Однажды ты все ему расскажешь...

Небо плачет от боли, И на карте ладони Я рисую дорогу к тебе. И меня мои чувства Никогда не отпустят, Если сердце живое во мне.

Ты не покидай меня, очень прошу! Видишь, что я без тебя не дышу!

SHAMAN — ЛЁД

(Трек, пожалуй, очень подходящий по настроению к событиям в главе)

За окном шел проливной дождь, Денея сидела за столиком в ресторане, внизу отеля, в котором она остановилась. Восстанавливая пошатнувшееся состояние после того, как нервное напряжение достигло своего пика, и её вырвало в номере. Чудовищная головная боль и слабость едва отступили, и она смогла спуститься вниз, чтобы не дать своему желудку переварить самого себя. В паре кварталов отсюда находился тот, встречи с кем она ждала столько лет. Ждала, чтобы убить, не зная пощады растоптать и уничтожить. Отомстить за свое краденное будущее, за свои слезы, за свою жгучую боль, за потерянный смысл. Фред всегда в памяти, всегда в памяти их последние минуты вместе. Перси был рядом с Фредом, возвращаясь в семью, и Дей решила, что братьям необходимо поговорить без неё, слишком долго парни не имели возможности объясниться. А ей нужно найти брата, просто убедиться, что тот в порядке. — Ди, береги себя! – шепчет Фред прямо ей в ухо, переплетая пальцы их рук и обжигая дыханием шею. Странная, но давно ставшая привычной, реакция организма, от этого ничего незначащего шепота каждый волосок на ее теле встает дыбом. Его запах, такой родной, возбуждающий и успокаивающий, вопреки любой логике. И глаза, родные, теплые. — И ты себя береги! – она целует его в веснушчатый нос. — Малютка Ди, я тебя люблю! – Фред целует её в лоб и нехотя ослабляет переплетенные пальцы. — Ди, скоро встретимся, люблю! – она делает последнее движение и вот уже кожа её пальцев не чувствует его тепло. Никто и подумать не мог, что этот разговор станет последним. Она только сейчас понимала, как безрассудно и непозволительно глупо относилась к этой Битве. Ведь даже в голову не могло прийти, что сторона добра понесет такие потери. «Маленькие дети, которым пришлось встать в одну линию со взрослыми» - так всегда говорила миссис Уизли. Они росли в мирное время, война не дала им времени смириться с мыслью о предстоящих потерях, продумать всё наперед. Да разве вообще возможно быть готовым терять? Терять того, кто был больше, чем жизнь, маленькая Вселенная в одном рыжем парне. Он не дал ей сойти с ума, когда она впервые увидела в зеркале свое лицо, навсегда отмеченное отказом отца от дочери – уродливым шрамом. Тяжелое испытание для девушки, всегда считавшейся красивой. Фред был рядом, когда она едва живая от проклятия тетки, была перенесена Снейпом в один из штабов Ордена. Был рядом и повторял, что она по-прежнему прекрасна, а главное — любима им бесконечно. — Никакие шрамы, детка, не испортят тебя, — говорил он, целуя, побелевшие силами того же профессора, шрамы. Фред терзался и переживал сильнее остальных, когда Грюм раз за разом пытался проникнуть в её сознание, чтобы услышать то самое задание для Драко. Сами по себе воспоминания о том собрании Пожирателей причиняли девушки боль, а уж нападения на сознание весьма грубым и не отточенным способом Алостора практически разрывали череп в клочья. — Хватит, мать вашу! Хватит! – орал Фред, сдерживаемый Джорджем. – Она не помнит, Он удалил воспоминания! Даже Снейп и Дамболдор не смогли восстановить тот кусочек и оставили попытки, перестаньте её мучить! — Мисс Блэк, ваши омлет с беконом и салат, — официант поставил на стол перед ней две тарелки. — Приятного аппетита! — Благодарю, — с усилием заставила себя улыбнуться. Ужас воспоминаний медленно отпускал, дрожь в руках ослабевала, Денея постаралась сосредоточиться на том ради чего она здесь. Сейчас — не время для лирики, воспоминаний и жалости к себе. Сейчас, когда человек от мысли о мести которому, столько лет она буквально сходила с ума, из-за неуловимости которого она потеряла и Блейза, был слишком близок, чтобы отступать. Воспоминания о Блейзе больно кольнули, девушка с трудом сдержала слезы. Пусть она ни разу так и не сказала ему о своей любви к нему, эти чувства не исчезли даже после того, как он предал её. Блейз появился в её жизни, появился не просто, как друг брата, а как мужчина, как спасительная соломинка, как плечо, когда она едва не сделала шаг навстречу смерти. Драко успел не дать совершить ей непоправимое, и когда она уснула после долгого разговора и утешающих объятий с братом, Драко позвал на помощь Блейза Забини. Тот быстро среагировал, прибыл к ней в квартиру, привез необходимые зелья, которыми он долго выпаивал девушку. Преподаватель в Академии, где учился итальянец, помог парню в приготовлении особых зелий, которые помогли девушке справиться с её магловскими зависимостями, не прибегая к лечению в магловских клиниках. Ведь именно на это уже был готов Драко, считая, что только те, кто изобрел эту гадость, и смогут помочь, лишь бы спасти родную сестру. Вскоре девушка стала улыбаться в разговорах с братом, позволила себе проводить время в компании его друга. Забини стал и ей другом, он понял жажду девушки в острых ощущениях, и нашел выход. Вернее, множество других способов получить дозу адреналина: Денея снова стала летать, играть с братом, Блейзом и Тео в квиддич, в магловском мире они стали ходить в тир, сама Денея освоила магловский транспорт, стала участвовать в любительских гонках. Кингсли помог Денее, не без участия Гермионы и Гарри, учиться на Аврора, и даже наравне с Гарри и Роном заступить на службу. Тогда же они вместе стали охотиться на сбежавших ПСов. Все изменилось, когда в ночном клубе, на границе магловского и волшебного мира, Блейз объявил, что теперь он – хозяин этого местечка и