Отдыхай, Римус. Я буду рядом

— Минус 50 очков с Гриффиндора!!! — выкрикнул профессор Слизнорт, выходя из класса. Он был весь испачкан зельем с не самым приятным запахом и цветом. (Будем надеяться, что это было зелье).  — Я больше не потерплю этих выходок, молодые люди. К декану, живо!!! — Профессор Слизнорт, я услышала крики и… — Макгонагалл не договорила, когда увидела зельевара в не самом презентабельном виде. Из класса показалось два виновника, точнее их было три. Питер Петтигрю немного пострадал от «лёгкого» взрыва в кабинете и сейчас находился не в состоянии подняться с пола. Сириус и Джеймс посмотрели на декана своего факультета и поняли, что простыми отработками они не отделаются. Минерва была не просто в гневе, то была чистейшая ярость. Эти оболтусы каждую неделю умудрялись встрять в неприятности, но то что произошло сегодня, повысило планку их проделок на уровень Юпитера. Из дальнего угла комнаты, который оказался достаточно далеко от зоны поражения, вышла Марго и направилась к профессорам, которые обсуждали будущее наказание этих шутников. Пока она пробиралась сквозь толпу зевак, двое когтевранцев подхватили Питера и потащили его в больничное крыло. Профессора были не против, так как юноша выглядел еще хуже Слизнорта. Кажется, он молился или взывал к какой-то высшей силе. Маргарет так и не разобрала, говорил он крайне невнятно. — Я говорил, что ты переборщил с порохом, Сохатый. Питер чуть головы не лишился, — сказал Сириус шёпотом, не отрывая взгляда от Макгонагалл и Слизнорта. — Я же не думал, что он полезет к котлу проверять горит ли фитиль, — ответил Джеймс. — Вы все хороши! — со злостью выпалила Лили. — Вот зачем вообще нужно было делать эту бомбу? Одни проблемы от вас, — она напоследок даже как-то фыркнула. — Когда Слизнорт сказал, что на сегодняшнем занятии мы будем варить самое мерзко пахнущее зелье, мы просто не удержались, — ответил Джеймс и расплылся в самодовольной улыбке. — Такая возможность выпадает раз в жизни, — поддержал его Блэк и они усмехнулись. — Жаль, что Лунатик всё пропустил, — добавил Бродяга. — Точно. — А вы хотели, чтобы и его загребли с вами за компанию? — спросила, подошедшая ближе к ним Марго. — Уверена, Римус бы это всё не одобрил. — Что сделано, то сделано, — сказал Джеймс, — нам нужно как-нибудь отделаться от наказания, это сейчас важнее всего. — И правильно, что вас накажут, заслужили, — сказала Лили, и не выслушав ответ, отошла к книжному шкафу, чтобы положить учебник. Ситуация складывалась не в пользу парней, потому что зельевар начал судорожно показывать на них пальцем и что-то тараторить декану Гриффиндора. Марго заметила, что ситуация приобретает печальные обороты и решила, что за то, что парни вытворили сегодня (не забываем о всех прошлых проделках) их вероятно отчислят или вызовут их родителей на серьёзный разговор. Это не лучший исход, зная родителей Сириуса. Мало приятного. Короче, нужно действовать. — Стойте здесь, я попробую разобраться, — неожиданно выдала Маргарет. — Ты уверена? — спросил Джеймс. — Макгонагалл настроена серьёзно, у неё аж венка на лбу вздулась. — Сделаю, что смогу, — ответила Годфри. Девушка направилась к преподавателям, и с выражением вселенского сочувствия обратилась к зельевару. — Как думаешь, что она им говорит? — спросил Блэк. — Понятия не имею, но у неё всегда получается нас отмазать. Кажется Мэгги их гипнотизирует или вроде того, потому что за всё, что мы уже натворили пора бы нас исключить, — ответил Джеймс. Парни с нетерпением смотрели на Марго, которая мило беседовала с профессорами. Казалось, будто они погоду обсуждают, а