Сорвавшаяся тренировка

Обычный солнечный день на острове Утсурошима. Точнее, ранее утро, ведь именно по утрам Сора и Хаджиме идут на совместную тренировку. За несколько дней девушка стала довольно близка с боксёром, хотя сначала их знакомство не задалось. Тогда, в первый день их знакомства Сора назвала Макуноучи извращенцем за его внешний вид, чем не на шутку задела парня. И хотя белокурая позже всё-таки извинилась перед Хаджиме, он, бывало, заставлял Сору подумать, что она была не так уж и неправа. Например, когда они вдвоём впервые провели совместную тренировку, боксёр сказал: «В любом случае, я немного заинтересован в твоём теле.» Не подумайте, ничего похабного он не имел ввиду. Речь шла всего лишь о физическом здоровье Соры, однако девушку, как и самого Хаджиме, когда он понял что именно ляпнул, это не на шутку смутило. Но всё это было в прошлом. Не таком далёком, но всё же. И вот они снова встретились там, откуда всегда начинали свою пробежку — на пляже. — Утро, Сора! — сказал боксёр, увидев девушку. — Надеюсь ты полна сил, потому что нам много придётся бегать. — Как и всегда. — Хех, и то верно. Ну, не будем тянуть — побежали. И они начали свою пробежку. Оба молчали, как и обычно. И вроде, ничего не предвещало беды, как вдруг… — Ауч! Чёрт! Услышав это Сора резко остановилась и обернулась. Хаджиме стоял на одном колене, держась за голенище. — Хаджиме! Ты как? — спрашивала девушка, присаживаясь перед ним на корточки. — Не волнуйся, я в норме. Судя по всему, ногу подвернул. Неприятно, но переживу. — говорил Макуноучи, засовывая руку в карман своего жакета. — Надо только перевязать и преложить холодного… чёрт… — Что такое? — Я был уверен, что взял с собой бинты. Но, судя по всему, я оставил их в Монокруизе. А напиток, который я взял с собой, нагрелся. — Значит, всё что сейчас тебе нужно, находится в Монокруизе? — Именно. Но так как я сейчас не смогу пойти, пожалуйста, Сора, принеси всё, что нужно. — Но ведь мы довольно далеко отбежали, тебе придётся долго ждать. — Ничего, — посмотрел боксёр на Сору, ухмыляясь, — бегаешь ты быстро, я потерплю. Девушка призадумалась на пару секунд. И тут же переменилась в лице — её посетила какая-то идея. Она встала и… — Хей, что ты делаАААА!..- не дав Хаджиме закончить фразу, Сора подняла парня на руки (да, у неё каким-то образом хватило сил, чтобы поднять его🗿). — Сора! Что ты творишь?! — Если ты подвергнул ногу — ждать не очень хорошая идея. Лучше будет если я просто тебя отнесу в Монокруиз. — Не г-глупи! — Хаджиме говорил прерывисто — было заметно, что он очень смущён ситуацией. — М-мне легче подождать. — Это не обсуждается. — строго сказала Сора, начиная идти. — Сора, это уже не смешно, поставь меня на землю. — сердито говорил Макуноучи, но белокурая, будто бы не слышала его. — Сора! И они направились к Монокруизу. Всю дорогу они молчали: Сора старалась идти как можно быстрее, на столько, на сколько ей позволял груз в её руках, а Хаджиме смущался и пытался «зарыться» в свой жакет, будто бы это помогло и его бы не узнали. Но самым неловким было то, как реагировали на эту ситуацию их одноклассники. Одни просто одобрительно посмеивались, как Эмма, другие неодобрительно фыркали, как Юри, Кокоро и Хибики, третьи говорили, что это мило, как Канаде или Ироха. Никей и Микадо же сказали, что Хаджиме использовал гениальную стратегию по завоевания сердца дамы. Когда же они встретились с Сецукой и Ёруко, бильярдистка сказала: «Сора! Как не совестно тебе изменять мисс розовенькой!» — чем смутила и белокурую, и Кабую. Уже подходя к Монокруизу наши герои встретились с Касаем. Тот же, увидев как Сора несёт Хаджиме, сказал: «Не знал, что у вас такие же крепкие отношения, как у меня с Маэдой.» Наконец они добрались до мед. пункта. Зайдя в помещение, Сора усадила Хаджиме на