, как и они. Ей это уже не казалось… Она в самом деле медленно, но верно сходит с ума. После отбоя Аннали вновь осталась в темноте наедине с собой и своими мыслями. Девушке не спалось, так как яркий свет от луны бил в глаза через окно. Немного посмотрев на знакомый пейзаж леса, она села на кровать и поставила перед собой куклу Айзека, чтобы излить душу. Хоть это и выглядело более чем странно, но ей просто необходимо было выговориться. — Айзек… — начала Аннали. — Знаю, что возможно, ты всего лишь плод моего воображения, но я скучаю по тебе. Я помню… Я помню всё, что нам довелось пережить вместе. Лаборатория, мутанты, те ужасы, что творил Даниэль и страшные опыты, которые над тобой проводили… Спасибо, что ты спас меня. Но, как я уже говорила, моя жизнь не имеет смысла, если в ней нет тебя. Не могу… Я просто не могу, — проговорила она, сжав простыню. В её синих глазах вновь скопились слёзы. — Я не хочу тебя забывать… Не хочу забывать, через что нам пришлось пройти. Не хочу верить, что ты в самом деле погиб, Айзек, — твердила девушка, едва не переходя на крик от отчаяния. Она закрыла своё лицо бледными руками, что были все в синяках от проделанных ей процедур и инъекций, а затем произнесла почти шёпотом: — Пожалуйста… вернись ко мне. Внезапно стекло окна, возле которого сидела Аннали, с грохотом разлетелось вдребезги. Осколки посыпались на пол, а затем раздался противный скрежет решётки, которую вырвали прямо с креплениями. На подоконнике показалась лапа, покрытая грубой алой чешуёй, с острыми когтями… В следующее мгновение там уже восседал тёмный силуэт, фигура мужчины, лицо которого скрывал капюшон. Аннали парализовал шок и чувство страха, но ровно до того момента, пока ворвавшийся, наконец, не показал своё лицо. — Айзек… — прошептала девушка трясущимися губами. На неё тепло смотрела пара огненно-оранжевых глаз. Метис улыбался ей, несмотря на то, что его лицо покрывали порезы от разлетевшихся осколков разбитого окна, сквозь которые сочились небольшие ручейки крови. — Смотрю, сюрприз удался, — криво усмехнулся он. Аннали сорвалась с места и бросилась на шею парня, едва не вылетев вместе с ним в окно. — Эй-эй! Осторожнее! — крикнул он, в последний момент успев зацепиться когтями за раму. Девушка ухватилась своими тонкими бледными пальцами за толстовку Айзека и громко расплакалась, даже не пытаясь сдержать вырвавшийся крик. — А-а-а-а! — громко плакала она, уткнувшись лицом в его грудь. — Аннали… Не плачь, я здесь. Я вернулся, — тихо говорил метис, поглаживая её по спине. Как только девушка оторвалась от его груди, он тут же протянул ей руку со словами: — Давай, нам пора убираться отсюда. — Да, — сказала Аннали, протянув ему свою руку в ответ. Айзек тут же притянул девушку к себе, а затем взял её на руки со словами: — Держись, сейчас пробежимся с ветерком. Не успела Аннали открыть рот, чтобы что-либо сказать, как метис выпрыгнул в окно, благо её палата находилась на первом этаже, и рванул в сторону леса. Девушка крепко обняла его шею, всё ещё не в силах поверить в то, что её буквально похитили из психиатрической лечебницы… ***** Айзек нёс Аннали на руках, так как у неё не было обуви, и не спеша шёл вдоль дороги, которая по расчётам метиса, должна была вывести их к ближайшему городу. — Айзек, ты уверен, что это хорошая идея идти в город? — спросила девушка. — Тебе нужно раздобыть нормальную одежду. В такой тряпке ты вряд ли сможешь проходить долго, не простыв, — ответил метис, делая акцент на её больничной сорочке. Аннали вновь погрузила своё лицо в его грудь. Белые руки сильнее сжались на шее Айзека. — Эй, задушишь, — усмехнулся он, не скрывая приятной улыбки. — Ой, извини, — произнесла девушка, резко расцепив пальцы, при этом едва не свалившись с его рук, но метис удержал её. — Не извиняйся… Я тоже очень рад тебя видеть, Аннали, — произнёс парень, фиксируя её руки своей смуглой ладонью. Дальше их путь продолжился молча, но только на пару минут. — Айзек… как ты здесь оказался? Как тебе удалось выбраться? Я думала, что тебя… — произнесла девушка и резко оборвала на том слове, которое за это время причинило ей немало боли. — После того как взрывы уничтожили лабораторию и нас завалило, мы оба оказались похоронены заживо. Я не надеялся на то, что мы