Однажды ты все ему расскажешь...

Тайна человеческой души заключена в психических драмах детства. Докопайтесь до этих драм, и исцеление придет. Зигмунд Фрейд

      Женщины пили чай, сидя в малой гостиной Мэнора, Хью сидел на полу рядом с ними, рассматривая отцовский школьный альбом с колдографиями. Прекрасно быть ребенком, с пластичным, верящим в чудеса мозгом, все новое и непривычное, за гранью обыденности, воспринимается с восторгом, с жаждой открывать неизведанное и принимать в нем активное участие. Все волшебное, все то, от чего его мечтала спрятать его прекрасная мама, влекло, удивляло, восторгало и ощущалось родным, своим, необходимым. Люди, которые двигаются на снимках, портреты, которые с интересом изучают его и даже(друзья из детского сада никогда не поверят! ) разговаривают с ним! Папа еще обещал научить его летать на метле, он представил своего серьезного, слегка мрачного папу прыгающим по дому, обхватив ногами веник, и рассмеялся — то ли дело дядя Блейз, который больше подходит для подобных развлечений. Мальчик нашел на колдографиях свою маму, раздел альбома был подписан «Святочный бал», мама невероятная! Такая красивая и нежная, танцует с дядей Виктором, который уже в школе был таким большим, что даже танцуя будто бы прятал его маму.       В комнату вошли взволнованные блондин и мулат, Нарцисса и Гермиона беззвучно встали, сердца их тревожно сжались, принимая неотвратимость плохих новостей. — Папа, — с воплем кинулся на шею к Драко ребенок, — а где тетя Денея? Малфой прижал к себе сына, потрепав светлую макушку, поцеловал его и призвал домовика. Когда Тинки появилась рядом с хозяином, то обратился к Хьюго: — Малыш, тетя на работе задерживается, нам с твоими мамой и бабушкой нужно поговорить, ты не мог бы вместе с Тинки отправиться в свою комнату и поиграть немного там? — Да, папа, хорошо! — мальчик чмокнул папу в щеку. — Пойдем, Тинкичка, ты расскажешь мне про маленького папу! Когда эльфийка увела ребенка, Нарцисса обреченно спросила: — Она живая? — Мерлин, мама! — Драко взял мать за руку. — Она живая, но этот хрен, прости мама, её похитил. На данный момент её местонахождение неизвестно, Аврорат прикладывает все силы, а мы пришли, чтобы попробовать отыскать Ди с помощью родовой магии. Ты поможешь мне? — Помогу, пойдем же, Драко! Нам нужно в кабинет! — аристократка стремительно направилась прочь из гостинной. — Драко, все плохо, да? — Гермиона схватила блондина за локоть. — Хорошего, однозначно, мало, — он перехватил её руку, переплетая свои пальцы с похолодевшими пальцами девушки, шагая следом за матерью и мулатом. — Дей была права, этот уродец умеет многое, Грейнджер, — встревожено сказал Блейз оборачиваясь, — было бы чертовски херово, если бы навстречу с ним пошла ты — без магии, без палочки…. — Но, она ведь тоже без палочки, — растерялась Гермиона. — Остается надеяться, что он не знает о её владении беспалочковой магией. — Лучше сразу похорони эту надежду, я тебя уверяю, он знает про каждого столько, что складывается впечатление, будто он, сука, всевидящий! — мулат тяжело переживал сложившуюся ситуацию. — Блейз, давай ты мою сестру хоронить не будешь! Мне достаточно матери, которая готова свалиться в аристократический обморок, — Драко сжал кисти рук, Грейнджер вскрикнула от неожиданности. — Блин, Гермиона, прости… — Мне кажется, нам все стоит держать себя в руках…       В кабинете на столе Нарцисса уже расположила старинный фолиант и серебряный клинок в кожаных ножнах с гербом Малфоев и зажгла черную витиеватую свечу. — Мерлин и Моргана, женщина не должна носиться с палочкой наголо, вступая в схватки со спятившими волшебниками! — она растирала правую ладонь, намереваясь в скором времени вонзить в нее холодную сталь семейного оружия. — Мама, Ди не может иначе, — начал было блондин. — Что значит «не может»? В конце концов у нее есть мистер Забини! Именно он должен заставить её стать слабой девушкой! — Нарцисса сдерживала подступающие слезы: — Прости, Блейз, ты не виноват, это я от паники не соображаю ничего. — Все в порядке, миссис Малфой! — угрюмо ответил мулат, который и без слов женщины успел добрую тысячу раз обвинить себя и проклясть. Однако, стоит признать, спорить с Денеей, а уж тем более указывать ей что делать и пытаться заставить, все равно что пытаться голыми руками остановить разогнавшийся локомотив. Неправильно сейчас, в то время, когда она в руках неизвестного Тора Клайна, говорить о ней так, будто она — уже покойница.       Блейз погрузился в воспоминания, стараясь унять внутреннюю дрожь. Он вспоминал себя маленького в гостях в Малфой-Мэноре, они с Драко летали по двору на маленьких метлах, а Люциус, в закатанной до локтей рубашке, с собранными в хвост волосами, по-отечески придерживал, сидящую впереди него на взрослой метле, девочку с длинными светлыми волосами. Отец и дочь, не в сравнении с ними, взлетали высоко, она восторженно улыбалась. Вдруг отец оставил девочку одну, разрешив ей пролететь вокруг поместья одной, а сам встав рядом с мальчиками, нервно прокручивал фамильный перстень вокруг пальца и не отводя глаз следил за дочерью. Успешно полетав и приземлившись, девочка оказалась в любящих объятиях Люциуса, который громко восхищался любимой дочкой, ставя её мальчишкам в пример. Девочкой этой была Денея. В тот момент, когда она самодовольно перевела взгляд с отца на брата и друга, Блейз понял, она украла его сердце. Тогда, пятилетним мальчишкой, он рассказывал о своем восхищении девочкой, обещая жениться на ней миссис Забини. Мама, будучи женщиной свободных нравов, предпочитавшая браку по расчету брак по любви, лишь улыбнулась. Дочь Люциуса и Нарциссы не могла не восхищать, маленькая аристократка, с малфоевской надменностью и самоуверенностью была желанной невесткой для многих из «священных двадцати восьми». Спустя годы, когда Блейз привез Денею на день рождения к матери в итальянское поместье, миссис Забини, зная все злоключения выпавшие на долю невесты сына, не могла не заметить произошедших изменений в поведении и внешности блондинки. Но только теперь, по собственному признанию женщины, она не сомневалась, что её сын любит по-настоящему. Однако, хоть она и не вмешивалась в выбор сына, материнское сердце было не на месте: вроде бы и девочка неплохая, и сын любит, но что-то такое терзало душу, материнская чуйка безмолвно кричала.       