кушетку. — Я схожу за льдом. Скоро вернусь. — сказала девушка, выходя. — Ага… Она вышла, оставив Хаджиме наедине с собой. «Что, чёрт возьми, на неё нашло?! — стал размышлять Макуноучи. — Почему она пронесла меня через весь остров на руках? Не уж-то она так сильно беспокоится обо мне? А может… Да, не, бред.» Хаджиме стал вспоминать все намёки, которые могла посылать ему Сора. От этих мыслей он, невзначай, покраснел. Но быстро опомнился и встряхнул головой. «Так, Хаджиме, соберись. Данная связь тебя не к чему хорошему не приведёт. Ты здесь не просто так, у тебя есть задание. Это тебя будет отвлекать. Если она тебе, вообще, ответит взаимностью. Чёрт… Как же это всё не вовремя! Ещё и нога. Я теперь не смогу привести план в действие. Чёрт!» Из размышлений его выдернул звук открывающейся двери. На пороге стояла Сора, в руках у неё был пакетик со льдом. — Отлично, — сказал Хаджиме, — лёд у нас есть, а бинты стоят вон на той полочке. — Хорошо, сейчас достану. — сказала белокурая кидая лёд боксёру. Достав бинт Сора встала напротив Хаджиме. — Я перевяжу. Такого заявления Хаджиме явно не ожидал, хотя вполне можно было, учитывая то, что Сора сегодня творила. Боксёр покраснел и попытался поджать под себя больную ногу, скривившись при этом, так как она всё ещё болела. — Так, Сора. — сказал серьёзно Макуноучи. — Я благодарен тебе за то, что ты донесла меня до Монокруиза, хотя это было далеко не обязательно. Но, поверь, дальше я как-нибудь справлюсь. — А мне «как-нибудь» не подходит. Мне нужно, чтобы это было сделано качественно. Тебе же больно! А мне не составит большого труда просто помочь. — Всё равно! Это как-то… Неправильно… Сора смотрела на него недовольным взглядом, скрестив руки на груди. — Тебя смущает что тебе в принципе помогают, или то, что помогаю именно я? Парень не знал что ответить. — Э… Ну… — пытаясь придумать отмазку находу говорил Макуноучи. — Не знаю… — Вот и не выпендривайся. Сора села перед ним на корточки, развязала шнурок и сняла ботинок вместе с носком. Взяв бинт, она начала аккуратно перевязывать слегка опухшую ногу боксёра. Тем временем Хаджиме, будто бы боясь посмотреть на девушку, смотрел куда-то в сторону, мысленно прося богов чтобы никто не зашёл в мед. пункт в этот момент. В какой-то момент он повернул голову в сторону Соры и посмотрел на неё. Он отметил, что она делает перевязку с профессиональной осторожностью. Парень не мог отвести глаз. «Какая же она, всё-таки, красивая.» — подумал боксёр. Неожиданно, Сора подняла на него свои глаза. Их взгляды пересеклись. В панике, боксёр вернул свою голову в прежнее положение и густо покраснел. Сора в ответ только хмыкнула, да усмехнулась. — Извращенец. — Опять?! — сказал возмущённый Макуноучи. — То есть, ты пронесла меня через весь остров на руках, перевязываешь мне ногу против моего желания, хотя я сам бы справился, а извращенец, почему-то, я?! Белокурая не нашла что ответить, опустила глаза и слегка зарумянилась. Хаджиме же, весь красный, недовольно хмыкнул. Закончив с перевязкой, Сора взяла лёд и приложила его к ноге боксёра. В воздухе висело неловкое молчание, которое, казалось, напрягает только Макуноучи. «Она вообще знает что такое неловкость? Боже, ну просто железная леди.» — думал парень. — Хей, Хаджиме. Могу я спросить кое-что… личное? — с некой насторожённостью сказала Сора. — Зависит от самого вопроса. Что ты хочешь узнать? — Какие… Взаимоотношения у вас с Шинджи? — Ну… Мы друзья… Хорошие друзья… А с чего такой вопрос? — Да так… Тут просто слушок прошёл… Пару секунд Хаджиме непонимающе смотрел на девушку, а потом рассмеялся. — Стоп, ты хочешь сказать, что кто-то считает, что мы с Касаем любовники?! ХАХАХАХА! Спешу огорчить, мне кажется, что я не в вкусе Шинджи. — Что ты имеешь ввиду? — с неподдельным интересом спросила Сора. — Ты видела