Многозадачный специалист

      Проработав со Мстителями достаточно долго, Питер смог условно разделить их всех на три категории по отношению к его работе. Первая, самая адекватная категория, которая включала в себя мстителей относящихся к его работе серьезно и всегда готовых поговорить и сделать то, о чем проситПаркер. К этой категории он отнес Наташу, Брюса, Клинта, Роуди, Сэма, Вижн, Стива и, чаще всего — Старка. Вторая категория хоть и была также активно настроена на терапию, как и первая, но чаще всего относилась к методам Питера со скепсисом и сарказмом. Тут были Пьетро, Скотт, Барнс с переменной периодичностью и Рамлоу. Третья же категория характеризовалась тем, что относившиеся к ней мстители были готовы найти миллион причин, чтобы избежать разговора с Питером и участия в очередном тренинге. Эт был Харли с его любимым: знаешь, квантовая физика сама себя не сделает. И Пеппер с ее: ой, Питер, я снова спешу на совещание. Еще Ванда: не забивай себе голову всякой хренью, Питер. Пока что Паркер не знал к какой категории он сможет отнести Елену, но то, что блондинка не проигнорировала его просьбу и пришла к кабинет, уже расценивалось психологом, как хороший знак.       — Итак, что тебе от меня нужно, Питер Паркер? — развалившись в кресле, Елена пристально смотрела на своего собеседника, который был немногим ее старше. Питер отметил, что у нее намного сильнее выражен акцент, ежели у Наташи, которая говорила на английском чисто, как настоящий носитель. Лену же выдавало произношение некоторых особо сложных слов.       — Просто поговорить, — он неуверенно пожал плечами, — я психолог команды, поэтому… моя работа говорить со всеми, особенно с новенькими. Так сказать, помогать им вливаться в коллектив.       — А ты забавный, — усмехнулась Белова и бесцеремонно взяв со столика один из листов бумаги, принялась складывать самолетик прямо на коленке, — и многие так приходят с тобой поболтать?       — Все, — выдохнул он, открыв свой ежедневник, — если ты не против, то я должен задать тебе пару вопросов.       — Валяй, — кажется, что складывание оригами волновало ее куда больше, чем предстоящие ответы на вопросы Паркера. Питер успел оценить ее специфический внешний вид. На шее было несколько разномастных цепей и подвесок, в ушах по три-четыре прокола. В копне светлых волос терялись с десяток мелких косичек, украшенных пестрыми перьями. На Елене была белая рубашка, клетчатая куртка с меховой опушкой на воротнике и множеством значков на груди. Самым нормальным в этом образе были джинсы. Узкие, серого цвета с вышитыми по всей длине розами и потертостями на коленях. Ботинки — армейские из грубой черной кожи.       — Как тебе тут… ну в целом? — и почему он, несмотря на долгую профессиональную подготовку и опыт работы, все еще робел при общении с женщинами? Питеру потребовалось немало времени на то, чтобы привыкнуть к Ванде и Наташе, как тут появилась Елена.       — Нормально, — она пожала плечами, не отрываясь от работы.       Когда к ней в Россию прилетела Наташа и предложила переехать в США, чтобы начать работать со мстителями, то Елена не сразу восприняла ее предложение всерьез. Думала, что сестра шутит, но она не шутила. Так Белова оказалась в пригороде Нью-Йорка на огромной базе, в окружении супергероев. Неплохое развитие событий.       — Как приняла команда? — конечно, по большей части, Мстители представляли из себя весьма приятных и адекватных людей, но среди них были те, кто с недоверием относился к новичкам. Питер лишь хотел, чтобы все члены команды чувствовали себя комфортно и безопасно.       — Жить можно, — закончив делать самолетик, Елена отправила его в сторону мусорной корзины и тот попал прямо в нее.       — Ого, вот это меткость! — восторженно сказал Питер, посмотрев сначала на самолет, потом на Елену. Она наградила его немного сдавленной, но искренней улыбкой, — если кто-то из мстителей ведет себя неподобающе, то не стесняйся говорить об этом, — попросил Паркер.       — Питер, я понимаю, что ты считаешь свою работу очень важной, и я уверена, что это так и есть, — начала она не самую радужную тираду, — но я привыкла к тому, что свои проблемы я решаю сама. Это моя… — она замолчала, явно подбирая нужное выражение на английском, но ничего не вышло и она добавила, — moya privichka.       И хотя Питер не понял, что именно Елена имела в виду, так как совершенно не знал русский, у него имелось несколько представлений о том, что это могло быть. Конечно, он не хотел на нее давить или указывать, как нужно делать и поступать.       — Хорошо, я понял, — он улыбнулся, — если что, то я всегда готов тебя выслушать.       Когда Елена покинула его кабинет, оставив за собой аромат духов с розой, Питер мысленно отнес ее к третьей категории. Она будет готова найти миллион причин, чтобы больше никогда не пересекаться с ним в статусе клиент-психолог. Конечно, Питер не исключал того, что ее мнение может со временем измениться, но пока что вывод был только такой.       К вечеру база постепенно оживилась и он договорился с Наташей, Баки и Тони о том, что завтра они проведут необходимые для отчета тесты. Когда Питер спустился на кухню, то там пахло жареным мясом и соевым соусом — Рамлоу жарил стейки. Сидя за столом, Баки возился с овощами, которые собирался запечь в духовке. Наташа грызла яблоко, сидя на подоконнике. Стив стоял в дверном проеме, приложив к синяку под глазом пакет с мороженной скумбрией — кажется, на миссии что-то пошло не так.       — Ты в порядке? — с ноткой заботы спросил Питер, проснувшись в помещение.       Кухня была просторной, хотя обычно они принимали пищу в не менее просторной столовой, которая занимала соседнее помещение с огромными окнами, выходящими на задний двор и залив. Кухня была оборудована современной техникой и необходимой для готовки посудой. Питер не особо хорошо готовил, так что ему было на руку то, что всегда готовил кто-то другой, у кого с этим было значительно лучше.       — Просто фингал, — отмахнулся кэп.       — А было время, когда подобный синяк мог отправить его на больничную койку, — отозвался Баки, за что получил неодобрительный взгляд от друга, — да брось, прошлого не изменить.       — Просто заткнись, — прошипел Стив.       — Ого, кто-то выражается, — рассмеялся Брок, добавляя к мясу еще специй, — Питер, это сойдет за показной морализм? — поинтересовался он у Паркера, тот лишь пожал плечами и прошел к холодильнику.       — Мы можем поговорить? — Наташа мягко улыбнулась и отправив огрызок в мусорку, подождала, когда Питер возьмет банку фанты и за локоть потащила его во двор. Прохладный вечерний воздух ударил по лицу и Питер поморщился, но скоро привык, — я на счет Елены, — ожидаемая тема для разговора.       — Да, я слушаю, — открыв банку, он сделал глоток.       — Просто хотела сказать, что очень волнуюсь за нее. С США у нас связаны довольно противоречивые воспоминания, — она перехватила у него банку и под возмущенный взгляд Питера, сделала пару больших глотков.       — Я понимаю, — произнес Питер, — но я не могу заставить ее говорить об этом. Иначе я буду не лучше, чем те люди, которые держали вас или те, у которых был Баки. Однако, если ты сможешь убедить ее поговорить со мной, то я всегда буду рад ее выслушать, — он хотел, чтобы его слова звучали ободряюще и это сработало. Устало улыбнувшись, Наташа обняла его, прижимая к себе, — все будет в порядке, просто некоторых людям нужно больше времени, чтобы согласиться на терапию.       — Я в тебя верю, Паркер, — усмехнулась Романофф, — а теперь пошли ужинать, пока Барнс и Роджерс все не сожрали, — кинув руку ему на плечо, она повела его назад на кухню.       Барнс уже сунул овощи в духовку и теперь замешивал какой-то соус. Роджерс убрал рыбу назад в морозилку и Питер смог лучше рассмотреть лиловый синяк, который тянулся от внешнего края глаза вниз, к щеке. Выглядело не очень, но это было не самое худшее, что видел Питер после миссий. Иногда некоторым требовалась куда более серьезная медицинская помощь, чем просто мороженная рыба в качестве компресса.