Нарцисса сосредоточенно читала текст из семейной книги, окропляя своей кровью страницу с данными Дей. Женщина хмурила брови, вздыхала тяжело и снова принималась читать текст сначала, заново окропляя старинный пергамент кровью. — Ничего не понимаю, — сконфуженно проговорила она, — моя девочка живая, но ее местонахождение скрыто…. И скрыто чужой кровью…. — Чужой кровью? — переспросил Драко. — Что это значит? — Это то, о чем мы говорили? — вступил Забини. — Кто-то творил магию используя свою кровь? — Скорее всего, — устало ответила женщина, — нет более сильной магии, чем родовая, но если она бессильна, то все дело…. — В кровянисте*! — перебила Грейнджер, — но это не есть подлинное название этих дельцов, само их существование — тайна сокрытая мраком, а уж их название и вовсе — тайна за сотней печатей. — Именно, Гермиона! Все так…— миссис Малфой опустилась в кресло. — Зачем ему наша Ди? — Хочется верить, что для беседы, — процедил Блейз, — иначе всю его кровь солью собственноручно в Черное озеро! С характерным звуком затрещал камин, в котором появилась голова Теодора Нотта, взволнованно затараторившая: — Мы с Пэнс у Кингсли в кабинете, ей поступило письмо, вместе с рабочей корреспонденцией, с угрозами. Пэнс в ужасе! Кто-то пишет, что если она родит раньше, что часто бывает при многоплодной беременности, то малыши могут родиться в мой день рождения, и тогда они все погибнут. Этот кто-то написал, будто бы есть предсказание от Трелони. Мы прибыли в Министерство, во-первых, просить защиты и помощи, а во-вторых, было бы недурно попасть в Отдел Тайн! — тут Тео увидел Грейнджер, издав хрюкающе-булькающий звук продолжил: — Охренеть, Грейнджер! Так вот ваша помощь была бы очень кстати. — Грейнджер? — звучно зазвучал голос Кингсли, голова Нотта пропала, сменившись головой министра Магии, — Гермиона Грейнджер? Сию секундно жду Блейза, Драко и Гермиону, в смысле, мистеров и мисс …. Вы сами в курсе! Живо! Министр отключился, открыв проход из камина в Мэноре напрямую в свой кабинет. Блондин тревожно посмотрел на мать: — Мы можем уйти? Ты справишься, если Хью останется под твоим присмотром? — Драко, между прочим, я совсем не беспомощная! — мягко улыбнулась женщина. — Кроме того, говорят, весьма неплохая ведьма, разумеется, я справлюсь, отправляйтесь! Если будут хоть крохи известий от Денеи, или что-то еще важное, найдите возможность сразу же сообщить мне. А мы с Хью отправим письмо дедушке…. Без Люциуса так тяжело…. В отличие от сестры Драко, хоть и не разделял материных вздыханий по отсутствию отца, прекрасно понимал чувства матери, которая прожила с Люциусом большую часть своей жизни и знала его настолько глубоко, что позволяло ей быть любящей и верной женой, не взирая ни на какие обстоятельства. Попрощавшись с Нарциссой и Хьюго, трое молодых людей по очереди ступили в камин и исчезли в зеленом пламени, чтобы встретиться с четой Нотт и Кингсли Бруствером.

***

      Денея старалась глубоко дышать, догадка о том, кто этот человек, которому они с Тором желают смерти, только она, в отличие от Клайна, не знает личности искомого, выбила из нее весь кислород. Мысль о том, что она в полушаге от истины, в шаге от долгожданной мести, сбивала сердечный ритм. В голове шумело, вихрем проносились воспоминания, когда на очередной облаве для бежавших ПСов, она не находила того, кто убил Фреда, как она разочарованно опускала палочку, ощущая разрывающую грудь боль. Месть убийце стала навязчивой идеей, смыслом жизни, стопорящим фактом перед счастливой мирной жизнью. — Кто он? Скажи, чтоб тебя, гребанный Клайн! — взревела Денея. — Мой отец! — будто, между прочим, ответил мужчина. — А имя у этого урода есть? Ты же сам хочешь сдать его мне в руки! Видимо, он крепко тебя обидел? — Достаточно, для того, чтобы отдать его в лапы разъярённой и безбашенной женщины, потерявшей любовь, — ухмыльнулся Тор. — Не хочешь говорить, не надо, просто назови его имя, — дрожь сотрясала девушку, она сама не понимала, чем та вызвана: страхом, ненавистью или зашкалившим нервным напряжением. — Чуть позже обязательно, — ухмыльнулся противный мужчина, — пока я хочу с тобой поболтать, как две подружки. Можешь не придумывать язвительные реплики, меня они не берут, но твой острый язык, определенно, мне нравится! — Слушай, я не вполне поняла, ты хочешь меня убить, вести задушевные разговоры со мной или чтобы я убила твоего папашку? — Ты знаешь, кто я? — он быстро вышел из комнаты и вернулся с потрепанным временем стулом в руках. — Скорее всего, ты не волшебник, — абсолютно спокойно сказала Денея, — потому что ты выполняешь многие действия физически, хотя куда проще было бы воспользоваться магией. Учитывая, что убить Фреда мог только приспешник безносого, который