Щёчки

Armin Arlert — Far Away (CV: Marina Inoue)

      После смерти отца и с появлением отчима свет в глазах Евы погас. Ашиль был жестоким, заставлял работать до потери сознания и насиловал. Часто, грубо, избивая в процессе, грозился убить, если расскажет матери. И она молчала. Еве оставалось лишь наблюдать, как некогда весёлая и жизнерадостная девчушка в отражении замыкалась, затухала, как становилась больше похожа на зверя, готового бороться до последнего за свою жизнь. Взгляд стал холодным, волчьим, цепким. Глаза — зеркало души. Внутри неё осталась лишь Тьма.       А потом нападение на Шиганшину, мать и отчим взяли под своё крыло двух сирот. Девушка любила Луиса и Луизу, но душа уже покрылась толстой коркой льда. Со временем пищи стало не хватать, и её насильно отправили в Кадетский Корпус — дескать, если выживешь, без хорошего заработка не останешься.       Здесь-то она и встретила их. Жана и Армина.       Кирштайн стал для неё спасением и смыслом жизни. Она влюбилась бесповоротно и капитулировала безоговорочно перед его харизмой и очарованием. Шумный, азартный, дерзкий. Он смог зажечь в её глазах робкий огонёк, несмелый, первый за долгое время, но от внутренней Тьмы не избавиться так легко. Жан словно невидимый ошейник на шею девичью повесил с ажурной надписью «моё», хоть и не замечал чувств Евы. Его первая половинка, именно такая кличка приклеилась к ней из-за похожей фамилии, Кирш, была рядом всегда или почти всегда, ходила молчаливой тенью следом, незримо помогала. Сам того не ведая, лошадиная морда приручил дикую волчицу, приучил к себе и превратил злобу в поистине собачью преданность.       Но Арлерт был совсем иной. Тихий, милый, скромный. Чем-то он необъяснимо располагал к себе, заставлял задержать взгляд. Армин был словно ангел. Ева никогда не верила в Бога и не была религиозна, но почему-то вдруг стала совершенно точно уверена — если что-то и существует там, на Небе или где-то в мире, то его помощники должны быть такими же. Светловолосый, с длинными для парня волосами (кается, Ева, впервые увидев, действительно подумала, что перед ней девчонка), с огромными голубыми глазами. Бывают ли такие глаза у обычных людей?       У обычных точно нет. Бездонные, яркие, живые, горящие. Загляни — в них всю Вселенную видно, все мечты о далёких странах, полях песка, бескрайних льдах и море. Она подслушивала. Но нет ничего прекраснее на свете, чем слушать, как маленький Армин со всей страстностью и воодушевлением рассказывает о том, куда они отправятся, когда победят титанов, и весь огромный мир распахнёт перед ними свои тёплые дружеские объятия. Ева зажимала себе рот рукой, чтобы не издать ни звука, а по щекам впервые за долгие годы текли слёзы восторга, а не боли. Его мечта стала и её мечтой, даже не зная, что такое море, увидеть его хоть раз казалось главной целью её бесполезной жизни. И девушка лишь молилась, впервые, чтобы дожить до этого момента и тоже иметь возможность и честь шагнуть в новую эру Человечества.       А ещё его глаза сияли. Любовью к жизни, к друзьям, к своей недостижимой, но такой желанной и вдохновляющей мечте. Они светились внутренним спокойным и счастливым светом, и Ева думала, что перед ней самая прекрасная душа из всех. Он был похож на Кристу в своей доброте, но в Ленц на интуитивном уровне чувствовалась какая-то фальш и эгоизм. Армин же был бескорыстен и делал всё для друзей любой ценой.       Смотря издалека в лазурно-голубые глаза, словно безоблачное небо в солнечный день, которые сияли, как мириады звёзд в лунную ночь, Кирш безумно хотела приблизиться, согреться чужими сокровенными мечтами и предстать перед справедливым судом блондина, но больше всего она боялась опорочить и испачкать своей Тьмой невинный свет чистой души. Поэтому всегда держалась на расстоянии. Втайне завидовала близкой дружбе Армина, Эрена и Микасы, иногда подслушивая их беззаботные разговоры, любуясь чужим счастьем. Арлерта было кому защитить, и в силе его лучших друзей Ева ни на секунду не смела усомниться, но поклялась, что если этому неземному чуду хоть раз понадобится помощь, то она придёт, чего бы это ни стоило.