как он носится с Маэдой? Не удивлюсь если эти двое друг друга любят! — Хм… Никогда не думала об этом. Но ты прав… Между ними определённо есть какая-то химия. — Так и вижу: Шинджи из кожи вон лезет чтобы как можно больше времени проводить с Юки, а Маэда думает, что это чисто из-за здоровья. — А Юки не протестует, ходит за Шинджи, готов хоть на руках его носить, буквально, а Касай считает, что это обычная вежливость. Оба посмеялись. Но когда хохот прошёл, Хаджиме вдруг переменился в лице. «Стоп… «Готов хоть на руках носить»?.. нет… Она же не имела ввиду…» Он посмотрел на Сору. Она смотрела на Хаджиме. Затем ухмыльнулась и опустила глаза. «И ЧТО ДОЛЖНА ЗНАЧИТЬ ЭТА УХМЫЛОЧКА???» Макуноучи сидел и не знал что сказать. С одной стороны — он хотел много чего спросить, а с другой — боялся. Наконец пересилив себя он сказал: — А… Если бы ты была на месте Касая… Как бы ты поступила? — Хм… Сложно сказать, я же не Шинджи. Наверное я бы сказала всё Юки, или дала бы какой-нибудь намёк. — говорила Сора смотря прямо в душу боксёру. — А как бы ты поступил на месте Юки? — Я бы… Возможно, сделал что-то такое, что невозможно списать на обычную вежливость. После этих слов Сора наконец отложила в сторону лёд, который практически растаял, встала и неожиданно сказала: — Что-то типа этого? Белокурая резко схватила Хаджиме за воротник, наклонилась и поцеловала парня. Реакция не заставила себя долго ждать. Сперва Макуноучи прибывал в шоке, но затем, опомнившись, ответил на поцелуй, обнимая Сору. Но эту прекрасную сцену неожиданно прервали голоса по ту сторону двери. Много голосов. Услышав их белокурая отстранилась от Хаджиме и, показав жестом, чтобы тот был тише, максимально бесшумно направилась к двери. Дверь распахнулась. Из коридора на Сору смотрели четыре пары глаз, и ещё один. — Упс, кажется нас рассекретили. — виновато сказала Сецука. — Неловко вышло… — поддержала её Эмма. — Я же говорил вам заткнутся, но нет, никто меня не слушал! — раздражённо сказал Никей. И только двое из «пойманых» просто молчали — это были Касай и Маэда. Сора была в ярости, но увидев этих двоих ей стало очень неловко. — Вы что… подслушивали?.. — задала риторический вопрос сердитая Сора. — Ну… Да. — признался Никей. — Но только с хорошими намерениями! Мы переживали за ваши отношения. — стала быстро оправдываться обладательница одного глаза. Сора была в ярости. Но вместо того, чтобы напхать этим «шпионам» посмотрела в сторону Юки и Шинджи. Оба парней смотрели куда-то в стороны, явно смущаясь. Сора опять посмотрела в сторону остальных. — Пошли вон. Живо. — процедила свозь зубы белокурая. — Справедливо… — сказала Эмма удаляясь. — А я вам говорил!.. — всё никак не мог угомонятся Ёмиури. И они скрылись из виду, громко разговаривая. Только двое рыжиков плелись, не издавая не звука. Убедившись, что все наконец ушли, Сора закрыла дверь и повернулась к Макуноучи. Тот же в свою очередь, закрывал лицо руками, дико при этом смущаясь. — Не могу поверить что они слышали весь наш разговор… Чёрт! — говорил красный Хаджиме. — Я тебе больше скажу. Там были Шинджи и Юки. Услышав это, боксёр отнял руки от своего лица и посмотрел на Сору широко раскрытыми глазами. Их было плохо видно из-за очков, но всё же. — Нет… Не может быть… Чёрт! Как я теперь в глаза им смотреть буду?! — Поверь мне, меня гложет тот же вопрос. — сказала слегка покрасневшая девушка. *** Тем временем Юки не находил себе место. Услышав то, о чём говорили Сора и Хаджиме, он вдруг понял, что они не так уж и неправы. И это сильно тревожило Маэду, ведь он слишком быстро и слишком сильно привязался к человеку. Он был не опытен в любви, поэтому сложно было осознать эти чувства. Он вошёл в свою комнату. Его переполняли мысли. «Так, Юки, прекрати. — твердил себе в голове рыжик. — Старший брат тебе друг, и ты