Даже если меня это убьёт

Оконное стекло тонко вибрировало под напором дождя. За зарешеченным окном раздавались раскаты грома и быстрые вспышки молний, что словно испуганные дикие звери показывались лишь на миг, а затем скрывались в тёмной пелене серых небес. Падший ангел давно не смотрит вверх, туда, где раньше был его дом, братья и сёстры. Всё, что он предал ради своей истинной семьи- не по крови. Кастиэль часто вспоминает первую встречу с Дином Винчестером, человеком, который заменил ему Рай, семью, стал для него смыслом существования. Такой сильный, каменный снаружи и такой хрупкий, словно хрустальная ваза, внутри. Стоит Касу вспомнить, как играли желваки на скулах человека, как храбро он твёрдой хваткой сжимал нож с высеченными знаками против демонов, когда они впервые повстречались, он невольно начинает почти блаженно улыбаться. Вспоминает, как не считался с Винчестерами, как заставлял Дина проявлять к себе уважение и говорил, почти кричал, что он служит Небесам, никак не ему, грязному человеку. Это были времена, когда он чувствовал свою мощь даже в кончиках пальцев, а его истинный облик был не меньше, чем Крайслер Билдинг. Кастиэль поёжился от нахлынувших нежелательно воспоминаний, и, перевернувшись на другой бок на скрипнувшей пружинной кровати, уставился в грязно-зелёную стену с подтёками и потрескавшейся абсолютно везде краской. Он натянул тонкое, коричневое одеяло на плечи, прикрывая шрамы на спине грязной тканью. Как он, Ангел Господень, скатился до пребывания в этой Господом забытой лечебнице? Он и сам не мог рассказать детали, но, в общих чертах, он всё же помнил. Причиной были, конечно же, Винчестеры, точнее, их отсутствие на этой бренной земле. Эта история известна каждому: два брата, что колесили по стране от монстра к монстру, имели дело с парой апокалипсисов, тысячами чудищ, демонами и ангелами, богами и идолами, изначальными сущностями и самими собой. Они умирали и воскресали не одну тысячу раз, однако, им не давали забыться во тьме, вырывая из холодных могил и костровых пепелищ, заставляя продолжать свой путь и сражение с очередной непобедимой тварью. Казалось бы, они не управляли своей судьбой, они были лишь забавными марионетками, подвешенными за ниточки на пальцах Бога, что в итоге возжелал им смерти, но стоило им победить, начать писать свою судьбу самим, так сразу умер Дин, и никто не мог с этим ничего сделать, что бы не начать очередной апокалипсис. Сэм же умер в поздней старости, дожив счастливо и оставив потомка. Кастиэль же только вернулся из небытья к моменту смерти младшего Винчестера. Он не знал, ни кто его воскресил, ни почему, а тихий голосок на краю его сознания шептал: «Так просто все никогда не бывает», но Кас не обращал на него внимания. Всё, что помнил ангел, это то, как он озвучивает свои чувства Дину, а затем его обволакивает тёмная сущность, зовущая себя Пустотой. Он оказался прав на этот раз. Ничего не бывает так просто и убедился он в этом, когда на 68 звонок Сэму ответил Дин, сын младшего Винчестера, и сообщил о смерти дяди, о котором знал лишь из историй на ночь, что ему рассказывал отец, а также, о смерти Сэма. Кто-то знатно поиздевался над сломанным ангелом, вернув его в этот утопический ад. Вокруг было всё слишком хорошо: люди были счастливы, войны чудесным образом завершились, а монстры не появлялись в поле зрения человека. Касу это категорически не подходило. Он пытался привыкнуть к жизни без Винчестеров, особенно, без Дина. Он метался между Раем и Землёй, стараясь улучшить творение уже ушедшего Джека и пытаясь охотиться. Руки опускались. Всё, что он мог себе позволить- постоять пару часов перед белоснежной дверью чужого кусочка Рая с надписью «Дин Винчестер». В один момент он сдался: жизнь была до того пустой и бессмысленной, что он отказался от благодати, оставив её вместе с крыльями в грязной колбе очередного обшарпанного мотеля, вроде тех, в которых раньше останавливались братья. В тот же день он отправился на поиски единственного потомка Винчестеров, что должен был продолжать семейное дело и носил то же имя, что и его человек, заменивший ангелу всё. Он ехал к нему в надежде, что будет ему полезен, то сможет его защитить, что вместе они возобновят дело Винчестеров, но он даже представить не мог, насколько ему будет сложно. Стоило ему ступить на порог неизвестного ему дома, он заметил парня, что не имел права называть себя Винчестером. Кас не мог объяснить гнев, окутавший его в тот момент. Парень не был похож ни на одного из братьев. Разве что, на его щеках были разбросаны веснушки схожие с теми, что украшали загоревшее лицо Дина-старшего. Глядя на его лицо, бывший ангел мысленно