поцеловал девушку. Мир её словно перевернулся, без слов она аппарировала домой, снова напившись, впервые за продолжительное время, она плакала под ледяными струями воды в душе. В тот момент девушка вновь потеряла над собой контроль и стала слабой, ни Драко, ни Гермиона, которая уже давно простила её брата и смогла примирить вечно противостоящих друг другу Гарри и Драко, а также перестала называть Паркинсон мопсом и даже стала встречаться с ней за ланчем, не могли достучаться до блондинки. Денея по-прежнему участвовала в облавах на Псов, но оборвала все контакты с друзьями. Блейз исчез из её жизни, лишь поставлял регулярно необходимые девушки зелья, незримо для нее, он все же был рядом. Он тогда смог не дать ей снова оступиться, не дал темноте снова засосать её, ставшую нормальной, жизнь. Она танцевала в его клубе, уже мало соображавшая от обилия спиртного, сидевшие за столиком на диванах мужчины плотоядно смотрели на абсолютно не стесняющуюся девушку, Денея прекрасно знала, о чем они думают, знала, чем всё закончится для неё. Она осознанно шла на это, будто устала бороться, существовать так, какой стала её жизнь после смерти Фреда и подобия запретных и неправильных отношений с Джорджем. Но бармен позвал хозяина в клуб… Следующим утром Денея позволила себе то, о чем не пожалела до сих пор. Она отдалась мулату без остатка, растаяла в его крепких руках, позволила себе желать его страстных поцелуев. Денея с трудом проглотила кусок омлета, вместе с рвущимися наружу слезами. Почему она была такой дурой, к чему были эти жалкие попытки оставаться независимой, отказываясь от серьезных отношений, от признания вслух, да хотя бы самой себе в том, что она с Блейзом Забини. Признаться ему, что их связывает не только секс, чувства парня и совместные уикенды, но и ее чувства! Как бы она не пыталась себя обмануть, она остро нуждалась в нем, в его глубоких глазах, терпком запахе и чертовски притягательном теле, в нем целиком, рядом и желательно навсегда. Блейз угадывал все её желания, терпел её чувства к погибшему Фреду, терпел несносный характер. — К черту Блейза! – тихо ругнулась она. – И его шлюху туда же, на ужин к Безносому и Сатане, вне всяких сомнений эти двое прекрасно поладили в Преисподней! Чем ближе была долгожданная встреча с убийцей Фреда, тем сильнее она боялась, отступать не приходило и в голову, но храбрости не добавляло. Взяв со спинки стула кожаную куртку, девушка вышла на улицу, спрятавшись от дождя под навесом летней веранды ресторана, она закурила. Страх и отчаяние, жажда мести и желание увидеть близких боролись в ней. Ночью, сегодня ночью она встретится лицом к лицу со своим главным врагом. Справившись с желанием все разрушать, рвать и ломать несколькими сигаретами, она отправилась вниз по улице, и вдруг наткнулась на салон красоты. В голове что-то щелкнуло, она решительно вошла во внутрь. В Хогвартсе Анджелина говорила, что-то вроде о том, что когда у женщины все плохо в жизни, ей непременно нужно что-то изменить в себе. — Здравствуйте, — улыбнулась она, явно магловской молоденькой девушке в фартуке, которая уже приглашала Денею в кресло. — Здравствуйте, я – Моника, — улыбнулась она, — присаживайтесь, укладка? — Нет, стрижка, — Денея плюхнулась в кресло. — Господи Боже, — всплеснула девушка руками. – Какие шикарные волосы, так и не скажешь, что постоянно окрашенные. — С чего вы взяли? Это природный цвет… — Да ладно, и глаза – не линзы, да? – недоверчиво скривилась Моника. — Именно, — улыбнулась Денея, — так что насчет стрижки? — Хорошо, насколько коротко стрижем? — Вот так, — Денея провела рукой по шее. — Удлиненное каре? Не жалко такую длину? — Ничуть, однако, от креатива планирую воздержаться. Спустя время сестра Малфоя вышла на улицу и, закурив, отправилась в отель, в номер. С падающими на пол срезанными прядями она ощущала себя так, словно с ее плеч падают бетонные плиты. Когда Моника закончила работу, в зеркало Дей увидела себя, но повзрослевшую… — Что ж, хотя бы круги под глазами с этой прической можно списать на мою почти «тридцаточку»! – подумала она. Спать, сейчас нужно спать. — Не люблю, когда ты заплетаешь косички, — Блейз запустил пальцы в тугую пепельную косу, вложив всю нежность в этот обыденный жест. — Иногда мне правда, так удобнее, — Денея никак не отреагировала на проявление нежности и продолжила грызть кончик пера, что-то с интересом изучая. — Дей, ты еще не сошла с ума от этих бесконечных цифр? – мулат обжег своим дыханием шрам на щеке девушки. Девушка напряглась, даже спустя годы она не смирилась с уродливым шрамом, не забыла и то, как и от кого получила его. Такой близкий контакт с этим позорным клеймом отцовского предательства и нелюбви, она не могла выносить, каких трудов бы не прикладывала. Блейз же, как и Фред, любил её всю, невзирая на такую мелочь, как магический шрам от перстня Люциуса Малфоя. Он коснулся горячими губами отметины: — Может быть, тебе стоит заняться чем-то более полезным и приятным? Например, мной? Блейз тихо застонал во сне, и тихо перевернувшись на другой бок, отправился в другой сон, который, как он еще, конечно, не догадывался, посетил в эту ночь не его одного. Денея уснула мгновенно, едва голова коснулась подушки, сказались разом и усталость, и стресс. Она стоит в глубине Запретного леса, стараясь отдышаться после стремительной аппарации, падает на колени и судорожно шарит по промерзлой траве вперемешку с сухими листьями ладонями. Звук повторной аппарации сигнализирует о том, что следом за ней прибыл Блейз. — Дея, что ты делаешь? – шепчет он, не решаясь прервать её поиск. — Тут, 2 мая 1998 года Гарри выпустил из рук Воскрещающий камень, — не отрываясь от своего дела, бросает в ответ блондинка. – Мне