не то, что 15 минут назад трое придурков чуть не разнесли весь кабинет по зельеварению к чёрту. Ещё несколько мгновений и Слизнорт заулыбался, а Марго хитро ухмыльнулась. Точнее парни заметили, что она хитро улыбнулась. За столько лет общения им удалось распознавать определенные сигналы, хотя уловить их было очень непросто. Сейчас гриффиндорцы были уверены, что удача на их стороне. Удача на их стороне, пока Марго за них без сомнения. — Кажется они закончили, — сказал Блэк, когда увидел, что девушка возвращается к ним. — Ну что? Нас казнят или просто выпорют? — спросил он у неё и одарил самой очаровательной улыбкой. — С факультета сняли не 50, а 30 баллов — это раз. Вас не отчислят и не выпорют — это два. Однако, от наказания мне не удалось вас спасти. Весь оставшийся семестр вы будете оставаться после уроков у Слизнорта. Думаю, Макгонагалл вам все расскажет подробней чуть позже. — Спасибо, Марго. Это лучше, чем быть отчисленным, — сказал Джеймс. — Или выпоротым, — добавил Сириус и усмехнулся. Девушка посмотрела на них с укором и пошла в сторону башни Гриффиндора. Все начали потихоньку расходиться и к молодым людям подошла их декан. — Вы опять сотворили невообразимую глупость, мистер Поттер. И вы, мистер Блэк, не лучше. Чуть не лишили своего друга зрения и всё это, — она сделала широкий жест рукой указывая на остатки зелья по всему кабинету. — Ваше наказание начинается с сегодняшнего дня с этой самой секунды. Во-первых, вы отчистите всё, потом профессор Слизнорт скажет что делать. А сейчас я рекомендую вам переодеться в более удобную одежду для уборки. И имейте в виду, завтра в этом кабинете должно пройти пять занятий по зельеварению, а значит он должен блестеть к утру, — профессор трансфигурации посмотрела на них так строго как только могла. — Благодарите, мисс Годфри, за столь малое наказание, — закончив свою короткую речь, декан Гриффиндора вышла из кабинета. Поттер хотел окрикнуть её и узнать, что Марго сказала Слизнорту, что он аж просиял. Однако во время прикусил язык. Бродяга и Сохатый стали обсуждать дальнейшие действия и то как они отмажутся от отработок. Вот только. — Чёрт, Сириус! Мы не можем драить кабинет сегодня. — Почему? Вот же ж блять! Римус… Парни сорвались с места и побежали так быстро, что чуть не нарвались на ещё одно наказание. — Сегодня последний день. Ему всё ещё нужна помощь, — выпалил Сириус. — Знаю я, знаю, но если мы не пойдём к Слизнорту, то сам Мерлин нам не поможет… — К чёрту Слизнорта, друг для меня важнее, — сказал Сириус и понизил голос, когда они подошли к портрету Полной леди. — Маффины с вишней, — сказал Джеймс и дверь открылась. На часах пять часов и у них ещё было время, чтобы всё обдумать и найти выход из ситуации. — Где Римус? — спросил Блэк у Лили, которая сидела за столом в общей гостиной и что-то кропотливо выводила на пергаменте. — Ушёл куда-то, сказал, что плохо себя чувствует. Наверное, в больничном крыле, — ответила девушка. — Рано он, — шёпотом заметил Джеймс. — Это не хорошо, — добавил Сириус. Друзья стояли поодаль от остальных и что-то обсуждали. Очень нетипично для самых громких и заводных студентов Гриффиндора, да что уж всего Хогвартса. В общую комнату спустилась Марго и, посмотрев на них, заподозрила что-то неладное. Уж больно тихими они были. — В чём дело? — подкравшись к ним спросила девушка. — Всё нормально, — оттараторил Джеймс. — Да, всё супер. Не беспокойся, детка, — сказал Сириус, за что получил локтем в бок от гриффиндорки. — Вы явно обеспокоены и вряд ли из-за отработки. А ну, выкладывайте, что вы опять задумали, — с серьёзным лицом выдала девушка. Она