Любить не значит ненавидеть

— Драко, выходи! Последняя битва при Хогвартсе — кошмар. Гарри Поттер мертв. Волан-де-морт зовет приспешников и никто не выходит. — ДРАКО! Он стоит и смотрит в глаза змееголового, отрицательно качая головой. — Да что ты себе позволяешь! Или тебе не дорога жизнь? Он не успел договорить, как Мальчик-который-снова-выжил соскочил с рук Хагрида и направил палочку на своего главного врага. Волна радости и надежды накрыла толпу учеников. Вот-вот все должно разрешиться. Некоторые пожиратели уже сбежали, говоря этим, что больше не верят в свою победу. А другие ввязались в битву со светлой стороной. Гарри Поттер и Волан-де-морт куда-то скрылись и враги еще на их территории. — Ах вы мелкие предатели крови! Долохов собственной персоной направляет палочку на Нарциссу Малфой. Именно эту картину и наблюдал ее единственный сын, ради которого она была готова на все. Драко понимает, что не успеет добежать и защитить её. — Авада Кедавра! Стоп. Что-то не так. Безжизненное тело Долохова упало на землю, а за ним, наставив палочку в его тело, из которой было выпущено непростительное, стояла она… та, ради которой он тоже был готов на все, та, которая с первых дней школы и до последних занимала его голову, та, которая спасла его мать. — Миссис Малфой, вы как? — О, Мерлин, мисс Грейнджер! Спасибо вам большое, у меня даже палочки нет, чтобы защитить себя! — А вам больше и не нужно себя защищать. Она выдохнула с облегчением. Драко в ступоре наблюдал за этой сценой. Гарри Поттер. Вот он. Идёт один. Победа. Вот и все. Все закончено. Прошло три недели с битвы в Хогвартсе. За это время прошел суд над главными пожирателями, приближенный круг был приговорён к поцелую дементора. Именно так умер Люциус Малфой, который не простил предательство своего сына и жены, но им было плевать, слишком много дерьма он им принес в их семейную жизнь. Далее выяснилось, что Нарцисса Малфой работала двойным агентом на протяжении всей войны вместе с Северусом Снейпом, они оба получили Орден Мерлина первой степени на равне с другими героями второй магической войны, только вот мистер Снейп получил его посмертно. Драко Малфой, который не знал, что его мать была на светлой стороне, был просто в шоке. Он очень сильно переживал, что его мать попадет в Азкабан, для себя же он ждал той же участи, что и его отец. Какого же было его удивление, когда он сидел свободно в зале суда. С правой стороны сидела мама, с левой же сам Избранный и Уизли. Было не понятно чего ждать, потому что никто не торопился посвятить его в судебный процесс. Он гордо держал лицо. Ни одной эмоции. Настоящий сын своей матери, только вот ненадолго. Двери распахнулись и вошла Она. Точнее влетела, как фурия. Она была прекрасна по-другому и сказать нельзя. Волосы сводными волнами спадали до поясницы, мантия вишневого цвета раскрывалась при ходьбе, почти как у Снейпа в школьное время, на лице легкий макияж. Она была уверена в себе, в своих действиях, это отражалось в ее шагах, выражении лица и в том, как она говорила. Только вот о чем она говорила, он уже не слышал. — Визенгомот принял следующее решение: исходя из всех улик, свидетельств и показаний, мы выдвигаем следующее решение — Драко Люциус Малфой освобожден из-под стражи из зала суда, при следующих обстоятельствах: вы отрабатываете пять лет в Министерстве, какой отдел вы выберете зависит только от вас, на вашу палочку накладывается отслеживание на год. Также вы обязаны выплатить штраф в размере пяти тысяч галлеонов. Ко всему прочему, я хотел бы сообщить, мистер и миссис Малфой, что ваш счет в Гринготтсе снова открыт для полного пользования и вам возвращено все остальное имущество, в том числе Малфой-мэнор. Заседание объявляю закрытым. — Дорогой мой, ты свободен! Теперь все у нас будет хорошо, я тебе обещаю. И вот он попал в объятия своей матери — той аристократки, которая раньше себе даже лишний раз не позволяла улыбаться, но не сейчас, теперь она может проявлять свои