Не все изобретения одинаково полезны

Кирилл Пройх, лейтенант полиции маленького городка, мужественно сражался. Очень мужественно и очень медленно. Можно сказать, что скорость сражения замедлялась с каждой изматывающей минутой. А вот противников все прибывало. Сначала злобный чайник, коварно обругал за то, что его забыли одного на кухне, кипеть и возмущаться. Потом ехидный телефон, будь он неладен. Битых пять минут Кирилл пытался отключить чертов будильник, зазвонивший совсем не к месту и категорически не желавший отключаться. Следом зловещие лампочки в коридоре радостно перегорели. Все. Разом. Просто потому, что битва не может быть проиграна. Лампочки Кирилл заменил. Телефон чуть не разбил, кидая на стол. Чайник выключил и обжегся кипятком, наливая себе чай. — Два, один, Киря, два, один, — пробормотал мужчина садясь за стол и доставая новый лист бумаги. На старый он успел пролить чай. Соседи врубили своего монстра. Жутких размеров колонки через которые никогда ничего не слушали, кроме кошмарнейшего репа. До одури надоевшие хрипы терзаемых динамиков заполнили комнату и мозг лейтенанта. Бой продолжался. Пара ударов молотком в стену, три звонка в дверь соседям и засланный диверсионный отряд, принесли свои плоды. Про листок бумаги на столе Кирилл вспомнил только через час. Попивая чай и слушая матюки и угрозы выселения из соседской квартиры. Отряд состоял из бабушки Божьего одуванчика, бывшего следователя родного отделения Кирилла. Она же являлась хозяйкой квартиры, в которой её внучек слушал всякую гадость. Приём подлый, но действенный. Громкость музыки уменьшилась в разы. Листок оставался белым. Бой проигрывался по всем статьям. Бой с собственной квартирой, которая, привлекая все доступные ей средства, сигнализировала, что писать ничего нельзя. Вот как тут победить, если для безоговорочной победы, нужно написать, что понятия не имеешь, как исчезли подозреваемый с психологом, не видел дыма, огненных букв… и странных детей тоже не видел. — Не видел же?