понимала, что второй раз за день даже её дара убеждения не хватит, чтобы отмазать их от очередной фигни, к которой они по всей видимости готовились. И калечить свою  репутацию из-за них ей тоже не очень хотелось. — Это секрет, и мы не можем тебе всего рассказать, но сегодня мы нарушим ещё одно правило, — предупредил Джеймс. — Да неужели? Чтобы Мародеры не нарушали правила, быть такого не может. Это ведь связано с Римусом, да? Парни замялись, а значит Марго попала в точку. Сириус посмотрел на Джеймса тем самым взглядом, как зверь попавший в ловушку. Они понимали, что врать девушке чревато и, честно говоря, они не хотели этого делать. Но говорить правду тоже было непросто. — Ну, говорите. Если с Римусом что-то случилось, а вы так и будете молчать в тряпочку, я вам головы оторву, — девушка выдохнула и с просьбой или скорее с мольбой сказала. — Я тоже его друг и имею право знать, — молчание, которое повисло после последней фразы ещё больше нагнетало. Кажется, у друзей нет выхода. Ребята отошли в самый тихий угол и стали говорить шёпотом. Маргарет удивилась такой скрытности, но решила ничего не говорить на этот счёт мало ли, что им опять взбрело в голову. — Послушай, то, что мы тебе сейчас расскажем может напугать, но просто помни, что Римус всё тот же Римус. Наш друг и самый добрый и честный человек в мире, — сказал Джеймс. — Да, и ничего не сможет это изменить или опровергнуть. И сейчас ему как никогда нужна помощь друзей и если ты считаешь его своим другом, то поймёшь…- Блэк не договорил, так как от волнения Марго перебила его. — Да говорите уже. Хватит нагнетать! Что с Римусом?! — Он, в общем, он…— Джеймс никак не мог это произнести. — Оборотень, — помог Сириус. Четыре взволнованных глаза уставились на гриффиндорку в надежде прочесть её реакцию, но она как смотрела на них с вопрошающим взглядом, так и продолжала смотреть. — Хорошо, я это знаю, а случилось то что? — спросила Марго. Парни удивлённо на неё посмотрели и чуть ли рты не открыли. — Стоп. Как это ты всё знаешь? Он рассказал? Как долго ты все знаешь? — вопрошал Джеймс. Он был поражен реакцией девушки. — Правда? Как я узнала? Сопоставила факты. Каждый месяц стабильно его нет, я сравнила это с лунным циклом и, о чудо, каждый месяц это полнолуние. А знаю я с курса второго. — Почему нам ничего не сказала? Или хотя бы Римусу? — спросил Блэк. — Быть оборотнем не так уж и просто, и тема эта в нашем «волшебном» обществе почему-то табу. Если бы он захотел со мной поделиться, он бы это сделал. А давить на него я не хочу. Римус мой друг и какая разница кто он? Парни просияли от этих слов и поняли, что она — их шанс не влипнуть в ещё большие неприятности. Хотя Марго и так почти всегда была таким шансом. — Ты знаешь хижину не далеко от Хогсмида? — спросил Джеймс. — Да, видела пару раз. — К ней ведёт туннель под плакучей ивой. Если сможешь в него попасть, иди прямо и поднимайся наверх. Там будет комната, ты поймешь какая. В общем, когда Римус превращается, он не в себе, и только когда с ним кто-то, он не причиняет себе вред. Мы анимаги, поэтому нам не опасно быть рядом с ним, но тебе —отнюдь. Он запрёт дверь изнутри, и, чтобы ты не услышала, не заходи внутрь. Рано утром, часа в 4, он обычно превращается обратно, когда это произойдет, беги к нам, и мы уже разберёмся, — Джеймс никогда ещё не говорил так серьёзно. — Ива не пропустит её, она же не сможет превратиться, — сказал Сириус. Его лицо выражало беспокойство, и он был очень напряжен как Поттер. — У нас нет выхода, — ответил Джеймс. — Будь осторожна и постарайся проскочить под её корни, это единственный