не мог быть не волшебным существом, вопрос остается открытым — что ты такое, мать твою! — Я — незаконно рожденный сын чистокровного волшебника **, — Тор как-то съежился, будто вся напыщенность из него вышла, как воздух из лопнувшего шара. — Мать моя, храни Салазар её душу, обладала редчайшим талантом, её кровь была сильнейшим компонентом. Мне же досталось всего серединка на половинку — относительно отца я — сквиб, относительно матери, скорее всего, неполноценный. Но, соединив в себе оба дара, я могу своей кровью менять воспоминания, создавать альтернативную реальность для конкретного человека, менять и подавлять волю, совершенствовать зелья, ломать чужую защиту, любого характера. — Я никогда о таком не слышала! — призналась Денея. — Это очень странно для меня! Именно моей матерью был проведен обряд разделения вас с братцем! Именно Люциус, ваш двуличный папаша, ползал у нее в ногах, умоляя сделать это. А этот обряд, недалеко ушел от Непростительных, как по мне, — мужчина закурил. — Так вот после этого события с вами стали происходить необратимые изменения, которые и привели к тому, что вы сейчас имеете. — Зачем же твоя мать провела его? — Она провела его с ошибкой! Специально сделала ошибку, чтобы сберечь тебя, потому что твоя семейка была уверена, что ты — корень зла! — В это охотно верю, но не мог бы ты выражаться понятнее? — Денея ухмыльнулась. — Ну и от сигареты я бы не отказалась. — Типичная малфоевская наглость, — заразительно рассмеялся Тор, но развязал девушку и дал ей сигарету. — Денея, не я тебе это должен рассказывать, но, видимо придется мне. Ты слышала что-нибудь о ментальных близнецах? — В общих чертах, бред про сильную связь между двумя душами… — Это не бред, это правда! Волшебники, которые обречены стать сильнейшими в своем деле, идеально дополняющие и уравнивающие друг друга, действующие, не сговариваясь одинаково, в одном направлении. Обычно один из близнецов темный, другой светлый, как лед и пламя…. Ничего не напоминает? — Пока нет, — выпускала дым блондинка, начиная понимать взаимосвязь этого повествования и их с Драко. — Лишь посмею предположить, мы с Драко — такие «близнецы»? — Бинго! Именно так объясняется ваши, на мой взгляд, излишне теплые отношения. Это редкий дар и сильное проклятие одновременно. Никто не знает, что могут выкинуть такие люди. Но ваш отец пытался разделить вас, сделав вам обоим в тысячу раз хуже. Хотя, если бы тьма поглотила кого-то одного из вас, или сразу обоих, хуже было бы всем окружающим… — Я, правда, не понимаю, рассказывай с самого начала, так будет лучше. — Хорошо, — Тор ухмыльнулся, — с самого рождения ты была настоящей Малфой — напыщенная, злобная, самодовольная девочка, считавшая, что все должно быть брошено к её ногам. Любила быть в центре внимания, любила ловить восхищенные взгляды и возгласы, мечтала стать женой самого лучшего чистокровного представителя магического сообщества. Так и было. Люциус тебя любил невероятно, и когда появился Драко, его любовь не поделилась на вас двоих, не уменьшилась по отношению к тебе, а приумножилась, накрыв тебя и новорожденного мальчика с головой. Несмотря на все грехи твоего отца, надо признать, что вас он любил. Не хмыкай, я серьезно, слушай дальше, возможно, ты поймешь хотя бы немного мотивы своих родителей. Ты же знаешь про обряды, так сказать, многодетности, к которым прибегали твои прабабка и бабка? — Мама недавно рассказывала, но, раз ты так меня хорошо изучил, то можешь предположить, насколько мало я придала ее рассказу значения. Дай воды, пожалуйста. Тор снова вышел, принес откуда-то графин с прозрачной водой и стакан, который он тут же наполнил жидкостью и передал девушке. — Я так понимаю, там намешано что-то? — попыталась пошутить она. — Могло бы, но все что нужно было, я намешал тебе еще в ресторане, пей, ты же бесстрашная гриффиндорка! — чересчур звонко сказал мужчина. — Твоя кровь? Ты мне её подмешал?! Фу, твою мать! — Денея вытаращилась на Клайна. — Нет, я поняла, что кровью ты работаешь, но подмешивать её в еду и питье — это слишком! — Ты думала, что достаточно просто пустить мою кровь? — мужчина откровенно смеялся. — Какая ты кровожадная. Ну нет, мисс Малфой, можешь не закатывать глаза и не плеваться, что ты Блэк, я не готов так разбрасываться священной жидкостью своего организма. — Как это пошло звучит, — хмыкнула Денея. — Слушай, Тор, а не ты ли часом тот самый похититель магии? — Бррр… как не оригинально Аврорат прозвал меня, да это я! — мистер-крысиный хвостик изобразил издевательский поклон, щелкнув пятками друг об друга. — Этого достаточно тебе, давай продолжим нашу беседу, времени, по моим данным, у нас с тобой уже совсем немного. Твоя неизбирательность в половых сношениях обеспечила тебе спасителей! Но, об этом позже. Я же могу рассчитывать на твою дружбу? — Что? Я обязана отправить тебя в Азкабан, — Дей сжала кулаки. — Как ты один, не имея магических талантов, смог увести меня из-под носа у Авроров? — Моя кровь! Официанты принесли воды с моим ингредиентом всем, кто её заказывал. Если это маглы, то они просто не обращали на нас внимания, а Авроры приняли заметное только для меня истинное обличие и видели только нашу с тобой дружескую беседу. Что касается остального, неужели ты не поняла, что я не один? — Ты же позиционируешь себя, как умного мужчину, как ты думаешь, могла бы я думать о тебе, если узнала про твое существование вчера? Давай ты мне расскажешь то, что планировал, и я пойду линчевать твоего папочку? Мурр! — Стерва! — хлопнул в ладоши Тор. — Ты