нужно его найти, Блейзи, мне дальше никак без этого разговора, понимаешь? — Дея, может быть хватит, может быть пора отпустить? – голос мулата сорвался в отчаянии на крик. — Черт возьми, ну где же он? – пальцы девушки замерзли, от холода её стало потряхивать. – мать его побрал, этот камень! — Тебе не нужен камень, малютка Ди, — откуда-то сверху звучит голос, который она узнает из миллионов. Девушка поднимает глаза и видит сине-серебристую дымку, принявшую очертания того, ради которого она тут. — Фред, — шепчет она, поднимаясь с колен и не сдерживая слез. Позади продолжает стоять Блейз Забини, сжимая от злости кулаки. Это ужасное чувство на протяжении долгих лет делить любимую с покойником, а теперь он тут прямо на его глазах роняет слюни на ЕГО, черт бы побрал Фреда Уизли, любимую девушку. Он ненавидел его всем сердцем за то, что тот касался тела, а главное души Денеи — Эй, слизеринец, — усмехается призрачный Фред, — остынь! Твоя ярость способна убить дракона. — Пошел ты! – скрипит зубами в ответ Забини, но не делает даже полушага. — Я всегда буду рядом с тобой, малютка Ди, — Фред обращается к Денее и протягивает прозрачную руку к её лицу, его собственное лицо искажает гримаса боли, он не может прикоснуться к ней, обнять ее, вдохнуть сладкий запах бледной кожи. — Фред, я не могу любить призрака, пожалуйста! – девушка захлебывается в рыданиях, как же хотелось бы сейчас прикоснуться к нему, уткнуться в его широкую грудь, стуча в нее кулачками и ругая его за годы вынужденного существования без него. — Ты любишь не призрака, малютка Ди, —улыбается Фред, — ты любишь память! — Мы должны отпустить друг друга! – кричит она. – Отпусти меня, прошу! У меня есть Блейз, я не хочу заставлять его страдать! Я устала страдать сама. Каждое её собственное слово разрывает сердце, не только ей самой, но и стоящим в паре метров впереди и позади неё мужчинам. Денее больно, и она знает, что больно каждому из двух мужчин, но Блейз жив и его терять она больше не хочет. — Я не смогу тебя отпустить, — горько улыбаясь отвечает Фред, плотность его силуэта становится все тоньше, — и Забини придется это принять и смириться. — Ты сошел с ума! – кричит Денея в безумстве. – Он никогда этого не поймет и не примет! Что ты со мной делаешь, Мерлин, зачем так больно? Ди, я жива, и он рядом со мной, и был рядом тогда, когда ты ушел и бросил меня одну! Так уходи же, черт возьми! Я не стану заставлять его принять тебя, это абсурд! — Абсурд ему не любить меня. Ди, Блейз сможет не полюбить своего ребенка, как ты думаешь? — Что? Слезы текли по её щекам, плечи содрогались от рыданий, которые она пыталась подавить, больно закусывая губы. — То, малютка Ди, ты же умная! – призрак с ощутимой скоростью таял. – Скоро мы встретимся, чтобы не расставаться, да, папочка? Призрак Фреда обратился к Блейзу, который ошарашенно моргал, не до конца веря происходящему вокруг и своим ушам. — Я любил тебя и люблю сейчас! Поэтому я хочу вернуться к тебе и быть еще ближе – нет ничего сильнее любви матери к своему ребенку и любви ребенка к своей маме… —Дей, ты беременна? – Блейз наконец-то пришел в себя и прыжком очутился возле блондинки и обнял ее. Призрак совсем исчез, в лесу остались только двое, судорожно сжимающие друг друга в объятиях и целуясь, не говорящие друг другу не слова. Эти двое, сами того не зная, проснулись в разных странах, на чудовищно большом расстоянии друг от друга, в совершенно одинаковых растрепанных чувствах. Слишком реалистичным был сон, чтобы быть неправдой, но и слишком сладок он был в сложившейся между ними ситуации, чтобы быть явью.

***

Когда Нарцисса и Керенза Забини отправились по своим неотложным и секретным делам, Гермиона осталась с сыном в Мэноре одна, не считая домовиков. Драко вместе с остальной компанией пропадал на Гриммо, где они бесконечно изучали старые дела, строили догадки и рисовали план предстоящего нашествия на дом Тора. Хьюго отчаянно не хотел отпускать бабушку и очень тревожился, что мама в ближайшее время тоже собиралась уйти, он требовал то бабушкину волшебную лейку, то книжку сказок, которая куда-то запропастилась. Гермиона перестала узнавать своего ребенка, силилась успокоить его, но Хьюго вел себя непривычно капризно. В конец потеряв терпение, она вошла в комнату Нарциссы в надежде найти злополучную книгу со сказками, убеждая себя, что войти в комнату леди Малфой в данной ситуации – необходимость. Дорогое и изысканное убранство комнаты леди Малфой всякий раз впечатляло Гермиону, на белом дубовом столе аккуратными стопочками покоились различные фолианты. Она аккуратно перебирала пальчиками корешки различной степени старости, как вдруг один из переплетов больно ударил её огненным разрядом, но тут же прыгнул ей в руку — Ауч, — вскрикнула девушка, облизав палец, но интерес к фолианту пересилили неприятные ощущения. Присев в кресло, она открыла издание и погрузилось в чтение, чем больше она впитывала информации, тем страшнее ей становилось. — Мерлин, это многое объясняет. Тинки, — позвала она домовика, когда тот с привычным звуком появился перед ней, продолжила: — мне нужно к мистеру Поттеру, проследи за Хьюго. — Хорошо-хорошо! – закивала Тинки. – Ждать ли вас с хозяином Драко к ужину? — Я вернусь быстро. Гермиона вошла в камин и громко сказала адрес дома Сириуса Блэка. — Грейнджер, что ты здесь делаешь? – вскочил Драко увидев в зеленом пламени Гермиону. — Мне срочно нужно с вами поговорить, — голос девушки дрожал. — Что-то с Хьюго? – взволнованно спросил Малфой. — Нет-нет, — поспешила она его успокоить, — дома все в порядке. Просто, искала книгу, которую Нарцисса читала нашему сыну и наткнулась на другую… кто-нибудь слышал о ментальных близнецах? На Гермиону уставились