Рассвет: Низвергнутая в бездну

Я потерла виски. Час от часу не легче. Казалось, только пару часов назад все было хорошо и спокойно, но вот сейчас снова нам угрожает опасность. И в этот раз все не так-то просто. Остается лишь надеется, что в тайной комнате мамы не было каких-либо камер и прослушивающих устройств. Когда я предлагала взломать тайную комнату, я была готова к тому, что придется повозиться с системой безопасности, но приходить вот так… красть ключ… Не спорю, это тот еще адреналин, но… Я нервно откусила кусочек шоколада, наблюдая за тем, как Дона и Гильду отчитывают. Мне было их немного жаль, но также во мне покалывала обида. Не взяли меня с собой! Вот если бы дождались меня, я бы сделала все на высшем уровне и никому бы не пришлось выслушивать мораль от Рея. И я бы посмотрела, что же там за информация… — Вы знаете, что нам их не спасти… Потому что Конни… — Дон крепко сжал зубы, и я испугалась, как бы он их себе не сломал, — Конни и все остальные уже… Я видела, как мальчик старается сдержать рвущиеся слезы, как задыхается от болезненных, переполняющих его чувств. Что я могла сделать? Когда я рассказала все Гильде, стоило ожидать, что таковой и будет их реакция. Но они бы в любом случае узнали. Лучше сейчас, рядом с нами, в относительной безопасности… Я с трудом проглотила шоколад. — Мне жаль… Простите, — слабо извинилась Эмма. — Мы все знаем! — Обвинительно закричал Дон, — О ферме, демонах… обо всем… Он задрожал и с упрямостью, скрывающей боль от утраты семьи, посмотрел на нас.  — Но откуда…? — Зашептала недоверчиво Эмма, — Вы видели? — А нам все рассказала Триша, — злобно усмехнулся мальчик, Гильда вздрогнула за его спиной, — Почти сразу. — Дура, — цокнул Рей, — Зачем? Я пожала плечами, вертя в руках сладость. — По крайней мере… Она доверилась нам. И все же… Вы хотели вытащить нас в мир полный демонов, не сказав правды?! — Он разъяренно взмахнул руками, — Не пудрите нам мозги! Дальше произошло то, чего никто не мог от него ожидать. Дон никогда не поднимал на других руку, никогда не замахивался на своих родственников, никогда не дрался! Но видимо наше молчание и недомолвки его довели. Желанная им правда оказалась слишком уродливой. И наше недоверие к их силам только подливало масло в огонь. Дон с размаху ударил Нормана по щеке, отчего тот упал. — Дон! — С каплей страха и тонной обвинения прокричал Рей. Но поглощенный в этот момент болью и скорбью мальчик не мог контролировать себя, он кинулся на Рея. Я стояла совсем рядом, так что могла предотвратить удар. Я была сильнее, быстрее и выносливей Дона, у которого первый удар произошел только что. Ко всему этому, у меня был огромный опыт прошлой жизни. Я успела перехватить чужой кулак и повалить мальчика на пол. И все же, из-за непривычки и неуклюжести детского тела все вышло несколько не так хорошо, как могло бы, будь мое тело старше. — Дон, — я заглянула в его глаза, — Успокойся, пожалуйста. Я встала и помогла встать ему. Сейчас он казался опустошенным. Рей схватил меня и прижал одной рукой к себе, лихорадочно зашептав: — С ума сошла?! А если бы… Что «если бы» я так и не узнала, Дон перебил его остервенелый шепот своим обессиленным голосом: — В ваших глазах мы настолько никчемны..? Я знаю почему вы солгали нам. Это для нашей же безопасности, да? Я понимаю, но… Я думал, вы хотели, чтобы мы помогали вам. Это так угнетает… Мы и правда не так умны, как вы… Но мы же семья…! Простите меня, мне нужно собраться с мыслями, — Он грустно улыбнулся и ушел, Гильда бросилась за ним. — Теперь я понимаю, как жестоко было с нашей стороны обманывать их. Я хочу извиниться! — И снова это яркое