Под покровительством звезды .

Вечер прошел как можно лучше. Крис разбудил нас где-то через час и пригласил к столу на ужин. Они вместе с миссис Стокер уже поужинали, а нам дали отдохнуть. Я быстро написал сообщение тете, чтобы не ждали меня на ужин и что я останусь в Чайной на вечер. После ужина Лилия сказала, что проводит меня до машины. Мы медленно поднимались по Торговой улице к машине. -Уилл, можно я попрошу у тебя кое-что? — Лилия взяла меня за рукав рубашки, когда я уже тянулся открыть дверь машины. Поворачиваюсь. Она стоит и держит мою руку, будто маленький ребенок, просит взрослого не уходить. Голова опущена, она смотрит на носки своих балеток. -Все что захочешь. — я перехватываю ее уже обе руки и беру в свои. -Не говори так. А что, если я попрошу в космос полететь, ты и это сделаешь? — она возмущенно бурчит себе что-то под нос. -Если этого захочешь ты — то я полечу. Лия вскидывает свою макушку и смотрит прямо в мои глаза. Боже, какая же она красивая! -Так что ты хотела попросить? — возвращаюсь в реальность. -Ну это не космос, но можешь отвести меня завтра к себе домой? — она видит мое недоумение на лице, и пока я не задал вопрос начинает тараторить, оправдываясь. — Я слышала, что твой дядя судья. А мне нужна юридическая консультация, просто чтобы сказали в каком направлении мне дальше двигаться. -Эм… хорошо, для меня это не проблема. Но как же твои родители. Крис ведь поедет их встречать завтра. -Они прилетают завтра во второй половине дня, если поедем утром, то успеем. -Хорошо, тогда я заеду за тобой завтра в десять, подойдет? -Спасибо. -Пока что не за что. Я поддаюсь порыву и моменту, наклоняюсь и целую ее в лоб. -До завтра. — сажусь в машину и уезжаю домой. *** Утро сегодня солнечное, навевает надежду на хороший день. Я, дядя и тетя сидим за столом и завтракаем. -Дядя, я сейчас поеду за Лилией и привезу ее сюда. Точнее к тебе. Эдвард Харн ставит чашку кофе на стол и вопросительно смотрит на меня, ждет дальнейших объяснений. -Я не знаю в чем конкретно дело, но она попросила у меня помощи, потому что знает, что ты работаешь судьей. Вчера она спросила не можешь ли ты проконсультировать ее по какому-то юридическому вопросу. Хочет знать в каком направлении ей вообще дальше двигаться и все такое. Я ответил, что ты будешь не против. -Что ж, я действительно не против. Мне даже интересно стало, какая у нее появилась проблема, что ей понадобился юрист. — дядя перекинулся взглядами вместе с тетей. -Спасибо. — я продолжаю свой завтрак и ем тост. -Наконец-то таки я познакомлюсь с этой загадочной Лилией. Жду не дождусь. — тетя прям вся воспряла духом. Вот любит же она гостей принимать. — А то мы только и слышим, когда в доме дверь хлопает, когда ты убегаешь к ней. -И ничего я не хлопаю дверью. — бурчу ей в ответ. -Уилл, твоя тетя права. Ты много времени проводишь в ее обществе, а с нами так ее и не познакомил. Мы можем начать думать, что ты прячешь ее от нас. — дядя явно потешается надо мной, ведь уже знает, что я люблю Лилию. Сам же ему признался в порыве, когда так сильно переживал за нее. -Я хотела познакомиться с ней еще на фестивале в конце лета, когда мы вместе ездили на Торговую улицу, но ты куда-то увел девушку и мы так и не встретились. Хотя я очень хотела высказать ей свое уважение за те чайные сервизы, что она сделала вместе с больными детьми. Я даже купила парочку и показывала их в благотворительном фонде. -Все, хватит. Успокойтесь. Через час вы и так познакомитесь с ней. Только прошу, даже умоляю — не наседайте на нее. Она сейчас плохо себя чувствует. -Что-то случилось? — улыбка на лице тети уступила место беспокойству. -Она недавно перенесла серьезную операцию. В больнице она отказалась оставаться. С операции прошло буквально пару дней. Ей даже еще швы не сняли. -Господи! Надеюсь с ней сейчас все хорошо? — тетя приложила руки к груди. -Сейчас она в порядке. За ней присматривает бабушка и брат. Скоро она полностью поправиться. -Пусть Звезда убережет от всех болезней. — прошептал дядя. Я встал из-за стола, поцеловал тетю в щеку и пошел на выход из дома. Дорога выдалась недолгой. Приехав на Торговую улицу, я остался в машине. Лилия сказала, что сама поднимется. Написав сообщение, что я на месте, начал ждать. К машине поднималась Лилия, в простом платье-рубашке, волосы собраны в свободную косу, несколько прядей струятся вдоль лица. Крис