Наитие

Он страстно поцеловал девушку и ввёл пальцы во влагалище, проверяя уровень её возбуждения — было суховато. Парень потянулся к груди и вскоре Хината снова намокла, нетерпеливо двигая бёдрами ему навстречу. Наруто осторожно вывел влажные пальцы и нежно провёл ими между половых губ. Повторив движение, он заметил как Хината вздрагивает каждый раз, когда он касается особенного бугорка, начиная течь ещё сильнее. Блондин тяжело сглотнул — его стоящий член изнывал по горячему телу, но парень твёрдо решил на этот раз всецело отдаться наслаждению Хинаты. — Тебе приятно? — блондин чуть надавил на заветный бугорок — Здесь особенно приятно — выдохнула девушка Наруто кивнул и принялся нежно стимулировать заветную точку, время от времени вводя пальцы внутрь и снова возвращаясь, надавливая всё сильнее, видя, как Хината то извивается, то замирает, а её стоны становятся всё громче. Он выглядел особенно сосредоточенным — понять, что чувствует девушка, было крайне сложно. Но Наруто старался, схватывая любую реакцию, подстраиваясь, целуя соски и неустанно стимулируя пальцами клитор. Наконец девушка положила ладонь на его руку, заставляя двигаться жёстче, а после громко застонала, содрогаясь всем телом, убирая его руку и скрещивая ноги. Парень светился от счастья — он готов был поклясться, что это был оргазм. — Ты кончила? У меня получилось? — блондин целовал девушку в губы и шею, зарываясь в волосы носом, втягивая цветочный аромат. — Да, Наруто-кун! — Хината улыбнулась ему, а из глаз полились слёзы — Не обращай внимания, слишком много эмоций. Наруто кивнул. Эмоций было действительно много. Он приобнял девушку и накрыл их одеялом, уютно устраиваясь на её груди. Ослеплённый оргазмом разум вскоре пришёл в себя, открывая перед парнем целую кладезь проблем. Начиная с «как им теперь дружить?», и заканчивая «не хочу её отпускать». Думать об этом совсем не хотелось, но, как мужчина, он должен принять решение. В конце концов, сам всё это заварил. — Думаю, мы должны начать встречаться — заявил парень, почёсывая белобрысую голову. — Должны? — Конечно. Я забрал твою девственность, а после такого как-то не по-мужски будет тебя отпустить. К тому же, мысли о том, что Хината может быть такой с кем-то другим выводили его из себя. Слишком больно. Хотя, даже видеть её мило болтающей с Кибой было неприятно. Он всегда старался не смотреть на них в такие моменты. — Наруто-кун, можно задать тебе вопрос? — тоненьким голоском спросила Хината. — Конечно, валяй. — Почему ты не излечился сам? Ты же достаточно хорошо владеешь регенерацией и подобные раны для тебя пустяк. Парень на время замолчал. Сказать ей правду? В конце концов, придумывать оправдание не было никаких сил. — Я уже давно мучаюсь от всяких фантазий в голове — Наруто покраснел и сильнее прижался к груди Хинаты, чтобы та не заметила его смущения — И большая часть из них, ну… Да что ж такое, даттебайо — парень тяжело выдохнул — В общем, они о тебе. Когда сюрикен прилетел мне в руку, я очень разозлился из-за такой глупой ошибки и решил, что боль меня может отвлечёт… Да и, если честно, я знал, что ты помогаешь сегодня Сакуре в больнице и наши пути могут пересечься. Не то, чтобы я планировал это… Скорее, всё произошло само собой. Теперь молчала Хината. Посмотреть на неё Наруто не решался. Так глупо — они только что вытворяли немыслимые вещи, а поговорить оказалось сложно. Девушка вдруг притянула его правую руку к своей левой груди, а левую положила на его же грудь. — Чувствуешь? — тихо улыбнулась она. Наруто замер, прислушиваясь к ощущениям. Их сердца бились в унисон — быстро и трепетно. — Да — отозвался блондин. Он ещё не решил, как должен на это реагировать. — Когда я смотрю на тебя, моё сердце всегда бьётся так — горячо прошептала она — Оно билось так, когда ты спас меня от дразнящихся мальчишек в детстве. Когда я сражалась с Неджи на экзамене, а ты подбадривал меня. Когда после сказал, что тебе нравятся такие, как я. И когда дралась против Пейна, а ты просил отступить. Оно билось так с раннего детства, как только я узнала тебя, Наруто-кун. И всегда будет так биться. Наруто не совсем понимал, что именно хочет сказать Хината. Значение слов доходило очень медленно. — А про мальчишек — это когда тебя из-за глаз дразнили, что ли? — уточнил он. — Ага. — Это ж было ещё до Академии, даттебайо — парень прикрыл глаза, зарываясь в воспоминания — Со мной тогда никто не водился. Даже Ирука-сенсей, и тот не сразу меня принял. Неужели ты признала меня ещё тогда, Хината? — Наруто удивлённо вскинул брови и посмотрел в лиловые глаза. Кажется, до него начинало доходить. Девушка смотрела нежно и от этого Наруто становилось удивительно тепло и хорошо внутри. Ощущение разливалось всё больше, пронзая тело юноши до кончиков пальцев. Она всегда была за него. Даже когда все боялись и отворачивались. Хината была очень красивой, нежной и доброй. А ещё храброй, сильной и решительной. Она не раздумывая подвергала жизнь опасности, только чтобы спасти его. А он часто видел её во снах, не придавая значения и отмахиваясь от них, как от назойливых мух. У них было мало времени, чтобы узнать друг друга, но Наруто всегда выделял её из других девушек. Ему не хотелось подначивать её, как Сакуру-чан. Скорее, показать себя, чтобы девушка знала, каким сильным он может быть и на что готов, ради её спасения. Узумаки никогда не анализировал своё поведение, но ему и правда никогда не хотелось шутить с девушкой или говорить что-то резкое. Он старался приободрить её и часто подмечал, какая Хината замечательная. А теперь, оказалось, что даже сердца их бились в унисон. Значит ли это…? Наруто покраснел и отвёл взгляд. Они лежали так ещё какое-то время. Парень выводил пальцем замысловатые узоры на девичьем животе, а девушка гладила его по волосам, будто успокаивая, заставляя его кожу покрываться мурашками. Наруто вдруг подтянулся на локтях и нежно поцеловал Хинату. Он целовал её долго, стараясь передать то трепетное чувство, что наконец свободно распространялось по телу, наполняя его, заставляя ощущать какое-то особенное счастье. Наконец, парень оторвался от её губ и, смотря в любимые глаза, горячо прошептал: — Никогда не отпускай меня. — Ни за что. Одинокий, рассеивающийся по комнате свет дрогнул, затем ещё раз и вскоре исчез. Свеча догорела.