удивленно и настороженно Крам, Рон с Джоржем и почти в один голос с Малфоем ответили, энергично закивав головами: — Конечно, но это редкость. — Я не слышал, — пробасил Симус. — Признаться, и я тоже, — пробормотал Гарри. Все окончательно отвлеклись от своих свитков и обратили все своё внимание на Гермиону. — Расскажите мне все что знаете о ментальных близнецах, — она уселась в кресло всем видом показывая свою готовность слушать и получить максимум информации. — Мы с Дей, — хрипло проговорил Драко, — они и есть. Взоры собравшихся устремились на говорившего мужчину. — Конечно, я знал, сперва догадывался, пару раз вскользь услышав от отца. Потом получив наказание за прямой вопрос, убедился в этом. С сестрой я никогда об этом не говорил, но уверен, что и она в курсе. Просто бережет мои чувства точно также, как и я её. Думаю, эта «близнецовость» и есть причина нашей с ней связи. Ведь все вы, наверняка, замечали нечто странное между нами, это непросто братско-сестринские отношения, это патологическая связь. Кроме того, именно об этом я услышал тогда, когда мы тобой, Гермиона, и с Тео были в одном месте. Поттер понимающе кивнул, вспомнив, как в его кабинет ввалились трое и Малфой потребовал от него пообещать, что Гарри не позволит какой-то неведомой херне погубить Дей. Стало быть, именно об ментальной связи Малфоев или её последствиях услышал Драко в Отделе Тайн. — Ментальные близнецы, — заговорил Виктор, — сильнейшая душа, заключённая в двух разных людях. Они полноценны и порознь, как бы не прискорбно было это для меня признавать, касаемо двух Малфоев – они оба безусловно сильные и искусные маги. Когда они вместе, когда они делают одно дело намеренно соединяя свои силы и магию, они способные творить невообразимые вещи. Эти люди вместе – мощное оружие, прими они силы зла. Они дополняют друг друга, образую сверхчеловека вместе, сверхмага. — Глупости! — Драко оскалился. – Мы – обычные, лишь тонко чувствующие друг друга. — Весьма странно, что Волдеморт не сыграл на этой особенности! – продолжил болгарин. — Вы стали бы идеальной машиной убийств. — А что случается, если таких близнецов разделить? – перебила его Грейнджер. — Как правило, один из них погибает, — ответил Крам. — Реже погибают оба. Слишком тонкая материя эта ментальность, шаг влево, шаг вправо – крах. Нужно четко знать, что делать, кроме того, перед заказавшим этот обряд изначально встает выбор – кем они готовы пожертвовать. Иногда сами «близнецы», устав от патологической зависимости друг от друга, приходили, чтобы освободиться, даже ценой собственной жизни. Это не сказка, и далеко не существенный плюс, эта связь слишком энергозатратная, она словно сковывает людей между собой, выбор одного из них напрямую влияет на качество жизни другого. — Я думаю, — Гермиона обратилась к Драко, — Денея знает об этой вашей особенности, как знает и про обряд, вернее, кого предпочли родители, а кем пожертвовали. Это объясняет её отношение к родителям! Черт возьми, моя девочка… — Согласен, — кивнул Драко, — скорее всего, так и есть. Я бы на ее месте не питал особенной нежности к людям, которые меня отдали, как жертву. Но, повторяю, мы живы, значит, обряда не было. Или у тебя другая информация? — А теперь скажите мне, что если разделенные не умерли после обряда, — Грейнджер сделала вид, словно не услышала прямого вопроса Драко — Очевидно, что их не разделили, — ответил Рон. – Мама тоже говорила, что разделить ментальных нереально. — Вообще-то реально, но мало кто согласится на убийство…— парировал Джордж. — Грейнджер, — Драко подошел к девушке, взяв её за руку, — рассказывай, что ты знаешь, ведь что-то же тебя встревожило. Давай, рассказывай, хуже уже не будет, я серьезно готов ко всему… — Для начала, Драко, скажи мне, что ты тогда там услышал? — настойчиво спросила девушка. — Во-первых, неприлично отвечать вопросом на вопрос, во-вторых, Грейнджер, это последнее, о чем бы я хотел говорить в данной компании, в приницпе, — тоном нетерпящим возражений ответил Драко. — Продолжим, что ты прочитала в бумажках моей семейки? — Мерлин…— Гермиона сжала его руку, боясь задеть его чувства. – Это очень сложно. В общем, я прочла, что Люциус провел над вами с Дей обряд, разделяя вас. — Это невозможно! — ухмыльнулся Драко, а по спине его пробежал холодок. — Но тут так написано, некто Лилит Муди провела обряд…Черт… у нее одна фамилия с Вэмбэром. Какая же я дура, что не заметила сразу! – девушка ударила себя ладошкой по лбу. — Кто-то до сих пор верит в совпадения? – подал голос Симус и с готовностью поднялся на ноги. — Действительно, это же такая редкая фамилия! – оскалился Крам. — Совершенно не распространенная… — Симус, отправляйся в Министерство, нужна информация о Лилит и ее родственных связях с Вэмбером, — Гарри обратился к Финнигану, намеренно не замечая сарказма болгарина. — Будет исполнено, — Финниган шагнул в камин. — Гермиона, — продолжил Гарри, — Драко и Денея вполне себе живые, скорее всего обряда не было. А то, что они – близнецы, разве это что-то меняет? Все без того знают, что Малфой дорожит сестрой, а она всепрощающе любит его… — Исключено, — тоном учителя начал Виктор. — Был обряд, Поттер, был! Теперь есть объяснение шраму в области сердца, — одновременно с болгарином проговорил Драко. — Да, тут так и написано, что с использованием крови из той раны совершался обряд, — Гермиона обняла Драко — Мы живы, Гермиона, все хорошо, — сжав любимую в успокаивающих объятиях заговорил Малфой, точно стараясь убедить заодно и себя в том, что нет поводов тревожиться. — Кстати, чтоб вы знали, — тон болгарина звучал с издевкой, — у ментальных близнецов поразительно сходятся вкусы во всем, в том числе в сексе… — Какой вздор! – оскалился