* * *

      Экспедиция за стены по возвращению Эрена, а чуть позже и Кристы, напряжённый бой с Бронированным, командир Эрвин поступает бесстрашно на грани безумия — приводит других титанов, чтобы остановить гиганта. И всё бы хорошо, Разведкорпус пришпоривает коней, заняв Бронированного, но чёртов Райнер не так прост, решил похвастаться своей меткостью на поражение — бросает безмозглых тварей вслед защитникам человечества. Ева лихо подгоняет своего Шварца, резво уносящего её всё дальше вперёд, прочь от опасности, она оглядывается изредка назад, маневрируя по полю, чтобы не попасть под случайную атаку. Как вдруг её тело пронзает крик откуда-то сбоку:       — Жан!       Это голос Арлерта? Девушка резко тянет поводья на себя, вороной конь недовольно фыркает, вынужденно останавливаясь, прядает ушами, прислушиваясь, нетерпеливо топчется на месте вокруг своей оси, пока наездница в недоверии оглядывается — неужели показалось?       — Жа-а-ан!       Справа, за деревьями! «Пошёл-пошёл-пошёл!» — Ева несколько раз подряд с силой пришпоривает Шварца, уже на ходу направляя в нужную сторону. Какая разница, чей это голос, если Жан в опасности! Но это точно был голос Армина, она может поклясться! Сколько раз она слушала, как он излагал свой гениальный план, который всегда оказывался верным и спасительным, сколько раз она подслушивала его мечты о море и большом свободном мире, скрываясь за углом. Кирштайн в беде, и Арлерт кричит о помощи, больше ей ничего не нужно знать. Она спасёт их обоих, без раздумий отдав жизнь, если потребуется.       Вот они. Сидят на земле между двух елей, блондин пытается отмахнуться от титана лезвием, но не видит, что сзади подкрадываются ещё двое, которые гораздо опаснее — монстр перед ними смотрит лишь с тупым любопытством, тянет лапищи, но не пытается поймать всерьёз, поэтому может ещё подождать. А вот те, что сзади, настроены весьма решительно и схватят неожиданно с тыла. Они не видели её, поэтому она справится.       Последние пару метров верхом и Ева спрыгивает с седла на трос-манёврах, подлетая ближе. Взмывает вверх, наслаждаясь коротким моментом абсолютного контроля своей жизни в этой жестокой бойне, вниз, к шее титана. Девушка старается не издать ни звука, чтобы не отвлечь Армина, чтобы не заставить обернуться пусть даже на секунду — упустит из вида опасность спереди, может лишиться жизни сам и подставить Жана, который, как она заметила, потерял сознание. Ближе, ближе, лезвия наготове — удар! — кожа титана прорезается с привычным усилием на мгновение, кусок шеи улетает прочь, разбрызгивая кровь на ветви ели.       Некогда снова заходить с удобной позиции сверху, с падением тела титана Арлерт вздрогнул, но, хвала всему, не обернулся, видимо, понимая, что подоспела помощь. Однако гигант сзади уже тянет руки к беззащитному ангелу, который не убил ещё ни одного. Гарпун втыкается прямо в шею второго, девушка перемещается к месту захвата и с трудом может устоять на огромных плечах, чуть не скатывается вниз, но мешкать нельзя — огромные ладони тянутся к ней. Только бы получилось, блядь! Один гарпун со свистом улетает к ближайшему стволу ели вправо, замах влево, удар. Титан уничтожен, а Ева в ту же секунду сигает с его левого плеча вперёд вниз, быстро выпускает второй захват почти туда же к дереву и втапливает нижний курок на ручке привода, не жалея газа — трос УПМ, зацепив шею убитого гиганта, тянет его тело за собой, чтобы оно не раздавило парней.       