Его крылья

      Перед храмом Первого Вознесения собралась, кажется, вся страна. В толпе под горой яблоку негде было упасть. Все с нетерпением ждали начала церемонии.       Юноши и девушки должны были по очереди заходить в храм в том порядке, в котором числились в списке молодых господ. В храме они находили центральную заллу и старались сосредоточить энергию в нечто материальное, создавав в голове необходимый образ. Те кто мог пользовались музыкальными инструментами для лучшего контроля сил.       Списки давно уже украшали все стены и стенды: 1. Лань Сичень 2. Лань Ванцзи 3. Цзинь Цзысюань 4. Вэй Усянь 5. Цзян Ваньинь       Наконец все участники прибыли и барабан возвестил о начале церемонии.       Первым в двери храма Первого Вознесения вошел старший нефрит. Две минуты ничего не происходило, а после над собравшимися разнесся нежный звук сяо. Толпа затаила дыхание.       Лебин играла ещё минут десять. А после... Из дверей храма вышел крылатый заклинатель! Он с искренней улыбкой спустился к первому ряду заклинателей и все главы кланов тут же жадно уставились на два маховых пера в надежде увидеть там свой герб – эта партия однозначно была бы самой выгодной из возможных. Однако герб пары на них пока не появился – вероятно она пока ещё не прошла церемонию, а значит Лань Сиченю повезло – его "родственная душа" не окажется старше его на 20 лет.       Глава ордена Гусу Лань занял своё место среди почетных гостей и принялся наблюдать за братом. Тот уже подходил к дверям, но обернулся, словно почувствовав взгляд брата, и кивнул. После чего снял гуцинь со спины и вошёл древнее здание.       Храм он покинул с такими же не запятнанными гербами крыльями как и у брата. Толпа бросала на них восхищенные, завистливые и расчётливые взгляды.       Цзинь Цзысюань гордо прошествовал навстречу судьбе, но только улучшил зрение, что было весьма кстати так как он был отличным лучником и мечником.       И вот наконец настала очередь основателя Тёмного Пути, скрывающего нервную дрожь за привычной улыбкой.       — Не вздумай не получить крыльев, брат — серьёзно бросил он напоследок новому хозяину своего золотого ядра.       Покручивая за спиной флейту Вэй Усянь с максимальным беззаботным видом вступил под своды храма Первого Вознесения. Его трясло.       Вэй Усянь, с трудом переставляя ноги в предчувствии полного краха и унижения, зашёл в центральный зал и устроился в центре на полу. Он постарался выровнить дыхание и поднёс Чэньцин к губам. Вэй Усянь закрыл глаза и попытался сосредоточиться на том месте, где прежде билось золотое ядро.       К своему огромному удивлению обнаружил он там вовсе не пустоту. В груди поблескивал красно-черный шарик темной энергии! Времени на разбирательство не было и Вэй Усянь совершенно не склонный к продумыванию своих действий наперёд воззвал музыкой к тёмному ядру.       Вэй Ин с ранних лет научился представлять себе прекрасные белые крылья за своей спиной. Вот и сейчас Вэй Усянь постарался представить их. Однако представить получилось только какие-то тёмные тени за своей спиной.       Наконец он обреченно отложил музыкальный инструмент сторону и безнадежно глянул себе за спину.       От изумление Вэй Усянь потерял дар речи: крылья всё-таки были... Вот только совсем не белые, а очень даже чёрные! Он даже не сразу вспомнил о необходимости посмотреть на свои(!) маховые перья.       Если бы возможно была дважды потерять дар речи Вэй Усянь точно бы это сделал: на его маховых перьях красовались плывущие облака – герб Гусу Лань. Если его пара окажется хотя бы в половину такой же правильной как Лань Чжань... То лучше бы он умер при пересадке золотого ядра...       Из храма он вышел бледный как мел. Все шепотки по поводу его долгого пребывания в обители богов тут же смолкли: все в полном недоумении разглядывали это чудо.       Кто-то из глав кланов подошел к нему чтобы приглядеться к гербам. Голова Вэй Усяня была пущена и он не видел кто был этим заинтересованным, что не побоялся подойти к нему. Основателю Темного Пути было не до этого.       — Это безобразие – пара кого-то из Ланей!? — воскликнул старческий голос.       Это восклицание заставило и прочих глав подойти поближе.       — Какой кошмар! Бедная девушка! — раздался обеспокоенный женский голос.       — С другой стороны он – один из героев Аннигиляции Солнца... — прозвучал на заднем плане неуверенный голос.       Лань Сичень также поспешил посмотреть на крылья худшего ученика за всю историю Облачных Глубин.       За всей этой суетой никто не заметил как Лань Ванцзи радостно сверкнул глазами и поспешил скрыться, чтобы никто не заметил лотосов на его крыльях. Всё-таки ему не придётся жалеть о своём поступке во время облавы на горе Байфэн.       Вэй Усянь же тоже поспешил удалиться, даже не дождавшись своего названого брата.