Возьми моё сердце

      В дверь уже не долбил тот странный мужик, странный для Антона, но не для Арсения. Всё стихло. Как и Антон в ванной.       Арсений стоит около двери в ванную, намереваясь постучаться, но боится быть посланным, хотя к этому стоило уже привыкнуть. Было так тихо, что он уже испугался, что Антон может опять натворить чепухи. Арсений был готов кричать и рвать волосы на себе от нервов. Негромко постучав, он спрятал дрожащие руки в карманы и приблизился, дабы что-то услышать. Когда в замке прокрутилась дверная скважина, он сделал шаг назад. Арсений увидел заплаканного Антона, и сердце вновь сжалось от увиденного.       Когда Шастун хотел пройти мимо, Попов схватил его за запястье, но рука предательски дрожала, и ему наконец удалось заговорить.       — Антон, послушай… — начал Попов, смотря в затылок младшему, который не вырывался, даже не шевелился. — Да, я ужасный. Да, я убил человека. Мразь и так далее, я не знаю, что тебе сказать. Но я не хочу видеть твои слёзы, они тут не помогут уже, пойми это. — Антон наконец-то повернулся, улыбаясь через боль с мокрыми глазами, это выглядело чертовски больно. — Тош…       — Не хочу комментировать… — смотрит прямо в глаза старшему, кусая щеку изнутри. Ему больно, он запутался. — Не-хо-чу, — повторил он по слогам.       Арсений сделал шаг ближе к Антону, он боялся напугать его, не разрывая зрительный контакт, мужчина быстрым рывком приблизился и крепко обнял младшего. Антон даже не пошевелился, он не убирал рук, но и сам не отвечал на объятия. Лишь смотрел за спину мужчине, так как был чуть выше него, но тут же начал:       — Мне… — негромко произнёс Антон, всё так же стоя неподвижно, — мне противно от тебя, Арс, не обнимай меня, пожалуйста, — это была фраза, разорвавшая Арсения на части.       Антон соврал, однако у него прекрасно получилось разбить всё на кусочки.       Попов сразу же убрал руки, взглянув непонимающим взглядом на парнишку. Ему хотелось, чтобы это ему послышалось. Хотелось, чтоб это было враньё. Но переспросить он не осмелился, поэтому медленно поплёлся в комнату. Антон хотел уйти, но понимал, что некуда. Дома изобьют, а про Илью и думать не хотел — у друзей долго не продержится. Парень уселся на диван, стоящий в зале, запуская свои пальцы в волосы, ему хотелось рвать и метать, он не понимал, что происходит, что с его чувствами и с ним. Включив музыку и засунув наушники в уши, он уткнулся в подушку лицом, сдерживая слезы.       В это время, Арсений наблюдал за мальчишкой, смотреть было неприятно и больно. Чувства сковали обоих.       Попов медленно подошёл к дивану и сел рядом.       — Антон… я поеду ночевать к друзьям, оставайся тут. Я понимаю, что противен тебе, так будет лучше, — тихо говорит мужчина, ожидая хоть какой-нибудь реакции, но ее не оказалось, парень даже не двинулся.       Антон все слышал, хоть у него и играла музыка, он не хотел реагировать, как бы ему не было больно, как бы он не хотел прикоснуться к человеку, сидящему рядом. Но он знал, что сегодня ночью что-то натворит, если Арсений все-таки уедет.       Арсений встал и ушёл обратно в комнату, где начал собирать вещи на первое время, он хотел, чтобы Антон обдумал все и успокоился. Понимая, что сам никогда не успокоится, находясь далеко, оставив его одного. Попов понимал, что, возможно, это плохая идея, но ему казалось, что так нужно. Собрав все, он вышел из комнаты, направляясь в коридор, по пути зацепил взглядом Антона, который все так же не двигался, лишь немного дергал ногой.       — Тош… только скажи, и я не уеду… — Попову было больно смотреть на мальчишку, он пытался убрать всю свою гордость. Такое ощущение, что ещё пару минут, и Антон задохнётся от этой подушки. — Выпьем чаю, поговорим, выясним все… — Арсений не хотел уезжать, хотя ему и казалось, что Шастуна нужно оставить одного. Но собственные переживания были сильнее.       — Арс, отъебись, — пробурчал в подушку Антон, что мужчина еле разобрал слова. Арса убивало каждое слово, каждый момент, разбивало на кусочки, вдребезги, но он привязался. Просто взял и привязался к подростку. К своему ученику.       — Антон, блять, послушай, перестать реветь и себя так вести, да, я хуевый. Может, для тебя даже просто обычный мудак, но ты для меня — не просто ученик с проблемами в семье, — ужа на эмоциях ответил Арсений, подходя ближе и выхватывая подушку прямо из рук мальчишки, слегка ужаснулся от его вида. Сев на пол, рядом с Шастуном, он смотрел прямо в заплаканные глаза. — Может, я и груб, но пойми, я не привык к этим ути-пути, понимаешь?       — Да? А когда умолял забрать тебя и вешался на меня выглядело по другому! Ты показал себя другим! — крикнул Антон, слегка хмурясь.       — Я был не трезв, вставай, тебе стоит умыться, заплаканный, растрёпанный, помятый, это тебе не к лицу, — сказал старший, взяв за запястье Антона и потащив в ванную.       — Спасибо, что обосрал, — фыркнул парень и поплёлся за старшим.       Оба молчали, Антон стоял, умываясь холодной водой, а Арсений наблюдал за этой картиной, ничего ещё не началось, а ссоры невыносимые уже появились.       — Давай так, сейчас мы находим решение, миримся и вся хуйня, ещё одна ссора, и я уезжаю в другой город, оставляя тебя тут одного, конечно, квартиру я тебе оставлю, но общение сведём к нулю, — мужчина говорил на полной серьёзности, смотря в спину мальчишки. — Я не люблю тебя, но хочу полюбить!       Антон не может поверить своим ушам. Антону по прежнему больно. Антон хочет быть любим. Антон никогда не получал любви.       Арсений хочет все исправить и дать Антону то, чего ему не дали. Арсений хочет сделать мальчишку счастливым, пусть даже убьёт себя морально. Арсений хочет забыть прошлое.