выберемся, однако… ============================ — Отряд Бета, как слышно? — внезапно услышал Айзек, который задремал от недостатка воздуха под обвалом. — Мы вошли на первый уровень, — уже ближе раздался тот же самый голос, а затем глаза метиса ослепил яркий свет от фонаря. — Видим в зоне зачистки двоих заключённых, — отчитался спецназовец в чёрном обмундировании. Несмотря на помутившееся сознание, до Айзека с ужасом дошло, что эти ребята — та самая группа зачистки, о которой говорил Даниэль. Если это так… Нет! Они же сейчас застрелят их! — Нет! Стойте! — резко выкрикнул Айзек. Выбраться из-под обвала, чтобы защитить себя и Аннали, он просто был не в состоянии... — Можете убить меня, но она здесь не причём! Она ничего не знает о том, что здесь происходило! — кричал метис, инстинктивно пытаясь закрыть девушку своим телом на случай, если спецназовцы начнут стрелять. — Это я впутал её во всё это! Эта девушка всего лишь секретарша! Прошу… спасите её! Айзек до крови сжал кулаки от нарастающего напряжения. Он понимал, что эти люди вряд ли послушаю его, но, несмотря на это он, пытался надавить на их жалость не к себе, а хотя бы к беззащитной раненой девушке, что сейчас лежала вместе с ним под обломками. Казалось, время замедлилось в ожидании ответа. Если его сейчас убьют… Что же будет с Аннали? В любом случае ему следовало попытаться, даже если они оба умрут здесь, похороненные под обломками. — …Отряд Бета, у нас один выживший, — сказал один из спецназовцев, ясно давая понять, что спасут они только одного человека. Но Айзек был согласен даже с таким исходом событий. Спустя некоторое время группа людей, облачённых в форму спасателей, начали разбирать завал. Когда проход расчистили до достаточных размеров, Айзек передал Аннали в руки спасателей, сам оставаясь на месте, и до конца наблюдал за тем, как её кладут на носилки и уносят далеко в сторону выхода. — Аннали… прошу, живи, — тихо прошептал парень. Когда группа спасателей скрылась с его поля зрения, взгляд Айзека вновь упал на группу вооружённых спецназовцев, которые подняли на него дуло автоматов. Метис смотрел на них не отрываясь, готовясь принять свою смерть и видеть её воочию. Его сердце пропустило удар в ожидании выстрелов, которые прервут его жалкое существование, как вдруг что-то или кто-то напал на вооружённых мужчин в чёрном обмундировании. — Ра-а-ах! — раздался писклявый рёв в стороне. Этот звук… Айзек уже слышал нечто подобное. — Твою мать! Что это?! — Стреляйте по этой твари! — А-а-а-а! — смешались воедино ругань, крики и рёв существа. Айзек напрягся… Неужели кому-то из мутантов удалось добраться до поверхности? И даже уничтожение лаборатории не смогло предотвратить это? Внезапно он почувствовал, как обломки над ним начали двигаться, будто кто-то сдвигает их снаружи. Только этого ему не хватало — стать добычей монстров… Айзек попытался сосредоточиться, чтобы применить мутацию, но единственное, что у него получилось сделать, это лишь вызвать мутацию на пальцах, превратив их в когти. С каждой минутой свет от поверхности становился ещё ярче, а проход под обломками шире, как вдруг в просвете показалось вполне человеческое лицо, разве что его покрывали уродливые шрамы на лице. Это был мужчина с растрёпанными каштановыми волосами. Его зелёные глаза светились в темноте особо ярко это делал правый на фоне чёрного белка. На нём был потрёпанный чёрный костюм, а правая рука претянута окровавленным белым халатом в области обрубка. Айзек плохо видел его лицо… Скорее всего, сказывались последствия травм и то, что он провёл под завалом в дефиците воздуха достаточно долго. Метис и этот человек молча смотрели друг на друга, пока тот, наконец, не заговорил: — Руку, — потребовал он. Айзек осторожно протянул ему свою руку, держа наготове ту, на которой появились алые когти. К его удивлению, мужчина помог метису выбраться из-под завала. Когда Айзек выбрался из-под обломков, он увидел растерзанный отряд спецназовцев, которые угрожали расстрелять его. Это… он постарался? — Нужно уходить, пока подкрепление не пришло, — одёрнул его мужчина. Кто этот человек? Почему он Кажется Айзеку знакомым? Несмотря на то, что метис не доверял ему, парню пришлось следовать за своим спасителем, ведь он довольно быстро понял, что в