Встреча на границах одиночества

Он сидел в кресле своего кабинета и рассматривал эмблему собственной компании. Ракшас — демон-людоед, который может принимать различные облики. В детстве ему нравилось изображение ракшасов в виде двухметровых аниморфных львов с четырьмя лапами. Мужчины действительно остаются мальчишками. Взгляд упал на экран телефона. Механический голос вновь сообщил о не существовании набранного номера. Бешенство распространилось по венам и телефон полетел в входную дверь. Айзен откинулся на спинку кресла, шумно выдохнул и ещё раз прокрутил в голове произошедшее месяц назад. Их последний вечер вместе. Страстную ночь. Счастливая и загадочная улыбка, блеск карих глаз, мягкость кожи, звонкий смех… Закрывая глаза, Рэйнер четко помнил, как проснулся утром в одиночестве. Как искал Асгерду двадцать минут и осознал уход. Она не ответила на все звонки и не прочитала сообщений. Всего за сутки ему подарили настоящую любовь и разбили сердце. Вновь оставили на границе собственного одиночества. Разговор с Кристианом усугубил ситуацию. Она взяла отпуск за два предыдущих года и просто исчезла. Соцсети, телефон, квартира, работа. Её будто и не существовало вовсе. Он ничего не понимал. Разве чувства были не взаимны? Они так долго жили в мирах своих одиночеств, что сердца заковались в лёд. Слишком странно испытывать новое. Слишком страшно доверять. Слишком нереалистично. Для неё это было слишком…? — Ни черта не понимаю… — произнес мужчина вслух и встал с кресла. Он подошел к панорамному окну, посмотрел на город, на горизонт. — И где её теперь искать? Ответы никогда не находятся быстро.

***

Глаза искали нужный чемодан на ленте. Самое скучное действие в аэропорту — ожидать свой багаж в толпе незнакомцев. Каждая сумка медленно спускается вниз и люди, словно стервятники, кидаются на свою «добычу». Цинично. Но кому какое дело? Два месяца она пробыла за границей и пыталась привести мысли в порядок. Надеялась времени хватило и все воспоминания померкли в чужой памяти. Или хотя бы пришло осознание совершенной ошибки. Да, все это было ошибкой с самого начала. Не стоило соглашаться на вторую работу. Стоило посоветовать другого работника. Тогда бы ничего не произошло. На телефон пришло сообщение. Асгерда прочитала свой новый адрес и пошла к стоянке такси. Сейчас не хотелось ехать в шумном метро с чемоданом и ловить на себе взгляды прохожих. Побыть в тишине не помешает. Улицы мелькали в окне. Майлз поняла, что скучала по этому городу. Она в нём выросла и выживала. Находила друзей и теряла. Делала ошибки и с опаской принимала помощь. Встретила самого необыкновенного мужчину и всё испортила. Привычка сбегать осталась. Все равно бы у них не вышло ничего серьезного. Нужно быть реалисткой. Сбережений хватило на покупку приличной квартиры в не плохом районе. Ей даже сделали скидку, узнав место работы. Иногда выгодно иметь в друзьях известных людей. Асгерда видела квартиру только на фотографиях и по видеосвязи. Риелтор попалась хорошая. Отказываться от покупки не было смысла. Главное — купить кровать с доставкой сегодня. Если не получится, то ограничится матрасом. Ночью подумает о предстоящем ремонте и насладиться мыслью, что теперь у неё есть собственный угол. Майлз вставила ключ в замок, однако дверь оказалась не заперта. Зря хвалила риелтора. Она вошла в коридор, поставила чемодан у стены, закрыла за собой дверь и решила осмотреться. Непрошенных жильцов видеть не хотелось. Стоило девушке зайти в гостиную, как телефон выпал из рук. Он с громким стуком упал на пол, привлекая внимание. Она даже не заметила этого. Глаза были прикованы к статной фигуре и гордому взгляду. — Что ты… — сказала Асгерда, собираясь с мыслями. — Как ты… — Ты указала своё имя в договоре и место работы. Они позвонили в компанию, чтобы подтвердить данные, — ответил мужчина и пошёл в сторону собеседницы. — Дальше сама всё понимаешь. — Кристиан… — она не злилась на Ван Хельсинга, но небольшая обида все-таки появилась. — Но что ты тут делаешь, Айзен? — Потому что хочу узнать причину. Только не говори, что всё это было ошибкой. — Но это и вправду было ошибкой, — она вздрогнула от неожиданной реакции, но не сдвинулась с места. Рэйнер пытался держать себя в руках до самого конца. Пытался сдерживать обиду, что превращалась в гнев за доли секунды. Рука сама собой ударила стену, пытаясь выплеснуть хоть каплю эмоций. Айзен смотрел на девушку и ему хотелось убить за причиненную боль. Но он прекрасно понимал, что не тронет её даже пальцем. Не позволит себе толкнуть женщину, какую бы неприязнь или злость к ней не испытывал. По его принципам — это низость. — Как же мне хочется убить тебя, — сказал мужчина, убрал волосы с лица и развернулся. Он сделал несколько шагов по пустой комнате и шумно выдохнул. — Ответь на последний вопрос: ты это планировал с самого начала? — Что? — Ты планировала это? — он развернулся к ней, окончательно запутавшись в мыслях. — Ты хоть раз была откровенной или все это глупый фарс?! — Фарс?! — Майлз могла стерпеть многое. Однако не обвинение во лжи. Да, она поступила не красиво и даже бездушно, но никогда не лгала. — Да, я сбежала! Да, я хотела, чтобы ты меня забыл! Чтобы я стала просто девушкой из твоего прошлого! Почему?! Да потому что ты должен прекрасно понимать, что это… это… то, что я испытывала… То, что испытываю… — она посмотрела в сторону и шумно выдохнула. Позволить чувствам захватить себя и показать слезы просто не простительно. — Я никому не рассказывала о своём прошлом. Только тебе. Ты хотел, чтобы я доверилась, и я это сделала. И потому обвинять меня во лжи не справедливо. — Справедливо? — Айзен подошел и посмотрел ей в глаза. — А где твоя хваленная справедливость была два месяца назад? Что справедливого в разбивании моего сердца? Асгерда не могла ответить. Она безмолвно открывала губы и плотно сжимала их вновь. Закрыла глаза, опустила голову, прикусила губу. Пыталась уверить себя, что ничего не должна чувствовать к нему. Что ей хорошо в одиночестве и желать большего неправильно. — Уйди. Просто уйди и забудь. Он коснулся её щеки, и она распахнула глаза от удивления. Рэйнер пытался понять, кому именно она говорит эти слова. Ему? Не слишком похоже на правду. — Скажи, глядя мне в глаза, что не любишь меня. Скажи и я уйду. — Я не люблю тебя… Айзен усмехнулся. Возможно она умеет врать о своём прошлом. Возможно умеет хитрить. Однако совершенно не умеет убеждать. Такие громкие фразы никогда не говорят со слезами и болью в глазах. Именно поэтому он не станет её слушать. Притянул к себе, обнял и настойчиво поцеловал. Его не волновало, что она пыталась его оттолкнуть. Начала бить в грудь и плечи, укусила за язык, потянула за волосы и сдалась. Окончательно расслабилась и наконец-то обняла его с теплотой и нежностью, которые он помнил. — Я люблю тебя, — сказала Асгерда и получила в ответ легкий смех. Он стер дорожки от слез с её щек и поцеловал в лоб. — Я это и так знал, идиотка.