NCT и WayV

Т/И была готова разрыдаться, как младенец. И она почти уверена, что это совершенно подходящая реакция на получение роскоши, какой является рубашка Джонни. Само ощущение того, что никто никогда не сможет испытать чувство, как мягкий материал огромной рубашки Джонни окутывает все тело, делало ее счастливой. Его рубашка — само воплощение чего-то идеального. Это мило, удобно, но при этом пахнет им. Т/И снова напоминает себе спросить Джонни, где он покупает гель для душа. Рубашка парня быстро превратилась в ее тайное удовольствие. В тот момент, когда он выходил из дома, его шкаф словно выкрикивал имя девушки, какую безмерную радость и удовлетворение он принесет ей, если она просто его откроет. Но она не сумасшедшая, она просто очень любит своего парня. — Эй, детка. Его голос повергает Т/И в состояние шока. Что он здесь делает? Он должен быть дома только через два часа? Вопросы, возникающие в ее голове, непреднамеренно ускользают из ее уст. — Почему ты вернулся так рано? — Джонни надувается, и его руки обнимают девушку за плечи.  — Ты не хочешь, чтобы я был рядом? — губы парня задерживаются на коже между шеей и плечом, обнаженной из-за огромного размера воротника его рубашки. Взъерошенные волосы Джонни щекочут ей шею, и она замечает, что они слегка пахнут потом из-за тренировок, но она не против.  — Конечно нет, дорогой. Я просто… удивлена, вот и все, — честно говоря, Т/И немного взволнована, из-за того что он дома, потому что он понятия не имеет, что последний месяц девушка ходит в его рубашках. Она не хочет казаться какой-то навязчивой девушкой, поэтому непреклонно держала эту свою привычку в секрете от него. — Детка, мы можем просто пообниматься? Мне очень хочется спать, и от тебя приятно пахнет, — он вдыхает, наслаждаясь… своим запахом, — эй, подожди, от тебя странно пахнет. Т/Т нервно смеется, отворачиваясь от его носа и смотрит в экран ноутбука. — А? Не понимаю о чем ты говоришь. — Да, это так, — Джонни указывает на нее пальцем, — ты пользовалась моим мылом? — он отступает от нее и рассматривает фигуру.  «Пожалуйста, не заметь», — девушка внутренне умоляет, но его черты лица уже начинают изменяться, а губы растягиваются в ухмылке.  — Это моя рубашка? — Нет, — отрицает она, заправляя прядь волос за ухо, — становится очень холодно, я просто… — Т/И карабкается к простыням, надеясь нырнуть под одеяло прежде, чем Джонни успеет разглядеть свою рубашку. — Хээй! Нет, малышка! — он подползает к ней, вырывая простыни из рук и внимательно осматривает. Девушка моментально съеживается под его взглядом, а щеки начинают краснеть. — Прекрати. — Что? — Джонни перекидывает одну ногу через ее туловище, ложась сверху. — Перестань так на меня смотреть. Он улыбается, весь его корпус дрожит, когда его охватывают приступы смеха.  — Но ты выглядишь так мило! Боже, я просто хочу поцеловать тебя, — Джонни поднимает голову, глядя на нее с дерзким взглядом, — могу я поцеловать тебя прямо сейчас? — Конечно можешь, тупица, — Т/И ворчит, выпячивая нижнюю губу. Губы Джонни сразу же оказываются на ее губах, принося чувство комфорта, которого не может предложить даже его рубашка. Они мягкие и теплые, и он так нежно целуется, что ее сердце замирает. Джонни воплощение ее настоящей любви. Он практически излучает это. Его пропорции поначалу могут показаться пугающими, но он всего лишь большой шар заботы и доброты.  Джонни уткнулся лицом в впадину плеча и шеи девушки, широко улыбаясь. Т/И вздохнула, поглаживая его макушку, надеясь, что сможете выразить, насколько глубока ее любовь к нему, с помощью этого простого действия.  И это всегда работает.  — Итак, Джонни … Значит ли это, что я могу носить твои рубашки? — но парень смеется в ответ. — Ты шутишь? Теперь весь мой гардероб принадлежит тебе.