путь. Всё поняла? — спросил Джеймс. Марго быстро кивнула и пошла наверх переодеться. — Ты с ума сошёл, Сохатый! — выкрикнул Блэк, как только подруга ушла. — Если Римус вырвется, что будет? Это опасно, и я не позволю, чтобы Марго подвергала себя такому риску. Я сам пойду, лучше пусть меня отчислят, — произнёс Сириус также серьёзно, как и Джеймс свои инструкции. — Она справится, — просто ответил Джеймс, его голос звучал ниже обычного, ведь парень боялся за подругу не меньше. Трое Гриффиндорцев были напряжены и почти всё время молчали. Часов в шесть в общую комнату зашла Макгонагалл и сказала, что пора бы уже приступить к уборке. Сириус и Джеймс неохотно пошли за ней, как в последний момент Блэк подбежал к Марго и сказал: — Если ты боишься, можешь не идти. Мы всё поймем. Это правда очень опасно. — Не говори глупости, Сириус. Я не боюсь Римуса, будь он даже драконом. Он мой друг и точка, — ответила Марго. Юноша улыбнулся ей и посмотрел с таким теплом, ему хотелось ещё что-то сказать, но Джеймс его окрикнул. Блэк вернулся к нему и Макгонагалл. Марго стояла в общей комнате и думала. Римус ушёл часа два назад. — «Он один в этой хижине уже столько времени. Какой ужас», — подумала девушка и решила как можно скорее попасть к нему. Она точно знала, что Макгонаглл лично отведёт парней в подземелья, а значит у неё самой будет минут 15, чтобы убежать из замка. Тихо спустившись из башни, она прошла несколько коридоров и уже была на первом этаже. Как вдруг, ведьма увидела свет, и это был не люмос, а значит. — «Филч», — подумала Марго и сделала самое странное, что только могла — она прыгнула в открытое окно. Хорошо, что тут было невысоко. Преодолев главное препятствие, она побежала в хижину. Уже темнело, а ей нужно было успеть объяснить всё Римусу. Подбежав к иве, девушка притормозила. Дерево было не в восторге от непрошеной гостьи и начало размахивать ветками во все стороны. — «Она же не может превращаться», — девушка вспомнила слова Блэка и улыбнулась. — Ты недооцениваешь меня, Сириус. Через пару секунд ива успокоилась, потому что больше не чувствовала угрозы от человека. Марго оказалась внутри быстрее, чем ожидала. — Да уж, давненько я не практиковалась, — сказала девушка. — «У тебя еще будет возможность», — ответил внутренний голос. Мэгги усмехнулась и, как сказал Джеймс, побежала вперед и наверх. Действительно, сложно было не понять в какой комнате был Римус. Дверь была исцарапана, а значит как-то раз он всё-таки вырвался или произошло что-то другое. Гриффиндорка пыталась не думать о плохом. Она старалась идти как можно тише, но предательски заскрипел пол и из комнаты послышался голос её друга. — Ребята? Это вы? — в голосе Римуса были слышны нотки надежды и слабости. Ночь близилась, а значит превращение тоже. — Это я, — робко отозвалась девушка. — Что? Нет, тебе нельзя сюда приходить. Только не сейчас! Уходи как можно скорей, беги. Прошу тебя, Маргарет, уходи, — в панике выкрикнул Римус. Он жутко волновался. Его подруга, очень близкая подруга, дружбой с которой он так дорожил, ею самой он дорожил, и сейчас она стояла перед лицом реальной опасности. Он никогда не говорил, кто он. Римус так боялся потерять её, что хранил свой главный секрет от девушки. А сейчас гриффиндорка всё услышит. Его крики, а потом рычание и вой. Кажется страшный кошмар становился для него явью. — Прошу тебя, уходи. Я не хочу, чтобы ты слышала, — он плакал, девушка уловила как дрогнул его голос. — Всё хорошо, Римус. Я знаю. Уже очень давно. Мне не страшно. Парни сказали, что ты здесь и тебе нужна поддержка. Я буду рядом, — она не договорила. — Нет! Ты