Виски и дождь

Ливень барабанил по разного рода поверхностям, нещадно, беспощадно терзая душу воспоминаниями. Капли едва касались брюнета, что прятался от непогоды под навесной крышей. Он сидел на своём байке, на своём верном железном скакуне, и потягивал из старой, потёртой временем фляги любимый виски. Если говорить точнее, то он стоял, опираясь на мотоцикл, смотря на то, как льётся дождь. Как бы то странно ни звучало, но в подобную погоду у него пробуждалась тоска по одной очень милой девушке, которую он всё никак не мог забыть. Быстро привязался, а вот отвязаться уже не смог. Что ни град, что ни простой снегопад, вьюга, да даже если дождик просто моросил, в каком бы городе он ни был — обрывки прошлого сами выстреливали в голове, и тогда позитивный Дракон становился печальным, уходил в свои мысли. Ничто не помогало забыть её, эту смазливую мордашку О’Нил. Было в ней что-то такое, что особенно цепляло, и он не мог понять, что именно. Они общались так мало, но за столь короткий период она стала ему очень дорога и близка. Ни одна девушка до неё и ни одна после не заслужили подобного внимания, такой привязанности. Он терзался сомнениями, метался в догадках: «И ведь что-то же цепляло тебя во мне, принцесса? Или ты по глупости со мной связалась? Сочтёшь ли сейчас меня ошибкой молодости или примешь как родного?» Невольно Вишня притронулся к собственным губам, приобняв подбородок рукой, и провёл по изящным полоскам рта большим пальцем. «И что же значил тот поцелуй? Временное помешательство, подарок на прощание или хитрое признание?» — Чёрный Дракон нахмурился и невольно тряхнул головой. Волосы были мокрыми, но не от непогоды. Он вспотел. Голубоглазый и сам не ожидал, что подобное может с ним произойти. Сверкнула молния, пронеслись эхом звуки усиливающегося грома. В который раз уже Вишня поймал себя на том, что он зачем-то ездит именно в те самые места, где видел её. Или же отдалённо похожую на неё женщину? Он не хотел рисковать, что было странно даже для него. Не только потому, что он мог попросту обознаться, нет. Причина была куда глубже. Он и сам осознавал, что эта самая привязанность может сыграть злую шутку не только с ним, но и с ней. Он прекрасно понимал, что такие девочки, как Сара, на дороге не валяются. У неё уже могли быть новые интересы, вкусы, своя личная жизнь, в которой не было места для него — уголовника-воришки, с которым у девушки некогда была своего рода интрижка. Всякий раз он мысленно желал ей счастья и уходил вновь по своим делам, но отпустить из своего разума так и не смог. Отказаться от неё было слишком тяжело, равнозначно как отказаться от внушительной части самого себя. С виду беспечный и всегда весёлый, Вишня страдал внутри, не в силах отпустить ту, что сумела завладеть сердцем и разумом за небольшой промежуток времени. Не за пару дней, конечно, но даже дамы, которых он знал годами, подобного не удостоились. Он едва мог вспомнить их имена, даже если они работали практически бок о бок. Сара О’Нил же была совсем другой: весёлая, наивная, смелая, добрая… Когда бизнес «Чёрных Драконов» уже начал потихоньку становиться легальным, брюнет даже подумывал всё же попробовать навестить Сару в Балтиморе. Однако дело двигалось медленно, да и самого мужчину с волнистыми и чёрными, как смоль, волосами всё чаще посещали мысли, что очень неудобно получится, если тёмное прошлое неожиданно отзовётся эхом в виде внезапного появления на пороге старого друга из банды. Вишне и самому не нравилось это признавать, но он и вправду искал отговорки, ведь вместе с воспоминаниями об О’Нил его навещали и воспоминания об их разговорах, за одним из которых Вишня упоминал своего брата-близнеца. «Вот если бы я был на месте Итана, то не боялся бы к ней заявиться, — продолжал думать он, доставая сигару из-за пазухи. — Даже если и без стольких денег, интеллигентный молодой человек с образованием и достойной работой привлёк бы её сейчас в любом случае. Хотя, быть может, она всё ещё по таким плохишам, как я?» От этой мысли он мигом вскочил на байк, убрав подножку, и уже было хотел заводить мотор, как в голову врезалась новая печальная мысль: «А что ей даст союз со мной? Деньги и любовь? Она будет на лезвии ножа, ею будут пользоваться, если надо будет шантажировать меня или Аарона». Дракон слез с байка и, вновь поставив верного двухколёсного друга как надо, встал на прежнее место с досадным осознанием: «Во взрослой жизни все хотят лишь спокойствия и стабильности. Такого я ей дать не смогу. Не сейчас, по крайней мере. Хотя не думаю, что она дождётся того момента, когда наш бизнес