шел рядом и нес какую-то коробку. Я вышел из машины навстречу. -Привет. — пожимаю Крису руку. — Как ты себя чувствуешь? -поворачиваюсь к Лие. -Хорошо. Только немного волнуюсь. На ее щеках заиграл румянец, а руки нервно мяли ремешок от сумки. -Это все пустое. — я постарался приободрить ее. -Возьми коробку. — Крис протянул мне ее. — В ней свежее печенье. Сестренка не захотела ехать с пустыми руками, так что с утра все это замешивала. -Не стоило, правда. Но тете понравится. -Давай поедем. А то еще немного, и я передумаю от нервов. — Крис обнял сестру и начал спускать обратно к Чайной. Мы сели в машину и поехали ко мне домой. Тетя встречала нас у самых дверей. Вот предупреждал ведь, чтоб не наседала на нее. -Лия, познакомься, эта женщина моя тетя — Софи Харн. Тетя — это Лилия Стокер. — я решил представить их друг другу, чтобы как-то начать разговор. -Лилия, дорогая, как я рада с тобой познакомиться! Уильям столько о тебе рассказывал. — тетя подошла ближе и обняла девушку. -Правда? — лицо краснеет, а глаза начинают бегать в разные стороны. Когда тетя ее отпустила, Лия аккуратно погладила живот, чуть морщась. -Все в порядке? — встревожено спрашивает женщина. — Уилл предупредил нас, что ты только с больницы. -Все в порядке. — Лилия улыбается ей в ответ и берет коробку с печеньем из моих рук и протягивает ее тете. — Это вам домашнее печенье. Не хотелось приходить к вам с пустыми руками. -Право, не стоило! Но большое спасибо. Когда вы закончите свои дела с Эдвардом, то мы обязательно выпьем по чашечке кофе с этим печеньем. -Дядя у себя в кабинете? -Да, ушел туда недавно. Мы пошли в право по коридору у постучали в большие створчатые двери. -Уилл, прости, но это правда личная тема. Я могу остаться с твоим дядей наедине? -Конечно, не вопрос. Я подожду тебя тут. Сейчас я попрошу Эми заварить вам чаю. Лилия заходит в кабинет, а я отправляюсь на кухню за обещанным чаем. *** Большой кабинет. Деревянные стеллажи, заставленные книгами по праву устремляются к потолку. Свет был выключен, но комната вся освещалась через большое окно. Высокий статный мужчина поднялся с кресла, опираясь на трость. Его голубые глаза улыбались, смотря на меня. -Добро пожаловать! — мужчина протягивает мне руку и я отвечаю на рукопожатие. — Я дядя Уильяма — Эдвард Харн. -Очень приятно с вами познакомиться — я Лилия. Мы опустились в кресла друг напротив друга. -Уилл кратко рассказал сегодня за завтраком. Тебе нужна юридическая консультация. По какому вопросу? Я трясущимися от волнения руками достаю из сумки копию договора, что дал мне Оливер в больнице и протягиваю ее мистеру Харну. -Мне передали это. Это лишь копия, оригинал с подписью не у меня. Я хочу знать, имеет ли написанное тут какую-то юридическую силу. Как написанное касается меня? Мистер Харн надевает очки и начинает изучать документ. В этот момент дверь открывается и входит Эми с подносов и чаем. Аккуратно выставляет чашки, сахарницу и молочник на столик и уходит. В дверном проеме я замечаю Уилла и миссис Харн, в глазах парня вижу беспокойство. -Лилия. Я ведь могу так к тебе обращаться? — Он кладет листок на стол и начинает заниматься чаем. -Конечно, мистер Харн. Для меня это не проблема. -Зови меня просто Эдвард или же дядей, как это делает Уильям. — он кладет в чай сахар и начинает размешивать. -Но как я могу? -Ничего в этом страшного нет. Думаю, мы будем часто встречаться. — он улыбается и делает глоток. -Что-то серьезное с этими документами. — сердце пропускает удар. Я нервничаю еще сильнее. Кружка в руках трясется, поэтому ставлю ее обратно на столик. -Не стоит так сразу паниковать. Не знаю, кто дал тебе «это» -мужчина кидает брезгливый взгляд на листок бумаги на столике. — А главное кто придумал и подписал эту ересь. Но могу точно сказать тебе, что это незаконно. Громко выдыхаю. Сама не заметила, как задержала дыхание, пока мистер Харн говорил все это. -Это тоже самое, что отдать человека в рабство за долги, что является незаконным. Тут не прописано, какую сумму должны, какую якобы работу ты должна выполнять. Этот документ не заверен нотариусом, да и нет таких дураков, такое заверять. Их бы просто уволили! -Это правда? Значит, ничего нет? — в глазах начинают скапливаться слезы. -Можешь успокоиться. — он улыбается и делает глоток чая. -Спасибо… Большое спасибо. — я уже не в силах себя сдерживать и начинаю плакать, закрыв