знаешь, каким был твой магический выброс, и сколько тебе тогда было лет? Дей кивнула. Еще бы не помнить, это воспоминание всегда преследовало девочку, с того самого дня, до … Лет пяти-семи. Каждую ночь она видела этот день, просыпалась в холодном поту, личная домовиха девочки Тилли всегда ночевала подле её кровати, чтобы вовремя успокоить свою хозяйку. Денея поежилась, вспоминая. Маленькая белокурая девочка сидела на одеяле и играла в куклы, младший белокурый братик наелся молока и спал в люльке, их мать, стройная красивая светловолосая женщина встала из спасительной тени деревьев и пошла к мужу, который скакал верхом на лошади. Родители детей переговаривались о чем-то, счастливо улыбаясь, как вдруг лошадь, словно ужаленная встала на дыбы и скинула седока, а потом рванула галопом на одиноко стоящую люльку с мальчиком. Девочка с криком вытянула маленькие ладошки, и в тот же миг лошадь разорвало в клочья. Мальчик остался целым, скакун был уничтожен сестрой в полуметре от него. — Да, Дей, только после проведения обряда сны с этим моментом тебя оставили. А ведь этот выброс так испугал твою мать, напомнив один в один выброс Беллы, что бедная Нарцисса поддалась убеждению, что ты должна была родиться дочерью Беллатриссы, которая, кстати, тебя любила и баловала до самого своего заключения в Азкабан. Не закатывай глаза, твою мать, то, что она тебя режущим прокляла, так ты слушай дальше и поймешь, что той Денеи нет, ты — другая. Но, с магическим выбросом Драко, который тоже случился рано, но позже, чем у тебя, твои родители поняли всю опасность, исходившую от вас. Возможно, вас можно было излечить любовью, но Люциус нашел простой способ, пришел к моей матери снова. — Что мы творили такого ужасного? — Денея боялась ответа. — Помнишь, что стало с Тилли? — Она погибла…. Мама не рассказывала всей истории, но отчасти, виноваты мы с Драко... — Хочешь, расскажу, как именно погибла твоя Тилли? — Тор хищно облизал губы, движение это вызвало волну отвращения у девушки. — Последствиями первого проявления магии у Драко стали травмы Добби, которые залечивались даже эльфийской силой долго. Но вам было мало. Вы решили проверить, сколько может выдержать боли маленький эльф. И ты не нашла никого более подходящего для этих экспериментов, как ту, что любила тебя и заботилась о тебе с твоего рождения и до своей смерти! — Перестань, — девушка искренне расплакалась, — прошу тебя, не надо! — Отчего же? Вы пытали до мученической смерти бедного домовика, два маленьких засранца наслаждались её болью. Уверен, Беллатриса кончила б от восторга и переполнявшей её гордости! А вот ваши родители испугались, чернота в вас обоих побеждала. И они решились… Решились спасти вас, даже если погибнет один из вас. Они с помощью крестного твоего братика стерли вам эти воспоминания, в ваших воспоминаниях эльф погиб по лишь косвенной вашей вине. А теперь, на некоторое время мы с тобой попрощаемся… Удар, и свет для блондинки погас….

***

Кингсли, нервно пританцовывая, встречал молодых людей, прибывающих из Мэнора. Если мужчины, выходившие из камина, максимум удостаивались рукопожатия, то героиня войны оказалась в крепких объятиях министра. — Мерлин Всемогущий, как я рад твоему возвращению, Гермиона! — Кингсли улыбался во все белые зубы. — Располагайтесь, молодые люди, а ты, Гермиона, я надеюсь, вернулась совсем? Мне можно распорядиться о распаковке сосуда с твоей магией? Ты вернешься на прежнюю должность? Я сохранил твой кабинет нетронутым. Вернее, там конечно, сидят другие работники, но твои книги, рабочий стол — все в том виде, в котором ты их оставила. — И я очень рада, — Гермиона краснела с каждой секундой все сильнее. — Да, вероятно, что я вернулась навсегда, но, относительно прежней должности, не уверена, что я могу, после трехлетнего перерыва. Да, я хочу получить доступ к своим магическим силам, хочу разрешение на покупку волшебной палочки, и конечно, хотелось бы посмотреть свой старый кабинет. — А самое главное, Грейнджер? — голос Драко прозвучал как-то зловеще. — Ах, точно! Кингсли, я бы просила о назначении для меня тренировок, для восстановления навыков. — Всенепременно, все устроим и решим, — уверил собравшихся министр и жестом призвал всех к тишине. — Давайте сначала займемся… а где Денея? Троица молчала, Кингсли вопросительно уставился на них. — Её похитили….— на одном выдохе выпалила Грейнджер. — То есть как? А Уизли? Он же просил для себя и своего брата Джорджа разрешение на непосредственную близость к ней, во время проведения операции, о которой, к слову, я узнал только от Рона! Я очень доверяю Гарри, но не поставить меня в известность, прикрываясь выходными — чудовищная безрассудность! — Что сделал Рональд? — поинтересовалась Гермиона. — Пришел ко мне в обед, сказал, что Авроры задумали какую-то операцию, а Денея будет наживкой, — Кингсли устало сел в кресло. — Он просил разрешения совместно с Джорджем быть на подстраховке, исключая возможность быть раскрытыми. — Мы не видели их в ресторане, — закричал Блейз, — рядом с ней, вернее за её спиной, сидел мертвецки пьяный чувак и страшная проститутка. — Да, именно — Рон и Джордж Уизли! — сдерживая смех, ответил министр. — Но они, насколько мне известно, не вернулись еще с задания, иначе давно бы зашли. При этом они живы и не просят помощи, значит всё под каким-никаким контролем…. — Каким контролем! Денея без палочки, хрен знает где, этот херов Тор знает все, —взревел мулат. — Вы не слышали запись с прослушки, он усовершенствовал «Гибель воров» так, что действие зелья видно только