AMORE

— Тэ, ты что здесь делаешь? — спросил омега заплетающимся языком, попутно делая большой глоток вина. — Ты не объявлялся неделю, на звонки не отвечал, вот я и решил сам тебя навестить. Я беспокоился. — Я в полном порядке. — ответил он, выдавливая из себя пьяный смешок. — Ты что пьешь в одиночестве? — Да, а что? Я мальчик большой, мне можно. — продолжая ухмыляться он наполнил свой бокал. — Мне не предложишь? — Тэхён вопросительно приподнял брови и посмотрел омеге в глаза. — Нет, сегодня я пью один. — отрезал тот. — Ладно, тогда я… — альфа поднялся и развернулся к входной двери, но тут из Чонгука попер совершенно никому ненужный текст. — Знаешь, я все это время пытался понять, что же чувствую, к тебе. Я долго не мог подобрать для себя правильных слов, но кажется я сейчас понял. — Тэхён повернулся к нему, и Чон поднял свой пьяный взгляд на его лицо, — Ты — это море для меня. Глядя на тебя, я часто забываю дышать. Хочется окунуться с головой, но так страшно… Я ведь знаю, что вода — не для меня, я плохой пловец, стану тонуть, а спасать некому, вот я и топчусь по берегу. Изредка конечно же позволяю себе зайти по колено, но сразу же, в панике, бегу к берегу. Я ведь знаю, что если затянет на глубину, то обратно обязательно выкинет, вот только жизни во мне не будет уже. Море всегда выбрасывает ненужный мусор на берег. — Глаза альфы округлились. — Гук-и… — он пытался подобрать слова, но омега похоже, застал его врасплох своим признанием. — Не парься. Просто спиши все на алкоголь, забудь. Я не должен был говорить тебе этого, я пересек границу. Просто сделай вид, что не слышал. — Чонгук, почему ты так напился? — альфа пытался понять, он ли стал причиной такого состояния омеги. — Да день рождения у него сегодня! — выпалила, выходя из-за угла, горничная. — Мин Сун, заглохни! — Чонгук поднял на прислугу взгляд, и у той создалось ощущение, что ее сейчас просто испепелят. Женщина подняла перед собой руки, ладонями вперед и скрылась за дверью кухни. Тэхён стоял в шоке. Еще бы, только что Чон признавался ему в своих чувствах, а тут в миг проехался таким стальными тоном по Мин Сун, да еще и сопровождая убийственным взглядом. Тэхён видел Чонгука всяким, но то отчаяние, которым пювеяло от омеги сейчас, его пугало. — Прости, так неловко, я без подарка. Я только сейчас понял, что за все это время ни разу об этом не поинтересовался. — он опустил плечи и стал разглядывать пол. — К чему подарки? Я всего лишь на год приблизился к старости. Это не повод для веселья. Это просто еще один год, отдаляющий меня от… — вдруг к горлу подступил ком, и Чонгук, не сумев выдавить из себя последнее слово, вскакивает с дивана и швыряет бокал в стену. Из глаз ручьем потекли слезы. Омега издает громкий хриплый крик с и сразу же опускает голову, зарываясь пальцами в свои волосы. Но тут же резко, с эффектом миллиона иголок, в голову пробирается осознание, что он это все устроил у альфы на глазах. Опомнившись, Чон поднимает взгляд на парня напротив, и видит, как тот аккуратно пытается ко нему подойти. — Гук, ты… — Не подходи ко мне! Я не нуждаюсь в твоей жалости! Не смей меня жалеть! Уходи! — Но… — Уходи, я сказал, спектакль окончен! Тут больше не на что смотреть! — срывается на крик. Из кухни вдруг выскочила Мин Сун, встала между молодыми людьми, и жестами стала альфу направлять к двери. И он ушел. — Мальчик мой… — Мин Сун подошла и погладила хозяина по голове. Три года. Три года он держал в себе все чувства. Пересекаясь с Тэхёном на всевозможных тусовках, в офисе его компании, на аукционах, обедая с ним за одним столиком, омега каждую минуту осыпал себя проклятиями за то, что так осекся. Влюбился. Еще тогда — три года назад. Как только Чонгуку его представили. Ким Тэхен — молодой заместитель директора партнерской компании, приехал с секретарем чтобы обсудить детали продления контракта. Его визиты стали праздником для