Черная луна, белый туман

Утро плавно перетекло в обед, девушки остались дома одни. Солнечные лучи проникали в помещение, окрашивая темные волосы альфы в ярко-огненный цвет. Медные блики скакали по стенам, создавая приятную атмосферу. Серая толстовка была закатана до локтей, шрамы потихоньку нагревались под солнечным светом. Карина сидела рядом с подругой, смотря на её лицо. Острые скулы, казалось бы, об них можно порезаться. Длинные черные ресницы, словно мрачная ночь, пушистые как облако. Тонкие бледно-розовые губы, такие манящие. Нос с небольшой горбинкой, он дополнял весь образ. Шрам на переносице затянулся полностью, остался только коричневый глубокий след. Мелкие шрамы не так интересовали блондинку, она продолжала смотреть на эти губы. Приятный аромат кофе и сгоревшего пепла щекотал нос омеги, немного раздражая. Он как бы говорил, мол, если хочешь добиться её сердца, действуй пока не поздно. Школьница потянула руку к щеке Катерины, чуть остановившись. Горячее дыхание брюнетки обожгло ладонь, цианоглазая мягко улыбнулась. Сон подруги важнее, чем какое-то желание погладить по щеке. Вернувшись в привычное положение, Ветрякова продолжила своё наблюдение. Она помнила, как в детстве, они играли на заднем дворе дома Звездочкиных. Альфа шуточно повалила подругу на траву, щекоча своими волосами. Цветочные венки упали с голов, они были сплетены из молодых, ещё не до конца распустившихся ромашек. Легкие летние платьица не стесняли движений, девочки весело смеялись, наслаждаясь компанией друг друга. Карина помнила, как подруга однажды сказала ей: "Я тебя никогда не брошу! Буду защищать от задир в школе, от плохих мальчиков в садике! И вообще, никому не отдам!". На те слова, блондинка звонко смеялась, не веря в сказанное. Длинные темные волосы щекотали лицо, а Ветрякова продолжала звонко смеяться. Эти воспоминания, они как теплый чай, окутывали сознание, заставляя улыбаться. Проходят дни, года, они стали чуть старше. Катерина уже не та хохотушка, как раньше. Карина помнила этот взгляд, этот холодный тон. Блондинка жутко испугалась за подругу в тот день, когда та подралась с одноклассником. Это был второй класс, кровь тонкой струйкой текла из разбитого носа. Она помнила, как школьница хрипела: "Ещё раз к ней подойдёшь, я тебе язык вырву и в жопу засуну! Понял!?". После этого, к Ветряковой больше никто не лез. Зато альфу стали боятся. После того школьного случая, девочку перевели на домашнее обучение. Цианоглазая последовала её примеру, она не хотела оставлять подругу одну. И это было правильным решение, до девятого класса. Проходит ещё пару лет, они стали ещё старше. Жестокие годы тренировок исполостали душу Звездочкиной, та совсем закрылась от всего мира. Шрамов на руках и шее становилось больше, день ото дня, блондинка замечала. Взгляд, который нёс в себе некий посыл, будто говорил обществу - не подходить, убью. И все оправдания сбылись, девушка никого к себе не подпускала. Лишь карала за мелкие ошибки, за неисполнение приказов, да просто так. Её никто не мог остановить, животное желание убивать было сильнее, чем какие-то светлые чувства. Карина помнила, как Катя сломала кости одному однокласснику, тот чуть не умер. Ей грозил вылет из школы, если бы не защита омеги. Ветрякова отстояла честь подруги, жертвуя самым дорогим - доверием учителей и родных. В какой-то момент, блондинка застала подругу одну. Она согнулась пополам, слезы текли из красивых карих глаз. Она помнила, что в тот день кричала альфа: "Я ненавижу людей! Они скотины, что нихуя не понимают о моей жизни! Почему мир так жесток, Кари!? Почему дерьмо находит меня!? Почему не кого-то другого!?". "Я не знаю, Катик... Я не знаю..." вот что она могла ответить, сама начиная плакать. И вот, одиннадцатый класс. Брюнетка совсем закрылась от общества, изредка перебрасываясь парой слов с одноклассниками. Карина поправила школьную рубашку, серая клетчатая юбка еле доходила до колен. Блондинка даже очки сняла, да надела линзы. Она хотела выглядеть красиво, всё для своей альфы. Пшенично-желтые волосы