Под покровительством звезды .

Прошлое должно остаться в прошлом. (Как же красиво хранить молчание, когда все ожидают, что ты будешь злиться, и как прекрасно смеяться, тогда как все думают, что ты разрыдаешься.) Когда я выслушал идею Криса и все его доводы за то, чтобы «семейная» встреча все же состоялась, то направился от в бар Луи. Было только начало вечера, так что посетителей было немного. Я сразу же заприметил фигуру Эрика в баре. Он методично протирал стаканы. -Что-то ты сегодня рано. Ужин? Или предложить что-нибудь покрепче? — Эрик поставил пивной стакан на полку и повернулся ко мне. -Давай что-нибудь легкое на твое усмотрение. Есть к тебе разговор. Эрик подозвал одну из мимо проходящих официанток и что-то прошептал ей, та отправилась на кухню отдавать заказ, а хозяин вернулся ко мне. -Ну-с, выкладывай. У тебя какие-то проблемы? А то больно вид у тебя расстроенный и серьезный одновременно. — наверное, это навык всех барменов, подмечать настроение своих клиентов и готовность если не помочь, то хотя бы выслушать. -У меня будет к тебе просьба. Можешь закрыть бар на несколько часов для меня? Официантка принесла мне заказ. Овощи, приготовленные на гриле. Действительно, все легкое, как раз на перекус, чтобы не перебить аппетит перед ужином дома. -Хочешь организовать романтический ужин для Своей Лилии? Какой ты милый парень! — Эрик расплылся в довольной улыбке и похлопал меня по плечу. -Не совсем. Нужно устроить семейную встречу, но есть все шансы, что обстановка будет напряженная. Хотелось бы, чтобы не было лишних глаз и все-такое. Лилии нужно поговорить со своими родителями. -Не вопрос. Все сделаем. Завтра подойдет? Останусь я и один повар. Мы примем заказы, а потом останемся на кухне, мешать не станем. -Спасибо, дружище. Дальше вечер прошел за обычной дружеской беседой. *************** Утро. Отель. Уилл написал вчера вечером, что договорился о месте для встречи и будет ждать от меня звонка, чтобы привести туда Лилию. Мне остается уговорить маму, а это задачка не из легких. Но никто ведь не запрещал пригласить ее на эту встречу, не говоря, кто там будет, да? -Сынок, рада тебя видеть. — мама сидела у туалетного столика и укладывала волосы плойкой. — неубиваемые привычки со времен ее карьеры моделью, хоть ты целый день поведешь в четырех стенах, но укладка твоя должна быть безупречной. — Тебе отец не говорил, когда мы возвращаемся домой? Я уже устала сидеть в этом отеле. Тут совершенно нечем заняться. -Нет, отец мне ничего не говорил. Если тебе скучно в отеле, могла бы пожить дома у бабули, вместе со мной. — я прошел к окну и сел в кресло. -Это шутка такая? Не смешно, Кристофер! — женщина со стуком положила плойку на столик и повернулась полностью ко мне. -Это не шутка. -Твоя «бабуля» залепила мне пощечину! И это родной дочери, что не была у нее столько лет! -А кто тебе мешал навестить ее за столько лет? Могла бы прилетать к ней вместе со мной. И я не оправдываю поступок бабушки, но и твое поведение вышло за рамки дозволенного. -Я не буду с тобой это обсуждать с тобой. -Хорошо. Я хотел пригласить тебя пообедать. Не думаю, что отец долго здесь пробудет, работу никто не отменял. Вы все равно через пару дней улетите обратно. -«Вы»? Разве ты не возвращаешься домой вместе с нами? -Нет. Я останусь в Астре еще на некоторое время. Собирайся, я зайду за тобой через час. Выхожу из номера в коридор и печатаю смс Уиллу, что все в силе. Теперь надо сделать звонок, которого мне совсем не хочется делать. -Алло? — голос немного взволнован на том конце. -Через час я приведу маму, а Уилл привезет Лилию. Бар будет закрыт, и вы сможете спокойно пообедать и поговорить. Мы с Уиллом будем рядом, так что только попробуй что-нибудь выкинуть или расстроить мою сестру. Адрес вышлю смс. -Понял. Я сейчас же выхожу. И… Спасибо тебе, Кристофер. Я повесил трубку. Почему-то слыша благодарность от этого скользкого типа, я ощущал себя так, будто меня облили чем-то дурно пахнущим. ********************** Я не знал, чего мне ждать от этой встречи. Как все пройдет? Что хочет сказать Грегори Лие и ее матери. Если бы спросили