лицо руками. -Ну что ты. Не стоит плакать. — мужчина ставит чашку на стол и протягивает мне носовой платок. -Простите. Просто это такой груз был для меня… И сейчас вы сказали, что ничего такого нет. Я очень обрадовалась. -Давай успокаивайся. А то Уилл еще подумает, будто это я тебя до слез довел и не смог тебе помочь. — мужчина пытается приободрить меня и перевести мои слезы в шутку. -Нет-нет. Вы мне очень помогли! Я сейчас же успокоюсь, только дайте мне минутку. Это занимает больше минуты, но мистер Харн ничего не говорит мне на этот счет. Мы поднимаемся и выходим из кабинета. Уилл и миссис Харн стоят под дверью и ждут нас. -Лилия, что случилось? — Уилл разворачивает меня за плечи и всматривается в заплаканные глаза. -Дорой, неужели такая сложная ситуация? — миссис Харн подходит к мужу. -Жена, неужели ты сомневаешься во мне? — шутя спрашивает мистер Харн. -Все хорошо. Мистер Харн очень мне помог и решил проблему. Я от радости расплакалась. Нервы просто сдали… -Эм… Ладно. — Уилл обнимает меня, а я прячу заплаканные глаза в его рубашку. -Тогда, как и договаривались, выпьем по чашечке кофе? Дорой, Лилия принесла домашнее печенье. -Правда? И чего же мы тут стоим? — Мистер Харн начал поворачивать голову из стороны в сторону, будто печень от него прятали где-то неподалеку. -Если позволите, то я сварю вам кофе. — я встаю рядом с Уиллом и смотрю на супружескую пару. -Конечно. Эми, покажи Лие, где находится кухня и все необходимое. -Какое кофе вы хотите? -Уильям рассказывал, что ты варишь просто замечательное кофе! Нам обычное черное, с большой пенкой. — Мистер Харн обнимает супругу за плечи, и они уходят в гостиную. Мы с Уиллом прошли на кухню, там он показал мне, где банка с кофе и турка. -С тобой точно все хорошо? — Уилл опирается о большой кухонный стол. -Да. Я сомневалась в одном вопросе, а мистер Харн развеял все сомнения. — я стою у плиты и слежу, чтобы кофе не сбежало. -Ты не расскажешь мне, что было в том документе? -Прости, но я не хочу об этом говорить. Это такая грязь и позор, что … А коли все это оказалось неправдой, то и думать об этом не нужно. -Хорошо-хорошо. Только не грусти. Тебе больше идет улыбка. Чувствую, как лицо заливается краской. Списываю все это на жар от плиты. Достав из верхнего шкафчика чашки, разливаю кофе, раскладываю печенье из коробки на тарелку, ставлю все это на поднос вместе с молочником и сахарницей. Уилл не дает мне нести поднос и берет его сам. Так мы вместе пришли в гостиную, где нас уже ждали мистер и миссис Харн. -Лилия, расскажи о себе. Уилл рассказал, что у тебя своя Чайная в старой части города. — миссис Харн начинает светскую беседу с вопроса. -Это не моя Чайная, а Чайная моей бабушки Розы. Она принадлежала ее семье, так что это что-то семейного дела. Живем мы вместе на втором и третьем этаже. С нами еще живет Джуди, она работает в Чайной. Очень заботливая девушка, я отношусь к ней как к старшей сестре. -Уилл, ты просто обязан иногда брать нас с тетей вместе в Чайную, Лилия варит чудесный ароматный кофе. — мистер Харн наслаждался ароматом который доносится от его кружки. -Лия, получается ты живешь только со своей бабушкой? А как же твои родители? -миссис Харн ставит пустую чашку на столик. Я краем глаза вижу, как напрягается Уилл и поворачивается немного в мою сторону. Неужели волнуется за меня? -Тетя, не нужно таких вопросов… — Уилл пытается остановить, как-то перевести тему. -Уилл, в этом нет ничего такого. — я улыбаюсь, успокаивая его, а после отвечаю на заданный вопрос. — Мои родители развелись, когда я была совсем маленькая. Меня воспитывали отчасти бабушка с дедушкой. Два года я прожила с отчимом и его женой, а после вернулась сюда. Когда мой дедушка умер, то через три года меня к себе забрал родной отец. Я переехала в Америку и жила там вместе с ним и его новой семьей. Так же у меня есть трое братьев — один старший, Кристофер, и еще двое братьев близнецов по отцовской стороне — Джошуа и Мэтью. Я люблю каждого из них. -Ты такая молодая, а уже успела столько перенести. Я по своему опыту знаю, как детям сложно справиться со своими чувствами и эмоциями, когда их родители разводятся и дальше заводят свои новые семьи. Я ведь работаю судьей и постоянно вижу, как рушатся семьи. — мистер Харн смотрел на меня с грустью в глазах, но с таким пониманием, что я не могла описать словами. — И я рад видеть, что