"Самый счастливый день в его жизни"

Антон осторожно идёт к алтарю, пытаясь не заплакать, иначе опозорит семью. Белое, такое красивое платье, обтягивает его худое тело. Милые, маленькие заколки с белыми розами (конечно же искусственными) витают в его волосах, заставляя думать о том, что парень очень похож на лесного эльфа. Сегодня день его свадьбы. По идее, это должен был быть самый счастливый день в его жизни, но древние устои уже давно поменялись. Никто не выходит замуж по любви, а кто и выходит, то от того скорее всего откажутся или, не дай бог, убьют. Отец держит его под руку, счастливо улыбаясь. Продать такого жалкого омегу было неожиданно, но приятно, как говорится. Он давно пытался продать сына какому-нибудь альфе, но подходящие кандидаты всё никак не находились. То его сын слишком хрупкий, то глаза не того цвета, то вообще "От него пахнет лесом, а это совсем не запах настоящего омеги". Шастун, который своего будущего жениха ещё в глаза даже не видел, чувствует, как ему поднимают фату, наконец-то видя взрослого альфу, весь сжимаясь от страха. Брюнет смотрит голубыми глазами на шатена, усмехаясь, беря его руки в свои, начиная вслушиваться в слова священника, стоящего рядом. Подростку не стоит думать о том, что будет в их первую брачную ночь, не стоит думать о том, что с ним будут делать, не стоит испытывать страх так рано, альфа перед ним ведь чувствует его, а как говорила мама, альф возбуждает этот запах. Он должен перестать так много думать, стоит глубоко вдохнуть и успокоиться. После того как оба дали клятвы, а Шастуна чуть не стошнило от нервов и желания сбежать, они оба выходят из машины. А Арсений, по уже древней традиции, берет шатена на руки, чувствуя, как белоснежное и длинное платье скользит под ладонями, донося его до их новой квартиры, открывая дверь ключами. Попов сразу же направляется в спальню и усаживает омегу на кровать, садясь на колени, начиная расстёгивать его туфли со средним каблуком, обращая внимание на высокие белые чулки. Брюнет, не удержавшись, прикасается губами к лодыжке парня, поднимаясь поцелуями выше. Шатен, даже не думая о том, что делает, резко убирает ногу, со страхом и слезами на глазах смотря на мужа. — Можете не трогать меня? Пожалуйста, — шепчет Антон, весь сжимаясь. Как же жалко он сейчас звучит. — Я знаю, что это первая брачная ночь, но пожалуйста, не надо. Парень действительно надеется, что альфа прислушается к нему и он сможет отдать ему свое тело чуть позже, когда будет чуть более готов. Ему так страшно, когда сапфировые глаза поднимаются вверх, смотря прямо напротив. – Если ты это знаешь, то зачем просишь? Ты ведь и так понимаешь, что я отвечу, – усмехается альфа, медленно забираясь под подол гладкого платья, целуя своего новоиспеченного мужа в губы. Брюнету просто нужно это тело. Ни больше, ни меньше. Он не хочет знать причину продажи, не хочет слышать о чувствах, уж тем более о "любви", всё, чего он хочет, это вбиваться в податливое тело, слыша хрипы снизу, наслаждаясь сладкими, девственными губами. — Пожалуйста, не надо, — ситуация безвыходная и он это знает. Попытаться сбежать? Его поймают, и только Бог знает, что сделают позже. Ударить? Тогда можно прямо сейчас с жизнью попрощаться. — Я прошу Вас, — слёзы выступают из глаз, скатываясь по щекам на кровать. — Послушай сюда, мелкая ты сучка, мне просто нужно твоё тело, ты меня понял? Рычание на нежное ухо посылает мурашки страха по всему телу шатена. Руки ледянеют от нервов, начиная дрожать наравне с ногами, и только рот беспомощно открывается и закрывается, пытаясь сказать хоть что-то, выдавая лишь всхлипы и мычания, ведь даже для крика о помощи он слишком слаб. Его переворачивают на живот, начиная расстёгивать молнию на спине. Антон, понимая, что все действия, которые он бы мог сейчас совершить, бесполезны, решает лежать и ничего не делать, лишь обнимать подушку, захлебываясь в слезах, когда в него вставляют первый палец, непроизвольно сжимаясь. Он надеялся потерять девственность с любимым, а не с мужчиной, который теперь стал его мужем. Запах гиацинтов окружает омегу, и он сразу понимает, что это запах Попова, сразу же возненавидев его. Раньше он обожал эти прекрасные цветы, ведь у мамы был сад, где она их выращивала наравне с розами и тюльпанами, цветами, говорящими "Я люблю тебя" на языке цветов. Теперь же он задерживает дыхание, надеясь отключиться и никогда больше не просыпаться. Его трахают даже не попытавшись возбудить и принести хоть малейшее удовольствие. Единственный жест, который можно подвести под этот разряд, это поцелуи в шею, но это даже поцелуями сложно назвать. Лишь укусы, которые служат меткой на своей жертве. Когда брюнет кончает, то громко рычит на ухо шатену, не обращая внимание на громкий всхлип. Попов выходит из омеги, улыбаясь, а Антон, в свою очередь, продолжает лежать на всё том же месте, чувствуя себя оскверненным, грязным, мерзким и испорченным... А вокруг всё тот же отвратительный запах цветов. Спустя десять минут, за которые Арсений успел принять душ, шатен встаёт, дрожащими ногами направляясь в ванную. Платье наконец-то спадает с плеч и красным пятном падает на пол, после чего парень закрывает дверь на щеколду, готовясь принять горячую ванную и отмыть эти следы по всему телу, которые убрать так просто, к сожалению, не получится.