видишь следы с той стороны двери. Я вырвусь опять! Он вырвется, и тогда случится не поправимое. Джеймс, Сириус и Питер анимаги, и они могут находится рядом с ним. Зверь не причиняет им вреда, пока они в обличии животных, — он молил её уйти, но попытки разбивались как стекло о бетонную стену. Девушка стояла на своём и даже мысли о том, чтобы сейчас сбежать у неё не было. Марго с силой дернула ручку и та, к удивлению, поддалась. Девушка зашла в комнату и увидела своего друга на противоположном конце. Он прятался от неё. — Римус, поверь, я справлюсь. Я не брошу тебя, и ты не причинишь мне вреда, — как можно спокойней говорила Марго. — Я как никто другой тебя понимаю. И знаю, что ты боялся мне рассказать. Просто пойми, что сейчас всё будет хорошо. Я справлюсь, и ты справишься. — Почему они прислали тебя? — спросил Люпин, медленно выходя из тени. — Парни опять влипли, — с иронией сказала девушка. — Что на этот раз? — с полуулыбкой произнёс парень. — Они взорвали то самое зелье Слизнорта и огребли от Макгонагалл. И, да, сейчас они это зелье оттирают со стен, пола и потолка класса, — сказала Марго и улыбнулась. — Оно ведь чертовски быстро высыхает, они до утра его не ототрут, — уже более расслаблено сказал Римус. — Ну удачи им в этом, — ответила девушка. Они стояли на расстоянии, но гриффиндорец уже чувствовал себя лучше. Что-то было в девушке, что так его успокаивало. Она сама. Находится с ней всегда было удивительно, что чувствует она, то ощущаешь и ты. А сейчас Римус перестал испытывать панику и страх. Сейчас было спокойно. Будто внутренне на него что-то повлияло. — Почему ты не сказала мне, что знаешь? — спросил Люпин. Его и правда это волновало. Ведь тогда всё было бы куда проще. — Я боялась. — Чего? — Что ты закроешься от меня. Меня пугал факт того, что ты станешь меня оберегать от самого себя. Признайся, ты делал бы именно так. — Не знаю, наверное. Но с парнями ведь всё хорошо получилось, — тихо добавил он. Римус понимал о чём говорит его подруга. Да, он стал бы периодически избегать её. Марго была ему как сестра, и он просто боялся, что когда она его спросит правда ли это, а всё было правдой, она отвернётся, начнёт бояться и… Лучше не думать, что ещё. Сейчас Люпин не мог мыслить также здраво как раньше. Всё происходило не так как ему бы хотелось. — «А когда вообще все шло как надо?» — мысленно спросил Люпин и печально усмехнулся. — Почему сам не рассказал? — поинтересовалась девушка. — Боялся. — Понятно. Всё хорошо, Римус. Я не боюсь и прошу не бойся говорить со мной. — Спасибо, Марго, — почти шёпотом сказал парень, его глаза заблестели от слёз. И в самый подходящий момент Мэгги подошла и обняла его. Римусу было нужно это объятие, полное нежности и заботы, без намёка на страх или натянутое сочувствие. Она обняла его и как она и сказала — всё было хорошо. Они разговаривали, пока ждали неизбежного. Марго посвятила его в подробности того, что сегодня было на занятиях, про домашние задания, конспекты и, конечно, про инцидент с зельем. Римус расслабился и даже подшучивал над друзьями. Они говорили пока он не ощутил. Боль. Нестерпимая боль пронзила всё его тело. Римус постарался встать с кровати, и шатаясь, Лунатик отходил от девушки. Он из последних сил сказал: — Беги. Превращение началось. Маргарет впервые видела такое и её сердце сжималось от то, что всё это происходит с другом. Она и не представляла, что он сейчас чувствует, какую физическую боль. — Прошу, — последнее его слово. Гриффиндорка поняла, что тянуть нельзя, сейчас или волк разорвёт её. Римус видел, что подруга даже не сделала шаг назад, когда