Боги смерти по-русски

      Рэм и Рюук смотрели, как один писатель кинул в мир, созданный другим автором, его тетрадь. Тетрадь смерти вообще странная вещь. В руках этих творцов она становится самым страшным оружием. Они не просто не писали туда имена, они писали туда романы, рассказы, повести и стихи с вымышленными персонажами. И из-за них появлялись новые миры, работающие по правилам тех тетрадей, в которых они были описаны. Страшное место, ад в аду — вот как описывали ту часть мира шинигами, что была отдана русским писателя. Её даже отделили от остального мира, а камнями и песком написали «отсек Русских писателей. Не входить, если не хотите жестокой и изощренной смерти». Да, эти люди, сами ставшие богами, могли и такое.       Если кого угораздит туда попасть — пиши пропало, о нем можно не вспоминать. Но чудеса случаются и в мире богов смерти. Вот про это чудо Рэм от скуки и хотела узнать от Рюука.       - Так ты говоришь, что был там и выжил?       - Ага, именно. Нечаянно забрёл туда и чудом уцелел. — Рюук хрюкнул и продолжил грызть яблоко, корзину которых притащил из мира людей. —Там собрались такие психи. Один сжигает половину тетради, второму для одного произведения их понадобилось четыре. Помешанные. Парочка ходит с дырами от пуль. Но их миры — штука интересная, хоть и яблоки там редко найти можно. Говорят они странно. Вот один из них, с бакебардами или как у них эта штука на лице называется, по человеческим меркам тот ещё уродец, но за ним все бегали.       - Это все неинтересно. Мне интересно, как ты там оказался. — произнесла Рэм, отмахиваясь от шинигами.       - О, я потерял ту тетрадь, которую украл у Шидо, и искал её у нас, в мире богов смерти, а тогда ещё не было этого опасного места. Ну, я так думал. — Рюук расхохотался, как обычно хрипло и жутко. — Зашёл я туда и вижу человека. Это озадачил, так вроде они говорят. Я подошёл к нему, а он сидит и пишет в ней какие то слова. Оказалось, что это русский язык, а этот смертный — Ломоносов. Он очень умным оказался, а ещё успевал постоянно тогдашнюю их Императрица, или кто она. -последние слова шинигами произнёс небрежно, не видя никакой разницы в именах и званиях.       Рэм слушала его с интересом и опаской, а тот как ни в чем не бывало жевал яблоки.       — Не прошло и пяти минут, как то место наводнилось такими же. И у всех откуда то были тетради. Когда тот Ломоносов, как он назвался в итоге, увидел меня и закричал, это привлекло много кого. У кого то пистолеты были, у одного топор, ещё один со шприцом был, все кулаками начали размахивать. Зато один, с усиками и короткой причёской, какая модна у женщин сейчас в мире людей и каре называется, что то в крикнул и начал строчить в своей тетрадке…       Рюук замок и в смотрелся вдаль. Рем подождал и спросила:       - И что случилось?       Бог смерти хрюкнул: "я попал в какой то странный мир, вроде людской, но не совсем. Меня приняли за…-тут Рюук расхохотался-утопленницу, представляешь? И не просто утопленницу, а ведьму. Ну и извести пытались. Я чудом спасся, нашёл таки свою тетрадь, вписал туда имя того, кто пытался меня извести и улетел в наш мир. А тот с усиками долго гадал, что ж это у него с сюжетом приключилось и переписывал все. — Шинигами снова зашёл я своим жутким смехом.       Рэм все это время молчала, только думала про себя.

«да уж лучше попасть в MU, чем к этим "богам"»