пламя решимости, — Я была неправа! Она улыбнулась нам и убежала вслед за детьми. Я повернулась к окну и вопросительно вздернула бровь. Безумная улыбка на лице Кроны пропала, и женщина отскочила от решетки, скрываясь в ночной тьме. Ее прожигающий взгляд такой отвратительный, как остальные еще не заметили? — Куда ты смотришь?! — На мою голову опустился тяжелый кулак Рея, — Дура, до чего же ты проблемная! — Пойдем, нам тоже следует извиниться, — Норман выглядел расслабленным и избавленным от тяжелого груза. Я кивнула, поднимая с пола оброненный шоколад. — Триша, ты не ударилась, когда вы с Доном упали? Пока мы шли, Норман с волнением вглядывался в мое лицо. — Все хорошо. — Я совершила ужасную ошибку! — Услышали мы голос Эммы, — Я должна была довериться вам! — Нам тоже жаль, — признался Норман, когда мы подошли к родственникам. — Я тоже хочу извиниться за то, что вспылил и ударил вас! — Дон зажмурился, будто ожидая удара, — Вы...в порядке? Ах, конечно же нет! Пошлите скорее в медкабинет! Мальчик засуетился. — Ха-ха, все хорошо! — Нет, не хорошо. Я точно помню, что ударил Тришу в живот! — Взволнованно замахал руками Дон. Лучше бы молчал. — Триша? — Все хорошо. Но меня не стали даже слушать. Эмма незамедлительно подошла и вздернула мою рубашку вверх. — Почему Триша всегда собирает на себя всякие болячки? — Удрученно простонала она, — Идем в мед-кабинет. — Прости, — еще раз извинился мальчик. — Со мной все хорошо, — уперлась я. — Простите нас за то, что действовали без вашего ведома. — Рей имеет полное право злиться на нас. — Мы.... нам очень жаль! — С искренностью воскликнули они. — Я сожалею, — я поправила на себе белую ткань. — Ну же, Рей, — намекнул Норман с хитрой довольной улыбкой. — А-а-а, к черту! Я прикрою вас, если что. Я тоже извиняюсь за то… Что натворил… — Неохотно сказал он, почесывая затылок. Атмосфера разрядилась и все заулыбались. Однако Эмма решила окончательно внести ясность в нашу ситуацию. — С этого момента, мы не должны больше врать друг другу… Поэтому я спрошу вас еще раз. Если мы облажаемся, нам наступит конец. За территорией нашего дома обитают ужасные демоны. Но вы все равно хотите пойти с нами? Дон и Гильда переглянулись. Так синхронно и понимающе, словно переговаривались друг с другом в мыслях. — Конечно, — одновременно воскликнули они, — Мы сделаем что угодно, чтобы помочь вам! — Отлично, мы можем приступать к осмотру. У меня уже припасено задание, с которым вы можете нам помочь. Осмотру?

***

1 ноября, среда.

— Ребят, — сомнительно начал Дон, — Я понимаю, что мамой занялся Рей… Но как же сестра Крона? — Точно! Если она обо всем узнает, то нам же конец, да? Эти дети так быстро привыкают с стрессу? По крайней мере я больше не чувствую от них того дикого ужаса, который наблюдала вчера. — Насчет этого не волнуйтесь, — радостно ответил Норман, — У меня есть идея! Я взглянула на Крону, прячущуюся за деревом. Это начинало раздражать, у нее фетиш на прятки? Смотрит своими пытливыми глазами, будто раздевает. Я брезгливо кинула на нее взгляд и остановилась. — Триша? Крона вышла вперед и встала перед нами. — А я все видела, — нараспев протянула она и хитро сощурилась, — Нарушители… Вы шестеро! Норман… Эмма… Гильда… Дон… Рей… Триша… Вы ведь не передумали объединиться со мной? Я раскусила карамельку и раздраженно проворчала: — Бесишь. — А ты меня привлекаешь. — Женщина усмехнулась, — В тихом омуте черти водятся, это про тебя, да? Я прямо вижу, как ты хочешь убить меня. Ты этого даже не скрываешь! Что интересно, на Изабеллу ты смотришь совершенно по другому, хотя она виновата перед вами больше, чем я. О, я хочу убить