Заложник

В мафии с самого утра была суматоха, все куда-то спешили, не обращая внимания на других, что очень раздражало рыжего мафиози. Из-за его маленького роста Чую часто не замечали и толкали, после начиная в спешке извиняться перед ним, боясь ужасающей силы мафиози, на что Накахара лишь недовольно отводил взгляд и продолжал идти дальше, направляясь в свой кабинет, где наконец-то спокойно принимался за работу. В кабинете Чую ожидала куча документов, отчётов и других бумаг, нуждающихся в сдаче сегодня. Посмотря на все это, Накахара и бровь не повёл, ведь чему удивляться, если накануне должна была пройти важная встреча двух организаций по обмену ресурсами и информацией. Рыжик лишь тяжело вздохнул, принявшись за работу. Время проходило, а работы меньше не становилось. Примерно каждые два часа добавлялись какие-то новые бумаги, из-за чего времени на перерыв не оставалось и приходилось работать, не отрывая головы. Время шло к двум часам, а Накахара даже ещё не отдыхал. Ближе к половине третьего в кабинет зашёл Огай, дабы проверить как рыжий, ведь он знал, что Чуя из тех людей, которые беспрекословно выполняют все приказы, не жалея себя. Чуя интеллигентно встал с рабочего места, чтобы поздороваться с главой. Вот только через мгновение после этого у Накахары стала раскалываться голова, впоследствии чего он рухнул на пол. Огай сразу же подбежал к тому, чтобы помочь. — Чуя, ты меня слышишь? — Все нормально… Огай не верил его словам, поскольку по виду подчинённого не скажешь, что все было в норме. Он помог Чуе подняться, усадив его на диван, который располагался посреди кабинета. После он дал мафиози таблетки от головной боли. Мори слишком хорошо знал Накахару, поэтому остался с ним на полчаса, чтобы тот отдохнул. Ведь если бы Огай ушёл сейчас, рыжий бы тут же принялся за работу, сделав себе только хуже. Посидев так около тридцати минут, разговаривая о мелочах, Чуя поблагодарил босса, продолжив выполнять работу. **** Время было позднее, когда Накахара разобрался со всеми бумагами и отчётами. Отдав их Огаю и получив надбавку к следующей премии, он вернулся в свой кабинет, чтобы забрать плащ и отправиться домой. Накинув на себя верхнюю одежду, Чуя направился к выходу из здания. Несмотря на то что время было уже позднее, Накахара не стал вызывать такси, решив пройтись пешком и подышать свежим, вечерним воздухом. Вечер и вправду был хороший. Прохладный воздух, развевающий рыжие пряди, и тихая улочка, которая вела вглубь города. Чуя был наполовину пути от дома, когда его накрыло странное чувство беспокойства. Накахара ощущал на своей спине чужой взгляд, будто кто-то пристально следил за ним. Это чувство все никак не пропадало, преследуя мафиози, не давая спокойно дойти до так желанного места отдыха — дома. Не выдержав это, Чуя резко обернулся, вглядываясь в темноту, но разглядеть ничего не вышло, ведь Накахара не обладал способностью видеть в темноте, а на улице ко всему прочему еще и фонарей не было. Хотя чувство преследования оставалось, рыжий хотел было уже развернуться и пойти по направлению к дому, как чья-то рука прижала к лицу Чуи тряпку, пропитанную каким-то едко пахнущим веществом. В это время другая рука удерживала хрупкое тело, прижимая к себе и не давая вырваться. Накахара отчаянно пытался выбраться из хватки, пытаясь убрать чужую руку со своего лица, позвать на помощь, но вокруг как назло никого не было. Только кромешная тьма. В попытках скинуть руку, Чуя понял, что по всей руке нападавшего находятся бинты, что не менее встревожило рыжего, но уже было поздно. Чуя настолько сильно надышался неизвестным веществом, что начал терять сознание. Последнее, что услышал рыжий, перед тем, как потерять сознание, были слова, сказанные до боли знакомым голосом: — Мы хорошо с тобой повеселимся. **** Прийдя в себя, Чуя увидел перед собой стену. Голова все ещё кружилась, поэтому пришлось напрячься, чтобы как можно детальней рассмотреть небольшую комнату. В ней ничего не было, кроме кресла, к которому был прикован рыжий, и пары тентаклей, что располагались по всему периметру комнаты. Также была люстра, что освещала комнату, в которой не было ни одного окна. Пол был мягким, что не менее настораживало. Рассмотрев комнату, Чуя принялся рассматривать то зловещее кресло, на котором он сидел. Данное слово подходило