Далеко-не-принцесса с красками

Для матери не может быть ничего хуже, чем потерять свое дитя. Конечно, если она его любит. А Нана любила свою дочь. Очень сильно любила. Ровно настолько же, как и её сына. Одинаково. Однако, потерять Нана умудрилась лишь дочь. Маленькое светлое солнышко, которое так было похоже на маму. Довольно пугливое, но очень сильно любимое солнышко. А теперь её нет рядом. Савада Нана в отчаянии. Она не знает, что можно ответить Тейко на его вопрос: " Где сестренка"? Ох, как бы сильно женщина сейчас хотела об этом знать. Савада Иемитсу тоже в печали. Только, возможно, ему несколько хуже, чем жене. Мужчина, работая в теневом мире, прекрасно знает, что могут сделать с его ребенком, если та попадет в руки не к кому-то из гражданских. Её могли продать на органы, сдать кому-нибудь в рабство или же пустить на эксперименты в качестве расходного материала. И нет, Иемитсу не преувеличивает. Такое реально может произойти. Он знает. Он самолично читал все отчеты, написаные кем-то из подчиненных. Отчеты, в которых описявалась деятельность той или иной семьи, которую надо было побыстрее устранить. Саваду Тсунаеши, маленькую щуплую девочку лет пяти, мать потеряла во время похода в торговый центр. Тсуна попросту потерялась в толпе. Там, в ТЦ, девочку не нашли даже охранники. А на камерах её было очень сложно увидеть в силу того, насколько Тсуна была мелкой, среди всей этой толпы. Конечно, на допросе охранников поиски ребенка Савады не закончили. Иемитсу поднял на уши всех, кого только знал. Однако, и это было тщетно. А потом, спустя неделю, по телевизору показывают новости, в которых речь идет о том, что под мостом был найден труп ребенка, по описанию очень похожий на Тсуну. Лицо описать не смогли. Его попросту сожгли убийцы. Иемитсу идет на опознание. Нана не хочет. Она прекрасно знает, что это не её дочь. Иемитсу узнает в трупе Тсуну. Нана же всё равно уверена в обратном. Во-первых, так как она женщина, то, по слухам, её интуиция куда сильнее, чем у мужчин. Во-вторых, она мать. Мать, которая нутром чувствует, что её дочь все ещё жива. Иемитсу закрывает дело по поиску дочери. Нана умоляет возобновить. Муж не слушает. Внешний советник считает, что его жена попросту не хочет принимать тот факт, что их ребенок умер. На похороны Нана не приходит. Не хочет. Ведь если она придет, то получается, что она принимает факт смерти Тсуны. А она этого никогда не сделает, пока материнский инстинкт шепчет ей о том, чтобы она не смела терять надежду. Этот же инстинкт твердит ей, чтобы она отныне не спускала глаз с Тейко. Так как если она потеряет ещё и его, то окончательно сойдет с ума. ☆☆☆ Савада Тсунаеши маленькая и хрупкая девочка, которая любит родителей и рисовать. А ещё она очень пугливая и умеет быстро бегать. Однако, порой этого умения было не достаточно. Её схватил какой-то незнакомец. После этого её рот и нос накрыли какой-то тряпкой из-за которой она сразу же потеряла сознание. Очнулась она уже в каком-то темном помещении. Где именно она находится, Тсуна не могла точно сказать. Глаза ещё не успели привыкнуть к темноте. Однако, судя по ощущениям, она лежала на чем-то твердом и холодном. Как позже выяснилось, в клетке. При чем ни одна она здесь находилась. Помимо неё в помещении были ещё и другие клетки. Сама Тсуна точно не могла определить, что там находится во всех клетках. Но в некоторых из них она точно видела животных. По крайней мере, Тсунаеши надеялась на то, чтобы это были именно животные. В темноте Савада сидела не очень-то и долго. Вскоре дверь в помещение открылась, впуская внутрь яркий свет от которого жгло глаза, после продолжительного нахождения в темноте. Зато теперь девочка могла более-менее разглядеть тех, кто был в клетках. То, что она увидела, ещё долго снилось ей в кошмарах. То, что сидело в клетке, похоже, было когда-то человеком. Наверное, даже таким же ребёнком, как и Тсуна. Однако теперь, это была безобразная хрень с длинными руками, ладони были в два или три раза больше, чем у обычного человека с острыми когтями. А вместо лица было какое-то месиво. Жуткое и страшное месиво. Клетку забрала группа людей в белых халатах. На лице каждого из них были надеты защитные очки и медицинская маска. Так что понять, как они выглядят на самом деле было нереально. Как только клетку вытащили из комнаты, эти же люди начали кормить всех остальных обитателей клеток. Таким образом перед Тсуной оказалась тарелка с такой-то кашей. А потом люди ушли. В помещении снова стало темно. Последние несколько дней, которые девочка провела