Часть 22
16 мая 2024 г., 11:06
«То, что на вас надето».
Ханна стала свидетелем очень тревожной сцены на кухне.
«Этот фартук с оборками ведь мой?»
Для создания приятной атмосферы во время готовки девушка обзавелась розовым фартуком с рюшами и цветочным принтом именно тем, что сейчас был надет на Сезаре.
«На нём не было никаких пометок, что он ваш».
Ханна пребывала в замешательстве, разве обычно мужчины не предпочитали избегать таких легкомысленных вещей?
«Ну, это действительно так, но…»
Ханна не была осведомлена, но на самом деле Сезар не имел предрассудков и придерживался мнения, что все вещи должны были служить только своей цели.
Было немного жаль, что этот мужчина проживал свою жизнь в роли священнослужителя. Если бы он был обычным человеком, у него были бы неплохие шансы добиться успешной карьеры модели.
«Давайте сделаем это уже. Быстрее».
В конце концов Ханне ничего не оставалось, как отказаться от своей обновки, она повязала старый фартук, которым пользовалась уже долгое время.
«Вы уверены, что хотите готовить?»
«Не думаю, что будут какие-то сложности».
«Ха… Вы очень уверены в себе».
Ханна с нетерпением ждала возможности понаблюдать, справится ли Сезар с готовкой, ведь он не был похож на человека, который хотя бы раз пачкал руки на кухне.
Честно говоря, девушка была обеспокоена, что по неопытности он мог серьёзно пораниться.
«Что мне нужно делать?»
«Не могли бы вы нарезать картошку для рагу?»
«Как?»
Вы только взгляните на это! Он даже не знал основ.
«Помойте, почистите и нарежьте кубиками».
«Хм».
После объяснений Ханны Сезар медленно начал мыть картофель. Девушка продолжала наблюдать за ним.
Это было забавное зрелище, первосвященник в фартуке с оборками сидел на корточках в углу крохотной кухни и намывал клубни картофеля.
«Вымойте тщательней. Наш Ян терпеть не может, когда овощи плохо помыты».
«То есть дело вовсе не в том, что они невкусно приготовлены, а в некачественной помывке продуктов?»
«Можно и так сказать. Так как это для него важно, мойте картофель должным образом».
«Хорошо».
Сезар послушно выслушал все наставления Ханны, тщательно намыл картошку и приступил к очистке.
«Боже мой, что нам останется есть, если вы вот так будете кромсать клубни?»
«Это самое лучшее».
Навыки работы с ножом у мужчины были крайне неуклюжими.
«Это картошка, которую мы сами вырастили! Господи, это такое расточительство!»
Хоть девушка и была расстроена, она продолжала следить за процессом, пока Сезар не закончил своё первое задание.
Естественно, всё это время она ворчала, словно сварливая старушка.
«Знаете, мы уже должны были начать варить рагу?»
На самом деле, было весело вот так просто ворчать.
Обычно смотревший на всех свысока Сезар сейчас послушно чистил картошку.
Ханна не сдержала широкой улыбки.
«Этого достаточно?»
«Количество уменьшилось вдвое».
Сезар протянул картофель, в тайне надеясь получить небольшой комплимент.
Он привык получать похвалу, что бы он не делал.
Возможно, именно из-за резкого ответа Ханны мужчина помрачнел.
«Что мне теперь делать?»
Но Сезар выстоял критику и попросил следующую работу.
«Нарежете морковь?»
«А что вы делали, пока я резал картофель?»
«Я? Наблюдала за вами».
«…»
Ошеломлённый Сезар потерял дар речи.
Тогда Ханна осознала, что потратила время впустую, слишком сосредоточившись на поддразниваниях мужчины.
«… Я буду помогать».
Присоединившись к процессу готовки, Ханна всё равно продолжала наблюдать за Сезаром, то и дело сетуя на его промахи.
«Неправильно! Нарезка должна быть мельче! Неужели вы сами не понимаете? Рты у наших деток маленькие, как им кушать такие огромные кусищи!»
Из-за многочисленной критики Ханны в конце концов терпение новоиспечённого повара лопнуло.
С глухим стуком морковь выпала из рук Сезара.
«Просто возьмите деньги из бюджета».
Сезар больше не мог этого выносить и решил вернуться к вопросу компенсации в денежном эквиваленте.
«Простите? Почему вы вдруг отказываетесь от своих же слов?»
Но Ханна не собиралась это принимать.
Потому что упрёки в сторону Сезара веселили её куда больше, чем она могла себе представить.
Она была убеждена, что такое моральное удовлетворение невозможно купить ни за какие деньги.
«… Ха».
