Я назову планету именем твоим

Адам нетерпеливо расхаживал по спальне. В такт шагам едва слышно шуршал небесно-голубой шелк одеяния, расписанный золотыми енохианскими символами, слагающимися в имя Михаила. Эта одежда замечательно подчеркивала цвет глаз Адама, и сам он в ней напоминал ангела, улыбающегося в лучах восходящего солнца. По крайней мере, так утверждал Михаил. Адаму ничего не хотелось так сильно, как снова услышать эти слова. Или любые другие, лишь бы их сказал Михаил, появившись перед Адамом здесь, в их общей спальне. Однако, Михаила всё не было. Взгляд Миллигана скользнул по привычной обстановке спальни, на минуту задержавшись на черепе на полке. Первый подарок Михаила. Ох, как блеснули его глаза, когда он услышал, что Захария посмел пытать Адама, добиваясь от него согласия стать сосудом Михаила! Тогда архангел не произнес ни слова. Повернулся и ушел, чтобы вскоре вернуться с нежной улыбкой на лице и черепом Захарии на серебряном блюде, украшенном цветами и фруктами. Ну разве можно было не растаять при виде такого подарка? Для трофеев, принесенных Михаилом возлюбленному, уже давно была отведена отдельная комната, но этот, самый первый, стоял на особом месте, в спальне, напоминая о начале их любви. Однако, сейчас даже эта милая безделушка не могла развлечь Адама. Нет, он не чувствовал беспокойства. Беспокоиться за существо, подчинившее себе Вселенную, и гасящее звезды взмахами крыльев, было просто смешно. Однако, было нечто сильнее беспокойства - томление в груди, нараставшее почти до боли, и от этой боли не спасут покорные монстры и ангелы, не заслонит верный Кастиэль. Только Михаил и избавит от нее, просто появившись, просто позвав... - Адам? Адам круто развернулся на месте. Михаил появился прямо перед ним, даже не распахнув двери. В космической пыли и - Адам сразу заметил это - с обручальным кольцом на пальце. Значит, сегодня Михаила задержала не битва. Во время сражений он всегда носил кольцо на цепочке на шее, чтобы не запачкать кровью. - Михаил! - Адам бросился к нему - в крепкие объятия, под град жадных поцелуев, которые едва ли выдержал бы и кто-то из ангелов, не говоря уж о людях. Но Адам Миллиган не вспыхнул изнутри, не рассыпался в пыль, лишь прошептал в жадные губы архангела: - Михаил, я скучал... - Прости, - Михаил сильнее прижал его к себе. - Я немного задержался, но оно того стоило. Я нашел новую вселенную, Адам. Отдаленное, но забавное местечко. Поверишь ли, Винчестеры там нажили неплохое состояние на охоте на монстров, ведут шикарную жизнь... - он вдруг нахмурился. - А вот тебя там нет, малыш. Совсем. Я полагаю, пора исправить эту вопиющую несправедливость. - Если эта вселенная и в самом деле того стоит. - Ты сам увидишь. Когда я покорю ее. И назову в твою честь. - О, Михаил! - рассмеялся Адам. - Ты меня балуешь! - Я подарю ее тебе на нашу годовщину, - блеснул глазами Михаил. - Но отметим мы ее вместе, - вдруг нахмурился Адам. - Я не хочу отпускать тебя на битву в такой день! - Ну что ты. Твой подарок будет готов гораздо раньше, - Михаил улыбнулся хищно и предвкушающе. Обычно эта улыбка предвещала покоренные миры, потушенные звезды, новые победы и новые трофеи, с торжеством положенные архангелом у ног своего человека. Адам Миллиган обожал эту улыбку. И только он один знал ее вкус. Такой острый, хмельной и упоительный. - Мммм... Михаил... - Адам с величайшей неохотой оторвался от губ возлюбленного. - Прости меня, но... Ты ведь просто заглянул в ту вселенную, верно? Я имею в виду, ведь не было даже ни одного боя, значит... - Угадал. На самом деле меня задержало нечто другое, - во взгляде Михаила мелькнуло нечто вроде смущения. - На обратном пути я заглянул к Кейт. - Мама? Как она? - встрепенулся Адам. При виде его взволнованного лица Михаил в который раз подумал: если бы Кейт Миллиган взглянула в глаза сына в этот момент, может быть, их отношения не были бы такими напряженными. В самом деле, разве захваченный мир - повод для матери сердиться на сына? Да еще такого, как Адам? - Она в меня стреляла, - Майкл со странной гордостью продемонстрировал дыру в своём черном плаще. - Точно в сердце, - определил Адам, и на его губах забрезжила довольная улыбка. - Что ж, значит с ней все в порядке. - В полном, - кивнул Михаил. В самом деле, пока у его дражайшей тещи всё та же твердая рука и верный глаз, чтобы стрелять с порога в повелителя вселенной, Адаму беспокоиться не о чем. И Михаил уж позаботится, чтобы это длилось как можно дольше. - Замечательно, - Адам прильнул к нему, зная, что Михаил расслышит в этом коротком слове всё, что он хочет сказать. Замечательно, что с мамой всё в порядке. Что эта вселенная повинуется каждому их слову. А скоро будет и другая. Еще один черновик, написанный исчезнувшим Богом. Наверняка полный неточностей и ошибок. Но архангел Михаил исправит их. Перепишет начисто. Если понадобится - пеплом и кровью. Лишь бы то, что получилось, понравилось Адаму. Его Адаму. - В ванную? Думаю, ты не против смыть пыль чужих миров со своих крыльев, - Адам подмигнул, и грозный архангел, Чингисхан этого мира, страх неба и земли, покоритель планет, просияв влюбленной улыбкой, направился вслед за ним в сторону ванной. За окном тем временем уже начали зажигаться звезды. Казалось, они спешили изо всех сил, чтобы, когда правители этого мира, разнеженные и счастливые, вернутся в спальню, то легко смогли бы в очередной раз прочесть на небе то, ради чего погасли сотни их небесных соседок, чтобы оставшиеся сложились в начертанное енохианскими знаками имя. Самое дорогое, самое главное и самое любимое в этом мире - АДАМ.