блондин. — Вообще-то, мама говорила, что среди таких близнецов распространены инцесты, — вылепил младший Уизли, явно не подумав о последствиях. — Рон, твою мать! — сказал негромко Джордж и ударил себя ладонью по лбу. — О, да! — заржал Виктор. – Если ментальные близнецы кровные родственники, а это не всегда бывает так, то их тянет друг к другу и физически, с большой долей вероятности они трахнут друг друга, испытав крышесносные чувства, повторяю они дополняют друг друга. Они две половинки единого целого, они знают действия, желания и мысли своего близнеца без легилименции. — Закрой свой рот, умственно отсталый! – зарычал Драко, кинувшись разъяренным тигром на говорившего, но был мгновенно перехвачен Джорджем и Роном. — Я никогда, слышишь ты, урод, не тронул бы Ди! Она – моя сестра, а не инцестная шлюха! – продолжал рычать Драко. — Виктор, тебе следует заткнуться! – Гермиона была чертовски зла, прыжком подскочив к бушующему Драко, она стала гладить того по голове, словно убаюкивая. — И извиниться, - отчеканил Поттер. – Я не понимаю, зачем ты оскорбляешь и намеренно выводишь Малфоя, нам предстоит сложная операция, не стоит выводить своими грязными предположениями нужных нам людей из равновесия. — Малфой, извини, — Виктор злобно ухмыльнулся. – Я имел ввиду лишь то, что твоя сестра имеет те же предпочтения в сексе, что и ты, только и всего. Если ты любишь пожестче, уверяю тебя, от грубого секса и наша чудесная Дея кончает бурно! — Не замечал за Дей желания поиметь Грейнджер, да и я не горю желанием присунуть Забини! – нервно засмеялся Драко в ответ, желая скорее расслабить напряженную Гермиону, чем продолжать беседу с Крамом. — Мерлин, все гораздо проще, — продолжал издевки Крам, — твоя сестра в таких же позах отдается своему жгучему итальянскому мачо, что и ты трахаешь Гермиону! — Может быть это вовсе никому не нужна информация о том, то кого и как трахает? – Джордж стукнул кружкой с остывшим кофе по столу. – Крам, у тебя проблемы с интимом? Сними шлюху или уединись в ванной с правой, ты же правша, рукой! Надоели эти обсуждения! Твое желание выяснить кто из вас с Малфоем больше мужик выглядит мерзко! — Какие нежные вы! — Крам, однако, замолчал. — У меня сейчас возник вопрос, — Рон отхлебнул из большой чашки остывший кофе, даже не утруждая себя взмахом палочки его нагреть, - мы обсуждали, что человек, Тор это или кто-то другой, отбирающий магию у волшебников, вероятнее всего, ею не пользуется, скорее всего, это происходит по аналогии с тем, как Гермиона запечатала свою магическую силу, верно? — Думаю, да, — настороженно протянул Поттер. — Герм, твою магию запечатывал человек из Министерства? — Рональд, это исключено! – хлопнул по столу Гарри. – Таких спецов в самом Министерстве нет, он – единственный на несколько магических стран! Уверяю тебя, его проверили досконально. Не только наше Министерство, ты же понимаешь, насколько серьезна и опасна вверенная ему обязанность. — Хорошо-хорошо, — примирительно поднял руки вверх Рон. — Сам не верю, что говорю это, но рыжий натолкнул меня на мысль! – вдруг подал голос Драко. – Герм, ты говорила, что твоя магия заключена была в пробирке? — Что-то вроде того, после того, как тот человек прочитал заклинания и выписал, признаться незнакомые мне, руны, — Гермиона до хруста заламывала пальцы, - я открыла ее, и мои силы вернулись ко мне. — Ну, Малфой, — нетерпеливо притопнул ногой Джордж, — продолжай. — Есть некоторая вероятность, о мой рыжий товарищ, что ТорматьегоКлайн тоже заключает отобранные силы в какой-то сосуд, предмет, а это значит, что нам преимущественно было бы найти его, чем самого Тора. Этот упырь нам тоже нужен, я даже не спорю, но особу ценность представляет предмет, а не этот хер. Из него разве что дерьмо вытрясти! — Сомневаюсь, что такой, как этот Тор оставит ценный предмет на видном месте, если он, конечно, вообще существует, — сухо сказал Джордж. — Возможно, если мы застанем его врасплох, то сможем завладеть предметом, черт, как меня бесит называть неведомую мне херотень предметом! – Крам рассмеялся, другие его не поддержали. — Вообще, если хочешь что-то спрятать, лучше оставить это на видном месте, — Гермиона прикрыла глаза, — поэтому в доме нужно быть максимально внимательными. — Вынесем все мало-мальски тронутые магией ПРЕДМЕТЫ из дома Тора, — заржал Джордж, намеренно выделив бесящее Виктора слово. — Меня не покидает чувство, словно что-то лежащее на поверхности, ускользает от нашего внимания, — Гарри снял очки, и устало положил их на стол. – Я не могу проследить, но что-то в делах каждого отдельно взятого нас, есть общее.. — Мерлин! Я давно разгадала эту загадку, — Гермиона торжествующе улыбнулась, — еще, когда Виктор рассказал нам о возможных мотивах Тора. — И когда ты собиралась нам рассказать? – недовольно поинтересовался Рон. — Сейчас! Я должна была убедиться, — буркнула та в ответ. Она взяла пергамент и, обмакнув перо в чернила стала быстро писать, вскоре она развернула друзьям пергамент и взмахнула палочкой. Синие чернила в каждой строчке стали красными на отдельных буквах. — Чтоб меня! – выругался Драко. – Честер Раклайн – мой заказчик, Этери Найл – клиент Забини, смертельно больной клиент, заказывающий… — Дорогие, редкие, но совершенно безопасные с точки зрения преступности зелья, — перебила его Гермиона. — Именно, Раклайн – до ужаса мерзкий и абсолютно глупый чувак, — Драко сжал кулаки, в его голове разом сложился пазл, — этот хер делал мне намеки, что знает о нас больше, чем нужно непричастному. Черт, я – идиот! — Дошло наконец-то, — зло прошептал Виктор. — Завали, Крам! — рявкнул Драко. – Терри Рак – клиент в клубе Дей, Мерлин, это же…. Поттер, помнишь, практически сразу после открытия