Тебе понравится умирать

- Чуя, неужели ты согласен на это только ради выгоды? - Ради того, чтоб забрать то, что принадлежит мафии. - Оно того не стоит. Просто поверь мне. Пока не поздно. - Я согласен на все ради мафии. Если эта информация дойдет дальше, чем до тебя, то нам конец. - Тогда будь готов к аду. Наручники щелкнули и глаза Дазая засверкали. Наконец он отыграется на нем. Все эти годы он ждал, пока сможет так же морально уничтожить человека мафии. Он не посмотрит на то, что это его напарник. Аккуратно ступая по паркету он направился к столу. На нем горела круглая белая свеча, в свету которой были видны орудия пыток. Скальпеля, зажимы и пилки, у Чуи уже подрагивали колени. Но мысль, что агенство не передаст это полиции грела душу. - Уверен? Ещё не поздно передумать. - Уверен. Осаму взял свечу, подошёл к кровати и положил ее на грудь Чуи. - Капать воском нынче не в тренде. Пусть расстает на тебе и принесет тебе адские муки. - Ты редкостный мудак… - Я не буду затыкать тебе рот, лей матом сколько хочешь. Хочу слышать твой крик, хочу видеть твои муки. Страдай…- уголок губ Дазая пополз вверх. - Не зря твои пытки называли самыми страшными в портовой мафии. - Это все в прошлом, сейчас я не такой жестокий. Ну раз ты предложил, то могу тряхнуть стариной. Смотри, свеча догорает, уже совсем скоро она поплывет жаркой струйкой по твоей груди, тронет подбородок, пока ты будешь орать от адской боли… Накахара стиснул зубы, нервно глядя на свечу. Отказываться уже поздно, через пару минут она уже догорит до пяти миллиметров… Чуя, я знаю, как причинить тебе ещё больше боли! Слушай, сейчас я вырежу тут кружочек и твоя кровь смешается с воском. Это будет страшно красиво. Дазай подбежал к столику, схватил скальпель и направился к кровати. Он наклонился над Чуей, аккуратно прислонил холодный инструмент к груди бывшего напарника. - Постой-ка. Ещё пнешь меня, а я не люблю боль. На секунду прийдется потушить свечу. Садист сдул свечь и принялся обматывать канатом Чую к кровати. Протягивая верёвку по его животу, ногам и шее он затягивал все сильнее и сильнее. У рыжего даже не оставалось шанса корчиться от боли, настолько туго был прикован он. - Все, готово. Дазай чиркнул зажигалкой и вновь зажёг свечь. Страх подступал все ближе к горлу Накахары, медленно переходя в слезы. - Тебе так страшно? Не бойся. Через час я тебя отпущу, побежишь жаловаться господину Мори. Пусть выдаст тебе дополнительную плату. - Мудак… - Мне обидно вообще то. Ну ничего, сейчас я вырежу кружочек и мне станет легче. Осаму вновь схватил скальпель и воткнул его в Чую. Вталкивая его двумя руками в него, он полностью извозился в крови. Слезы полностью промочити канат, а крик надрывно вырывался из лёгких. Чуя изогнулся, от чего свеча скатилась к его подбородку, капнув ему на губы. Ещё совсем чуть чуть и он снова завопит от боли. Это ещё не всё. Только первый порез, ты же выдохнешься, пока будешь кричать. Это ещё даже не начало, Чуя. Я не собираюсь тебя отпускать. Как ты сразу этого не понял. Я согласен умереть прямо тут, если тебе так надо. Только без мук, не хочу возвращаться в этот ад. Голос Накахары хрипел, ели-ели вырываясь из лёгких. Казалось, будто от скоро начнет кашлять кровью. - Хорошо, только сейчас ты в последний раз покричишь для меня. - Ты не смог даже в последний раз помочь мне… Такой себе ты человек - Тебе ли рассуждать над смыслом жизни других, когда ты в таком положении… - Все равно я доживаю последнее, что у меня есть. - Хорошо, сейчас свечка расплавится и я разрешу тебе уйти в загробный мир. Чуя почувствовал на груди тягучий жар, совсем скоро конец. И вот свеча догорает, оставляю на его груди последнюю боль, последнее, что он почувствовал. Неужели он заслужил такой конец? Но нет, он не умер. Дазай подходит к нему, хоть он и чувствует это через пелену. Последней болью в его жизни стал скальпель, который он вонзил в его горло, дабы тот уже не смог кричать. - Надеюсь, что тебе понравилось умирать. Встретимся на другой стороне жизни.