Чона. Он сперва сам искал этих встреч, пока на одном из аукционов не встретил его в сопровождении молоденькой красивой девчушки. Сердце Чонгука осталось на том аукционе. Осколками рассыпалось по полу. Он никогда особо и не надеялся на что-то, но реальность как-то совсем внезапно обрушилась на него. Тэхён не для него. Чонгук старше на пять лет. За его плечами шесть лет брака, который повлек за собой лишь вагон убитых нервов и судебную волокиту. Он, как сын очень влиятельного человека, смог прижать хвост наглому муженьку, который все пытался сорвать куш, требуя долю акций. И пусть этот сомнительный персонаж был искоренен из его жизни навсегда, он понимал, что для такого как Ким Тэхен он стоит наряду с омегами не первого сорта. Легкое б/у, так сказать. Он лишь партнер, возможно друг, но не более. Тэхён никогда не станет рассматривать его как пару. Чонгук не сможет стать для него кем-то важным и очень нужным. Они всего лишь регулярно ужинают вместе в хорошем ресторане, а после срываются с парой бутылок шампанского гулять по улицам ночного Сеула, просыпаясь в доме Чона, в разных кроватях. Даже в пьяном угаре Тэхён ни разу не посмотрел на него. Не захотел. Никогда не хотел его. А Чонгук… Каждый раз, сидя напротив альфы, омега следил за каждым его движением, ловил каждую улыбку и отпечатывал новым клеймом на своем сердце. Он наблюдал как альфа вальяжной походкой шествовал вдоль улиц и парков, ловко обхватив горлышко бутылки длинными пальцами, как не стесняясь редких прохожих, пил шампанское прямо из бутылки. Чонгук полюбил в нем все. Чонгук знал о нем все. Он знал о всех его омегах, помогал ему избавиться от назойливых поклонниц и поклонников, довольствуясь теми короткими минутами, когда альфа обнимал его и тесно прижимал к себе, давая понять очередной воздыхательнице, что у него есть пара, и это он — Чон Чонгук. Но все заканчивалось слишком быстро. А однажды, очередная назойливая дамочка и вовсе вывела омегу из себя, тонко намекая на то, что Чону бы свалить в сторонку от красавчика Ким Тэхена. Паршивка посмела указать на их разницу в возрасте. Чонгук, разумеется, не подал виду, что его это зацепило, но глупую девчонку хорошенько присадил морально. Как только нежелательная гостья скрылась из поля зрения, Тэхен подарил своему герою громкие овации и предложил выпить, а утром в очередной раз проснулся в гостевой спальне дома Чонгука. И вот, две недели назад, пресса загудела… Ким Тэхен женится. Отец нашел для него хорошую партию. И знаете сколько ему лет? Ему девятнадцать. Уже через два дня Тэхен позвал Чонгука на очередную их дружескую попойку и смело рассказывал о том, что с основным заданием супруга его жених будет справляться хорошо. Он испробовал омегу еще в день их знакомства, в доме его родителей. Прижав лицом к стене туалетной комнаты. Вот тогда-то Чонгука и накрыло. Утром он попросил Мин Сун проводить гостя. Он не вышел к альфе в тот день, свалив все на страшное похмелье. Затем перестал отвечать на личные звонки, только рабочие моменты их связывали. А после, и вовсе на неделю закрылся дома, впуская только своего заместителя с бумагами на подпись. И вроде оставалось пережить только ненавистный день рождения… Юбилей — тридцать лет. Последние три года Чонгук перестал его праздновать. Он запретил поздравлять его в этот день, он его возненавидел. И что только пришло в голову Киму, что он вдруг заявился в его дом? Чонгук не хотел, чтобы он знал. Тэхён застал его врасплох. Омега был на эмоциях. Он был слишком пьян. Он сказал слишком много. Теперь как смотреть в глаза? Чонгук не может избегать его, их компании слишком тесно сотрудничают. Облажался. Чонгук сидит на полу и обнимает свои коленки, уцепившись взглядом за входную дверь. — Мин Сун, забронируй ближайший билет до Токио. Я больше не смогу здесь оставаться. Мне нужно остыть. И та бронирует. Утренний рейс следующего дня должен дать Чону