Цветочная проблема

Этот поцелуй не вызвал в Кэйе никаких эмоций. Абсолютно никаких. Он отвечает, не зная зачем, и по какой причине это делает. Может, он все ещё хочет тепла человеческого? Объятий? Он помнил, что случилось с ним, помнит то, что все ещё болен, но появилась, так называемая стена, что удерживает болезнь распространяться дальше, или пустить новые корни в сердце Рыцаря. Хотелось спать, голова гудела, была слишком тяжёлой... Какая чертовщина. Хранитель нависает над синеволосым, глядя прямо в его глаза, уже успев отстраниться от ледяных губ напротив. — О, Кэйа. О, мой Кэйа... Как давно я не видел твоего лица, твоего прелестного лица. Как ты мог бросить меня в тот день? — Голос был спокоен, но рука, что словно с ненормальной скоростью оглаживала щеку, выдавала недовольство Дайнслейфа. — Прекрати, — хриплым тоном выдает синевласый, хватая теплую руку Хранителя Ветви, и невольно вздрагивает, вызывая улыбку у человека сверху. Слишком теплая и приятная рука, которую хотелось невольно сжать, что в общем, Кэйа и сделал, сжал его руку и закрыл глаз. Тепло. Приятно. Хоть они и на лютом морозе, но его рука... Греет его прямо через перчатку. Все же, Дайн любуется этим зрелищем, а после убирает руку, стягивая с нее перчатку, и возвращая теплую руку Альбериху. Он ластится к теплу, просто потому, что этого жаждет тело. Жаждет внутренняя сущность. Все же, хватая за запястье блондина, тянет на себя, заставляя улечься сверху, а Дайн, в общем-то, и не против, укладывается сверху и просто греет своим телом, вызывая у Принца Мела недовольный хмык. Устроили тут... Работать не дают, так ещё теперь и это. Альбедо покидает свое убежище, так как ему нужно навестить Кли, и закончить несколько дел в Мондштадте. Разве что, перед уходом наказал, чтобы не разгромили его лабораторию. Сумеречный меч поднимает руки в знак капитуляции, мол, ничего такого не будет, а после просто уселся напротив Альбериха, наблюдая за его действиями... Если это можно таковыми назвать, ведь он просто безмолвно сидит.

***

В Мондштадте как обычно кипела жизнь, пахло вином и свободой. Люди трудились, работали на износ. Только вот, что-то было не так, но оного никто не замечал. Дилюк все ещё пытался найти Кэйю. Зачем? Вот найдет он его, и что с того? Дилюк и сам не понимал, но что-то внутри горело, горело надеждой найти его живым, и здоровым?... Хотелось ему так верить, но не всегда то, во что ты веришь, оказывается правдой. Красноволосый ночами пропадал; пытался найти Кэйю. Но все тщетно, до момента, пока в городе не объявился Альбедо. Он сразу отправился в штаб Ордо Фавониус, чтобы отдать заполненные отчёты и поговорить с Действующим Магистром. — Джинн, слушай. Недавно ко мне приходил человек один, и принес тяжёлую ношу на себе, — начал он издалека, на что получил внимательный взгляд Гуннхильдр, — В общем, Кэйа жив. Хотя, не думаю, что он желает возвращаться сюда, как минимум, пока что, поэтому, будь добра, попроси Рагнвиндра на время превратить поиски, иначе для них обоих это ничем хорошим не кончится. Сказать, что Джинн была ошаломлена, это ничего не сказать, она просто с расширенными глазами наблюдала за Альбедо, который вел себя уж слишком спокойно, но не ей об этом говорить. Снова быстро вернув к себе самообладание, похлопала пару раз себе по щекам, и вздохнула, складывая руки на груди. — Я могу хотя-бы сказать Дилюку, что его благоверный жив? Я вижу, как он переживает, и страдает, — негромко интересуется у алхимика, на что тот пожимает плечами, и складывает руки на груди. — Это уже не моя забота, Джинн, просто попроси его перестать искать, — для самой Гуннхильдр это был как камень с души. Он упал, и можно было спокойно дышать. Девушка поблагодарила Принца, и тот покинул кабинет, встречаясь с красноволосым, который только заходил в здание. Перекинувшись лишь кивками, они разошлись. Дилюк входит в кабинет Магистра, прежде постучавшись. С позволения присаживается на диване, что стоит в кабинете и устало закрывает глаза. Сил не было, совсем. У него опускались руки. Совсем. Наконец, Джинн прерывает тишину, встав у окна и глядя на город. — Кэйа жив. Рагнвиндр неожиданно вздрагивает и переводит взгляд на блондинку, что стояла, слегка сжимая руки в кулаки. Все же тяжело было говорить это, но нужно. — Дилюк, подожди несколько дней. Не стоит его искать. Если он жив, то возможно вернётся... — говорит это с толикой сожаления, боли, после утыкается лбом в стекло и закрывает глаза, шепча себе под нос:

«Мне тебя так не хватает, Кэйа.»