ему самому, в то время как все остальные, включая того, кто под оборотным зельем или чарами невидимости, не видят реальной сущности! Может быть, он уже убил Дей! — Мистер Забини, прекратите вести себя как истеричка! Рональд Биллиус Уизли — замечательный Аврор… — Её украли из-под носа самых лучших! Она сама — лучшая! — Блейз терял терпение. — Наш разговор на повышенных тонах не решит никаких проблем, — дипломатическим тоном заявил министр. — Кроме того, нас ждут мистер и миссис Нотт, смею напомнить вам троим, именно это собрало нас здесь этой странной компанией. Пэнс полулежала на диване в одном из министерских помещений, Тео с графином воды в одной руке и стаканом в другой, бегал вокруг супруги. — Привет, Ноттики, отойди Теодор, Панс, дай руку, — Забини опустился на колени рядом с девушкой, мягко сжал ее запястье, отсчитывая пульс. — Ты ж мать моя дементор, Гермиона Грейнджер! — притопнул Теодор, уставившись на девушку, которую в последний раз видел так давно. — Это вряд ли, — пропел Блейз, — наколдовывая что-то для удобства миссис Нотт. — Я про то, что дементор — мать твоя! Ты — та еще задница, может быть, и сосешь…. — Блейз, завали, — оборвал друга Тео. — Грейнджер, ты вернулась! Драко, почему ты не сказал? Где Дей? Что-то случилось и у вас? — Случилось, я пытался пошутить, чтобы не показывать это, но я же — « Блейз, завали», — печально ответил Забини, присаживаясь с Пэнси рядом. — Дей пока не вернулась с задания, я нервничаю. Но пока, давайте рассказывайте, что у вас стряслось. — Я разбирала корреспонденцию в своем кабинете, наткнулась на письмо, в нем неизвестный писал, что если я не доношу детей, и они родятся в день рождения Тео, то нас убьют. Якобы Трелони предсказала будто мальчик, родившийся в один день с отцом, станет хуже, чем темный лорд и убьет отца своего, — миссис Нотт всхлипнула. — Чего неймется этой женщине! Всякий раз, когда она открывает рот и что-то предсказывает, наступает адский кошмар! Мне кажется, Визенгамот оправдает её убийцу, к Ордену Мерлина представит! — Пэнс, ну мало ли что она там брякнула! — улыбнулся Блейз и погладил подругу по руке. — Нет, Блейзи, Гринграсс, будучи беременной, скорее всего, получала подобное письмо, поэтому она предупредила меня об этом предсказании, посмертно… — признался Драко, сжав руку Гермионы. — Она прислала мне письмо, рассказав о предсказании, о страхе своем, о том, что Грейнджер, вероятно, сбежала, боясь, что наш сын может родиться пятого июня… — Кто ваш? — Ваш кто? — Что? Одновременно прозвучали голоса Теодора, Пенси и министра Кингсли, Драко улыбнулся, довольный произведенным эффектом, продолжил: — Да, у нас с мисс Грейнджер есть сын, она ушла из нашего мира, нося моего сына… — Но, это все очень долгая история, при учете, что с моей памятью поработали, и никто не знает причины, почему я сбежала, — прервала торжество надменности Гермиона. — Сейчас нам нужно разрешение на посещение Отдела Тайн, чтобы найти это долбанное предсказание. Так как никто не в курсе о ком оно, Теодору придется пойти с нами, предсказание может быть услышано только тем, о ком оно. — Не уверен, что это возможно, чтобы в Отдел тайн были допущены посторонние, тем более мистеры Малфой и Нотт, — разочарованно произнес Кингсли и, кашлянув в кулак, добавил: — Но, было время, когда некоторым не требовалось разрешение на это… Присутствующие понимающе опустили глаза, все слышали, а кто-то был там сам, как в школьное время Гарри с друзьями проникли в Министерство, и к чертям перебили добрую часть содержимого Отдела Тайн. Тогда же и состоялась первая битва после возрождения Волдеморта между Пожирателями смерти и Орденом Феникса, тогда же и погиб Сириус Блэк, тогда же Люциус, не вынеся того, что Денея оказалась не на его стороне, на виду у его единомышленников, да еще смела кидать проклятия в родителя, ударил дочь. Та пощечина оставила вечный шрам на её лице, разорвав нежную кожу фамильным перстнем, и навсегда уничтожила отношения между двумя людьми. — Я думаю, мы немного позже обговорим это в доме Ноттов, — произнес с нажимом Драко. — Да, а пока беременным стоит отправиться в постель, — Блейз улыбнулся, — мистеру Магическому Министру поговорить с Грейнджер, а нам с Драко испить кофе в коридоре. Теодор бережно поднял жену с дивана, поправил на ней мантию и попрощавшись со всеми, и повел ее к камину. Мулат и блондин вышли из кабинета, оставив героиню войны и Кингсли Шеклболта. — Гермиона, я рад твоему возвращению, — начал мужчина. — Твое желание уйти и просьба запечатать твою магию — выбили меня из колеи! Но ты все тщательно аргументировала, я вынужден был тебя отпустить. Ты уверена, что теперь ничего тебе не угрожает, и ты можешь вернуться? — В этом нельзя быть уверенной, — улыбнулась Грейнджер, — но то, что я хочу быть именно в этом мире, рядом с Драко, я даже не сомневаюсь! — Ты снова займешься тем своим делом? — спросил Шеклболт. — Скорее всего, но я не помню где все мои наработки, — расстроено призналась Грейнджер. — Ячейки в Гринготсе у меня нет, дома тут тоже нет. Нору и Мэнор я бы не стала подставлять, пряча документ там, Гарри тоже не знал ничего об этом. Но, уверена, пришло время… — Может быть, твой кабинет? — предложил мужчина. — Я же в начале вечера сказал тебе, что сохранил все, ожидая твоего возвращения. Пойдем, посмотрим? Они вышли из кабинета, решительным шагом направляясь в сторону бывшего грейнджеровского кабинета, мулат и блондин посеменили за ними. Девушка в сопровождении министра скрылись за дверями, не проронив друзьям ни единого слова.