ты так спокойно рассказываешь об этом. Ты сильная духом девушка. -Мистер Харн, вы меня смущаете. -Я выказываю тебе свое уважение, не стоит смущаться. Вижу как миссис Харн смахивает слезу с глаз и берет мужа за руку. -Мистер Харн, простите, если затрагиваю личное… Но что с вашей ногой. Это что-то временное или… — не могу закончить предложение и в лицо спросить человека, не инвалид ли он. -Или. Я хожу с этой тростью уже больше двадцати пяти лет. По молодости упал с лошади, медицина тогда была не так развита, кость неправильно срослась, вот с того момента я и хромаю. — мистер Харн с улыбой похлопал себя по больной ноге, а второй рукой погладил трость, как верного пса, что всегда рядом. -Вы чувствуете какие-либо боли в мышцах? -Иногда в дождливую погоду ноет, но приходиться терпеть. Хотя по мне сейчас можно прогноз погоды сверять, Софи любит пошутить на эту тему. — супруги смеются с их общей шутки. -Дядя, тетя, мы уже пойдем. Я отвезу Лилию домой. Уилл помогает подняться с кресла. Он приобнимает меня за плечи и выводит из дома и подводит к машине. Едем молча. Радость момента проходит. Возвращается нервозность и тревога. Сама не замечаю, как руки снова начинают теребить ремешок от сумки. Где-то в машине по такой же дороге этого города едет моя родная мать. Она не ступала на эту землю семнадцать лет. Что она сейчас чувствует? Волнуется ли из-за встречи с бабушкой? Что скажет, когда увидит меня? Последний раз когда мы виделись прошло все очень плохо… И о событиях того дня зачем только я и она. -У тебя плохие отношения с родителями Кристофера? — Уилл не смог более молчать и смотреть краем глаза, как я терзаюсь в сомнениях и нервничаю. -Я уже говорила, что Ричард относится ко мне как к собственной дочери. Любит, заботиться, узнает, как мои дела и здоровье, все ли у меня в порядке. Я уважаю и люблю его. У нас обычные отношения отца и дочери. -А твоя мама? — он явно прощупывает почву. -А мама Криса… Меня для нее не существует. Это немного сложно объяснить словами. Но думаю, ты немного поймешь, какие у нас холодные отношения, когда мы встретимся. Дальше ехали молча. Приехав на Торговую Улицу, вижу припаркованную машину брата. Значит они приехали. Эта женщина уже дома. -Уилл, давай поторопимся. Я почему-то волнуюсь за бабушку. -Хорошо. *** На дверях Чайной висела табличка, что сегодня заведение не работает. Через окна мы видим пустой и убранный зал. Обойдя дом мы заходим и медленно поднимаемся на второй этаж в гостиную. Напряжение, что висело в воздухе было настолько плотным, что его можно было резать ножом на кусочки. Я встаю позади остановившейся в дверном проеме Лилии и осматриваю присутствующих. На диване сидел Кристофер и его родители. Мужчина был взрослой копией отца. Можно сразу увидеть, как именно Крис будет выглядеть через двадцать лет. Такой же высокий, со светлыми волосами и светло-карими глазами. Наверно глаза и трехдневная щетина были единственными различиями отца от сына. Мать Кристофера и Лилии была одета с иголочки, светлые крашенные волосы накрученными локонами ложились на плечи. Подбородок задран вверх, всем своим видом она не подходила этой комнате, где была уютная семейная обстановка. Миссис Стокер сидит в кресле напротив и явно недовольна присутствием гостей. Когда мы поднялись и разрядили напряженную обстановку своим присутствием, все взгляды были устремлены на нас. Мужчина поднялся и направился к Лилии. Я решил отойти в сторону и не мешаться воссоединению семьи, а просто пока что наблюдать. Я обещал Лилии, что буду рядом на случай, если ей понадобится поддержка. -Лилия, дочка! — Мужчина обнимает девушку и та отвечает ему, пряча лицо на его широкой груди. На фоне его роста, она выглядела маленькой школьницей. — Почему же ты заставляешь так за себя переживать? — он разрывает объятия, кладет руки на ее плечи и как будто сканирует ее своим взглядом с головы до пят на выявления каких либо повреждений. — Как ты себя чувствуешь? Почему на ногах? Откуда ты приехала сейчас, когда должна быть в постели? -У меня было одно небольшое дело, которое нужно было решить, как можно скорее. Со мной правда все в порядке… Папа. — девушка явно смущалась и не знала, на какой вопрос из списка мужчины ей ответить первым. — Почему ты не послушал брата? Он же сказал, что я в порядке и операция прошла без происшествий. -Я такого не говорил. — Крис подал