Creo que te amo...

      Подсветка помещения буквально отрезвляла своим уровнем яркости. Зона гостиной в апартаментах Ви была на уровень ниже общего пола, что казалось совсем неудобным на первый взгляд. С другой стороны, сюда можно нырять как в море, забывая весь случившийся за день пиздец.       Джеки раскрепощённо сидел на диване, широко расставив ноги в стороны и попивая энергетик. Смочив перекисью прямоугольный бинт, чужие руки протирали его разбитый нос и чудом уцелевший имплант на переносице. Уэллс будто совсем не замечал неприятного пощипывания ран и прожигал взглядом пространство перед собой. Он сделал еще глоток и поставил полупустую банку на низкий столик, где уже и так был настоящий бардак, неимоверно раздражающий корпората. — Ви, — отвлекая напарника от увлекательного занятия, Джеки поменял позу, закинув ноги на столик. — Ну, что? — отодвинувшись от лица друга, Винсент недовольно вздохнул, дав чётко понять, что сейчас он не в лучшем настроении, чтобы с кем-то вести диалог.       Уэллс растерянно почесал ладонью шею так, что золотые браслеты зазвенели друг о друга. — Чего ты как нянька, por supuesto!       Набравшись терпения, парень быстро размял спину и сел рядом. — Ты приходишь сюда в таком состоянии, аж смотреть страшно. Потом отрубаешься на моём диване с разбитым лицом, а я кидаюсь искать всю эту херню, — Ви кивнул в сторону столика, в хаосе которого терялись несколько пузырьков старой-доброй перекиси, какие-то таблетки в пластинках и упаковка бинтов. — Maldita… No me acuerdo… ох, блядь, я даже не помню, что произошло! Как я сюда попал? — Ну, эти вопросы уже не ко мне, — напарник выбросил высохший кровавый бинт, заменив его на новый, и продолжил обрабатывать Уэллсу раны, — я искренне рад, что ты нашёл дорогу сюда и не завалился в подворотне. — Послушай, — неожиданно перехватив чужую руку, Джеки развернул напарника к себе, — я сейчас вообще не соображаю, maldita sea, — зелёные глаза как-то по-другому заблестели в свете кристально-белой подсветки апартаментов, — но, Dios… какой же ты красивый.       Брови Ви взмыли ввысь от такого заявления, он решил никак это не комментировать, посчитав, что ему послышалось. Когда Уэллс напьётся, то и не такую ебень выдать может.       Иногда Джеки мог накидаться, иногда ему было особо плохо, иногда он вспоминал свою жизнь, и в эти моменты его речь преобразовывалась в неразборчивую кашу на испанском. Вот и сейчас напарник заговорил на родном языке, и счастье Винсента было в том, что он мало что понимал. Уставшие руки невесомо водили ватой по скулам и челюсти, спускаясь на шею. Тут была россыпь пыльных царапин, которую Джек уже успел расчесать.       Почти вся пачка ватных бинтов для обработки ран была израсходована. Уэллс болтал о своём, пристально наблюдая за движениями Ви. Наконец, последний бинт упал в общую кучу окровавленных лоскутов. — Готов. Как новенький. Если повезёт, с утра будешь выглядеть относительно неплохо. — Suetre, у тебя золотые руки, Ви. — Спать будешь здесь. Сейчас принесу одеяло и подушку.       Джеки проследил взглядом за напарником, параллельно снимая куртку. Диван был явно не по габаритам этого здоровяка, но деваться некуда. В такси такого кента не посадишь, а самому Ви было бы лень посреди ночи везти сонного бормочущего бухого друга чёрт знает куда. А вообще странно, что Уэллс напился в стельку, такое случалось с ним крайне редко. Парень, конечно, любитель бахнуть по рюмке-другой, но чтобы до такой степени…       Белоснежное одеяло и небольшую подушку погрузили на диван. Вдобавок к этому, на стол поставили бутылку минеральной воды. Такой подарок судьбы скоро не на шутку пригодится Джеки, и Ви знал об этом наперёд.       