Успех! Не зря наблюдала, как Жан, один из лучших в перемещениях с трос-манёврами, тренируется, чему-то да научилась. Остался один, который сидит под елью, и всё. Сейчас… Блядь! Газа почти не осталось. Хватит только спуститься со ствола ёлки, но никак не завалить титана. Вниз! Короткая пробежка, и Ева встаёт между титаном и Арлертом, как и он, выставляя лезвие вперёд. Только вот девушка будет биться до последнего, отрубит руки, ноги, голову, будет повторять это сколько нужно раз, пока не убьёт без УПМ или не умрёт сама.       Не страшно умереть за того, кого любишь. Жан подарил ей смысл в жизни, стал её первой влюблённостью, её любимой лошадиной мордой. А она, как первая половинка, не пожалеет себя ради спасения любимого. Армин же подарил ей мечту, показал ей свет в жизни. За этого прекрасного маленького ангела хотелось бороться до последнего вздоха, до последней капли крови. Ни один титан не посмеет прикоснуться к нему.       — Армин, не бойся. Ты обязательно выживешь, слышишь? Если я умру, спаси Жана, — она говорит это не оборачиваясь, не отводя взгляда от сидящего перед ней гиганта, но голос невольно звенит требовательностью.       — Ева? Это ты?       Он удивлён. Ещё бы, за все три года обучения в Кадетском Корпусе и пару месяцев в Разведке она говорила с ним от силы пару раз, когда избежать этого было уже совсем нельзя. Она наблюдала и слушала издалека, боясь приблизиться и опорочить или, может быть, обжечься ярким светом голубых глаз. Но он не знал, что девушка была рядом гораздо чаще, чем все думали.       Однако что-то случилось, и сидящий перед ними титан, как и все видимые в округе, убегают куда-то в сторону. Что за? Девушка облегчённо оборачивается к парням, собираясь уже поздравить их с успешным выживанием. Жан всё ещё без сознания, лицо в крови, кажется, рассечён лоб, но не слишком глубоко.       А вот Армин… Он так и сидит на земле, всё ещё прижимая друга к себе, крупно дрожит всем телом, а в глазах дикий ужас. Кажется, он даже не видит ничего перед собой, а по имени назвал её, лишь узнав по голосу. Ужасно. Он как будто не в себе. Ева присаживается на корточки, ловит пустой взгляд.       — Армин, — зовёт она со всей ласковостью, на которую способна.       Паренёк поворачивается на звук, но состояние не меняется. Нужно что-то делать, нужно привести Арлерта в себя. Кирш мягко кладёт свои тёплые ладони на оледеневшие напряжённые руки знакомого, даёт время привыкнуть к чужому прикосновению, гладит большим пальцем бледную кожу. Девушка медленно расцепляет худые руки, намертво обхватившие Кирштайна, аккуратно опускает голову возлюбленного на траву рядом, подносит раскрытую ладонь к носу, проверяет — дышит. Хвала всему.       Быстрый взгляд на блондина, и девичье сердце сжимается. Он до сих пор в шоке, не понимает, что всё уже закончилось, в глазах неприкрытый ужас. Он выглядит как потерявшийся котёнок, как маленький ребёнок. Чёрт возьми, смотря на него, Еве хочется заботиться о нём и защищать, уничтожить всех безмозглых титанов в мире, чтобы ни одна тварь больше не могла его напугать. Она не сразу осознаёт мысль, что, наверное, матери чувствуют к своим детям то же самое — спасти любой ценой. Кирш замирает, поражённая этим открытием — откуда у неё такое? Она же ненавидит своих родителей… Хотя и Арлерт не её ребёнок. Просто сейчас она чувствует физическое желание привести его в себя, какой-то животный инстинкт, который подсказывает ей, что делать.       