шанс переосмыслить все. Пока омега сверлит взглядом дверь, параллельно трезвея, его горничная уже собирает чемодан. Только самое необходимое. Она знает, что Чон Чонгук не посмеет надолго оставить детище своего покойного отца без присмотра. А если и решится, то по месту обязательно купит все необходимое. Чон не любит таскать за собой ненужное барахло. Мин Сун хорошо знает хозяина. А еще Мин Сун знает, как Чонгук доводил косметологов и визажистов до истерики, перед каждым мероприятием, где должен был быть Ким Тэхен. Знает, как ночами тот рыдает в подушку, когда Ким Тэхен заводит новую омегу. Утром, усадив молодого господина в такси, горничная принимается за уборку последствий вчерашней истерики хозяина. Когда звонят в дверь, Мин Сун даже подпрыгивает от неожиданности. На пороге дома стоит растрепанный Ким Тэхен. — Чонгук! Чонгук-и! — парень наспех заглядывает в ближайшие комнаты, в поисках омеги. — Господин Ким, не шумите. Господин Чон уехал. — Куда? — Домой. Через час отправляется его рейс в Токио. — Нет-нет-нет! — альфа хватается за волосы, растерянно бегая взглядом по гостиной, он прикидывает сколько времени займет дорога до аэропорта, а затем срывается с места и уносится вихрем из дома. Пробки заставляют Тэхёна нервно поглядывать на часы. На свободных участках дороги альфа нарушает кучу правил и буквально летит, лишь бы не упустить его. Он должен успеть, просто не имеет права опоздать! Это будет слишком жестоко. Он трус, он не готов платить такой ценой. Не может Тэхён его потерять, просто не может. Он обязательно должен признаться ему, как любит. Он расскажет, как пытался добиться ревности своими постоянными похождениями, как подстраивал встречи с надоедливыми воздыхателями, чтобы лишний раз прикоснуться к нему. Чтобы почувствовать, как это — держать его в своих руках. Расскажет как напивался, чтобы быть храбрее, но в итоге так и не решился ни разу остаться в его спальне, как надеялся, что хоть раз Чонгук не даст ему уйти. Он признается, что в его жизни не было свиданий лучше, чем те прогулки с омегой по ночному Сеулу, и пусть он засыпал теми ночами один, они все равно были лучшими. И про день рождения Чона он тоже знал, только не любил тот его почему-то, вот Тэхён и молчал. Он подъезжает к аэропорту и бросая машину вдоль дороги, на запрещенном участке, мчится за ним. Влетая внутрь здания, он ловит первого попавшегося сотрудника и спрашивает про рейс в Токио, на что ему указывают пальцем в окно на поднимающийся в воздух самолет. Опоздал. Упустил. Трус. Слабак. Глаза набираются влагой, он нервно рассекает кулаком пустоту и опустошенно шагает к выходу. Машину уже увезли на штраф-площадку. Парень ловит такси и отправляется обратно к дому Чона. Когда второй раз за день раздается звонок в дверь, Мин Сун крепко надеется, что Ким Тэхен успел, и сейчас таксист просто привез вещи молодого господина. Но на пороге стоит сам Ким Тэхен. Один. С красными глазами. Играя желваками, поднимает голову вверх и делает глубокий вдох. — Нуна, а когда он должен вернуться? — Господин Ким, господин Чон мне не сообщил. Он лишь сказал, что берет бессрочный отпуск. — Нуна, я знаю, что он тебе позвонит. Сообщи мне пожалуйста, когда он выйдет на связь, это очень важно. — Парень протягивает горничной визитку и неспеша уходит. Он бы бросился вслед за омегой, но знает, что тот сейчас слушать не станет. Как только Чонгук остынет, то свяжется с Мин Сун. Вот тогда и ему будет зеленый свет. Он обязательно вернет его и скажет, что ушел тем вечером только для того, чтобы отвоевать у отца свое право на любовь. И отвоевал. Кто же знал, что Чон так быстро сбежит? Но он его вернет, точно вернет. Вывернется наизнанку, но вернет своего любимого мальчика. Тэхён ведь его море, и только от омеги зависит погода на его просторах. А значит — он обязательно затащит Чонгука в свою пучину и сделает своим повелителем. ОН. ЕГО. ВЕРНЕТ.