в клубе произошел инцидент, Денея тогда применила беспалочковую магию при магле. — Твою мать, и я – идиот! – Гарри снял очки и часто заморгал. – Мы все поверили в то, что этот магл и та девушка не заметили помощи из вне. — Что за инцидент, — Гермиона начинала злится, ведь она не понимала, о чем речь. — В тренажерном зале, девушка-магл лежа на спине, на какой-то из этих адских машин, взяла вес, не рассчитав свои возможности, эта тяжелая махина, которую она при всем желании не могла бы удержать, полетела на нее сверху, — Драко активно жестикулировал, лицо его пылало. — Если бы Денея, которая к слову сказать, стояла в противоположном конце зала и лишь в огромные зеркала, которые в том зале вместо стен, не заметила и не откинула эту махину на бок, в сторону от девушки, то голову той и ее содержимое, теоретически что-то у этой идиотки там должно было быть, отмывали по всему залу. Свидетель тому был Терри… Магл, который, я просто уверен теперь, не мог не понять, что это сделала Дей, а не девчонка на адреналине. Он сделал вид, что ничего не заметил. — Поттер, вы же смотрели его воспоминания об этом. И что? — Ничего, его воспоминания не вызвали опасений, иначе мы бы подействовали… — Таким образом, этот упырь был рядом с вами четверыми, и никто из вас не догадался, — резюмировал Рон. – Охренеть…. — Не за чем охреневать, — Виктор победоносно улыбнулся, — я же говорил, на каждого из вас оказывалось влияние, мне кажется, психиатриня, которая Аурелия – это тот же Тор, под оборотным. Ваша операция в ресторане, при которой из-под вашего носа свистнули аврора Блэк — лишнее подтверждение, что Тора зелий в изобилии. Совершенно точно, что под ставшим известным нам псевдонимом, он не покупал у Забини запрещенку или то-то способное скомпрометировать. Но, я думаю, он мог как-то дорабатывать совершенно безобидные превосходно сваренные зелья вашего итальянского друга. Надо покопать поглубже, уверен, тот хер вхож и во «Вредилки». — Да, — Гарри закурил, устало потирая переносицу, — Нея в своем отчете указала, что в том доме, куда ее похитил Тор, он говорил ей об особом ингридиенте, который совершенствует любое зелье. Например, он воспользовался улучшенной версией «Гибели Воров», чтобы обнаружить всех Авроров под оборотным… — Прямо шкатулка с сюрпризами этот чертов Клайн, — ругнулся Рон. — Интересно, что он еще умеет, чем еще удивит. — Удивит, не сомневайся, мой рыжий товарищ, — улыбнулся Крам и обратился к Гермионе, — ты не удивилась услышав имя Вэмбера, тебе есть что рассказать нам прямо сейчас? — Я разрабатывала это дело до того… как ушла из этого мира, — прокашлявшись ответила она. – Свою папку со всеми наработками я оставляла тут, в своем бывшем кабинете… Так вот он мне немного помогал с этим делом. — Каким делом, Грейнджер? – Драко сжал руку возлюбленной. — В общем, сейчас, наверное, уже не будет на этом деле грифа секретности, — устало вздохнула девушка. – За полгода до моего исчезновения, в Министерство обратилась Макгонагалл, у книги доступа в Хогвартсе появился дубликат… она совершенно случайно обнаружила присутствие посторонней магии, выяснила, что данные эти утекают куда-то… — И что это значит? – нетерпеливо топнул ногой Рон. — Это значит, Рональд, кому-то очень понадобилось знать имена всех рождающихся на нашей земле волшебников, — раздражаясь ответила она. — Это еще не все, наряду с этим, кто-то регулярно проникал в Отдел Тайн и дублировал информацию оттуда. Кингсли проводил внутреннее расследование, которое толком результатов не дало, кроме того, что он выдвинул теорию, что этот заинтересованный – работник министерства. Начались проверки, но они не давали результатов. Пока в один из вечеров Невыразимцы не поймали Вэмбера, бродившего по коридорам возле их отдела. Его схватили, но выяснилось, что его опоили чем-то по своим свойствам похожим на Империо, кроме того состояние здоровья его вызывало опасения, он был истощен физически, магически, психологически. Он был крайне запуган, а главное, не имел никакого отношения к происходящему. Мне стало его жаль… — Кто бы сомневался... — пробурчал себе под нос Рональд. — Заткнись, Уизли! – коротко отрезал Драко, ободряюще сжав вспотевшую ладошку любимой. — Клянусь, не я помогла ему сбежать из допросных в Министерстве, — продолжила она, — вы сами знаете, что самостоятельно выбраться оттуда нереально. Однако, Вэмбер пропал, я выследила его, выяснила проблемы с его здоровьем, стала помогать ему с лекарствами маглов и зельями. Он скрывался, отнюдь не только от министерских, кто-то еще внушал ему страх. Те, кто опоил его и отправил в Министерство, они и были причастны к дублированию всей скрытой из общего доступа. В связи с этим возникал резонный вопрос, кто это и какое отношение этот человек или люди имеют к Вэмберу. Причем они влияют на него настолько, что он вполне реально боится… Узнать мне удалось очень мало. Вэмбер молчал. В последнюю нашу встречу он посоветовал мне беречь ребенка от Малфоя, ребенка которого еще не было, но Вэмбер не сомневался, малыш заинтересует его обидчиков. — Почему он прикрывал тех, кто сотворил с ним такое? – спросил Рон. — Может быть, какая-то важная шишка замешана в этом? – предположил Джордж. — У меня была другая мысль…— Гермиона задумалась на несколько секунд, словно обдумывая стоит ли озвучить свой взгляд. – Я думаю, он по-настоящему любил этого человека или людей, поэтому и молчал. — У него была жена, ребенок? – Крам подскочил на месте, словно был готов броситься вдогонку невидимому дорогому человеку покойного Вэмбера. — Он был женат и у него был ребенок, но это все что мне известно, — девушка опустила голову. — По его рассказам, он оставил жену и своего ребенка или детей, практически