чувства. — Поздравляю, Малфой, ты это заслужил. — Спасибо, я так понимаю всем я обязан вам? Гарри Поттер и Драко Малфой наконец-то подали свои руки, ну и Рону пришлось это сделать. — Ну почти, твоим освобождением занималась Гермиона в основном, с нас лишь взяли показания, так что… — Я понял, спасибо. И они все вместе вышли из зала суда. Он стал искать ее глазами. Вот же она! Гермиона разговаривала с Нарциссой. Для Драко было немного неожиданно увидеть такую тёплую связь между ними. — Гермиона, дорогая, спасибо тебе большое, ты даже не представляешь что сделала для нас! — О, миссис Малфой, что вы, не стоит. Мы сделали то, что должны были. — Ох, что ты! И вообще, ребята, называйте меня Нарциссой, кроме тебя, естественно, сынок. Я все еще твоя мать. — Да, мама, я помню. Они рассмеялись, и сейчас он почувствовал настоящую свободу и понял, теперь есть будущее. — Гермиона, можно тебя на минутку? Она замерла. В первый раз он назвал ее по имени, но, быстро придя в себя и кивнув, отошла от остальных. Он впервые растерялся и не знал как начать. — Драко, — она помахала перед его лицом, — ты вроде хотел что-то сказать. — Ах, да, прости, если честно, не знаю с чего начать, — она улыбнулась ему так искренне в первый раз, он мог вечность смотреть на ее улыбку, если был ее причиной, как сейчас, несмотря на то, что это улыбка была вызвана его неуверенность. — В общем, во-первых, я прошу прощения за все, что сделал в школе, прости за то, что было во время войны, в Мэноре, когда тебя пытали, я не сделал ничего. Прости. Во-вторых, я хотел бы сказать тебе спасибо за все, — он взял ее руки в свои, но когда увидел ее растерянность, то сразу же убрал их, только вот зря, она осторожно взяла его руки и взяла в свои и их взгляды встретились, это было ужасно, ужасно восхитительно, потому что столько эмоций ни видели ни он, не она, — спасибо за то, что спасла мою маму, тогда на последней битве, спасибо, что не побоялась выпустить непростительное в ее защиту, когда я не смог этого сделать, я благодарен тебе за то, что поддерживаешь мою маму все это время, она говорила, что ты первой ее поддержала и доверилась ей, когда она перешла на вашу сторону, и спасибо за то, что собрала все документы и выступила в мою защиту. Он смотрел ей прямо в глаза, когда все это говорил, и она тоже не спешила прерывать зрительный контакт и сама начала говорить: — Драко, послушай меня внимательно, ты был подростком у которого не было выбора, ты заслужил свою свободу как и все, ты заслужил нормальное будущее, и да, я прощаю тебя за школьное время, и ты меня прости, я тоже в долгу не оставалась, — она грустно улыбнулась, словно вспомнила их школьные перепалки, и его губ тоже коснулась улыбка, — но за то, что произошло в Мэноре, ты не должен просить прощения, я уже говорила это твоей матери, вы не виноваты, вы бы не смогли ничего сделать, ты не смог бы, и если даже бы смог, то подверг бы себя и свою маму опасности, даже если ты думаешь, что ты стоял и бездействовал, то ты ошибаешься, я видела, что ты сделал вид, что не узнал Гарри и не вызвал Волан-де-Морта, когда просила эта сумасшедшая, ведь именно эти действия способствовали победе. А то, что я убила Долохова, ничего страшного, ради людей, которые мне дороги, я могу и все комбинации непростительных выпустить, и да, ты прав, твоя мама — прекрасный человек, она заслужила свой орден и будущее, как и все мы. И не удивляйся, что я легко нашла с ней общий язык и заслужила ее доверие. Он выслушал ее, улыбнулся, кивнул в знак согласия и подтверждения слов и ушел. Она стояла еще несколько минут и смотрела в след семье Малфой, потом подошли Гарри и Рон, ее друзья, ее братья, люди, с которыми она прошла рука об руку, ее семья. Семья — плачевная ситуация. Гарри Поттер после войны отходил долго, но у него была Джинни. Рон Уизли переживал не меньше. А Гермиона, Гермиона Грейнджер в одно утро после суда получила письмо о том, что ее родители убиты, причем не зная о том, что у них есть или была дочь.