***

— И снова доброе утро, моя шрамированная подруга! Голос Тора звучал препротивно, Денея пришла в себя и снова сморщилась от гнетущей окружающей обстановки, обнаружив, что мужчина снова крепко связал её руки за спинкой стула. — Ну, нормально ж общались, чего ты начинаешь-то? Связывать зачем? — она подтрунивала над ним. — Я должен был себя обезопасить, — ухмыльнулся мерзкий мужичонка, —- продолжим? — Конечно, зачем, а главное, как ты отобрал магию у тех несчастных? — Денея, ты начинаешь меня разочаровывать, ты что-то туповата! — Клайн рассмеялся. — Моя кровь, ответ на твой вопрос о способе, я лишь слегка поработал над спецэффектами. Он достал из кармана что-то напоминающее делюминатор Дамблдора, покрутил этим перед лицом девушки и издевательским тоном спросил. — Завораживает, да? — Тебе нужна моя сила? — догадалась блондинка. — Нахрен она мне сдалась? — заржал мужчина. — Ты серьезно тупейшее существо на свете, я начинаю сомневаться в правильности своего выбора для мести папочке! Ты — не единственная кто с рождения имеет такой дар, есть ребенок, чей дар более сильный и интересный… — Мудень, ты не посмеешь! — Денея уже не надеялась на собственную защиту, поэтому просто гнала мысли о племяннике с его даром. — Ты подавляешь волю людей, навязывая им свои желания! Заставляешь делать то, что ты хочешь, таким образом, что они уверены, будто исполняют свою собственную волю! Грейнджер убедил уйти ты? — А чем ты лучше меня? — спросил он зло, проигнорировав вопрос Денеи о Гермионе. — А, святая мисс сестричка и доченька Пожирателей смерти? Ты удивляешься, почему тебя не любит рыжий из Золотого Трио, а за что ему тебя любить? Может быть за то, что твой брат и его любимая девушка вдруг решили, что до гроба любят друг друга? Уж не ты ли им это навязала? В отличие от тебя, я четко осознаю и признаю, что превыше всего мои цели! Но, милая, я умею и могу быть благодарным за помощь моей скромной персоне! Такое ли уж я зло? Я не скрываю своих намерений, в отличие от тебя! — Ты сразу говорил своим жертвам, что заберешь их волшебную силу? — девушка зло смотрела на мужчину. — Да, — признал он, — именно, обговаривали условия, я выполнял их желание. И по рукам! — Какие желания? Какие условия? — Когда я решу заключить сделку с тобой, я посвящу тебя в детали! — Зато говоришь, что ты не скрываешь намерений! Лжец и трус… Девушку прервал звук пощечины и загоревшаяся от боли щека, а Тор Клайн продолжил, усевшись на стул: — Ты играешь близкими, Денея! Я не оправдываю себя, но ты — не та, кто имеет право осуждать меня! Даже твой итальянский любовник убежден тобой, что ты полюбишь его когда-то как своего рыжего и родишь ему. — Заткнись, ты не посмеешь говорить о нем! — О котором из двух? — бесновался обладатель крысиного хвостика. — Ты — жалкая и смешная! Ты в своем стремлении получать все, что хочешь, изменила и подпортила столько жизней окружающих тебя людей, не заметив, что испортила и свою! Не хотела принимать метку, устроила истерику, познала режущие от тетушки! Обделалась сама, лишилась возможности помочь брату, убедила Грейнджер помочь этому хорьку, якобы та — единственная может спасти его душонку. Никакой хитрости, изворотливости, присущей Малфоям, как маленькая топала ножками и делала наперекор. Ты же спуталась с предателем крови, чтобы привести в ярость отца! Отношения в школе, подростковый секс — последнее что тебе нужно было на самом деле! Мама моя считала, что обряд именно так повлияет на вас, что один из вас станет лишним в этом мире. Она хотела сделать как лучше, но ваша связь с братцем была такой силы, что даже это вы разделили пополам. Твой трусливый папочка спас вас бы, если бы рассказ вам об обряде и его тонкостях, ибо только ментальные близнецы могут совместно противиться всем воздействиям на каждого по отдельности. — Тор, я ничего не понимаю, вообще! — головная боль пульсировала, будто ломая лобную кость. — Ты знаешь, мне расхотелось исполнять роль заботливого папочки, рассказывая тебе ваши семейные тайны, — яростно ответил мужчина. — Я хочу поиграть, чтобы быть уверенным, что ты сделаешь то, что я задумал! — Почему бы тебе просто не назвать имя своего долбанного папаши? — Денея чувствовала, как разрушается ее защита. — Я сама его найду! — Я хочу замотивировать тебя. Заткнись и слушай, — Клайн закурил, но запах дыма был каким-то другим, отличающимся от табачного дыма. — Давай, представим, будто это твой братик убил твоего Диии? Битва за Хогвартс шла полным ходом, кровь, пот, слезы, проклятия, разноцветные лучи. Драко с испуганными глазами, взмахивает палочкой, из которой выбивается зеленый луч.… Который попадает точно в грудь тому, у которого под рубашкой спрятан медальон с буквой «D». Любимый парень убит любимым братом. — Нееееет! — разрывая связки кричит Денея, а Тор возвращает ее в реальность. — Ты-псих! — Не настолько больно, значит, как я планировал! — голос мучителя звучит глухо. — А может быть это будет действеннее? Драко в маске Пожирателя смерти пытает кого-то бесконечным Круциатусом, от напряжения его рука сжимающая древко, стала белее снега. Женский крик не прекращается, кто-то от пыток брата сходит с ума. — Драко, не надо, пожалуйста! — Молчи, грязнокровка! — Драко опускает палочку и обрушивает множество ударов ногами в тяжелых ботинках на….