одиночку у него мало шансов выжить. К тому же, в случае чего Айзеку хватит сил отбиться или даже убить этого мутанта, что притворяется человеком. Оба поспешили скрыться в канализации, пока их не обнаружили отряды зачистки. Новый знакомый спустился вместе с Айзеком, и вскоре они вошли в небольшую комнату, что когда-то служила каморкой для рабочих. — Кто ты такой? Почему ты спас меня? — потребовал ответов Айзек, как только они оказались в безопасности. — Сразу видно, что обвал нанёс тебе множество травм, номер 225, одно из которых сильное сотрясение… — произнёс тот, устало выдохнув. Только услышав свой номер, до Айзека, наконец, дошло. Этот человек, что стоял перед ним... — Даниэль, — прошипел метис, отпрянув назад. Как такое вообще возможно? — На твоём месте я бы резко не двигался, — спокойно сказал тот. — Правду говорят… Говно не тонет, — криво усмехнулся парень. — Лучше воздержись от своих комментариев, номер 225. — Вопрос остаётся тем же: Почему ты спас меня? — Не обольщайся, я сделал это только ради Аннали. — Ты чуть не убил её, чёртов псих… — прорычал Айзек, вновь вспомнив с замиранием сердца картину, когда Даниэль проткнул её насквозь жалом своего хвоста. — Она лишь чудом осталась жива! Мужчина промолчал, едва заметно отведя взгляд светящихся зелёных глаз в сторону. — Я сожалею об этом. Сохранение твоей жизни будет моим извинением перед ней. — Что ты задумал? — Ничего. И ты, и я в довольно плачевном положении. Я говорю не только о ранах, но и о том, что уровни лаборатории сейчас штурмуют отряды зачистки. Чтобы выбраться, нам придётся работать вместе. Как видишь, у меня теперь нет одной руки, благодаря тебе. — Какое мне до этого должно быть дело? Единственное, чего я хочу, это вернуться к Аннали. — Боюсь, тебе будет сложно это сделать. Сомневаюсь, что мои покровители не воспользуются ей, дабы вывернуть произошедший инцидент в свою пользу… — Что ты имеешь в виду? — Моим покровителям не выгодно, чтобы общественность узнала о существовании лаборатории, где проводили опыты на людях и создавали мутантов. Скорее всего, они обвинят во всём Аннали и отправят её туда, где она не будет мешаться. И даже если и попытается донести правду, никто ей не поверит. На неё, скорее всего, захотели повесить всё случившееся, поэтому спасли. Айзека пробил неприятный холодок от осознания всей серьёзности ситуации… — Тогда я прямо сейчас должен!.. — метис сделал рывок к выходу, но Даниэль перегородил ему путь со словами: — Сейчас ты ничем не сможешь помочь ей. А наоборот только нарвёшься на патруль, который расстреляет тебя. — С дороги! — прорычал метис, вцепившись в его ворот. Алая чешуя начала собираться на его руках, плечах, шее и лице, превращая его руки в лапы с острыми когтями. — Не смей стоять у меня на пути… — Успокойся, номер 225, я тебе не враг. По крайней мере, не сейчас, — спокойно, даже равнодушно проговорил Даниэль. Айзек смотрел на него взглядом горящих огненно-оранжевых глаз, белки которых начинала наливаться кровью. — Я не собираюсь тебя удерживать. Однако сейчас нам ничего не остаётся, кроме как скрываться здесь от вооружённых патрулей. Территорию вокруг больницы Д. Блэк оцепили. Нужно переждать, прежде чем попытаться прорваться в город. Можешь ли ты быть уверен, что патрули если не убьют, то не схватят тебя и вновь не отправят на опыты? — спокойно спросил мужчина, посмотрев на Айзека своими проницательными зелёными глазами. — Тц. Ладно, — произнёс метис, расцепив пальцы. — Но не жди того, что я буду помогать тебе. Как только мне выдастся возможность выбраться, каждый пойдёт своей дорогой, — прошипел он. Такое развитие событий просто не укладывалось в голове. Отныне Айзек и Даниэль за одно… К большому удивлению, учёный вёл себя сдержанно и шёл на уступки, игнорировал колкости метиса в свой адрес. Но по холодным глазам мужчины было видно, что ему это не нравится. — Ты всегда такой паинька или просто притворяешься? — спросил Айзек, в очередной раз пытаясь задеть его. — А ты всегда такой грубиян или только ко мне такое отношение? — ответил Даниэль, отвернувшись в сторону, пытаясь уснуть. — А какое у меня должно быть отношение к тому, кто проводил на мне всевозможные эксперименты и несколько раз пытался убить? — …Я приношу свои извинения. Это ты хочешь