Уэллс повернулся боком, так, что свет чётко очертил его мышцы. Ви нахмурился, разглядев огромный синяк на плече друга. — Это тоже не помнишь, что за радость?       Испанец рефлекторно потёр своей широкой ладонью место ушиба и поднял абсолютно потерянный взгляд на Винсента. — Мы расстались с Мисти. Я поехал в бар и отвесил пиздюлей какому-то ублюдку. — Вот оно как. Значит, проясняется потихоньку. Ну, поздравляю её, от такого бедового парня избавилась. — Зачем ты так, penosamente. У нас в последнее время нихера не ладилось, я к ней уже давно остыл.       Сложив руки на груди, парень с железобетонным намёком оглянулся назад. Уэллс заметил этот жест и тоже посмотрел в ту сторону; пьяный взгляд столкнулся с электронной панелью, на которой читалось «03:47» — Давай, ты отдохнёшь, всё-таки вымотался за день, наверное. Вот утром мы с тобой поговорим и про Мисти, и про твоё здоровье, которое ты себе решил испортить, и про… — Значит, волнуешься за меня, — Джеки поймал на себе неодобрительный взгляд, — …ну раз утром, так утром.       В апартаментах выключили свет, и панель с временем потускнела, подстроившись под общий уровень освещения. Напарник покопошился на диване, переворачиваясь с боку на бок. Доброе, блядь, утро. Он сел, потёр лицо, случайно задев нос. В затылок отдало волной покалывающей боли, и парень тихо прошипел.       Кое-как нащупав минералку в темноте, Уэллс открутил крышку и залпом опустошил бутылку до дна, смяв пластик. Так стало получше, хотя бы во рту не погано от концентрации спиртного.       Вот так всегда. Пока тут было светло как в солнечный летний день, парня валило с ног от сонливости. А как только потушили свет — хоть на ушах стой. Джеки поднялся, расстегивая широкий ремень с золотой пряжкой, который он по большей части носил не для предназначенных целей; штаны идеально сидели на его бёдрах и без дополнительных приспособлений. Вещь положили рядом с курткой. Парень побрёл через всё помещение к кровати Ви, одиноко стоящей в углу.       Он сел на постель, со стопроцентной уверенностью, что напарник еще не успел уснуть. — Не спится? — чересчур спокойный голос прервал тишину. Испанец ожидал другой реакции на такое наглое вторжение в личное пространство, но озвучивать свои мысли не стал. — Там неудобно, — Джеки пристроился рядом, медленно забираясь под одеяло, — тут лучше. — С утра тебе будет стыдно за это, — Винсента сгребли в объятия, а тот даже не сопротивлялся, смирясь со своей участью. В конце концов, в этом действии нет ничего такого, за что следовало бы беспокоиться.       Как он ошибся.       Уэллс перекинул ногу через друга, забираясь на него верхом. Пара зелёных глаз с похотью и желанием посмотрела на него сверху вниз. К счастью, Джеки был настолько пьян, что самого страшного сегодня произойти было не должно. — От тебя ужасно несёт дешёвым бурбоном.       Горячие губы коснулись чужих, руки скользнули под домашнюю футболку, поглаживая исполосованное шрамами и металлическими бугорками тело. Ви шумно выдохнул в поцелуй, сминая бордовую ткань майки. Уэллс с бешеным напором целовал щёки и шею напарника, лишь позвякивание золотых цепей и браслетов прерывали влажные причмокивания. Ладони Винсента переместились на голые плечи напарника, а потом на широкую спину, очерчивая лопатки. Что сейчас происходит? Явно бред, и забыть всё случившееся уже не получится. — Creo que te amo… — шёпот над чужим ухом быстро рассеялся в глубине комнаты, и Винсента утянули в новый чувственный поцелуй.