моего мнения, то я не за что не позволил им встретиться еще раз. Пусть я многого не знаю о их жизни, но могу с уверенностью заявить, что Лилии больно от встречи со своими родителями. А я меньше всего хочу, что мы моей Лилии было больно. -Добрый день, миссис Стокер. Лилия здесь? — захожу в чайную и вижу бабушку Лии за прилавком, она выкладывала выпечку на большое блюдо. -Здравствуй, Уильям. Лилия в кладовой. Пройди чуть дальше кухни по коридору и сверни на право. -Спасибо. Лилия сидела на стуле, рядом с ней располагались несколько открытых мешков с чаем. У нее на коленях стояла большая, но не сильно глубокая чаша. Девушка методично опускала руки в чай, перемешивая его, протягивала руки к полкам у стен, доставала из открытых баночек другие травы, высушенные плоды ягод и фруктов и тоже добавляла в чашу, и снова перемешивала. На ее лице было умиротворение и легкая улыбка. И мне так не хотелось прерывать ее, и вести туда, где ее улыбка погаснет. -Уилл, ты не говорил, что придешь сегодня. — поворачивая к еще одной баночке, Лия замечает меня в дверном проеме. -У меня сегодня свободный день, решил не тратить зря время, а провести его с тобой. — подхожу к ней со спину, кладу руки на плечи и легонько целую ее в макушку. -А я заметила, что готовые чайные сборы начинают заканчиваться, и решила пополнить их, заодно навести порядок на полках, посмотреть, чего не хватает. -Так значит вот как создается этот волшебный чай. -Волшебный? — Лия запрокидывает голову, чтобы посмотреть на меня. -Кончено. Ведь его смешала ты. А разве эти руки могут создать что-то плохое? -Уилл, не смущай меня. — замечаю, как щеки Лии начинают покрываться румянцем. Тяжело вздыхаю. -Что-то случилось? — Лия ставит чашу с не домешанным чаем в сторону и уже без улыбки, а с волнением поднимет на меня свои зеленые глаза. -Я могу быть честным с тобой? Не хочу лгать и обманывать. -Уилл, ты просто обязан быть честным со мной. Что случилось? — она берет меня за руки. -Лилия, твой отец… -Он что-то сказал тебе. — моментальная смена в голосе, поза стала напряженной, а руки, что держали мои, начинают немного потеть. -Не мне. Вчера он попросил твоего брата устроить вам встречу. С тобой и твоей мамой. Вижу, как ее глаза округляются. Но она быстро берет себя в руки, отряхивает свой фартук, встает и уже совсем другим, лишенным эмоций голосом задает вопрос: -Когда и где? -Я договорился с Эриком на сегодня. Кристофер привезет твою маму, а я должен привести тебя. Но я не хотел скрывать от тебя то, куда именно мы едем. -И правильно сделал. — Она делает шаг навстречу ко мне и кладет ладонь на мою щеку, целует в другую. — Спасибо. Подожди меня, я возьму пару вещей, и мы поедем. -Ты уверена? Я считал, что ты не хочешь разговаривать с родителями. -Не хочу. Но мне нужно поставить точку и высказать им все то, что я не говорила им столько лет. *** -Добро пожаловать. Уилл передал мне вашу просьбу об семейном обеде. Присаживайтесь, делайте заказ. Ваша бывшая жена и дочь приедут уже совсем скоро. Эрик проводит Грегори за столик, уже сервированный на троих. Недолго просмотрев меню и сделав заказ, хозяин бара удаляется на кухню. Дверь открывается и входит женщина и молодой парень. -Кристофер, что это за бар? Не мог выбрать место получше для обеда со своей матерью? Женщина недовольно осматривает пустые столики, но тут ее взгляд останавливается на еще одном человеке в зале. -Какого черта?! Что ты тут делаешь? Кристофер, что тут происходит? — она поворачивается и гневно смотрит на сына. -Это я попросил его устроить нам встречу. Так что не надо на него злиться. — Грегори встает из-за стола. -Зачем? Что нам с тобой обсуждать? Все что надо было, мы сказали много лет назад в зале суда при разводе. Нас больше ничего не связывает, что обсуждать то? -К вашему большому сожалению, у вас есть общий ребенок. — Лилия входит в бар и встает между своими родителями. -Что вы тут устроили?! Что за секреты? Разве есть что обсуждать? — Тереза разошлась не на шутку. Было отличной идеей закрыть бар на время их встречи. Выходит Эрик и еще один повар и приносят заказ, быстро накрывают на