этому креслу больше всего. Как потом обнаружил Накахара, на нём была только расстегнутая рубашка и вызывающие боксеры, что так хорошо выделяли член. Накахара же явно помнил, что такого белья у него не было, но это было сейчас не самое главное. Кресло было довольно странным, сзади чувствовалась мягкая спинка, а ноги лежали на непонятных штуках, что не давали Чуе упасть, ведь сидушки у кресла не было. Руки были закреплены странными дугами над головой, то же самое касалось и тела, дабы рыжий не сбежал. Корпус намертво был прикован к чертовому креслу, ноги так же были привязаны, что не давало даже пошевелиться. К соскам же были прикреплены круглые штуки, плотно прилегающие к ним. Углубившись в свои раздумия, Чуя и не заметил, как в комнате, помимо него, оказался ещё один человек. — Ну как, Чуечка, тебе не терпится уже опробовать его на себе? — с наглой ухмылкой произнёс парень, что стоял и пялился на столь развратный вид бывшего напарника. — Ублюдок, отвяжи меня от этого долбанного кресла, иначе я тебе все кости пересчитаю! — Во-первых, какая жалость, что ты не доволен подарком, а ведь я специально оборудовал эту комнату и заказал кресло для тебя. Во вторых, пересчитать кости у тебя сейчас не выйдет, ведь ты наглухо прикован. — Ну так развяжи меня! И что это за боксеры на мне?! Ты совсем страх потерял?! Верни мне моё бельё! — Ууу, наш Чуя злится. Прости, но я его выбросил, оно тебе не шло, а эти боксеры идеально подчёркивают твою прелесть ~~ — Грррр… Ради чего это всё? Отвечай, скотина! — Тише-тише, не сквернословь, а то твой ротик будет занят кое-чем раньше времени. Наконец-то ты начал задавать правильные вопросы. Ты сейчас заложник, жертва, так что, не советую болтать лишнего. — С хуя ли? — Не догадываешься? Хорошо, тогда так уж и быть, расскажу. Как ты, наверное, знаешь, в мафии проходит важная встреча двух организаций. На этой встрече будут обсуждать информацию по перевозке оружия и живого товара за границу. Как раз то, что нужно агентству, чтобы раскрыть дело о перевозке людей и их загадочном исчезновении. — От…куда ты это знаешь? — Покопался в архивах. — Значит, ты все это давно спланировал… — Бинго! Таким образом, дабы получить больше информации и координаты места, куда отвезут людей, я взял тебя в заложники. Конечно Мори-сан в обмен на тебя согласился поделиться некоторой информацией, ведь ему не особо хочется раскидываться такими-то сотрудниками. — Что? Сколько я тут нахожусь, и где… мы? Отвечай, давай! — Ты пробыл в отключке день, с того момента как потерял сознание на улице, тот наркотик и вправду хорошо подействовал на тебя. Сейчас мы находимся в одном из моих убежищ, расположенном под землёй. Больше тебе знать не надо. Поэтому, пока у нас в запасе целый вечер и следующий день, приступим. — Ах ты ж скумбрия проклятая, ещё и наркотиками напичкал. Зачем тебе эта вся показуха, с этой долбанной комнатой? Не проще-ли запереть меня где-нибудь в подвале?! — Возможно, но я хочу с тобой развлечься~~ И даже не пытайся использовать свою способность. Не выйдет. А после у тебя вряд ли хватит сил это сделать. — Да я тебя в порошок сотру! — Хорошо, хорошо… если двигаться сможешь~~~ Не будем терять времени… — подойдя к Накахаре, Осаму хотел завязать тому глаза, но рыжий начал вертеть головой, пытаясь избежать этого кошмара. Шатену это совершенно не нравилось, поэтому он сжал шею Чуи, фокусируя его внимание на себе. — Ты что хочешь, чтобы я тебе сонную артерию порвал? — Н… нет. — Тогда не дёргайся, — завязав рыжему глаза, Осаму куда-то отошёл. Накахара пытался разглядеть, что делает этот ублюдок, но ткань была очень плотная. Сквозь неё не попадало никакого света, плюс Осаму так её затянул, чтобы она наверняка не слетела, если рыжий попытается её стряхнуть с глаз. Чуя сидел в ожидании не пойми чего, и с каждой секундой ему становилось страшнее от того, что может сделать этот чертов садист. Осаму же в это время подключил всё необходимое, взяв пульт с кучей кнопок и встав в другой конец комнаты перед Накахарой, дабы наблюдать за всем с лучшего ракурса и места, не желая что-то упустить. — Начнём, — с этими словами Осаму нажал пару кнопок на пульте. Странные штуки на сосках включились, и по ним начал бегать небольшой разряд тока, заставляя Чую корчиться от смущения и жара, что начал накрывать каждую клеточку