Восьмое чудо света или странности уже не странные

— Вы спать будете? — спросила Мика, залезая на кровать и пытаясь не разбудить еле уснувшую Еву. — Нет, ложись. — Может все же ляжете? Выспитесь хоть, — и откуда появилась такая неожиданная забота? — Микаса, я не хочу спать, — безразлично ответил он, отпивая чай со своей чашки, даже себе не признаваясь, что жутко хочет лечь рядом. — Пожалуйста, ради меня, — выпалила она, мысленно мечтая, чтобы лицо не сильно покраснело. — Ох, хорошо, но только потому, что ты меня достала, — устало вздохнул Левай и плюхнулся поверх Мики, которая успела лечь. — Э, кап-капитан, вы на мне лежите, — еле пролепетала смущенная данной ситуацией, однако отпихивать мужчину явно не собиралась, чем он вдоволь пользовался, прижимаясь к ней, словно кот, жаждущий ласки от хозяйки. — Я знаю, спи давай, — и вскоре заснул, тихо похрапывая. — Вы такой дурак… Леви, — улыбнулась Мика, рассматривая спокойное лицо напротив, не понимая, как не замечала его раньше.

***

      Дверь открылась и высунулась головка Микасы. — Леви, вы там… Ой, я кажется не вовремя. Ева, пошли. — Мамоцка! — крикнула малышка, до этого рассматривающяя двух Аккерманов, однако поняв, что они могут проснуться, поубавила голос. — Я скуцала. — Я тоже, но почему тетя Мики и дядя Леви спят обнявшись? — прижала к себе дочку, недоуменно смотря на свою прошлую версию. — Это уже втолой день. — Правда? — Да, пойдем тете Хандзи лассказем, она будет лада. — Ты права, пошли, — и вышла, тихо закрыв за собой дверь. — Микаса?! Ты чего пришла? Вы же должны были минимум через неделю придти, — спросил мимо проходящий Эрвин, потрепав малышку по волосам. — Мне стало плохо, и Леви отправил меня назад. Мы были в одном сомнительном баре, и, кажется, я отравилась там, — объяснила девушка, удобнее устравая Еву на руках. — Папа не плидет? — состроила грустную мину, взглянув на маму из-под челки. — Папа придет чуть позже. Кстати, Микаса и Ханджи и в правду подрались? — Да, у Микасы половина лица расцарапана. Вот и ходит наш Леви недовольный, постоянно отчитывает ее. — Это на него похоже. О, они часто вот так вот обнимаются? — кивнула головой на дверь, намекая на спящих голубков. — После вашего ухода, часто. Я не видел их вчерашние обнимашкм, может сейчас увижу, — усмехнулся Смит, открывая проход и заглядывая вовнутрь. — Быстро они сошлись. — Да, может, это и к лучшему. — Главное, чтобы Микаса не забеременела от него, — попытался пошутить, но кажется неудачно вышло. — Леви ждал почти два года, пока я не была готова, поэтому можешь не волноваться, ползунки никому менять не будешь, — серьезно ответила брюнетка, опуская дочку на землю. — Побудешь с Евой? Мне в уборную надо. Опять тошнит.       И не дожидаясь ответа, побежала по коридору, почти спотыкаясь на каждом шагу. — Отравление — это не шутки, — покачал головой он и хитро посмотрел на девочку. — Давай разбудим дядю и тетю? — Да! — и с позволением Эрвина зашла в комнату, сразу прыгнув на кровать, прямо на спящих возлюбленных. — Солныско встало! Мама плисла! Вы тозе встаньте!       Из под одеяла послышалось ворчание и вскоре появилась взлахмоченная голова Левая. Глаза слипались и он был похож на маленького младенца. — Подушка ты моя, вставай, одному страдать мне не хочется, — проговорил он, сонно зевая и вставая с мягкого тела Мики. — Не хочу, страдайте один, — буркнула она и наконец сменила позу, сильнее укутываясь в одеяло. — Хорошо, — лишь прошептал он.       В комнате стало тихо… Слишком тихо.       А после сильный грохот. — Какого фига вы кровать опрокинули? Тем более я спала на нем! — яростно крикнула Мика и побежала за Леваем, который поняв ошибку, засверкал пятками, оставив за собой смеющихся Эрвина, Еву и пришедшую с туалета Микасу.