сразу, когда им заинтересовался Темный Лорд, это было еще в Первую Магическую. — Какова вероятность, что херов Тор – сын херова Вэмбера? — Джордж встал, разминая затекшие ноги. — Ты же понимаешь, сейчас любые мысли на этот счет – гадание на чаинках с Трелони, — ответил ему Драко. — Учитывая последние подробности, я ничему не удивлюсь. — Я думаю, нам стоит дождаться Симуса и лечь спать, потому что ночью мы пойдем в тот дом, пожалуйста, оставьте свою неприязнь к друг другу, к отдельным личностям нашей сегодняшней рабочей группы здесь, не берите с собой на задание! – привычным тоном начальника сказал Гарри. – Мы готовы, но физическая усталость может сыграть с нами злую шутку. С новыми фактами мы разберемся, после этой операции, Гермиона, спасибо за доверие. В этот же момент в камине показался Симус, стряхнув пепел, он положил на стол несколько снимков: — Нея была замечена на юге Франции. Там она останавливалась в дешевом хостеле, буквально на одну ночь. Драко вцепился в фотографии. Его сестра в черном, заметно похудевшая, осунувшаяся и еще более бледная, под глазами залегли темные круги. Девушка выглядела явно уставшей, сидя на лавочке в парке у маленького прудика, она пила что-то из пластикового стаканчика, словно пытаясь согреться. — Черт, Ди хреново выглядит, —сказал Джордж, вглядываясь в изображение. – Симус, есть координаты более четкие? — Нет, поскольку Дей пробыла там меньше суток, — удрученно ответил Финниган. – Единственное, мы знаем, что она жива. И затеплилась надежда, что она просто захотела побыть одна, а не ищет приключений на свою задницу. — Ты плохо знаешь эту чокнутую, — тяжело вздохнул Драко. — Хорошо, что насчет Лилит и Вэмбера? – спросил Гарри, отчаянно зевая. — Они кровные брат с сестрой. Но вот что интересно, если Вэмбер учился в Хогвартсе, то о Лилит нет вообще никакой информации. У Вэмбера есть дочь, думаю, после сегодняшней вылазки неплохо будет съездить в гости в Хогвартс, узнать о Вэмбере и его дочери. — Ну вот, Уизли, — вымучено сказал Малфой, — у Вэмбера дочь, разве что этот упырь не наколдовал себе своей кровью член. Была дочка, оп, стал сынок! — Первым делом, после сегодняшней операции, напишу Макгонагалл, —- быстро проговорила Гермиона, сжимая руку Драко. — Что касается Лилит…— Симус выдержал паузу, — про нее практически ничего нет, разве что известно, что она в сущности не была привычным для нашего понимания магом, занималась какими-то очень темными делами, за которые ей щедро платили, в том числе и министерские работники, собственно, потому и информации на нее, как о василиске в свое время — Ты прав, Симус, — заключил Гарри, — а пока спать, у нас трудная ночь намечается. Потихоньку все разошлись по местам для отдыха, Гермиона и Драко остались вдвоем. — Я вечером отведу сына к Молли и прибуду сюда, — сказала Грейнджер, обвивая руками шею Драко. — Я больше никогда и никуда тебя одного не отпущу. — Ты же не отстанешь? – улыбнулся Драко, целуя девушку в шею. — Нет! — Моя зануда, — он поцеловал её, — поцелуй нашего сына за меня. Гермиона отправилась в Малфой-мэнор, а Драко улегся на диване в гостиной, в мыслях о сестре, о неуловимом Торе, заснул. Драко открыл дверь квартиры Дей на тринадцатом этаже и страх взял над ним верх. Окна открыты настежь, свет везде погашен, ветер гуляет по полу. И Денея в оконной раме, босиком, на стройном теле только свитер грубой вязки с буквой «F» на груди. В одной руке у нее початая бутыль с огневиски, а другой рукой она рисует невидимые узоры в воздухе. Движение ногой, будто вот-вот прыгнет. Драко, использовав беспалочковую магию, втягивает её назад и бросается навстречу к ней, ловя сестру в свои объятия. Денея даже не смотрит на него, словно не понимает, что произошло несколько секунд назад. Драко сильнее прижал девушку к своей груди, ругая себя за бессилие, за невозможность помочь родному человеку. — Что же ты делаешь, дура! – он целовал сестру в макушку, гладя по волосам. – Ты обо мне подумала? Да я же умру без тебя, Дей! Девушка подняла мутные глаза на брата, а он продолжал: — Я бы все отдал, чтобы забрать твою боль себе! Но ты же знаешь, что я и так ощущаю твою боль, я слышу твои мысли и твой страх. Я клянусь тебе, я сделал бы все, чтобы исправить произошедшее. Но, милая, я не могу! Ди, ради меня, пожалуйста, держись! Ты нужна мне, сестренка! Возвращайся, прошу тебя! — Драко, я не могу…. – ответила, наконец, девушка слегка заплетающимся языком. — Всё ты можешь, мать твою! — Не трогай Нарциссу, Драко, — она пьяно хохотнула, — ей и без того сейчас хреново. — Тогда и ты перестань думать о том, как побыстрее оставить меня одного тут? — Ты не один, у тебя есть Гр..Гейджер, — язык заплетался от обилия алкоголя, она погладила брата по щеке. – И она тебя любит, моего маленького братца-засранца! — А тебя люблю я, Дей! Я все понимаю, я не могу тебе вернуть твоего… Фреда, но ты сама подумай, хотел бы он тебе такой жизни? Понравилось бы ему то, что ты сейчас делаешь с собой? С той, которую он любил? Оценил ли бы он твое стремление сдохнуть? — Он мертв, Драко! Ему все равно, — она смотрела брату в глаза. – Он меня бросил, Драко! Сначала он, потом он предпочел Анжи.. — Дей, найди себе стимул жить! Найди причину, чтобы остаться, если я – недостаточно веская причина, — продолжал успокаивать сестру парень, не обратив внимания на её бред про Анджелину, которая, по его мнению, все-таки была жива. Он проснулся, подскочив на диване, заклинанием призвал стакан с водой, усушил его в один глоток. Драко вышел на задний двор, пытаясь прогнать дурные предчувствия, вызванные этим сном-воспоминанием, закурил и мысленно сказал сестре, совершенно точно зная, что она услышит: — Береги себя, сестренка, ты нужна мне всегда!