тела. Накахара же уперто молчал, сдерживая стоны, не желая делать это при шатене, доставляя тому удовольствие. Через пару минут после этого к боксерам прилипла странная вещь, по ощущениям это был огромный толстый тентакль, что массировал член, заставляя его твердеть, из-за чего Чуя кончил, замарав белье. — Оу, Чуечка испачкался, надо ему помочь… — Н… не п… подходи..... ах… ах, — Накахара уже престал сдерживаться, и от этого его голос начал садиться. — Твой голос уже хриплый, так никакого веселья не будет. Займём пока твой ротик, — нажав на кнопку пульта, Осаму принялся делать своё. В рот Чуи попал огромный тентакль, начиная двигаться, исследуя весь рот рыжего. Чуя лишь мычал, пытаясь хоть что-то сделать, но всё было напрасно, освободиться или сделать, что-то в этой ситуации Чуя был не в силах, поэтому он ждал лишь неизбежного. Тем временим Осаму порвал бельё Накахары, отбрасывая его в сторону и одевая на член рыжика кольцо, что работало по принципу штуковин на сосках. Включив кольцо и перевязав член ленточкой, Осаму произнес: — Так будет приятней кончать, не благодари~~ — после этих слов Осаму начал массировать член рыжего, сжимая головку, от этого Накахара стонал, как шлюха, и вскоре, не сдержавшись, кончил Осаму в руки. Сперма начала капать на пол и течь по ногам, доставляя при этом неприятное чувство и дискомфорт. Чуя не мог сказать, сколько конкретно времени прошло, сознание плыло и, казалось, вот-вот он отключится, но нет, тентакль, что был во рту, исчез, как вдруг в зад вошёл другой, но поменьше, толкаясь в разные стороны. — О… Осаму… х… хватит… п… прекрати… Шатен же, не обращая внимания на болтовню рыжего, щёлкал на кнопки пульта. Спустя какое-то время, маленький тентакль заменили намного большим, и Чуя, аж вскрикнул когда он вошёл до конца. Сначала он двигался медленно, но Осаму, не щадя рыжего, включил его на самую большую скорость. Тентакль с огромной скоростью начал вдалбливаться в Чую, принося только боль. Рыжему было ужасно больно, а из глаз начали капать слёзы от невыносимой пытки. Вдруг круги, что были на сосках, перестали работать и отпустили их. Розовые сосочки были настолько сексуальны, что Осаму не удержался и прикусил один из них, попутно оставляя засосы и укусы на бледном и хрупком теле. После, корпус отпустило и Накахара упал на пол раком. Когда же Чуя подумал, что это всё, руки схватили тентакли, не давая что-либо сделать. В зад резко вошёл огромный тентакль в виде члена, толкаясь всё дальше, задевая при этом чувствительную простату. Накахара захлёбывался слюной и собственными стонами, несмотря на охрипший голос. Когда тентакль дошёл почти до конца, из него в анус полилась прозрачная жидкость, выливаясь наружу и обжигая все внутренности. Сперма текла по ногам и красной заднице Накахары, смешиваясь с кровью, которая, очевидно появилась от того, что один из тентаклей порвал небольшое колечко мышц. Вдобавок ко всему, рыжик кончил третий раз. Изнасилованный и изнемождённый, Чуя рухнул на пол, не в силах больше двигаться. Выключив всё и сняв ткань с глаз рыжего, Осаму спросил: — Ну что, у тебя есть еще силы пересчитать мне кости? — У..... ублю… док..... садист… чертов…изнасиловал… и радует… ся… ха… ха, — Накахара тяжело дышал, буквально задыхаясь, в горле пересохло, а зад ужасно болел, это означало, что ближайшие две-три недели можно забыть о нормальной жизни, и вспомнить, что такое боль в спине и ногах. — Мне пора, Чуечка, Мори-сан, по всей видимости, решил прийти раньше… Не скучай без меня~~ Как только Дазай вышел, за дверью послышались голоса, и примерно через десять минут в комнату вошли рядовые мафиози и Огай. Мори был поражён состоянием Накахары, тот был весь в синяках, засосах и укусах. Подойдя к своему подчинённому, Огай попытался привести того в чувства, но всё было напрасно, Накахара так и не открывал глаза. Скорее всего, после такой пытки рыжий не скоро очнётся. Взяв Чую на руки, Огай понёс того на выход. Выйдя наружу, босс отнёс Чую в одну из машин, положив на заднее сидение и накрыв своим пальто (всё-таки на улице было не так уж и тепло). Осаму же в это время шёл домой, размахивая флешкой с полученной информацией в руках. — Какой же ты преданный пёс, Чуя, раз всё ещё с Мори, — эти слова были сказаны в тьму ночи, оставшись навсегда на улице, по которой шёл Осаму.