стол и удаляются обратно на кухню. -Тереза, я тоже не рада видеть ни тебя, ни Грега, но он захотел поговорить с нами двумя. — Лия проходит и садиться первая за стол. — Не будем тянуть время друг друга. Выскажем все свои недовольства и разойдемся. Минута молчания и переглядываний. Уилл и Крис садятся через несколько столов, чтобы слышать разговор, но не вмешиваться в происходящее. Сторонние наблюдатели. Тереза и Грег проходят за стол и садятся друг напротив друга. -Ну и что ты хотел обсудить? Что у нас есть общего для обсуждения? — Будь ее воля, она бы прожгла своим взглядом голову бывшего мужа. -Есть что. Пускай мы с тобой в разводе, но у нас есть общий ребенок. Мы какая никакая, но семья. Лилия слабо улыбнулась, но Тереза не стала себя сдерживать и громко рассмеялась с его слов. -Этой семьи никогда не было. — голос мой оставался спокойным, но я решаю добавить. — И никогда не будет! -Дочка… -Не зови меня так! Уилл предупредил меня о встрече, и я пришла сюда осознанно. Говори, что хотел и закончим на этом. Не знаю с чего такое рвение, увидел ли ты свет в конце туннеля и теперь решил исправиться, или еще что-то. Я не знаю и не хочу в этом участвовать! -Как ты с отцом разговариваешь? Прояви уважение, мы твои родители! — Тереза снова не осталась в стороне и не смогла смолчать. -Родители? Не смеши меня, Тереза. Ты не умеешь быть матерью. Тебе не знакомо материнство. Ты вспоминаешь, что ты мать, только когда это становится выгодно. Я говорю спокойно, больше не боясь кого-то задеть своими словами. Хватит с меня молчания. Не будет больше той послушной девочки. -Да как ты смеешь! -Хватит. Да, ты права. Проходя лечение в больнице, я многое переосмыслил. Я понял, что, если мне и есть о чем сожалеть, так это о том, что я мало уделял тебя времени. Я думал, что ты уже взрослая и тебе не нужно мое внимание. Но я понял свою ошибку и готов ее исправить. Поэтому я прилетел в Астру, чтобы забрать тебя домой. Тебе нечего тут делать. -Я и так дома. И я более не та десятилетняя девочка, что стояла с опущенной головой и молчала, когда ты решил насильно меня увести из места, где я была счастлива. -Но как же мальчики? Они так по тебе скучают. Не будь эгоисткой, Лилия! Возвращайся и будь старшей сестрой! -Вот опять. Ты снова это делаешь. Я могла бы еще чуть-чуть поверить в твое раскаяние, но ты везде ищешь выгоду для себя. — глаза застилает пелена слез, но я несколько раз моргаю и все проходит. — За мальчиков не переживай. Я поддерживаю с ними связь и общаюсь почти каждый день, дистанционно помогаю делать уроки, интересуюсь их жизнью. Даже материально помогаю и высылаю деньги на карманные расходы. Они знают и понимают, что я хочу жить тут. Что в Астре мне лучше. Если и соскучатся, и Сабина разрешит, то я всегда рада видеть Джо и Мэта в Астре на каникулах. -Уму непостижимо! Почему ты так поступаешь? Почему упрямишься? -Ты правда не понимаешь? -Я не позволю своим сыновьям жить с этой старухой! -Эй! Следи за словами, что произносишь! Ты говоришь о моей бабушке, и женщине, что подарила мне дом и чувство, что я нужна сама по себе, а не просто как чья-то сестра. -Я точно тут нужна? — Тереза подает голос. Все это время она тихо сидела и лениво, а иногда и брезгливо перебирала вилкой свой салат на тарелке. -Не переживай, и до тебя очередь дойдет. Мне тоже есть что тебе сказать. — я перевожу на нее глаза и вижу, как она начинает заводиться. -Не будь не благодарной. Я твоя мать! -Ты лишь женщина, что родила меня и отказалась. Не более того. -О чем ты говоришь? — Тереза сидела за столом и прожигала своим взглядом во мне дырку. -Тебе напомнить? Ты неделю назад кричала в гостиной нашего дома, что не хотела меня, что будь твоя воля, то сделала бы аборт. Что ты родила меня только потому, что дедушка запретил тебе делать аборт. Ты помнишь? — я развязываю платок со своей руки и тычу ей в лицо, показывая шрам в виде ряда полумесяцев. — А помнишь, что было в раздевалке на последних соревнованиях по плаванью? Помнишь, как затащила меня туда, вцепившись в руку и проткнула ее своим накладным маникюром? Вижу, как она переводит