little fox and cunning snake

Наблюдать за Чимином было забавно, особенно, когда он пытался скрыть свои лисьи повадки. За свою долгую жизнь Юнги встречал кицунэ лишь единожды, и то, та лисица была молода, неопытна, и не умела прятать хвост. Чимин же справлялся отлично, что говорило о его зрелости. За продолжительное время дружбы, Мину так и не удалось узнать количество хвостов и окраску шерсти, но вот что он точно знал, так это то, что Чимин был самкой. Кицунэ являются самым немногочисленным народом, так как родить себе подобных не способны, ими могут стать лишь лисы, что познали людскую суть и спрятались в норах на сотню лет. На десяток кицунэ приходился всего один самец и даже они предпочитали выбирать женский облик в людской ипостаси. Почему Чимин выбрал мужской было непонятно, хотя такое имело место быть в их общине, но даже будучи мужчиной в нем сохранилась феминная часть. Внешность кицунэ характеризовалась больше как андрогинная, нежели склонная в определенную сторону. Юнги предполагает, что Чимин довольно древний лис, который еще застал те времена, когда о кицунэ знавали люди и охотились на привлекательных девушек, именно поэтому предпочтя женскому половому признаку мужской. Чимину не чужды лисьи характеристики такие как хитрость, осторожность, сообразительность, наблюдательность и гибкость. Юнги не раз был свидетелем его чрезвычайного обоняния и слуха, а также несколько раз видел скрытые за линзами вертикальные зрачки. Почему лис скрывал свою суть Юнги тоже примерно представлял. Первое и самое очевидное – маскировка от людей. Второе, предполагаемое лично Мином – укрытие от других существ. Юнги знает, что очень многие относятся к лисам с предрассудками, считают их обманщиками, бесчувственными мразями и даже убийцами, так что, стремление Пака спрятаться за личиной оборотня неудивительно. Чимин знает природу Юнги, но его настоящий возраст нет, иначе даже не пытался бы того одурачить. Поначалу Юнги не особо интересовался Чимином. Был более отстраненный, не старался поддерживать беседу и общение в общем, но кицунэ оказался хорошим другом, собеседником, человеком. Ни разу не проявил те качества, которыми нелестно одаривают другие по незнанию, или глупости. А спустя время умудрился заинтересовать старого змея и даже вырыть норку в его холодном сердце, чтобы поселиться там. Не испугался мороза и уютно устроился точно песец. Мину хорошо рядом с лисицей, и, наверное, этого было достаточно, но. Но не было. Юнги не знал породу чувств Пака и рассказать о своей не спешил, выжидал, продумывал (трусил). Решился только к концу февраля неспециально подбирая время ближе к течке, когда Чимин более склонен к игривости и безрассудству. Он даже незаметно напросился в гости, предполагая, что на своей территории хищник не будет чувствовать себя жертвой, будет ощущать безопасность и сможет расслабиться, и не испугаться. Именно так Юнги оказывается сидящим на диване в теплой квартирке на первом этаже с зеленым чаем в руках перед каким-то глупым сериалом по телевизору. Тонкие ноги Чимина привычно переброшены через бедра Мина, а голова, Юнги может поклясться что неудобно, устроена на подлокотнике. На груди лиса опасно качается тарелка с ягодами черники, малины и ежевики, которые тот с наслаждением поглощает. Юнги медлит, не знает, как начать разговор так, чтобы не спугнуть и желательно по итогу перескочить со ступеньки «друзья-братюни» на «можно обнимать и целовать». Была ни была. - Я думал о том, чтобы завести лису – будто невзначай замечает Юнги и старается уловить малейшие изменения в Паке, но видит только удивленно приподнятые брови и искренний интерес. - Лису? – повторяет Чимин отставляя тарелку на пол и приподнимаясь на локтях – Что за странное желание, хен? Обычно заводят котов или собак. Да и ты, так то не любитель домашних животных насколько я помню. Чего стоит тот раз, когда ты раздавил бедного хомячка и еще неделю обвинял его в том, что он самоубийца и намеренно подкрался тебе под зад. - Лиса это другое – непонятно на что обижается Юнги, только руки разве что на груди не складывает. – Уверен мы нашли бы общий язык. - Да, хен, думаю нашли бы – спустя некоторое время соглашается Пак странно поглядывая в сторону Мина. – Но зачем? - Думаю, что возможно это поможет объяснить кое-кому мои чувства – змей старается максимально отвернуть лицо к телевизору, чтобы скрыть выступивший румянец, но Чимин придвигается ближе во всего глаза таращясь на Мина, словно на второго Иисуса. - Хен, тебе кто-то нравится? – и смотрит своими глазками, прямо душу выворачивает. Юнги вздыхает и поворачивается к Паку, бездумно поглаживая голую коленку. Думает, как намекнуть более открыто и не сразу замечает хмурый настрой друга. - Да, есть кое-кто – все же давит из себя – Он нравится мне уже довольно давно, но вот на счет его чувств я не уверен. - О – Чимин подтягивает под себя ноги и опускает взгляд, принимаясь рисовать круги пальцем по покрывалу – Здорово, да, наверное, да – Юнги может уловить как тускнеет голос парня – Это здорово. Уверен ты тоже нравишься этому человеку, хен. – И улыбается широко-широко, так, что не видно повлажневших глаз, и совсем