он сказал. Боль перемежалась с накатывающей яростью, животным голодом. Он боялся за девушку, потому что чувствовал, что теряет контроль. В глазах темнело, а голос пропал. Он мог издать только не понятные животные звуки. Всё что он сейчас мог — это смотреть на неё и молить взглядом уносить ноги отсюда. Последнее, что он запомнил — это глаза. Её глаза без страха, отвращения и неприязни. В них было спокойствие и сосредоточенность. Словно она задумалась о чём-то серьёзном. Но что-то смутило его в тот момент. Это были глаза не человека. До того как он понял, кто перед ним, его накрыла тьма. Через несколько часов Марго услышала стон. Это был стон боли. Римус очнулся и был совершенно потерян. Он попытался встать, но что-то держало его, кто-то держал. В комнате стояла кровать и сейчас, волшебник лежал на ней в чьих-то объятьях. В глазах всё плыло, Люпин чувствовал как ломит кости, будто все их перекрошило и за ночь они восстановились. Примерно так и было. Тепло. Ещё ощущал тепло, его укутали в одеяло и обнимали это давало дополнительный эффект. Римус посмотрел вверх, и когда его глаза сфокусировались на лице, он вспомнил вечер. Разговор и её. Маргарет обнимала его. Он лежал у неё на руках, а она словно огородила его от опасного внешнего мира. Безопасность. Вот что он ещё чувствовал. — Мм…— голос не слушался. Горло нестерпимо болело, как, впрочем, и всегда после превращения. — Не нужно говорить, — шепотом сказала девушка, — сейчас очень рано, тебе лучше поспать. Меньше часа прошло. Отдыхай, Римус. Я буду рядом. Он не стал спорить или возмущаться. Сон и правда был ему нужен, а от слов подруги стало легко и он уснул. 6 утра — Ох, Мерлин! Я думал мы не ототрём этот проклятый кабинет и до Рождества, — взвыл Сириус, опираясь о стену в коридоре. — Друг, убей меня. Я рук не чувствую и ног, и спины. Это было ужасно. Честно сказать, я уже пожалел, что мы взорвали этот проклятый котел! — отозвался Джеймс, сидевший на полу. — Да, согласен. То была ошибка. На будущее нужно будет убегать из класса до взрыва, чтобы нас не поймали с поличным. — Здравая мысль, Бродяга. — Сколько времени, кстати? — спросил Блэк. — Часов шесть есть, думаю. Сейчас завалюсь спать и хоть мандрагорой меня будите, я не встану, — Сохатый улыбнулся и посмотрел на друга снизу вверх и понял, что что-то не так. Сириус был бледен, как смерть и произнес только одно слово. — Мэгги. Блэк забыл про всю физическую боль и побежал что есть сил. Джеймс понял о чём, подумал друг. Действительно, девушка должна была найти их сразу как Римус вернулся в свой человеческий облик. Обычно, это происходило часа в четыре утра, край. Её не было уже два часа, значит что-то произошло. Поттер подскочил и побежал за Блэком. Сириус всё бы отдал, чтобы бежать ещё быстрее. Хотя он и так мчался словно за ним орда дементоров гонится. Всё о чём он сейчас мог думать это Маргарет. Он вообразил, что могло произойти с ней, если Римус вырвался. — «Не думай об это. Просто беги», — сказал себе Блэк. Гриффиндорцы проскочили под ивой в туннель. И Джеймс сказал: — Все хорошо, успокойся, — он был обеспокоен состоянием своего друга, при этом тоже боялся за Марго, — сейчас не время для паники. С ней всё в порядке. — Откуда ты знаешь, Сохатый?! Если с ней что-то произошло я никогда тебе не прощу! Слышишь! Она должна была прийти два часа назад. Два!!! Это была твоя идея, — Сириус паниковал и не мог мыслить здраво. — Успокойся, она сказала, что справится, — скорее уже не Сириуса, а себя успокаивал парень. Они пролетели два пролета вверх и встали перед дверью. Девушки не было снаружи, а дверь была