голос со своего места. -Брат! Оставь его сейчас! Ты можешь сесть и объяснить по-человечески, что конкретно произошло за прошедшую неделю? Твоя бабушка и брат тоже не знают всего произошедшего, и мне не говорят. -Я не вижу причины всего этого переполоха. Я же говорила, что с ней ничего нет! Зря только прилетели. — миссис Скотт окидывает свою дочь брезгливым взглядом и отворачивается. -Ты в своем уме?! — мистер Скотт поворачивается к жене и начинает банально кричать на нее. — Ты вообще ее видишь? На ней лица нет! Наша дочь перенесла серьезную операцию, а нас не было с ней рядом! Ей еще даже швы не сняли. Ей богу, я тебя к окулисту отправлю, чтобы проверил твое зрение! -Д-давайте вы успокоитесь. — все снова посмотрели на Лилию. Она мяла ремешок сумки и от волнения даже начала заикаться. — Я правда в порядке. Может выпьем чаю и с-спокойно поговорим? -Я тебе помогу. — Крис встает со своего места и уводит сестру под руку из гостиной. Я остаюсь в качестве незаметного наблюдателя. Все были напряжены и каждый пытался прийти в себя, чтобы не наговорить лишнего. Меня они не заметили. -Как так можно?! Ты можешь хоть немного обратить внимание на дочь? — мистер Скотт явно был в бешенстве. -Где я совершила ошибку в твоем воспитании? Где мы с Диего упустили тебя? — миссис Стокер тихо спрашивала саму себя и качала головой из стороны в сторону. -Я просто не хотела жить в этой дыре без шанса на развитие, на нормальное будущее! Что плохого в том, что человек желает жить лучшей жизнью? Ну же, ответь мне мама! -Ты настолько не хотела жить здесь, вышла замуж и уехала. Молодец! Ты добилась того, чего так хотела! — миссис Стокер поднимается со своего места и миссис Скотт тоже. У двоих мечутся молнии из глаз, все негодование, что копилось столько лет обещало вырваться сейчас. — Ты уехала и стала успешной, поздравляю тебя! Но что касается твоей семьи? О ней ты думала?! -А что не так с моей семьей, мама? Я как раз поумнела и вернулась к своему мужу и сыну, чтобы он знал свою мать! -А дочь? Ты хоть раз думала о Лилии? Ты хотела оставить ее тут после свадьбы! Благо Ричард тебе мозги на место вставил. А потом что? Ты вернула ее как бракованный ненужный товар нам. Ты думала тогда о своей дочери, что она будет расти и не знать свою мать? Тут миссис Скотт промолчала. Я понял по тому, как она отвела глаза в сторону, что за этим ее поступком есть второе дно. А миссис Стокер продолжала. -А что потом было, ты помнишь? Ты даже не вернулась в эту самую «дыру» чтобы проститься с отцом! Ты пропустила его похороны! Крис и Ричард прилетели на следующий же день, как только узнали. Хотя Крис толком не знал своего дедушку, а Ричард говорил с ним всего пару раз. Но они были на похоронах, выказали последнюю дань уважения. А где была ты — его родная и единственная дочь?! Я был в шоке от всего услышанного. Я, конечно, предполагал, после слов Лилии, что ее мама сложный человек. Ожидал увидеть какую-нибудь заносчивую или жестокую женщину. Но такой холодности, такого безразличия я не ожидал вовсе. Нет уважения к пожилым родителям, нет хоть капли заботы у любви к своему ребенку. -Хватит на меня орать! Да, я не приехала, и что с того? -А то, что нам нужна была поддержка в тот момент. Ты хоть знаешь, как больно и плохо мне было после смерти твоего отца? Ты знаешь, что после похорон я толком не выходила из комнаты? Мой мир рухнул вместе с его уходом. Хотя откуда тебе это знать. — миссис Стокер окинула свою дочь таким усталым взглядом. — А знаешь, от чего мне стыдно спустя столько лет? Что я должна была поддерживать маленькую девочку, что была мне вверена. Я должна была быть с ней рядом и успокаивать ее, потому что Лия потеряла дедушку, что воспитывал ее и заменял ей отца. Но я этого не сделала. И за это мне стыдно. А знаешь, что делала твоя маленькая шестилетняя дочь? Она не дала волю своим эмоциям, не расплакалась и не билась в истерике. Она не дала себе оплакать дедушку, не смогла прожить свою потерю и горе. А все потому, что пыталась поднять на ноги меня — взрослую женщину! Она стучалась мне в комнату, приносила мне завтрак, который сама приготовила только для того, чтобы я поела. Ей было шесть лет! А где была ты, Тереза?! -Бога ради! Чего ты пытаешься добиться, рассказывая мне все это? Хочешь, чтобы я пожалела девчонку? Поверь, она в моих утешениях не нуждается! — миссис Скотт растеряла все свое