Грейнджер. — Прекрати, — хрипит Денея, когда воздействие закончилось, и она вернулась в реальность. — Это же не легилименция, что это?! — Моя кровь, идиотка! — потешается тот. — Твоя льется из носа, а цены ей нет, как нет и спроса. Продолжим? Мне кажется, это тебе понравится еще больше. Драко играет с Хьюго, оба светловолосых смеются, периодически обнимаясь. — Папочка, ты — самый лучший! — звенит голос Хью. — Иди ко мне, малыш! Драко обнимает сына, поглаживая его по голове, останавливается на шее, в ту же секунду раздается смертельный хруст ломающейся шеи. — Ты — больной ублюдок! — хрипит, сплевывая свою кровь блондинка. Напряжение, которое вызывают навязанные мужчиной картинки, взрывает сосуды, причиняет ощутимую физическую боль, словно все кости в теле одновременно ломаются, а сосуды рвутся. Мозг успевал поверить в реальность картинок, сердце успевало принять это за правду, утопая в душевной боли. — А мне другая нравится! — веселился Тор, у которого под носом тоже проступали капли крови. — Я бы показал, но моя цель превыше моей злости. Просто подумай на досуге, что было бы, если бы твой драгоценный Драко стал твоим персональным насильником? — Ты— отмороженный! Что за недоволшебник не удержал член в трусах, заделав кому-то тебя? — Денея боролась с приступом тошноты от вкуса собственной крови во рту и носоглотке. — Ты вынудила меня! — Клайн вытер свою кровь и облизал с причмокиванием свои пальцы. — А что если ты — магловка? Нет никакого волшебства? Ты — наркоманка, алкоголичка и просто душевнобольная? И тебе все это приснилось? Денея лежала привязанная к кровати, стены в помещении были обиты какой-то материей, бывшей когда-то белой, но теперь на ней виднелись потеки чужой крови, рвоты и прочая грязь. В комнату вошел шкафоподобный человек, в медицинской одежде, в руке его сверкнул шприц с иглой, склонившись над ней, он сильно сжал ее руку, намереваясь вонзить шприц в нее: — Ну что, все еще считаешь себя волшебницей? — спросил он, а блондинка вдруг увидела спрятанное за маской лицо Тора. Настойчивые шлепки по щекам привели её в чувство. — Ну, наконец-то, сознание потеряла, а говорили, что ты выносливая! Реальный Тор вытирал руки от крови девушки об свой снятый пиджак, а реальная Денея, по-прежнему привязанная к стулу, отходила от потери сознания и пережитых в навязанных видениях событий. — Знаешь, Блэк, меня всегда удивляла твоя бабская тупость, язык вперед мозга. Да, я повторяюсь, но ведь всего этого ты могла бы избежать, если бы не строила из себя реинкарнацию Дамблдора или других жаждущих приключений на свои задницы! — мужчина не скрывал своего гнева. — А сейчас ты полностью обессилена, причем обессилена снова из-за своей чрезмерной эмоциональности! У меня не было цели превратить тебя в овощ, который не сможет сейчас даже простенькое заклинание сотворить. — Пошел. В. Жопу. — по крупицам собирая остатки самообладания и физической силы, выплюнула Денея — Одна глупость, совершенная тобой, однако, оказалась полезной, — Тор, накинул на плечи пиджак, — ты удачно отымела обоих близнецов Уизли, что живой готов в логово неизвестного притащиться вместе с младшим бабуином! Твои рыжие пажи практически поломали установленную на эту сараюшку защиту, мне пора уходить. Мужчина подошел к Дей вплотную, сжал её виски, испачканными в собственной крови руками, и леденящим душу шепотом заговорил, глядя в помутневшие от боли глаза девушки: — Когда ты сделаешь то, ради чего мы с тобой тут вели этот прекрасный разговор, влияние моей крови спадет и на тебя, и на твоих драгоценных. Если захочешь, сможешь жить спокойной жизнью. Она вдруг ощутила его горячее дыхание на своей щеке, вместе с этим мозг разрывала информация, которую он не озвучивал, а доставлял сразу в голову. Противно холодные губы коснулись её щеки, затем Тор исчез и в это же мгновение, разбивая стену в щепки, в комнату ввалились Рональд и Джордж Уизли. Изрядно потрёпанные и уставшие они бросились к привязанной к стулу блондинке, Джордж судорожно отвязывал девушку, а Рон профессиональным взглядом осматривал комнату, когда наткнулся на установленный таймер взрывного устройства. — Твою мать, — выругался он, указывая пальцем в угол, — это магловская херня действует по принципу любимых игрушек Финнигана, надо валить! Вслед за законченной фразой комнату наполнили другие звуки, на троицу нацеливались не меньше десятка волшебных палочек, лица обладателей которых напоминали инферналов. Только эти активно махали палочками, рассылая разноцветные лучи в своих противников. Братья забрасывали их в ответ, но всякий раз, когда выпущенное рыжими заклятье достигало цели, противников становилось в два раза больше, Денея на автомате невербально сотворила несколько заклинаний, давших им фору в пару минут. Парни последовали её примеру, но чудовища довольно быстро расправлялись с щитами волшебников. И тогда молодые люди побежали, полностью потеряв силы после всех навязанных Тором видений и последних сотворенных щитовых чар, Дей упала на колени. Понимая, что им троим нужно успеть до аппарациионной точки, иначе второго шанса уже не будет, она попыталась встать. Кровь из носа затекала в рот, вызывая приступ тошноты, перед глазами плыло. — Черт! Ди, давай сюда, — мужские сильные руки перехватили ее, оторвали от земли и прижали к груди. — Все будет хорошо, маленькая! Потерпи немного! Этот голос… Я знаю тебя! Я чувствую твой запах! О, Мерлин, я, наверное, умерла! Ты рядом! Ты снова со мной! Денея покрепче прижалась к мужчине, который бежал, неся ее как самую драгоценную ношу. —Еще немного, беги! Я вас прикрою, —второй голос, кажется Рона. —Аппарируй сразу, я следом, не жди! Она слабая слишком! Еще десять метров до ближайшей точки. Сам ты слабый, Уизли! —Ди, сейчас будем аппарировать, ты потерпи, ладно? — говорит тот, в чьих руках ей так хорошо. — Хорошо, —она поднимает голову, взглядом натыкаясь на его лицо. — Фред, обещай, что ты никогда больше меня не оставишь? — Обещаю, —доносится до ее ушей. Её почти бескровные губы, накрывают его влажные губы. Как же долго я тебя ждала! Ради этого стоило умереть! Спасибо тебе, что пришел за мной! Смерть — не страшная, она избавила от боли, она подарила возможность вдыхать в себя его! —Я люблю тебя, мой Ди! — шепчет она. —И я люблю тебя, моя Ди! Щелчок аппарации, до сознания девушки доносятся голоса миссис Уизли, Рона и …Фр.