тихо, едва уловимо добавляет – Как можешь не? - Ты так считаешь? – Мин хватает Пака за лодыжки и возвращает голени на свои бедра, отчего парень теряет равновесие и плюхается на спину – Я же василиск. Не уверен, что понравлюсь ему таким. Мы хладнокровные и превращаем других в камень, что если он не захочет смотреть мне в глаза? - С ума сошел? – на эмоциях вскрикивает парень взмахивая руками и мгновенно оказываясь напротив лица, смело заглядывая в зеленые глаза – Ты самый прекрасный человек которого я знаю, и потом, судить по родной форме глупо. То, что ты василиск не делает тебя плохим, как не делает единорогов хорошими. Это абсолютно не зависит от первой ипостаси. – Чимин захлебывается негодованием не сразу осознавая поток сказанного, а когда наконец анализирует произнесенное тут же тушуется и отводит взгляд, намереваясь отодвинуться, но оказывается остановлен мягким прикосновением старшего, обхватившего его за запястья. - Ты прав. Судить по животной форме это глупо, уверен он примет меня таким, как и я приму его, кем бы он ни был – кицунэ замирает и змей может ощутить чужую дрожь, под подушечками пальцев, прежде чем Чимин освобождается и пересаживается на другой край дивана. - Как бы там ни было – откашливается Пак – Надеюсь у вас все получится, ты заслуживаешь счастья. Но почему лиса? Он что – запинается парень в шоке приоткрывая рот – Он.. - Верно, Чимини, он лисица – довольно соглашается Мин хищно прослеживая каждую эмоцию и микродвижение друга. – Маленький хитрый кицунэ. - Но, хен – в глазах Чимина отражается весь спектр эмоций: страх, неверие, паника, трепет. Руки хватаются за плечи в поиске какой-то точки опоры и поддержки – Кто это? - Ты уже догадался, правда? – хмыкает змей подвигаясь ближе, но Чимин вскакивает на ноги пятясь назад, пока не упирается спиной в стену. Весь ужас мира сейчас сконцентрирован на дне скрытых линзами глаз. - Как – его голос дрожит и Юнги не на шутку пугается за Пака, подскакивая следом, но остается на месте, когда видит, что Чимин готов сбежать – Как ты узнал? - Чимини – тихо и успокаивающе бормочет Мин – Мне две тысячи лет, было бы странно если бы я не узнал. Ты отлично прячешься, но я очень наблюдателен. - Как давно? - Практически с начала нашего знакомства – он медленно придвигается ближе, еще ближе, но снова останавливается, когда из чужих глаз льются первые слезы – Чимин, все хорошо, ты же не боишься меня? - А ты? – кусается в ответ и Юнги может увидеть за спиной пушистый серебристый хвост, видимо вырвавшийся на волне эмоций. Он зачарованно прослеживает мотание конечности, а после замечает прижатые к черным волосам светлые ушки. Чимин кажется, совершенно не может контролировать себя, потому что следом появляется еще два хвоста, за ними еще и еще, пока все девять не предстают во всей нервной красе, дергаясь из стороны в сторону. - Чимин – вновь пытается дозваться Мин. Кицунэ смотрит затравлено в ответ и еще больше прижимает ушки к голове – Это обижает. Ты правда считаешь, что я стану к тебе относиться по-другому, учитывая, что знал кто ты все это время и признался, что ты мне нравишься? Не ты ли только что рассказывал о предвзятых отношениях? - Я.. – заикается Чимин прикусывая губу и бегая взглядом по комнате – Я не знаю. - Просто скажи, что это не взаимно и я уйду, буду дальше играть твоего слепого друга – хмыкает змей разворачиваясь и успевая сделать несколько шагов, прежде чем его окликают содрогающимся голосом. - Постой – маленькая рука ложится на плечо, убеждая остановиться. – Я не могу этого сказать, Юнги. - Почему же? – театрально удивляется все еще оставаясь спиной к Чимину. - Потому что это неправда – шепчет так тихо, словно боится что будет услышан, но продолжает куда уверенней – Ты тоже мне нравишься, хен. Кицунэ пугается стремительного разворота змея, но тут же успокаивается в крепких объятиях. Юнги обнимает нежно, но уверенно, притягивая к себе ближе. Зарывается носом в шею, волосы, ощущая призрачные изучающие прикосновения хвостов и довольно жмурится, издавая полный удовольствия змеиный вой, похожий на мяуканье. Чимин прерывает его, прижимаясь губами в невинном поцелуе и смущенно фыркнув, пропадает из виду. Одежда опадает на пол и среди ткани лежит прижавшись к полу белая лисица. Юнги требуется минута, чтобы осознать их первый поцелуй и первую трансформацию его уже парня. Мин прячет красное лицо в ладонях и смеется от свалившейся недосказанности между ними, а после подхватывает фырчащего Чимина на руки и устраивает его на своих бедрах, когда обратно падает на диван схватив перед этим с пола тарелку ягод. - Так и знал, что ты маленький песец – довольно комментирует Юнги, почесывая лису за ухом. Чимин недовольно рычит, но тут же успокаивается, облизывая пальцы, когда Мин кормит его малиной. – Ты мне нравишься, Чимин – повторяет, не отрывая взгляда от голубых глаз, и счастливо улыбается, получая в ответ скромное тявканье. – Поговорим, когда вернешься к человеческому облику. Лиса топчется на ногах Юнги удобнее устраиваясь и сворачивается клубком, прикрываясь пушистым хвостом, за которым скрывает довольный взгляд. Она все еще напугана, но рада тому, как все закончилось.