от меня услышать? — спросил мужчина, посмотрев в его сторону глазом, заплывшим чёрным белком. — Я хочу знать, с каких это пор ты стал играть в святошу? — Как я уже говорил, я делаю это только ради Аннали. — Разве вас что-то связывает, помимо брака по расчёту? — Тебе этого всё равно не понять… — А ты попробуй объяснить. Нам некуда спешить, — произнёс Айзек, сложив руки на груди. Что-что, а засыпать в одном помещении со своим врагом у метиса не было желания. — Что ж… Между мной и Аннали, правда, был заключён брак по расчёту. Её отец опекал свою дочь настолько, что хотел быть уверен в её физическом и материальном благополучии, даже когда та вырастет. Я не был против, так как Аннали идеально подходила на роль моей жены. После смерти её родителей мы стали общаться чаще. Я делал всё, чтобы мне не пришлось вновь искать себе кандидатку в жёны. И делал я это всё ради собственной выгоды и чтобы поддерживать имидж. Однако я не заметил, как со временем начал испытывать к ней нечто большее… И заметил я это только когда она променяла меня на такого, как ты. Это сильно ударило по моей самооценке, ведь я привык получать любовь за свои достижения. Такую систему привили мне с самого детства, а именно моя мать, особенно после ухода отца. Тот был грешен на измены поэтому несмотря на солидный возраст, они развелись. С тех пор для матери я должен был быть идеальным, чтобы она обратила на меня внимание. Прикладывая должные усилия, я мог поддерживать этот образ. А с годами это стало моей привычкой. Другой я нравился всем без исключения. Были и те, кому я показывал своё настоящее лицо, но они… Скажем так, плохо закончили. В такие моменты я теряю контроль над своими эмоциями. — Я заметил, что на деле ты психопат и убийца, — цыкнул Айзек в стороне. — К этому привело то, что я всю жизнь сдерживал негативные эмоции, не смея проявлять их на своём идеальном образе. Так вот, подобным поступком Аннали внесла сбой в мою систему любви. Я не мог понять, за что она выбрала тебя и почему я не получаю такого же отношения. И использовал все свои методы, которые применял для достижения своих целей. Но даже после этого она не отреклась от тебя. Я вновь потерял контроль над своими эмоциями. Однако после нашей схватки я осознал одну вещь… Я никогда не показывал Аннали себя настоящего. Так как она могла полюбить человека, вместо лица которого всегда видела лишь идеальную маску? А также то, что показывать это настоящее лицо уже слишком поздно… Я сам подвёл к тому, чтобы она узнала меня настоящего лишь с самой худшей стороны. Да и к тому же её сердце уже принадлежит тебе. Айзек опустил огненно-оранжевые глаза на свою руку, на предплечье которого была намотана цепочка с золотым кулоном в виде сердечка, украшенного орнаментом из чёрного золота в виде цветов. Как он только уцелел во ворохе всех этих событий? Значит, это о чём-то да говорило… — Я решил отречься от своей идеальной маски и образа, действовать и говорить так, как считаю нужным, не сковываясь мнением общественности и ролью, которую я вынужден играть, так как всё это лишило меня самого близкого человека, доверие которого я никогда больше не верну. А также, чтобы доказать самому себе, что без этого идеального образа я чего-то стою и могу быть большим, чем психопатом и убийцей. — Хах. Какая грустная история, я сейчас расплачусь, — усмехнулся Айзек, каждое слово наполняя максимальным сарказмом. — Да пошёл ты, — с усмешкой сказал Даниэль, отвернувшись к стене. Они провели в канализации несколько дней в ожидании того, когда группа зачистки перестанет патрулировать территорию лаборатории, а спасатели — разгребать завалы и извлекать трупы. Тела людей извлекали для опознания и передачи родственникам для похорон, а тела мутантов для последующей утилизации после изучения. Благо в каморке осталась одежда рабочих, в которую Айзек и Даниэль переоделись. Под покровом ночи им удалось выбраться из канализации и покинуть территорию разрушенной лаборатории, укрывшись в лесу. — Твою мать… — отдышался метис, наконец остановившись. — По крайней мере, нас никто не заметил, и это радует, — раздался голос учёного, который плёлся позади него. — И что дальше? — спросил Айзек, повернувшись к нему. — Уговор выполнен. С этого момента наши пути расходятся, — пояснил