испуганный взгляд с руки на мое лицо и обратно. Ее собственное лицо бледнеет, и я вижу, что она не знает, что на это ответить. -Помнишь, как после неудачного заплыва Кристофера, ты обвинила меня в зависти к его успехам? Будто я завидовала ему, хотела его проигрыша. Что я намеренно накормила его перед самым заплывом и вызвала судороги. Ты обвинила меня в попытке убийства собственного брата!!! — я уже не сдерживалась. С каждым новым предложением мой голос становился все выше и выше. -Помнишь, как после этих нелепых обвинений ты даже не хотела выслушать меня? Как на мои попытки оправдаться, объяснить тебе, ты запретила мне называть тебя мамой? А после ты просто ушла. Оставила меня и ушла. Не хватает воздуха. В горле встает ком, а на глазах появляются предательские слезы. Беру стакан со стола и делаю несколько больших глотков. Пусть это будет всего пара мгновений, но они мне нужны. Необходима передышка. А теперь снова в бой. -А ты знала, что задела мне тогда вену? Знаешь, как долго я пыталась остановить кровь? Ты хоть представляешь, каких мне трудов стоило отмыть пол в той раздевалке, чтобы никто ничего не заподозрил и не стал спрашивать? Какого мне было потом врать? Врать Ричарду и Крису, отвечать, что «все хорошо» на их нескончаемые вопросы. А потом годами не называть причину, почему я вдруг перестала называть тебя матерью. А они спрашивали, очень много раз спрашивали. А я не могла сказать им причину, что это ты запретила! Но откуда тебе все это знать? Как же мне больно. В мое сердце был забит старый ржавый гвоздь, который болел и мешал. Но сейчас, когда я снова была вынуждена поднять эту тему он раскалился от моего накопленного гнева. И сейчас, раскалённый он шатается и причиняет мне все новую и новую боль. -Что ты сделала с моей дочерью?! — наконец-то прорезался голос Грега. Видимо он отошел от шока после услышанного. -А теперь ты! — поворачиваюсь в его сторону и оставляю притихшую, шокированную Терезу с опущенной головой позади себя. — Ты развелся и сбежал, оставил своего ребенка не задумываясь. Вспомнил про меня спустя столько лет, только для того, что тебе нужна была «старшая сестра» для твоих сыновей. Если бы Сабина не настояла, чтобы я жила с вами, ты бы не прилетел сюда. Но ее я не могу винить. Она думала, что мне будет лучше расти в полной, по ее мнению, семье. -Все не так. Ты неправильно все поняла… -Правда? А может быть я и это тоже неправильно поняла? Ты продал своего ребенка за карточные долги, человеку, что на протяжении нескольких лет домогался меня! Достаю сложенный листок из сумки и бросаю на стол перед Грегом. Пока он пытается осмыслить услышанное и вникнуть в прочитанное делаю еще несколько глотков воды. Поднимаю голову и оглядываю зал. Встречаюсь взглядом с Уиллом и Крисом. Оба стоят у своего столика и непонятно, кто кого пытается удержать, чтобы тот или другой не подошли к нашему столу. Качаю головой из стороны в сторону, давая понять, что не нужно вмешиваться и я в порядке и справляюсь. Представляю, как потом они оба по раздельности будут меня расспрашивать об этих вещах и историях, что я рассказала сегодня, но это все будет после. А сейчас надо заканчивать тут. Потому что сил долго тут находиться у меня нет. Но мысленно себя приободряю, повторяю про себя, что хорошо держусь, нужно приложить еще совсем чуть-чуть усилий и с ними будет закончено. -Я не мог. Это подделка… Грег выглядит растерянно, будто не понимает, что сейчас происходит и что он прочел. Тереза приходит в себя и протягивает руку, вырывает листок и тоже начинает читать. -Оливер приходил в больницу и сам дал мне эту расписку. И рассказал, как ты проиграл ему круглую сумму в карты, а потом в пьяном бреду решил откупиться мной. Ощущаю, как слезы катятся у меня по щекам, но я не вытираю их. Как же мне больно. Я чувствую себя такой грязной, униженной и опозоренной, рассказывая все это. -Нет. Я не мог… -А ты знал почему Оливер ужинал у нас дома каждую неделю? Не из-за вашей хваленой «дружбы». Этот урод специально наливал тебе стакан за стаканом, зная, что ты легко пьянеешь. А потом он вставал из-за стола под предлогом