напускное равнодушие. Было видно, что ей не стыдно за те проступки, что предъявляла ей мать. Она злилась с самого факта, что ее в чем-то обвиняют. — Ты обвиняешь меня в равнодушии?! Но подумай, почему я к ней так отношусь? Ой-ей, бедная несчастная девочка, отправили ее жить к бабушке и дедушке. Исстрадалась она вся! — женщина всплеснула руками распаляясь все больше и больше. — Я просто вернула вам игрушку, которую вы захотели! Это ты с отцом отговорили меня от аборта и заставили меня родить эту малявку! Она не нужна была мне — это вы захотели ее! Умом я понимал, что все эти крики не могли не услышать Крис и Лилия на кухне, за стенкой. Я понимал, что она все слышит и ей неимоверно больно от этого. Но я был настолько потрясен всем услышанным, что просто не мог прервать их разговор. Не мог встрять и попросить их успокоиться. Да и какое я имел право вмешиваться в семейные разборки? Я просто стоял в стороне никем незамеченный, у самого на глаза набегали слезы, когда я думал о боли моей девочки. Краем глаза замечаю в дверном проеме две фигуры Крис идет первым и несет поднос с тарелками и разным печеньем, за ним идет Лилия и несет поднос с кружками горячего чая, над чашками все еще поднимались завитки пара. В момент, когда миссис Скотт прокричала последнюю фразу, нервы ее матери сдали окончательно. Замах руки, оглушающий звук пощечины, белые кудри взметаются вслед повернутой головы. Лилия вздрагивает и чай проливается ей на руку. Она, как будто бы не чувствуя боли от ожога, ставит поднос на тумбочку и подбегает к бабушке. -Успокойся! У тебя сейчас давление поднимется! — Лилия подхватывает бабушку под руку. Женщина не в себе. Стоит, открытым ртом жадно глотая воздух, на глазах слезы. — Прошу, давай уйдем. Тебе нужно выпить лекарства. Лия уводит бабушку в ее спальню и закрывает дверь. Миссис Скотт держа руку у щеки разъярёнными глазами смотрит на мужа. -И оно того стоило вести меня сюда? Говорила же, что это плохая идея. Женщина подхватывает свою сумочку и выходит из комнаты, цокот каблуков по лестнице и хлопок закрываемой двери. -Кристофер, отвези свою мать в отель. Мы уже забронировали номер, и пусть не выходит никуда до моего приезда. — мистер Скотт посмотрел на сына. -А ты? -Я пока буду тут, мне нужно поговорить с твоей сестрой. -Хорошо. Я отвезу маму и вернусь. Кристофер уходит. Тут мистер Скотт поворачивается и наши взгляды встречаются. Я вижу удивление на его лице, опережаю вопрос и представляюсь: -Здравствуйте, мистер Скотт, я — Уильям Харн, друг Лилии. -Приятно познакомиться. И прошу прощения, что ты стал свидетелем такой сцены. -Ничего страшного. А сейчас больше переживаю за Лию. Она сто процентов слышала весь разговор, пока была на кухне. Не представляю, что она сейчас чувствует, когда узнала, что она нежеланный ребенок. Мистер Скотт тяжело вздыхает и поворачивается к дверям в спальню своей тещи. Не успевает постучать, как дверь открывается и из комнаты выходит Лилия. -Как твоя бабушка? -Я дала ей ее лекарства от давления и успокоительные капли. Она почти уснула. — Лия закрывает дверь и останавливается перед отчимом, опустив виновато голову. -Лилия, хоть ты так не делай. В произошедшем нет твоей вины. Не нужно все это на себя взваливать. — мужчина прижимает девушку к своей груди и успокаивающее гладит по спине. -Ты не прав, папа. Я причина того, что бабушка не ладит с мамой Криса. Они из-за меня поссорились. — я едва могу расслышать ее тихий голос. -Я сказал Кристоферу отвести Терезу в отель. А я хочу сейчас, чтобы ты мне все рассказала. Хорошо? -Но Уилл… — она отстраняется от отца и смотрит на меня извиняющимися глазами. -Не переживай. Я подожду тебя в саду. Вам нужно поговорить. Я оставляю отца и дочь наедине, а сам спускаюсь в сад и сажусь на скамейку. В голове каша. Ощущение, будто в черепной коробке взрываются фейерверки разных мыслей. Всплывают раз за разом картинки и фразы, что я услышал наверху. Теперь понятно, почему Лилия не называет эту женщину мамой. Хотя, зная Лию, там может быть и другая причина. В голове не укладывалось. Но про себя я даже обрадовался, хоть и понимал, что такие мысли эгоистичны, что Лилия не росла рядом с такой мамашей, что не была подвержена ее высокомерному влиянию. Пусть и не родные, но у нее есть люди, которые дарили ей свою заботу и любовь. У нее есть любящий отчим, есть братья и бабушка. Она спасла