тебя. Самолично истерзать твое тело. При чем здесь моя мама? — Ваша цель — сбежать отсюда. Моя — стать мамой этого места, — она положила ладонь на свою грудь, — Больше всего я хочу избавиться от Изабеллы и занять ее место… Не смотри на меня так грозно, Три-шеч-ка, тебе это не идет. Я убью ее. Эмма скрыла меня за собой. — Ее «место»…? — Хах, по сути, я тоже хочу сбежать… со своей нынешней должности, — она ловко расстегнула пуговицы на высоком накрахмаленном воротнике и оттянула его в сторону. Идентификационный номер, вот значит как. — Вам известно, как устроены правила всей этой системы? Девочки, удовлетворяющие определенному ряду требований и дожившие до двенадцати лет, имеют право на выбор. Либо их убивают… Либо они начинают работать, чтобы стать мамой. — Что это еще за требования? — Подходящие оценки и рекомендация своей мамы… Но это касается только девочек, — она стала расстегивать платье дальше, с некой обреченностью продолжая, — Но честно говоря, я бы никому не советовала идти по этому пути. Она явно вспоминала что-то не самое приятное — ее лицо на мгновение опустело, а глаза покрылись пеленой боли и разочарования. — Они модифицируют твое тело таким образом, что становится физически невозможно покинуть отведенное тебе место. — Она показала нам уродливый светлый шрам, совершенно неаккуратный и выделяющийся на фоне ее темной кожи. И мама… Мама тоже имеет такой? Она тоже не может сбежать? И она должна провести здесь всю свою жизнь, каждый год отправляя детей на смерть? Из года в год? Бесконечно. Спасением и освобождением становиться лишь смерть. — О, я рада, что увидела на твоем лице, что-то помимо равнодушия и беспощадности. Это выражение лица подходит тебе куда больше. Жаль, что совсем скоро нам придется расстаться. Я закатила глаза. Как же раздражает. — У нас, взрослых, в теле находится специальное устройство, запрограммированное вырабатывать ток, способный остановить сердце, если мы сделаем хотя бы шаг за отведенную нам территорию. В то же время, это устройство посылает сигналы нашему начальству, если вдруг по какой-то причине наше сердце остановилось. Так что… Милая моя Триша, ты не можешь меня убить. — Ее самодовольная улыбка все больше выводит меня из себя. Я так и знала, что просто так убить кого-то не получится. Эти механизмы… Все взрослые сидят в этой клетке, у них и выбора почти нет. — Поэтому я и должна избавиться от Изабеллы, — жестко подвела итог Крона, — Она мешает мне. Бегите куда пожелаете, это только сыграет мне на руку. Мы должны помочь друг другу. У нас с вами общий враг! Так давайте все вместе избавимся от него! Кто вообще поверит ей? Она собирается избавиться не только от мамы, но и от всех нас. Ты не собираешься честно выполнять условия, а я не собираюсь отдавать тебе диктофон. Продолжим играть друг с другом. — Но где доказательства, что вы не предадите нас? — Строго спросила Эмма. — У нее, — она указала на меня пальцем, — Она все это время записывала наш разговор, не заметили? Ей легко сдать меня Изабелле, но и я могу сообщить об истинных намерениях Рея. Следовательно, все мы окажемся в безвыходном положении. — Бесишь, — все-таки заметила. Как же раздражает. — Да-да, еще увидимся, детишки, — она махнула нам рукой и развернулась, — Приходите-е. — Она же была одной из нас! Ей известно каково это!.. И все равно… — Эмма яростно посмотрела ей вслед. — Согласен, скорее всего она хочет отослать нас, как и планировала изначально. В данный момент ее останавливает только то, что ей не хватает власти, доверия и доказательств. Но это нам на руку. Пусть он и ложный, но пока мы будем придерживаться этого «союза». Недолго.