приоткрыта. — Нет… — Сириус пошатнулся, он стал ещё бледнее и словно призрак пошёл на солнечный свет лившийся из комнаты. Джеймс напрягся не меньше друга и молился, чтобы в комнате был только Римус. Они зашли и не поверили своим глазам. На полу валялась порванная одежда Люпина, а сам он лежал на кровати и спал в объятьях гриффиндорки. Она тоже уснула. Джеймс и Сириус был поражены, они никогда не видели, чтобы Римус спал так спокойно после ночи в теле волка. Он был укутан в одеяло и выглядел умиротворенно. Оба они выдохнули с облегчением. Сириус подошёл к кровати и очень нежно прикоснулся к щеке Маргарет. Она нахмурилась и начала открывать глаза. Девушка выглядела сонной, но не вымотанной. Словно вчера вечером просто допоздна читала, а не следила за тем, чтобы оборотень не убежал из дома. — Доброе утро, детка, — сказал Сириус и улыбнулся. — Доброе, — ответила девушка. Она пошевелилась и нарушила сон своего друга. Тот также нахмурился и промычал, что-то вроде «Еще пять минут, пожалуйста». Кажется, вскоре в его сонный мозга проникли воспоминания, и он всё-таки открыл глаза. Перед ним стоял Сириус, посередине комнаты Джеймс, а он сам всё также был в объятьях Марго. Она улыбнулась ему и сказала: — Всё прошло лучше, чем я думала. — Как я и сказал, она справилась и даже очень хорошо, — победно произнес Джеймс. — Как всё было? То есть ты всё это время была в комнате? — спросил Блэк — Да, — спокойно ответила девушка. — Но как? — с недоумением спросили только пришедшие. Она не успела ответить на вопрос, их отвлек Римус. Он, укутавшись в одеяло, сел на кровать и понял, что кроме одеяла на нём ничего нет. В хижине всегда была запасная одежда, поэтому Люпин не очень переживал. Друзья наблюдали за ним, потому что его состояния волновало в данный момент всех троих. — Всё хорошо. Тело, правда, ломит, но всё хорошо. А теперь я бы хотел одеться, если вы не против. Марго ты не могла бы выйти, пожалуйста, — очень тактично попросил Люпин. Он может быть и превратился вчера в оборотня у неё на глазах, но переодеваться при ней для него было слишком неприлично. — Правда? Ой, да чего я там не видела, — сказала Марго и встала с кровати. Парни посмотрели на неё с таким удивлением, что грех было не пошутить про бурную ночку со зверем в постели, но это было слишком жестоко по отношению к Римусу. Тот так залился краской, что девушка умилилась от вида её друга. Такой взъерошенный, закутанный в одеяло как в облако и с такими розовыми щеками от стыда. — А как вы думаете, он на кровати оказался? — спросила девушка. Это, конечно, был риторический вопрос. Поняв, что все как-то туго соображают. Она добавила: — Ладно, увидимся на завтраке, — и вышла из комнаты. Оставшись одни, парни начали расспрашивать друга о том, что вчера было. — Что произошло ночью, Лунатик? — спросил Джеймс. — Волк вроде бы не трогал нас, потому что мы были в обличии зверей. Разве нет? Почему Мэгги тогда цела, если дверь была открыта, и она была в комнате? — добавил вопросов Сириус. — Понятия не имею. Вы же знаете, что я плохо помню, что происходит, когда я обращаюсь. Точно знаю, что всю ночь я был не один. За мной наблюдали. — А что последнее ты помнишь? — спросил Блэк. — Глаза. Её глаза были другим. — Ты о чём? Что значит другими? — не понимал Поттер. — Мне кажется, что Маргарет тоже анимаг, — кратко, но ёмко ответил Люпин. Звенящую тишину нарушил голос Джеймс. — Значит нужно выяснить кто она, верно? — с улыбкой произнес он. Друзья согласились с Сохатым, вышли из хижины и пошли к замку. Все трое были рады тому, что Римус наконец-то открылся подруге и, что среди них ещё один анимаг.