себя сама, ограждаясь от своей матери. Ко мне подбежал Рин. Я кидал ему мячик со скамейки, он убегал, ловил и приносил его обратно. Так прошли последующие полчаса. На пороге дверей ведущих в сад появилась Лия с отцом. Они обнялись, и он ушел. Лилия подошла и села рядом со мной на скамейку. Рин почувствовал, что его хозяйка не в духе, сел возле нас и положил свою морду ей на колени. Я ждал, что Лилия скажет что-то, прокомментирует произошедшее наверху. Может попросит меня забыть все что я там услышал. -Как ты? — глупый вопрос, и так вижу, что не в порядке. -Я не знаю, как должна сейчас себя чувствовать. — она закрыла глаза. Волосы немного подрагивали возле лица от легкого весеннего ветерка. -Ты можешь испытывать множество эмоций: злость, гнев, грусть, несправедливость, за то, что с тобой так обошлись. Ну или вообще все вместе. Если ты сейчас будешь кричать, я закричу вместе с тобой, если хочешь плакать, то я буду рядом с тобой и утирать твои слезы. -Я устала. Уилл, я так устала… Сегодня мои нервные клетки были напряжены до предела. Я за утро успела испугаться, успокоиться, обрадоваться, что проблема решилась, потом снова напрячься от предстоящей встречи, снова испугаться за бабушку. — она открыла глаза и посмотрела на меня. Я просто притянул ее к себе и обнял, а она в ответ просто положила голову мне на плечо. -Почему ты ничего не говоришь о том, что произошло, неужели ты не разозлилась на слова своей матери? Я был в шоке, когда услышал все это. -Это не было что-то новое для меня. Я слышала все это раньше. Миссис Скотт не проявляла ко мне каких-либо теплых или «материнских» чувств. А все что ты услышал про нежеланного ребенка, игрушку и аборт, который она не смогла сделать, она сказала все это мне лично в лицо, в таком же запале несколько лет назад. Я не знал, что нужно было сказать на такое. Что чувствует ребенок, когда родная мать кричит ему, что не хотела его, что он ее ошибка? -Вот поэтому я сейчас чувствую лишь усталость. Я так устала, что все хотят получить от меня какие-то ответы… -Хочешь сегодня остаться у меня? Что я только что сказал?! Слова вырвались быстрее, чем я смог осмыслить их. Мне хотелось увести Лилию отсюда, из этого дома, от этих людей. Увести ее от этого дня. Просто спрятать ее ото всех. Она поднимает голову с моего плеча и удивленно смотрит. -Не пойми меня неправильно! Просто ты сама сказала, что устала. Я подумал, что тебе бы пошло на пользу отдалиться отсюда. Но если ты не хочешь… -Хочу. -Что? — мне показалось, что я ослышался. -Увези меня отсюда, Уилл. Пожалуйста. -Тогда возьми вещи и лекарства, а я пока поговорю с Джуди, чтобы она не оставляла твою бабушку одну. Мы вместе поднялись со скамейки и зашли в дом. Лилия поднялась в свою комнату, а я постучал в небольшую комнату на первом этаже. -Уилл? Все уже ушли? — Джуди вышла из комнаты и встала рядом со мной в коридоре. -Да. Была напряженная обстановка. -Я слышала крики, но не хотела вмешиваться. С миссис Стокер все в порядке? Как Лилия? -Миссис Стокер сейчас у себя в комнате, Лия дала ей лекарства и та уснула. Я увезу Лилию сегодня, пусть отдалиться и отвлечется. Ты можешь присмотреть за миссис Стокер? -Конечно-конечно. Не волнуйтесь и езжайте спокойно. Присмотри за девочкой. Я поднялся к ней в комнату. Лия успела переодеться в лосины и длинную рубашку. Она сидела на полу у комода и что-то искала в нижнем ящике. -Ты взяла сменную одежду и лекарства? -Да. Сейчас только найду кое-что для твоего дяди и мы можем ехать. Я подошел к ней и встал рядом. Она перебирала какие-то небольшие баночки, открывала, смотрела и закрывала обратно. -Нашла. — одну из баночек она кладет в сумку и мы вместе выходим из дома. Мы ехали молча. Когда зашли в дом, то тетя очень удивилась увидев, что я не один. -Уилл, Лилия? Что-то случилось? -Тетя, Лия сегодня побудет нашей гостьей. -Прошу прощения за беспокойство. — Лия смущенно переминается с ноги на ногу. -Какие беспокойства? Даже не думай об этом. ТЫ всегда желанный гость в нашем доме. Тогда давайте вместе поужинаем. Эми как раз накрывала на стол. -Мы тогда положим вещи и спустимся. — Я беру Лилию за руку и веду ее по лестнице наверх в свою комнату. Она устало опустилась на небольшой диванчик и положила сумку рядом. -Как ты? Выглядишь бледной. — она и вправду выглядела очень уставшей. -Сколько сейчас времени? -Почти семь вечера. -Мне нужно выпить