Это чувство настолько сильное, что перекрывает детские страхи, затмевает боязнь любого физического контакта кроме рукопожатия, отодвигает все другие мысли и желания на задний план.       Есть только она и Армин, о котором нужно позаботиться и подарить ему немного заботы и спокойствия, чтобы малыш пришёл в себя.       Глубокий вдох, успокаивающий сердцебиение и очищающий мысли. Ничего не случится, если она прикоснётся к нему. Это не больно. Она не запачкает его своей внутренней грязью. Надо его спасти. Тёплые руки осторожно ложатся на чужие щёки, чтобы не напугать.       — Армин. Всё хорошо, всё закончилось.       Руки спускаются ниже, касаясь шеи. Она неловко подаётся вперёд, целуя по очереди мягкие щёчки, лишь на мгновение задерживаясь губами на бледной коже. Почему-то она просто уверена, что так правильно. Чутьё. Волки не ошибаются.       — Жан жив. Ты молодец, Армин, — говорит она как можно мягче.       Руки бережно подтягивают мальчишку за трясущиеся плечи ближе, неуклюже прижимая к себе. Она сама подползает чуть навстречу, чтобы было удобнее, медленно и плавно гладит по спине.       — Ты отлично справился, малыш. Ты всё сделал правильно.       Ева просто надеется, что это хоть как-то поможет, когда дрожь унимается, а маленькие руки робко приобнимают в ответ. Рубашка намокает из-за чужих слёз. Он очнулся!       — Всё хорошо, Армин, теперь ты в безопасности.       Они так и сидят ещё недолго, когда Арлерт всё же отстраняется.       — Ева, это и правда была ты? — влажные небесно-голубые глаза изучают её лицо.       — Да.       — Значит, мне не привиделось в бреду от страха. Ты нас спасла. Спасибо!       Он утирает рукавами рубашки глаза, не заботясь о том, как сильно трёт, когда резко вспоминает:       — Эрен! Там! — он показывает в направлении, куда убежали титаны, сразу же поднимаясь на ноги, чуть не бросаясь на помощь к друзьям прямо так.       — Армин! — девушка ловит парня за руку. — Мы не можем отправиться туда пешком или бросить Жана. Верни ваших лошадей, я присмотрю за ним.       Блондин, направленный новой целью, отправляется искать сбежавших животных. Ева переводит взгляд на Кирштайна.       — Эх ты, лошадиная морда, в десятку лучших попал, а так быстро вырубился. Я вот двоих титанов завалила сегодня, — по-доброму делится она.       Девушка вытирает чистой частью плаща полузасохшую кровь с лица возлюбленного, чтобы ресницы не слиплись, гладит по голове, ласково треплет лохматые волосы цвета кофе с молоком, целует в лоб украдкой, пока есть редкий шанс побыть наедине.       Арлерт возвращается с двумя лошадьми, Кирш помогает усадить бессознательного Кирштайна в седло за блондином.       — Армин, поедем сейчас к командиру Эрвину.       — Почему? А Эрен?       — Ты веришь, что с ними всё в порядке? — он кивает. — Эрен и Микаса вернутся сами, если они живы. У меня закончился газ, не смогу помочь, а если поедем, рискуем Жаном. Эрен выживет, обещаю.       Армин внимательно изучает лицо девушки, потом нерешительно кивает, соглашаясь. Ева подзывает своего Шварца, лихо запрыгивая верхом, пришпоривает коня, уносясь подальше от возможных титанов. Едва заметив бегущих лучших друзей блондина, Кирш решает исчезнуть, забирает резко влево, через редкие деревья напрямик к Эрвину Смиту. Переключая всё внимание на Эрена и Микасу, Арлерт даже не замечает пропажи девушки.       Но это и не страшно. Те двое живы, как она и хотела верить, Армин пришёл в себя, а Ева смогла приблизиться к Свету, о чём мечтала. В её жизни стало светлее благодаря одному малышу-солнышку, которого хочется защищать и оберегать.