похода в туалет или же помыть руки. Моя комната как раз напротив ванной комнаты. И он заходил ко мне. Садился на мою кровать и шептал все свои извращенные фантазии, лапал, дышал своим перегаром, от чего меня тошнило. Сетовал, что ему жаль, что я несовершеннолетняя. А ведь я просила, столько раз просила, не водить его к нам домой. Говорила тебе, что боюсь его, что мне страшно. Но ты не слышал меня. Не хотел меня слушать. Отмахивался от меня и от моих слов как от надоедливой мухи. Под конец мой голос становился тише. Я видела опущенную голову отца и матери. Не знаю, что они сейчас чувствуют, стыдно ли им. Не могу знать, донесла ли я до них все свои детские обиды и страхи. Давай, Лилия, остался последний рывок. Еще чуть-чуть и все закончится. Достаю из сумочки еще одну вещь и на этот раз кладу ее в руки Терезы. Она вздрагивает и удивленно смотрит то на меня, то на кубик рубика в своих руках. Краем глаза замечаю, что они у нее дрожат. -Что это? -Это долгие годы было моим сокровищем. — пока говорю и предаюсь воспоминаниям, стараюсь смотреть только на цветные квадратики на старой головоломке. — Когда ты только вышла замуж за Ричарда и мы все вместе улетели в Сидней, ты старалась строить из себя заботливую мамочку при нем. Я понимаю, тебе нужно было время, чтобы брат привык к тебе. Может ты не замечала этого, но ты водила меня куда-то или же покупала игрушки только когда рядом был Кристофер. Только когда он с новой игрушкой в руках не начинал спрашивать «а почему мы Лие не возьмем куклу?» Припоминаешь? -Но при чем тут эта вещица? — Тереза ставит игрушку рядом с тарелкой и смотрит на меня. Взгляд, да и вся ее поза меняются. Если еще пару минут назад она выглядела, будто испытывает вину, то сейчас начинает принимать оборонительную позу, ждет, что ее начнут в чем-то обвинять. -Это была первая игрушка, первый подарок, который ты выбрала и купила мне сама. — слабо улыбаюсь и поднимаю голову. Теперь смотрю ей прямо глаза в глаза. — Это был обычный день, и ты схватила эту головоломку на кассе просто так. Но для меня это стало сокровищем. Я думала, что мама любит меня, просто стесняется, боится меня избаловать. Так я себя утешала раньше. Теперь мне это не нужно. Мне не нужны мысли о родителях. Встаю из-за стола, напоследок делаю еще один глоток воды и подвожу черту данного разговора. -Не знаю, почувствуете вы хоть что-то после моих слов и всего того, что я вам рассказала. Да и мне все равно на это. -Поворачиваюсь к отцу. — Ты пришел ко мне и сказал, что хочешь исправится, хочешь получить моего прощения. К тебе у меня будет последняя просьба — будь хорошим мужем для Сабины и отцом для близнецов. Не знаю за что, но они все еще любят тебя несмотря ни на что. Завяжи с алкоголем и азартными играми, устройся на нормальную работу и покрой долги. Заживи как нормальный человек с нормальной полноценной семьей. Дожидаюсь от Грегори кивка. Реакция заторможенная, а сам он будто в трансе каком-то. -Я не прощаю и не забуду всего того, что произошло между нами. Но оставлю это в прошлом. И вас я тоже оставлю за закрытыми дверями прошлого. Теперь вы лишь мать и отец моих братьев и не более того. Я продолжу жить в Астре с любящими меня людьми. И прошу вас, не появляйтесь более в моей жизни. — выхожу из-за стола, но оборачиваюсь и кидаю напоследок. — И кстати, у меня аллергия на креветок. Они удивленно смотрят на нетронутый мною салат с креветками. Я выхожу из бара и пытаюсь сделать глубокий вдох. Почувствовать то самое облегчение, про которое так часто читала в книгах, которое наступает стоит герою признаться в чем-то или выполнить свою миссию. Ощущаю как теплая рука берет мою замёрзшую. Это Уилл вышел из бара вслед за мной. Поворачивает меня к себе лицом и крепко обнимает, давая то необходимое мне убежище в своих объятиях. «Я не буду плакать. Не буду плакать. Не сейчас.» Повторяю про себя словно мантру. Не теперь, когда все наконец-то закончилось и я отпустила свое прошлое. -Поехали домой. — тихо шепчет мне в макушку Уилл. -Я знаю место поспокойнее. Обнимая меня за плечи мы вместе поднимаемся по улице к его машине.