лекарства перед едой и обработать швы. — она тяжело вздохнула и начала доставать таблетки из сумки. -Хорошо. Подожди, я спущусь за водой. Когда через две минуты я возвращаюсь в свою комнату, ошарашено останавливаюсь в дверном проеме. Лилия сидит все на том же диване, рубашка расстёгнута, она отклеила большой пластырь и аккуратно водила ваткой по шраму. -Прости. Не приятное зрелище, сама знаю. — она замечает меня застывшего в дверях. -Я этого не говорил. Просто удивился. — беру себя в руки. Сажусь с ней рядом, молча забираю ватку и начинаю уже сам водить по швам, обрабатывая их. -Болит? -Лекарства справляются со своей задачей. Иногда только тянет от резких движений. Вот скоро сниму с себя их, и забуду все это как страшный сон. -Ты сможешь забыть то, что отдала кому-то часть своей печени и спасла этим жизнь? -Уилл, это был мой отец. Я не могла позволить ему умереть и оставить близнецов наполовину сиротами в таком молодом возрасте. Как я могла поступить иначе в такой ситуации, когда у меня был шанс спасти его? В какой раз за этот день я был в шоке от слов произнесенных ей или ее семьей? Эта девочка не задумываясь легла под нож, чтобы спасти жизнь своему отцу. -Не перестаю тобой восхищаться, ты знаешь? — слова вырвались сами. — У тебя граница между безрассудством и благородством размыта, ты в курсе? -Оф, ты говоришь точно, как Крис. — она улыбается. -Если ты постоянно так подвергаешь себя опасности и заставляешь свое окружение переживать, то мне искренне жалко твоего брата. Сколько же он намучился с тобой. -Эй! Вы так оба говорите, будто я ходячая неприятность или тридцать три несчастья! Я просто немного неуклюжая… -Ну уже радует то, что ты это осознаешь. -А смысл отрицать? Сама знаю, что постоянно во что-то влипаю. Но ничего не могу с этим поделать. Мы заклеиваем шрам новой повязкой, вкалываем укол. Она выпивает таблетки. Я как надзиратель стою над ее головой и жду, когда она закончит. -А теперь пошли ужинать. Ты только позавтракала, а доктор сказал следить за твоим питанием. -Слушаюсь и повинуюсь. Мы смеясь с друг друга спускаемся вниз к столу. Ужин прошел за спокойной беседой на различные темы. -Мистер Харн, я хотела отдать вам это, раз предоставилась возможность еще раз встретиться. — Лия протягивает ту самую баночку дяде, что она искала перед самым выходом. -Что это? — дядя берет ее в руки, открывает. -Это мазь на основе трав. Не знаю, поможет она или нет, но вы можете попробовать воспользоваться ей, когда у вас снова заболит ваша нога. Сейчас весна, скоро начнется сезон дождей. -Лия, какой чудесный подарок. Большое тебе спасибо! — тетя погладила ее по руке. -Мы поднимемся на верх, Спокойной ночи вам. — я снова на автомате беру Лию за руку и веду ее в свою комнату. Сидя на диване мы смотрели смешные видео с животными. -Уилл, давно хотела спросить, фото на твоем рабочем столе, кто на ней? -Это моя мама. — я улыбаюсь вспоминая то фото, как она улыбается с него. -У тебя очень красивая мама. -Да. Это фото сделал папа, когда они вместе отдыхали. -Они очень сильно любили друг друга. — она зевает и опускает свою голову на мое плечо. -С чего ты это взяла? — я знал, что родители любили друг друга, но с чего она сделала такие выводы, даже не зная их лично. -По ее глазам на фото. Люди не смотрят таким взглядом на человека, которого они не любят. Вот как она может говорить про влюбленный взгляд, когда напрочь не видит, как я на нее смотрю? Уму непостижимо! -Спасибо… — голос снизился до шепота, она почти уснула. -За что? -Спасибо, что был рядом сегодня. Что не оставил. Спасибо, что увез меня оттуда. И еще хочу попросить у тебя прощения, за то, что ты сегодня был вынужден увидеть и услышать… -Ты не должна просить прощения за это. В произошедшем сегодня и в том, что произошло много лет назад нет твоей вины. — я решаюсь перебить ее, пока она еще не начала просить прощения за свое существование. Ответа не последовало. Она мирно спала на моем плече. Аккуратно беру ее на руки и кладу на кровать. Задерживаюсь на секунду раздумывая, и ложусь на другой край кровати. Какая же она красивая. Почему-то я могу видеть в ней красоту, даже когда она измождена болезнью и стрессом. Но ее стойкость не позволяет мне отвести от нее взгляда. -Я хочу, чтобы ты всегда улыбалась мне… Спи спокойно, мой ангел. Парень и девушка засыпают, пытаясь забыть все моменты прошедшего дня.