в клетке, были сущим адом. Чуть ли не сразу после того, как клетку с нечистью вернули обратно, помещение наполнилось душераздерающими воплями. При чем издавало их не только длиннорукое существо, но и все остальные, которые здесь находились. Немного позже, Тсуна стала свидетелем того, зачем она была здесь. Пока люди в халатах и масках обследовали её, проверяя её здоровье, девочка видела, как издеваются над другим ребенком. Возможно, он был её старше, а может и нет. Но было ясно одно, после того, что с ним сделали, он уже не сможет быть человеком. А через пару часов Тсуна видела, как получившуюся из мальчика тварь расстреляли. За то, что он напал на этих недоученых. После этого дня, Савада жила в постоянном страхе того, что за ней вот-вот придут и превратят в чудище, которое сразу же прикончат. Так же, Тсуне не хотелось испытывать то, что чувствовали её соседи, во время "превращений". А чувствовали они адскую боль, о чем свидетельствовали их крики. Но больше всего пугали лица экспериментаторов. Да, девочка ни разу их не видела, однако, знала наверняка, что те были абсолютно лишены эмоций. Из-за постоянного страха волосы Тсуны постепенно приобрели седой оттенок. Бывшие некогда каштановые волосы стали абсолютно белыми. И, на следующий день, после их окончательного выцветания, за девочкой пришли. Похоже, поседевшие волосы были одним из признаков того, что ребенок готов к, грубо говоря, преображению. — НЕТ! НЕ ХОЧУ! — начала метаться из стороны в сторону по своей клетке девочка. — НЕ НАДО!! Я ХОЧУ ДОМОЙ! СПАСИТЕ! СПАСИТЕ КТО-НИБУДЬ! Но никто не пришел. Эти недо-ученые уже привыкли к подобным выходкам детей и уже попросту не обращали на это никакого внимания. Да и зачем? Вряд ли этот ребенок что-то им сделает. Ей всего пять лет, и она достаточно тощая для того, чтобы кому-то навредить. Так что пока Савада кричала, моля о помощи, экспериментаторы вытащили её из клетки и переместили на операционный стол. Конечно, Тсуна всячески извивалась, пытаясь вырваться, но держали её крепко. А потом её привязали ремнями к столу чтоб уж ничего непредвиденного не произошло. Но оно всё же произошло. Когда к левому глазу девочки подключали некое устройство(из-за которого подопытный потом терял глаз), то во лбу Тсуны зажегся рыжий огонек. Он же потом зажегся и на руках. Пламя быстро распространялось. Сначала загорелся стол. Потом люди рядом с ним. Они, конечно, пытались сбежать, но ничего не вышло. Это пламя было невозможно потушить. Так же невозможно, как и спастись. Тсунаеши же совершенно ничего не угрожало. Рыжее пламя её не обжигало. Единственное, что чувствовала Тсуна, была боль в глазу. ☆☆☆ Открывать свои глаза, а точнее глаз, Тсунаеши боялась. Она толком не помнила, что произошло с ней до этого момента, но что-то ей подсказывало, что явно ничего хорошего. Поэтому было просто страшно узнать, куда её занесло сейчас. Она слышала чью-то ругань. Звук был немного приглушенный. Похоже, спорящие находились где-то за стенкой. Сама же девочка лежала на чем-то мягком. Скорее всего на ковати. Значит ли это, что она в безопасности? Вряд ли. — Эй, ты там сдохла? — послышался откуда-то со стороны чей-то голос. Он был явно детский. Возможно, тот, кто это говорил, был одного возраста с Тсуной. Но не факт. — Может в тебя стилет кинуть? — Что такое стилет? — приняла сидячее положение девочка. Глаза её всё ещё были закрыты. Открыть их она всё ещё не решалась. — О, живая, — собеседник был явно расстроен таким поворотом событий. — Острый ножик. Убийственно острый, шишиши. — Где я? — В штаб квартире Варии. Тебя хрен знает зачем притащил сюда Луссурия. Теперь они с акулой ругаются в соседней комнате. Сама прекрасно слышишь. — Ясно. После этих слов Тсуна все же открыла глаза. Оказывается находилась она в чьей-то комнате. Лежала она на кровати. А в кресле в углу сидел мальчик. Он читал книгу. Хотя, каким образом? Челка ведь закрывала глаза. Но, похоже, книга была достаточно скучной. Куда веселее было вслушиваться в крики за стенкой. — А почему у меня один глаз не видит? — спросила девочка, когда поняла, что с её зрением что-то не так. — Как может видеть то, чего нет? — не отрываясь от книги, сказал мальчишка. — В смысле? — У тебя минус глаз. И, ещё один вопрос, превратишься в игольницу. — У-угу. Есть какие-нибудь краски или карандаши? И бумага? — Разрисуй книжку. Она не интересная. И несчастная книжка оказалась рядом с девочкой. Тсуна посмотрела на пару страниц, не поняла ничего из написанного, и приступила за рисунки. Ручку для них мальчишка кинул ей вместе с книжкой.