переставлял веснушки в порядке тех неизведанных созвездий, что были у дяди парня. Ростом он был чуть ниже своего отца, но выше дяди. Его тёмные волосы не были такими шикарными, как у Сэма, но были густыми и обрамляли лицо, подчеркивая грубоватые черты лица. Кас лишь неловко помялся на пороге, не позволяя себе зайти в обитель младшего Дина Винчестера, что-то промямлил про то, что ему жаль о смерти Сэма и что он был прекрасным, чутким человеком, что неоднократно спасал мир и поспешно удалился. Давным-давно, еще во времена левиафанов он уже задумывался, что воскрешение успело стать настоящим испытанием для него, совершившего безумное количество ошибок. Но тогда у Кастиэля было к кому возвращаться и куда, а теперь… Странная, назойливая влага начинала скапливаться в уголках глаз, когда он начинал основательно задумываться обо всей сложившейся ситуации. Под ногами тихо хрустели золотые листья, погрязшие во влажной, орошенной дождём, земле. Солнце уже скатывалось по небосклону, желая уйти на ночной покой и освещая землю алеющими лучами. Не медля, Кастиэль занял водительское место в своём раритетном автомобиле. Вскоре за окнами неспешно движущегося Континенталя проплывают множества небольших домишек, крошечных магазинчиков и старых автомобилей, но чуть позже за окнами начинают появляться лишь деревья, деревья, деревья и редко проезжающие автомобили с засыпающими водителями. Что бы ни было на душе у ангела Господнего, он ведёт аккуратно, словно от этого может зависеть судьба всего человечества. Голова его непривычно пуста, ведь ему неясно, зачем его вернули к жизни. Он просуществовал несколько веков, не внимая тому, что можно получать удовольствие от жизни, а не лишь следовать указаниям свыше. Именно Дин Винчестер открыл ему на это глаза, как и на другие человеческие превосходства над ангелами. Именно он показал, что Кас может быть счастлив и за это Кастиэль был благодарен и за это он отдал свою жизнь не раздумывая. Это были лучшие 11 лет, которые стоили каждой секунды, каждой ошибки. Но… ведь было бы глупо сейчас просто покончить с собой от отчаяния, так ведь? Если Джек его вернул, то, возможно, это значит, что он ещё может быть полезен этой земле, что так отчаянно и самоотверженно спасали Винчестеры. Но он не хотел оставаться ангелом, оставаться бессмертным, по сути. Падший ввалился в свежеснятый номер мотеля на окраине небольшого городка штата Канзас, штата, в котором всё началось и в нём же и закончилось. Кастиэль должен был обдумать, какие шаги ему предпринять дальше, что вообще делать. Белые стены давили на нервы. Прибранная и ничем не примечательная комнатка мотеля, подобная тем, в которых братья имели привычку останавливаться, никак не способствовала созданию плана действий. Падший в сотый раз измерял комнату истеричными шагами, на его лице проступали сильные следы усталости в виде мешков под глазами и нездорово бледного оттенка кожи. В его глазах не было ни единой эмоции, в то время, как губы кривились в страшные ухмылки, а затем сжимались в тонкие бледные нити. Ничего путного на ум не приходило, но стоило ему сдаться и устало свалиться на стул, задев что-то на столе, как на пол прямо перед ним славировала газета с новостями. Ничего необычного? Мало того, что его удивило то, что газеты до сих пор публикуются, так ещё он припомнил, что в былые времена Винчестеры искали сверхъестественные события именно в газетных статьях, затем вырезали их и прикрепляли к стене. Кастиэль полистал газету и наткнулся на запись о серийном разграблении могил с исчезновением «свежих» трупов. Он, не задумываясь, вырвал лист с объявлением и направился из комнаты. Его мало смущали сгущающаяся вечерняя мгла и проступающие на небосводе звёзды. Он хотел убивать, хотел мстить и хотел помогать. Кастиэль сравнивал это с влиянием метки Каина, желание Дина убивать было примерно настолько же сильным, насколько сейчас оно было у Каса. Но также он не слепо желал ощутить кровь на руках, он хотел помочь, спасти чью-то жизнь. Сейчас, как никогда, он ощущал значимость жизни. Но главной мыслью было: «даже если это меня убьёт». Что именно убьёт? Он не мог точно сказать точно, возможно, это те эмоции, ярость, а может, сама нечисть, что разграбила могилу того мужчины. Но это не важно. Без задней мысли о том, что его вряд ли будут так поздно выслушивать свидетели, Кас сделал пару шагов по направлению к двери, но, когда его рука уже тянулась к ручке, в его глазах просто резко потемнело. Ноги его подкосились и он упал. В его понимании он лишь моргнул, а когда открыл глаза, то прошло уже полчаса в положении морской звезды. Обессиленный Кастиэль едва смог подняться, найдя