***

Преодолев полуразрушенные ступени, первыми к двери старого и неприметного домика подошли Гарри и Виктор, с палочками наизготовке, они тихо перешептывались. Гермиона палочкой проверяла наличие охранной магии на двери, которой, как выяснялось то ли вовсе не было, то ли она была кем-то снята. — Меня терзают смутные сомнения, — прошептала она своим неизменно учительским тоном, — нас будто ждут. — Уместно ли вежливо постучать, — осторожно начал Поттер. — Не думаю, — буркнул Крам, не уловив иронии в голосе Гарри. — Потому что нечем, — себе под нос проговорил Драко, но Гермиона его услышала и недовольно нахмурилась. — Поттер, ты забыл взять собой пирог для знакомства, — хохотнул подоспевший следом Джордж, так же держащий палочку в руке, готовый к любому роду приветствия от хозяев. — Черт, ощущаю себя в Хоге, — Рон врезался лбом в брата. — Хочу устроить грандиозное фаер-шоу! – Симус вскоре подоспел к компании. — Все потом, а теперь идем! — оборвал грозящую перерасти в громкие споры беседу Гарри и толкнул дверь. Они оказались в темном коридоре, с несовременными шкафами и напольной вешалкой в форме пятиголовой змеи. — Начало мне уже не нравится, — выпалил Джордж, — змеи, врядли нам тут будет хорошо. Компания осторожно двинулась вперед, прикрывая собой спину другого, на первом же повороте они свернули и оказались в тупике с дверью. Гермиона быстро проверила наличие защитных чар и Гарри открыл дверь. Раздался душераздирающий визг, а затем грубое бормотание: — Истеричка, какого черта ты орешь? – и уже обращенное к компании: — и вы здесь? А зачем? — У меня тот же вопрос к тебе, Керенза, и к тебе, моя милая мамочка, — Драко вышел вперед, усилив Люмос на кончике своей палочки.

***

Проснувшись, она чертыхнулась от мыслей о беременности, но быстро взяла себя в руки. В конце концов, ее желудок часто выдавал такие симптомы, когда она особенно сильно нервничала. Денея вспомнила, как в Хогвартсе напугала Гермиону, когда та застала её стоящей на коленях в ванной для девочек, захлебывающуюся в непрекращающихся рвотных спазмах. Тогда она тоже не на шутку испугалась, решив, что их первая близость с Фредом имеет последствия. В голове стучала мысль, как Люциус отреагирует, узнав, что доченька залетела, учась в школе, о Мерлин, от сына Артура Уизли. — Денея, ты пробовала пить успокоительные? – проговорила смущающаяся Грейнджер, старательно пряча передние зубы, которые всегда высмеивает Драко со своей компанией. – Когда я была маленькой у меня часто случались расстройства желудка, когда я нервничала. Простой визит в больницу, на плановый осмотр или прививку, выводили меня из строя за пару дней до события и несколько часов после. — Грейнджер…Гермиона, никому ни слова, пожалуйста, — выговорила блондинка в ответ, прежде, чем ее скрутила новая волна боли. Гермиона с готовностью затрясла гривой непослушных волос и выскользнула из комнаты, вернувшись, она протянула сестре Малфоя зелья от мадам Помфри и уложила девушку в постель, где та провалялась в сутки. А потом…Потом она некоторое время принимала успокоительные. Да виной тому был стресс, перед предстоящими экзаменами, после случившегося между ней и Фредом взрослого проявления чувств. В этот раз экзамен посложнее, потому придавать значение таким выкидонам организма и дурацким снам, она не стала. Выпив кофе, она оделась, натянув горловину черной водолазки максимально, застегнула кожаную куртку, с нежностью погладив и прижав к груди свой медальон, и аппарировала. И вот стоя перед домом человека, от ненависти к которому она горела заживо, она предвкушала возмездие. Уже рядом с домом этого человека пахло злом, черной магией, от этого тошнить начинало с утроенной силой, тонкие пальцы подрагивали. Это будет сложно, чертовски сложно, но даже ценой своей жизни, она заставит страдать этого человека. Посильнее запахнув ворот куртки, еще раз нащупав рукой на груди медальон, она с готовностью сжала палочку, резким пинком открыла дверь и вошла, остановившись на пороге. Из глубины длинного и узкого коридора на нее в упор смотрели два глаза. Их владелец явно усмехался, глаза светились недобрым огоньком. — Долго же ты искала меня, Малфой! — усмехнулся мужчина. – Дьявольски устал ждать тебя, ну здравствуй, маленькая дочь Люциуса, проходи, встречу тебя, как достойного гостя, прекрасная Денея Белатрикс Малфой! — Я – не Малфой! — прорычала она, ослепленная жгучей ненавистью. А в ответ зловещий смех …