Джорджа? — Годрик всемогущий, мальчики! Вы в порядке? Нужно срочно вызвать колдомедиков, перемещать девочку в таком состоянии куда-либо опасно! Что произошло с ней? Укладывай ее скорее в комнату Джинни, — суетилась Молли. — Мам, пока непонятно, — ответил Рон, хватая со стола пирожок. — Уже утро, я с раннего вечера ничего не ел, Джордж в ресторане не позволил мне ничего трогать. Джордж отнес блондинку без сознания в комнату сестры, бережно уложив ее в кровать, провел рукой по бледной щеке. Он не сводил с нее глаз, всеми фибрами души мечтая, чтобы Забини и Малфой появились в этом доме как можно позже, а если бы кто-то потерялся по пути навсегда, то с присутствием ее брата, он худо-бедно смирился бы. — Ди, прости меня, что не сберег, — парень заметил на платье пропитавшееся кровью пятно под левой грудью, чертыхнувшись, он стал поспешно его стягивать: — Денея, чтоб тебя, ты не оставишь меня, ты поняла меня, мать твою? Взмахом палочки он убрал платье, очистил кровь, но не увидел раны на месте пятна или рядом с ним, только старые тонкие уже побелевшие шрамы от Беллатриссы. Словно зачарованный он рассматривал практически полностью обнаженную девушку, когда голос матери и оплеуха вернули его в реальность: — Джордж, иди отсюда, спасибо за помощь, но сомневаюсь, что Анджелина бы оценила ее по достоинству! Давай-давай! Топай вниз, поешь и отправляйся к жене! Еще долго женщина хлопотала над ней, производя какие-то манипуляции. Переодев и укутав Денею, Молли села рядом, в одну руку взяла руку девушки, а другой рукой стала гладить светлые волосы: — Милая, маленькая Денея, натерпелась ужасов. Как хорошо, что мальчики успели спасти! Хорошие же у меня мальчики, да? И ты какая хорошая, все наладится, все пройдет. Дей будто бы со стороны наблюдала, получая удовольствие от такой материнской близости и нежности Молли. В её сердце находилось место для каждого, каждому эта чудесная женщина дарила частичку себя. Блондинка полубессознательно улыбнулась, а мисс Уизли это тут же заметила. — Улыбаешься, значит, выздоравливаешь! Скоро прибудут твои близкие и ваш семейный доктор, все будет хорошо, а пока отдыхай, маленькая! Двери нашего дома всегда для тебя открыты, пока ты не окрепнешь, я уж за тобой послежу, — она, склонившись, поцеловала девушку в щеку. Хозяйка дома вышла, оставив рядом с Денеей невероятно нравившийся ей аромат домашнего уюта и соленую влагу слез, которые она пыталась скрыть, проявляя нежность к девушке которую когда-то сильно любил ее погибший сын. Даже находясь в таком сомнамбулическом состоянии девушка не могла не услышать шум внизу, который доносился до нее будто бы через вакуум, звон бьющегося стекла, ломающегося дерева, нечленораздельные голоса и фразы: — Как ты посмел, Уизел? — голос Блейза. — Мы спасли её, — голос Рона. — Тебе, Ронни, спасибо! А этому уроду я оторву яйца! Иди сюда, ублюдок! — голос Блейза снова. —Рискни! Ты не допускаешь мысли, что она не очень-то и против. Ммм? — голос Джорджа. Снова звуки разрушений, яркий свет, картинка, которая, скорее всего и вызвала такую реакцию там внизу, Дей прогоняла от себя её, она — очередное измененное навязанное воспоминание Тора Клайна. Но очередная вспышка в сознании восстановила картину событий с момента их пребывания с Джорджем наедине и до прихода Молли. Она облизала покусанные и распухшие от поцелуев губы, окончательно потеряв связь с реальным миром, вместе в душераздирающим криком Молли, девушка полетела вниз, в пропасть, спиной. Свет погас.

***

Драко погруженный в свои мысли, стоял, прислонившись к стене возле бывшего кабинета Гермионы, пока они с Кингсли разговаривали за его закрытыми дверями, Блейз уныло опустив голову в ладони сидел рядом, прямо на полу. — Какие люди, — раздался голос, и Драко открыл глаза. — Хотя вполне ожидаемо, слышал, твоя сестра пропала этим вечером? Перед ним стоял Виктор Крам собственной персоной. — Ты какое отношение имеешь к этому? — глаза Драко наливались кровью. — Скажем так, имею, — болгарин даже не поморщился. — Денея — хорошая девушка, каким-то чудом случившаяся в вашей семье. Тор Клайн действительно спонсор компании, в которой работала Гермиона в мире маглов, только реальному Тору Клайну — девяносто лет! Его жену убил краб… — Рак, — машинально поправил Виктора Блейз. — Да, точно, Мерлин с ним! — махнул рукой Крам. — Швайсперы уверены, что просто пришли поужинать вдвоем! А это значит, что твоя сестра Малфой, в полной заднице. — Мы вытащим Ди! — шагнул к нему навстречу Драко. — Я здесь для этого же! — Крам тоже сделал шаг вперед. — Да, твою ж мантикору! — Блейз потянул за плечо друга. — Два долбанных павлина-переростка! — Что здесь происходит? — раздался голос Кингсли. — О, Виктор, рад, что ты приехал, тебя Аврорат пригласил? — Да, они, здравствуйте, министр! — Виктор лишил блондина своего внимания. — Пойдем в мой кабинет? — Министр жестом показал в сторону. — С удовольствием! — на прощание он одарил Драко красноречивым взглядом. Они ушли, а Блейз и Драко, постучавшись, вошли в кабинет Грейнджер. — Ей ни слова, — шепнул блондин Блейзу. — Мог бы не говорить! — ответил тот. Гермиона сидела за столом, который был её при работе в Министерстве. руками гладила поверхность недорого дерева, открывала ящики, которые узнали хозяйку. — Завтра мне вернут магию, и я куплю палочку! — сквозь счастливые слезы сказала она. Вдруг рука девушки наткнулась на небольшое углубление между ящиками. — Что это? — она постаралась просунуть руку вовнутрь. — Где? Дай посмотрю! — Блейз сунул руку вместо Гермионы. — Я ничего не чувствую. — Давайте я посмотрю? — Драко несколько минут ощупывал ящик, а потом продолжил: — Там тайник, Грейнджер, вернешь магию, сможешь открыть его. — А может… Блейз, порежь мне палец, быстро! — Грейнджер, мне тогда порежет шею твой без пяти минут супруг! — парировал Блейз. — Кровь? Кровь ключ к тайнику? — Драко достал свою палочку. Гермиона кивнула, он коснулся её руки кончиком древка, красная жидкость появилась на коже, несколько капель и ящик с щелчком открылся, выплевывая черную кожаную папку с листами. — Это что? — Блейз удивленно заглянул через плечо блондина, попутно залечив руку девушки. — Я не помню что там, но я помню, что я специальным заклинанием прятала то, что никто не должен прочесть и уничтожить, — сказала Гермиона, потерев нос. — Подожги папку, без вопросов. — Инсендио. И…и ничего! — Я думаю, там что-то очень интересное! Вернем мне магию и палочку и во всем разберемся. *вымышленное название для мага, использующего для творения волшебства свою кровь **автор позволил себе утверждать о чистоте крови волшебника, т.к. четкого ответа на этот вопрос у Роулинг автор не видел П.С. Что-то меня смущает тайна Кингсли и Гермионы…есть идеи?