были заплетены в длинную косу, что покоилась на округлом плече. Тонкие розовые губы были слегка подкрашены блеском, подчеркивая их цвет. Устало вздохнув, школьница взглянула на подругу. Спокойное выражение лица сменилось на хмурое, будто брюнетке снился плохой сон. Повернувшись на бок, Катерина болезненно застонала, свернувшись в клубок. Карина испугалась, вдруг с альфой что-то не так. Девушка аккуратно положила руку на щеку, нежно погладив. Брови приняли привычное положение, Звездочкина чуть расслабилась. Тут, неожиданно, кареглазая схватила подругу за руку, заставляя ту лечь рядом. Блондинка и ахнуть не успела, как оказалась в цепких объятиях школьницы. Румянец расползся по лицу, сердце бешено стучало, а дыхание совсем сбилось. Все мысли уплыли куда-то далеко, когда Ветрякова почувствовала горячее дыхание в затылок. Равномерное вдох, выдох, вдох. - Боже, за что мне это!? Почему именно она!? Как меня угораздило влюбиться в собственную подругу? - М-мф, Кари... Помолчи, спать мешаешь... - Хрипло произнесла Катерина, чуть ослабив хватку. Руки обвили талию блондинки, нос уткнулся в затылок. Вдыхая аромат винограда и мелиссы, альфа понимала - она нашла своё счастье. Главное, не потерять его. Карина судорожно вздохнула, поворачивая к подруге лицом. Веки были сомкнуты, черные ресницы изредка дергались от малейшего движения со стороны. Настолько близко блондинка никогда не видела лицо Звездочкиной, оно было прекрасно. Потянувшись рукой к лицу, Ветрякова аккуратно провела тонкими пальцами по шраму на переносице. Альфа устало вздохнула, чуть приоткрыв глаза. Туманный взгляд скользнул по лицу подруги, остановившись на губах. Словно прочитав её мысли, цианоглазая накрыла губы Катерины своими. Сухие и потрескавшиеся, они слегка царапали губы Карины, но это было приятно. Болезненно застонав, брюнетка притянула подругу ближе. Горячее дыхание обжигало бледную кожу альфы, так было хорошо. Отстранившись, Катерина слабо улыбнулась, закрывая глаза. - Ты ж, зараза такая, Кари! Спать не даёшь, так ещё шайтанством занимаешься! - Ну, заметь, моя дорогая. Вообще-то не я потянула тебя к себе, да обняла за талию! - Бархатным голосом проговорила блондинка, поцеловав альфу в лоб. Брюнетка промолчала, рукой погладив девушку по волосам. Карина мило улыбнулась, вновь проводя пальцами по переносице. Катерина наигранно раздраженно вздохнула, смотря в эти циановые глаза. - Окей, ладно. А помнишь, как я тебя в садике пыталась поцеловать? - Конечно помню! Нет, это смотрелось слишком смешно! Ты неумело проводила языком по моим губам, а я просто стояла в ступоре. Господи! Мы очень странно смотрелись, не правда ли? - Кому как, а мне было всё равно! Тем более, я стала в этом деле лучше, как ты могла заметить! - Карина тихо засмеялась, чмокнув альфу в губы. Сладкие, пропитанные выпитым энергетиком. Кажется, Black Monster Ultra. Ветрякова знала, какие энергетики и по каким дням пьёт Катерина. Брюнетка засмеялась в ответ, уткнувшись носом в шею подруги. - - Знаешь, я тебя давно полюбила. Ещё с нашей первой встречи. Я помню, как ты мне помогла подняться, когда я свалилась с велосипеда. Все коленки были в крови, да и эти солёные слёзы. - Помню, Катик, помню. А ещё помню, твои янтарные глаза. - Подожди, они у меня всегда были карие. С каких щей они были, как у Тоши? - Теперь ты брата так зовёшь? Мило звучит, мне нравится! А для меня, придумаешь что нибудь? - Катерина посмотрела в циановые глаза. Они как глубокое озеро, что зовёт открыть тайны глубин. Мягко улыбнувшись, школьница согласно кивнула. Ветрякова поцеловала подругу в щеку, рассматривая лицо. Только сейчас она заметила, сколько же разных шрамов на нём. - Что ж, буду звать тебя. Хм, не Кари, а Карамелька. Как с того мультика, если ты помнишь? - Конечно помню! Мы его постоянно смотрели по телику, каждое утро перед садиком. - Вот и хорошо, Карамелька. - Альфа мягко улыбнулась, приблизившись к шее подруги. Раз уж она теперь её омега, пора оставить метку. Прикусив кожу, Катерина тут же слизнула каплю крови. Вот теперь точно, только её...