опору в виде стола. Прямо в одежде он безвольно плюхнулся на кровать, моментально засыпая. С утра, точнее, после обеда, Кастиэль отправился опрашивать свидетелей. Молодой парень впустил Кастиэля без лишних вопросов. В нос ударил запах лаванды. Кас уже давно не слышал никаких запахов кроме противного дешёвого эспрессо и застиранного постельного белья. Невысокий блондин провёл Каса на кухню, налил тому чай с мелиссой и без лишних вопросов рассказал о том, как пришёл навестить покойного отца, а могила была бессовестно разрыта и разграблена, а удивительнее всего было полное отсутствие останков. Там не было ровным счётом ничего. Мысль о чём-то не сверхъестественном была мгновенно отметена, а значит, это- гули. Винчестеры давненько на них не натыкались, ведь эти твари редко кого-то трогали и вообще редко проявляли себя. Касу ещё предстояло найти их логово, а затем, по старинке, Кастиэль поднялся, благодаря Рея за чай и за помощь следствию. Он уже собирался выйти, как на пороге объявились двое полицейских, которые бы даже не обратили бы на него внимания, если бы парниша не сказал, что его делом занялось ФСБ и что Кас- как раз агент. Пожилой полисмен, который, как выяснилось, был шерифом, поправил свою тёмно-коричневую фуражку и, подойдя ближе, протянул правую руку Касу для пожатия, на что тот, недолго медля, ответил неловким, возможно, слишком длинным рукопожатием. Глаза мужчины, чуть сузившись, детально разглядывали лицо бывшего ангела, словно выискивая что-то определённое или ответ на вопрос. — Мы, случайно, с вами не встречались раньше? — Вопрос, заставивший Каса удивлённо вздёрнуть бровь. — Прошу прощения, не думаю, что прежде имел честь вас встретить. — Кас отвёл взгляд. Конечно он помнил шерифа Джорджио Блейка, который сам не подозревая, дал все наводки на вампиров в своё время. Но в то время он был совсем юн, он был лишь сынишкой ничего не подозревающего шерифа, подслушавшим взрослый разговор по телефону и пересказавший его дяде в бежевом тренче. — О, прошу простить меня, но я не уверен, что услышал, как вас зовут. — Агент Бейонсе — соврал по привычке. Шериф Блейк кивнул напарнику за своей спиной, но этого знака бывший ангел не понял, и зря. — И что вы выяснили, агент Бейонсе, у пострадавшего? Есть ли у вас хоть пара догадок о том, кто же мог сотворить подобное? — Честно говоря, думаю, это или подростки устроили, или те, кто хотели украсть что-то определенное, например, золото. — Кас начал выдумывать откровенную сказку для Блейка, ведь помнил по объяснениям Дина, что людям нельзя знать правды о монстрах. — Хорошо… — Мужчина задумчиво потёр седую бородку, сильно выделяющуюся на его смуглой коже и оглянулся на помощника, который как раз закончил копаться в телефоне и склонился к его уху что-то шепча. — Агент Бейонсе, говорите? Забавно, что во всей Америке нет ни единого офицера с подобным именем. — Промолвил Джорджио, кривовато улыбаясь. — Вы поедете с нами. — Мужчина вцепился в правую руку Кастиэля, на что тот беспомощно вертел головой, судорожно пытаясь придумать, как освободиться. Бежать не выход, ведь Кас слаб и они всё равно догонят. Драться тоже не вариант: один слабый бывший ангел против двух офицеров полиции во всеоружии. Оставалось лишь понуро идти с полисменами под ручки. Перед тем, как посадить его в машину, Блейк достал из кармана серебристые, немного поржавевшие наручники и одел их на протянутые руки Кастиэля. Дальше всё было как в тумане: поездка в участок допрос, на котором Кас, не задумываясь, рассказал про то, что он бывший ангел, об охоте на монстров и о апокалипсисах. Он рассказал всё как на духу. Уже было всё равно. Они бы его посадили за фальшивые документы. А теперь он находился в психиатрической больнице, без возможности вырваться и без желания жить. Ну, не совсем так. Он с лёгкостью бы вырвался, если бы хотел, ведь здание безумно плохо охраняется, но всё же он предпочитает считать, что у него просто нет возможности, чем то, что он просто сдался. Он стоит перед стеной такой немощный. Босой и облачённый лишь в небольшой больничный белый халат на завязочках сзади. Он видит свою тень и от отчаяния и холода обнимает себя. Он видит крылья. Он пытается до них дотронуться, но не может. Их нет. Тень являет потрясающие крылья, немного обожённые адским пламенем по краям, которые Кастиэль носил с гордостью. Сейчас он просто Кас- сломанный, неправильный человек, обречённо ожидающий своего конца. Как столь могущественное существо стало… таким? Это то, во что его превратили чувства к Дину Винчестеру. Любовь к Дину Винчестеру. Теперь он ждёт. Он просто ждёт, когда сможет присоединиться к Дину в его бесконечном заезде на Детке.