тот, посмотрев на него взглядом зелёных глаз, светящихся в темноте. — Ты и я — мутанты, которые теперь вынуждены скрываться. Мой тебе совет: Если не хочешь навлечь на себя и Аннали беды, уезжайте жить в самую глубинку на окраине города. И никому особо не рассказывайте о своих личностях. — А куда отправишься ты? — спросил Айзек только ради любопытства. — Я начну жизнь с чистого листа. С новой внешностью и под другим именем. Отныне называй меня Джек Дэниэлс, — сказал мужчина, разлохматив свои и без того растрёпанные волосы. Без очков и руки, со шрамами на лице и новой причёской он выглядел совершенно другим человеком… — Что ж, удачи тебе, Джек Дэниэлс, — усмехнулся Айзек, сложив руки на груди. — Взаимно, Айзек Грин, — произнес тот с лёгкой улыбкой, после чего двинулся в сторону огней города. — Кстати, — внезапно остановился он, после чего добавил: — Передай Аннали, что я приношу свои извинения… за всё, что сделал. — Для начала мне стоит её найти, если ты хочешь, чтобы я передал твои слова. — Да, об этом тоже. Советую тебе посмотреть или почитать местные новости. И думаю, ты найдёшь место, где тебе стоит её искать. ============================ — И этот сукин сын оказался прав. Я смог найти тебя благодаря статье, которую случайно увидел в одной газете: «Ужасное происшествие! Страшный пожар охватил больницу Д. Блэк! Погиб весь персонал, в том числе и пациенты. Поджог устроила одна из пациенток Аннали Волтер, которую суд приговорил к пожизненному лечению в психиатрической лечебнице Блэквуд». Мне понадобилось немало времени, чтобы выяснить, где находится это чёртова психиатрическая лечебница и добраться сюда, — кратко рассказал Айзек. — Вот, значит, как… — произнесла Аннали. И правда, неприятно от мысли, что её обвинили в поджоге и выставили психически больной, чтобы скрыть свои злодеяния. А что самое удивительное, она не могла поверить в тот факт, что Даниэль помогу Айзеку и тем самым буквально спас девушку от заточения в психушке… И также извинился перед ней за всё плохое, что он сделал. Какое же горькое чувство, когда она вновь вспоминает его… Аннали искренне надеялась на то, что с Джеком Дэниэлсом всё будет хорошо, и его жизнь наладится после того, как он потерял всё… из-за неё и Айзека. — Я рад, что с тобой всё в порядке. Эти месяцы я не мог спокойно спать от осознания того, что ты сейчас где-то там одна отдуваешься за всё, что успели натворить эти ублюдки в белых халатах… — прошипел метис. — Я тоже сильно скучала по тебе, Айзек, — устало, но искренне улыбнулась Аннали, впервые за всё это время. Айзек лишь удовлетворенно хмыкнул и тихо произнёс: — Дурочка… Перестань плакать. Через некоторое время Айзек и Аннали добрались до ближайшего города. Метису не составило труда раздобыть для девушки нормальную одежду известным для него методом. Несмотря на то, что Айзек ничего не понимал в нынешней моде, он раздобыл для Аннали красивое платье и симпатичную шляпку, дабы она имела возможность в любой момент скрыть своё лицо, так как её фото в местных газетах будет пестрить ещё долго. У местных жителей девушка узнала, в какой стороне находится место, где находился старый домик, который достался её родителям от бабушки со стороны матери и остался единственным наследством, которое Аннали имела право наследовать, и как им с Айзеком добраться до него. Из-за отсутствия документов и каких-либо денег им обоим пришлось добираться пешком, иногда ловя попутки, которые могли бы их подвести. Через несколько дней Айзек и Аннали добрались далеко за город, на самую окраину леса, где стоял небольшой, но уютный полуразвалившийся домик. Хоть этот дом был и в плачевном состоянии, что-то подсказывало девушке, что они с Айзеком быстро приведут его в порядок. Аннали подошла к краю обрыва, дабы полюбоваться пейзажем леса, а также рекой, что протекала неподалёку от домика, наслаждаясь лёгким ветерком, что дул ей прямо в лицо, так и норовив сдёрнуть с её макушки шляпку. Айзек подошёл к ней сзади и приобнял девушку за талию, дабы та ненароком не свалилась вниз. Девушка бережно положила свои бледные ладони поверх его смуглых рук, и они остались стоять так, наслаждаясь пейзажем и лёгким ветерком, а также лёгкой атмосферой леса. С этого момента начнется новая страница их жизни.