***

— Заходите, — Крона пропустила нас в комнату, — И так… О чем вы хотели спросить меня? — Не бойтесь, дети, — слащаво пропела она, и я села на ее кровать, — Хах, ну кто бы сомневался. — Триша! — Возмутилась Эмма. — Я устала! — Бескомпромиссно ответила я. В конце концов, это наш дом, это наша территория, это все мое! Крона — наш нежеланный гость. С чего бы мне проявлять к ней дружелюбие, если оно без надобности? — Хи-хи, ты меня так ненавидишь? Впрочем, можете начинать задавать вопросы, я отвечу на все! — Вы уверены, что мы можем спросить вас о чем угодно? — Норман холодно сложил руки на груди, — Даже о том «каково это быть взрослой, что убивает детей»? — Да, я могу ответить на любой интересующий вас вопрос, — она шуточно поклонилась. — Тогда, покажите нам передатчик, — Эмма вытянула вперед руку, — Устройство, с помощью которого вы, взрослые, отслеживаете детей. — Оу, конечно, — она достала «карманные часы» и протянула их, — Должна признаться, я впечатлена тем, что вам уже известно о передатчиках. — Да, мама как-то показывала нам часы, — небрежно кинул Норман, — Но мы не знаем, где в наших телах спрятаны передатчики и как их уничтожить. — И поэтому не можете сбежать? — Насмешливо спросила Крона, — Они находятся здесь… В левом ухе. Не знаю, как их уничтожить, но я бы не советовала вам этого делать. Это отобразится на часах. Полагаю, что их можно просто вырезать. Вырезать? Ну это не сложно. Если взять скальпель… Ножницами аккуратно не извлечь, ножами тоже. Придется выкрасть скальпель. — Но у нас в доме практически нет ничего острого, и кухонные ножи не справятся с этой задачей. А после побега у нас не будет доступа к лекарствам, я бы не хотел сбегать отсюда с риском заражения крови. Нет лекарств? Да есть вообще-то, я сделала достаточно на первое время. Не только от внешних повреждений, но и от внутренних. Инфекции, болезни, кровопотери… Все, и даже больше! — В доме есть достаточно острый скальпель, который есть в аптечке. И лекарства. Все есть в медкабинете. В том числе и анестетики. Я могу одолжить вам свой ключ, даже научить проводить подобные операции. На этот вопрос я ответила. Что дальше? — Сколько вам лет? Вы родились в тех же условиях, что и мы? — Боже, как невежливо! — Вздохнула Крона, — Мне двадцать шесть. Я родилась и выросла в Благодатном доме, не на вашей третьей плантации. А вот Изабелле тридцать один. Она тоже… Родилась и выросла в подобном месте. Так сказано в ее записях. — Внешний мир? — Я его не видела… Что за лица? Я и правда его не видела, но знаю, что там есть люди. Люди, находящиеся в равном положении с этими ними. Снаружи есть люди, которых не едят. И вы должны попасть в их общество. — Тогда, сестра Крона… Вы знаете, когда демоны оказались в нашем мире и как все докатилось до этого? — «Демоны»? О, вы имеете ввиду их? — Без понятия. Я легла и перевернулась на живот, сосредоточенно запоминая диалог. У меня уже есть пару вопросов, которые стоит задать. — А где находится наша ферма? — Я не знаю. — Каков уровень охраны вокруг фермы? — Все не так плохо! Они возлагают столь огромные надежды на передатчики, что никакой больше охраны практически нет. Я очень сомневаюсь, что кто-то вообще патрулирует окрестности. — Спасибо вам огромное. — Уже все? — Да, мы пойдем. Триша, вставай. Я зевнула, перекатилась на спину и лениво махнула им рукой. — Я хочу поговорить с сестрицей Кроной… наедине. — Триша, — нахмурился Норман и продолжил с ощутимым давлением, — Идем. Я села по-турецки и скрестила руки на груди, как это обычно любил делать Рей. Я даже изобразила его выражение лица — упрямое и язвительное. — Нет. — Не переживайте, — усмехнулась Крона, — Я ей не наврежу. Норман поджал губы, кинул мне предупреждающий взгляд и ушел. Эмма поколебалась, но так же покинула комнату. — Вы уже знали о том, где находятся передатчики и как их уничтожить! Как интересно… — Замолчи, — грубо перебила ее я и соскочила на пол, — Я устала. — Я заметила. Та-ак груба со мной, это разбивает мне сердце! — Что будет с мамой, когда мы сбежим? — Ты действительно хочешь знать это? Ее убьют. Отправят на съедение. Это все, что ты хотела спросить? Вот значит как… — Кроме нашей фермы есть и другие. Они выращивают детей таким же способом? — Не совсем, только несколько. Остальные многочисленные фермы выращивают промышленным способом. — Уильям Минерва? — Не знаю кто это, но у меня есть это, — она достала из тумбочки ручку и кинула ее мне, — Держи. Я покрутила ее. «У.М.» — Можешь оставить себе. Мне она… В любом случае не пригодиться. Сама разберешься или помочь? Я враждебно цыкнула ей. — Эй, а ты знаешь о нем? Кто это? — Хах, конечно же нет. Приходи завтра, и я обязательно расскажу тебе, — она нагнулась ко мне и зашептала, — Поговорим подольше, хи-хи. — Бесишь, — фыркнула я и вышла под ее хихиканье.