станет полностью легален. Никому не хочется остаться в старых девах. Никому не хочется умереть в одиночестве». Тяжело, очень нервно выдохнув, он ещё какое-то время стоял так, смотря на обычное погодное явление, пока внезапно ему не захотелось выйти прямо под стремительный поток небесных капель, сопровождая сие действо мыслями: «Жизнь этих капель коротка. Они рождаются в небе, быстро летят вниз и исчезают, впитавшись в почву. Они одиноки и несчастны так же, как и я. Вроде как, если я правильно помню один из уроков биологии, то они высохнут или впитаются в меня. Что ж, всё лучше, чем быть частью грязной земли. Пусть хоть какая-то частичка дождя омоет меня и станет моей частью». Вишня развёл руки в стороны, предоставляя себя дождю. На нём уже не было потертой от времени косухи - не солидно для его возраста. Белоснежная рубашка и тёмный костюм вмиг промокли, чёрные лакированные туфли не смогли защитить новенькие носки своего хозяина. Голубоглазый брюнет продолжал стоять, запрокинув голову к небу и прикрыв глаза. Он стоял прямо, наслаждаясь подобным душем. Он ощущал, как вещи на его теле тяжелеют, а причёска меняется сама по себе из-за такого природного душа. Вишня не знал, сколько он так простоял — час или два, — но сделал он это явно зря. Хоть парень он был и крепкий, закалённый, простуда взяла над ним верх, что послужило очередной причиной для ссоры Адель и Аарона. Жёнушка его босса терпеть не могла, когда из-за пьяного дружка Хилл оставлял её одну в огромном пустом строении, что и так едва стояло. Теперь же терпение у обоих лопнуло окончательно. Девушка поставила ультиматум, и глава «Чёрных Драконов» сделал выбор в пользу старого друга, что не раз его выручал. Скандал был громким, но к тому времени, как Аарон уже паковал вещи, чтобы благополучно съехать от бывшей, Вишня поправился и помогал ему собирать документы. И тут случилась неожиданная встреча. Прямо на пороге брюнета встретили те самые глаза, которые он когда-то полюбил. Его принцесса явилась прямо к нему. Точнее, на то была воля судьбы, чтобы Человек в Маске загнал её с друзьями именно к дому семейства Моринг. И вот ему вновь нужно впутываться в историю с проклятыми картинами. И снова чёртова непогода, не сулившая ничего хорошего. Хуже этого были только воспоминания о том, как он самолично пытался поджечь одну из них, ну или нечто пострашнее — то как прямо у него на глазах Сара пыталась собственноручно избавиться от картины. И вроде бы всё шло по плану, но стоило Вишне лишь раз моргнуть, как он остолбенел от ужаса при виде того, как Сара О’Нил повредила саму себя, а не проклятую вещь. Ракурс резко сменился сам собой, и никто этого даже не заметил. Гром зашумел сильнее своими раскатами. — Нужно идти в дом. Сейчас здесь будет болото, — сказал серьёзно настроенный брюнет, и все побежали к дому, который словно бы не хотел впускать их в себя. Тем не менее, им удалось попасть обратно внутрь. Но, похоже, принцессе этого было мало, и она решила пощекотать его нервишки одиночной прогулкой по огромному зданию. Чтобы заглушить страх, Вишня вновь потянулся к алкоголю, но разбавил его водой. Он не хотел терять бдительности на тот случай, если враг исподтишка решит объявиться. Хотел бы он пойти на её поиски, да не хотел показаться слишком заботливым, навязчивым. Да и в нём таились опасения, что если пойдёт на поиски Сары, то обнаружит очередной труп. Но судьба на сей раз не отвернулась от него: его принцесса вернулась к нему в гостиную целой и невредимой. Тёплый разговор, неаккуратное признание в любви, за которое мужчина с тёмными волосами уже корил сам себя в своей же голове. — Я скучала по тебе, — проговорила та, что являлась светом его очей, тем самым дав свободу его чувствам. Буря эмоций и страсть, последовавшие далее, не заставили себя долго ждать, все тяготы и невзгоды вмиг позабылись. Мирная дрёма, однако, продлилась недолго. С Драконшей вся жизнь была словно американские горки: знакомство, тесное общение, долгая и мучительная разлука, воссоединение, признание чувств, нападение чудиков и их директора, смерть, возвращение, победа над врагом… И даже в такой тяжёлой битве он старался быть рядом, защищать её, оберегать излишне храбрую деву. Сердце его разорвалось, и жизнь потеряла всякие краски ровно в тот миг, когда Сара упала замертво. Когда она воскресла, то радости Вишни не было границ. Он не мог поверить сам себе, что всё это было взаправду. И хоть счастье дорогого стоило, и победа далась им тяжело и высокой ценой, они справились и были готовы идти дальше. Вместе. Вдвоём. Рука об руку. До самого конца.