не можешь думать о нём никак иначе! Это неправильно! Это-» Но из размышлений его выдернул дверной звонок. В тот же момент в голове Юки пронеслось куча мыслей, предположений, догадок о том, кто же это может быть. Сора или Хаджиме (а может они вместе) пртшли объясниться? Сецука, Эмма или Никкей пришли интересоваться уже личной жизнью счастливчика? Но одна мысль пугала его больше всех — это может быть сам Касай. От одной только этой мысли у Маэды начинали подкашиваться ноги. И всё же, взяв всю свою небольшую волю в кулак, счастливчик направился прямиком к двери. Открыв её, он к своему ужасу понял, что его страхи оправдались: на пороге стоял Шинджи. Судя по всему, пожарник собирался уже уходить, когда Юки открыл дверь. Их взгляды пересеклись. Всего на мгновение, ведь сразу после этого Касай, заливаясь краской, отвёл взгляд. — А… Эм… Привет, Юки. — неуверенно начал пожарник. — Можно зайти? — Да, конечно. — добродушно ответил рыжик, также краснея. Когда уже Касай находился в комнате, оба парня не могли ничего сказать. Они оба понимали о чём будет дальнейший диалог, и оба его боялись. — ЮКИ! — неожиданно громко и резко начал Шинджи, да так, что Маэда даже вздрогнул. — Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ОТВЕТИЛ НА МОЙ ВОПРОС, НО ТЫ ДОЛЖЕН ОТВЕТИТЬ ЧЕСТНО И ОТКРОВЕННО. — Хорошо-хорошо. — ответил немного перепуганный рыжик. — СКАЖИ, ТЫ СОГЛАСЕН С ТЕМ, ЧТО ГОВОРИЛИ СОРА И ХАДЖИМЕ, ИЛИ ТЫ СЧИТАЕШЬ, ЧТО ОНИ ОШИБАЮТСЯ?! — говорил всё ещё повышеным тоном Касай. Счастливчик ожидал этого вопроса, однако он всё равно поставил его в тупик. С одной стороны — он знал Касая слишком мало, чтобы что-то начать чувствовать к нему, а с другой — чувствовал что уже готов отдать за него жизнь. В ожидании ответа парни всё ещё не могли смотреть друг на друга, ведь слишком сильно смущались. — Ты не можешь ответить?.. — сказал наконец Касай. — Тогда… Прости за то, что побеспокоил те… Не дав Шинджи закончить, Юки подошёл и крепко обнял пожарника. Это слегка сконфузило Касая. — Я не знаю. Не знаю, правы они, или нет. Скорее, правы, но не во всём. Но в одном одни не ошиблись. Мне кажется, я люблю тебя, старший брат. — говорил Юки почти шёпотом и уткнувшись лицом в грудь пожарника. После своего монолога Маэда всё не отпускал Шинджи — то ли от нахлынувших чувств, то ли потому, что боялся посмотреть собеседнику в лицо. Ничего не говоря, Касай также крепко обнял счастливчика. — Я… тоже тебя люблю… — тихо-тихо сказал пожарник. Они оба не смотрели друг на друга, но прекрасно понимали эмоции друг друга. Они чувствовали их, слушая сердцебиения друг друга. *** Скоро ночное время, поэтому все уже собрались внутри ресторана Монокруиза. Ну, почти все. — А где же наши влюблённые? — шутливо спросила Сецука у всех собравшихся. — Сора и Хаджиме не придут. — как всегда невозмутимо сказала Кокоро. — Я видела как Сора брала запакованную еду, а мистер Макуноучи всё ещё не может ходить. — Странно, ведь, даже так, мисс беловолосая могла принести Хаджиме на руках, как она это уже делала. — сказала Чибукуро, ухмыляясь. — Может это только прикрытие, и на самом деле у них… другие планы? — посмеиваясь предположил Никкей. — А может они не хотят ужинать с теми, кто нарушает их личное пространства? — сказала Ёруко, хмуро смотря на Никкея, Эмму и Сецуку, будто забыв, про существование Юки и Шинджи. — Ну-ну, мисс розовенькая, только не говори, что тебе не было интересно. — Было. Но тем не менее, я не пошла с вами, так как я уважаю личное пространство Соры и Хаджиме. — Как бы то ни было, — вдруг вклинилась в разговор Эмма, — у нас, судя по всему, назревает ещё одна парочка. — говорила она, смотря то на Юки, то на Шинджи. Поняв что речь идёт о них оба парня покраснели, не в силах что либо сказать. — О боже… — раздраженно сказала Ёруко. — Вы невыносимы.