Сезар день ото дня совершенствовал свои навыки работы с ножом на кухне, получая бесконечную критику и насмешки со стороны Ханны.
***
«Заварите мне травяной чай». «Заварите себе сами». «Я неважно себя чувствую». «Вы в порядке». Один человек продолжал без конца доставлять хлопоты Ханне. «Почему вы всё время просите меня что-то сделать для вас?» Всё, потому что Сезар каждый божий день наведывался в детский приют и просил Ханну то покормить его, то заварить для него чай, то приготовить освежающий чай, залив листья холодной водой. «Просто». «Разве я похожа на личную горничную первосвященника?» «А что мне ещё делать, если у вас вкусно получается». Ответ Сезара не заставил себя долго ждать. Однако эти слова лишь привели Ханну в безудержную ярость. «Завтрак, обед, ужин! Неужели вам этого недостаточно, что вы, словно паразит, продолжаете просить у меня то одно, то другое!» Гнев, который так долго копился в девушке из-за того, что у неё появился нахлебник, в конце концов вырвался наружу. «Паразит… Это довольно грубо». Сезар выглядел обиженным. «Так зачем же вы всё продолжаете беспокоить меня!» Пока раздражение изливалось из девушки, в разговор вмешался ещё один голос. «Воспитательница, вы здесь?» «… Гра! Кто на этот раз!» Нахмурившись, Ханна повернулась в сторону входа на кухню. «Боже мой. Это вы, Моисей». В мгновение ока резкое выражение лица Ханны, словно у разъярённой кошки, смягчилось. «Тренировка сегодня выдалась непростая? Не хотели бы вы отведать освежающего чая со льдом?» Лёгкой походкой Ханна приблизилась к Моисею и лучезарно улыбнулась. «О. Если вас не затруднит… Я был бы признателен». Моисей растянул губы в ответной улыбке, обнажая белоснежные зубы, а вот выражение Сезара, лицезревшего развернувшуюся сцену, слегка исказилось. «Не буду утверждать, что стала бы заботиться о ком-то другом, но не существует ни единой причины отказать именно вам, Моисей». На самом деле Сезар был не единственным человеком, докучавшим Ханне. После случая с отравлением многие обитатели храма нет-нет да и заглядывали в детский приют и просили стакан воды. «Вы, должно быть, очень обеспокоены из-за появившихся слухов, что употребление заваренного вами чая приносит невероятный прилив энергии». «Хо-хо. Будь у меня сломана рука, я бы всё равно нашла в себе силы угостить вас чаем, Моисей». Следивший за поведением Ханны с кислым выражением лица Сезар внезапно разразился смехом, когда девушка, прикрыв рот ладонью, издала своё «хо-хо». Разница в отношении воспитательницы к мужчинам была слишком очевидна. Ханна шустро заварила чай со льдом и преподнесла его Моисею. Тогда Сезар не удержался от замечания. «Почему вы так добры к Моисею?» «Что?» «Почему вы приготовили бы ему чай, будь у вас даже сломана рука?» Настроение Сезара было испорчено настолько же сильно, как и сжатые в кулаки его руки. «Потому что это он…» Ханна недоумённо моргнула, в её понимании ответ был сам собой разумеющийся. «Потому что он учитель Джереми». «Джереми?» Только тогда Сезар вспомнил о мальчике, который каждый день говорил о фехтовании за обеденным столом. Мужчина, осознавший, что учителем маленького мальчика был один из его подчинённых святых рыцарей, недовольно обратился к Моисею. «Ты нашёл себе подработку?» «Можно ли назвать подработкой обучение всего лишь одного ребёнка?» Растерянный Моисей поторопился с ответом своему начальнику. «Это нарушение трудового контракта». «В контракте святого рыцаря нет такого пункта…» Это была правда, что в договоре не было подобных ограничений, как запрет на дополнительную деятельность. «Видимо, ты решил проявить самодеятельность, так как это всего лишь провинциальный храм, в котором недостаточно работы?» «Что?» «Нет. Почему вы продолжаете ворчать без причины?» Ханна, наблюдавшая за действиями Сезара, загородила своим телом несчастного паладина. «Успокойтесь!» Затем она протянула Сезару тот же охлаждённый чай, который недавно заварила для Моисея. Первосвященник молча уставился на стакан в руке девушки. «Не будете пить?» В тот момент, когда Ханна уже собиралась отдёрнуть руку, Сезар быстро выхватил у неё стакан. Затем залпом его опустошил. Когда охлаждённый напиток проскользнул в его горло, мужчина почувствовал странное умиротворение. Он принял для себя, что все недавние действия, очевидно, были связаны с раздражением. Когда последний глоток даровал истинное наслаждение, показалось ли, что богиня милосердия благословила его? Сезар за один присест выпил преподнесённый чай и широко улыбнулся, будто пациент с заложенностью носа наконец смог вздохнуть полной грудью. Продолжая держать пустой стакан, он подошёл к входной двери кухни. «Тогда желаю удачи». Мужчина с мягкой улыбкой похлопал по плечу Моисея, как будто не вёл себя ранее словно ощетинившийся ёжик. Затем он высоко поднял голову, стряхнул из стакана оставшиеся капли себе в рот и вышел в коридор. «…» «…» Ханна ошалело уставилась в удаляющуюся спину Сезара. Этот человек. Что, чёрт возьми, он сейчас сделал? Ханна пришла в себя и перевела взгляд на Моисея, тот также неотрывно смотрел на уходящего первосвященника с выражением, мало чем отличающимся от девушки. «У вас хороший начальник». «… Да». Это были единственные слова утешения, которые воспитательница смогла выдавить из себя. «Нет. Но вы действительно устроили этот спектакль только ради того, чтобы выпить чаю?» Сколько бы девушка об этом не думала, менее абсурдной ситуация не становилась. «Ох, не забирайте с собой стакан!» Однако это был крик, который никак не смог бы достигнуть Сезара, находившегося уже очень далеко.***
«Вы принесли ещё один стакан». «Я собираюсь налить в него воды». «Сезар, поскольку вы так себя ведёте, воспитательница вас и не жалует». Сезар лишь фыркнул на колкость Кертиса. «Если хочешь добиться её расположения, достаточно выбрать одного из воспитанников в качестве ученика». «Что?» Не имевший ни малейшего понятия, о чём говорил его начальник, Кертис забрал документы, не глядя подписанные Сезаром, словно это было что-то незначительное. «Кстати, вам не удалось убедить её пройти тестирование на наличие духовных сил?» Кертис был убеждён. Девушка обладала силой. Он думал, что любой человек, обладающий божественной силой исцеления, должен был принадлежать храму. «Что я могу сделать, если она этого не хочет». «Но… Разве вы не можете сообщить об этом храму?» «О чём. Что воспитательница детского приюта готовит вкусный медовый чай?» «Нет, это… Ха». По реакции Сезара Кертис понял, что тот не собирался должным образом докладывать вышестоящему начальству об этом случае. «Способности к исцелению встречаются очень редко». «По-твоему я похож на того, кто не знает об этом?» И всё же Кертис не был уверен в осведомлённости Сезара. «Это правило – сообщать о подобных вещах». Сезар скучающе подпёр подбородок и махнул рукой, как будто уже утомился от этого брюзжания. Этим жестом он просил подчинённого удалиться. «Не расстраивайтесь, когда эта информация позже всплывёт наружу». «Сейчас я не хочу расстраиваться из-за продолжения этого разговора». Из-за слов Сезара Кертис начал терять над собой контроль. Обычно ему удавалось достаточно легко справляться с Сезаром. По сути, их отношения основывались на полном доверии, и Кертис продолжал мириться с непростым характером своего начальника, потому что успел изучить его личность от и до. Прежде всего, он принадлежал к тому типу людей, которые, продолжая громко возмущаться, всегда прилежно выполняли свои обязанности. Он был гением, который был способен с лёгкостью и особой проницательностью разрешать сложные задачи, даже, когда казалось, что дела были совсем плохи. Гений с чрезвычайно развитым интеллектом, позволяющим грамотно разбивать громоздкие задачи на простые. Однако эта ситуация, когда очевидное решение сообщить в храм было целенаправленно усложнено, казалась Кертису совершенно незнакомой. «Что ж. Надеюсь, вы понимаете, что делаете». Но важной деталью было то, что вера и преданность Кертиса Сезару превосходили установленные храмом правила. Когда Кертис вышел из кабинета, Сезар, лениво опиравшийся на стол, встал. Затем он подошёл к окну. Окно кабинета первосвященника было плотно задёрнуто шторами. Сезар рукой отодвинул одну в сторону и замер под льющимися солнечными лучами, переведя взор голубых глаз на пейзаж за окном. Зелёный сад. Дети в сопровождении воспитательницы. Если она обладала целительными способностями, ей было суждено разлучиться с ребятами. Сила, данная Богом, всегда находила своё место, как бы вы того не хотели. Это судьба, которой было невозможно избежать. Такая же, с которой когда-то пришлось смириться ему самому. «…» Сезар неподвижно продолжал смотреть на Ханну с детьми, необычайно долго мирясь с ослепляющим ярким светом. Он молился, чтобы на них снизошла Божья благодать, а время, проведённое девушки с детьми, пролетело незаметно.
