Новый Парадиз, 1.200 км от Марле.

***

На дворе был самый обычный, ничем не примечательный, осенний день. Ничего не предвещало беды, так что студенты исторического факультета, как и в любой другой день — занимались всякой ересью в ожидании преподавателя. Стоял небольшой гул, собственно, как, наверно, во всех местах скопления людей. — Леви, чего такой хмурый? - произнес голос, сидящий, видимо, на последних рядах аудитории. — Завались, Мик. Настроения нет. — сухо ответил студент, не соизволивший даже взглянуть на друга. — Ну вот ты как обычно! Неужели нельзя быть хоть немного приветливее? Хотя бы со мной! - надулся сосед и стратегически отвернулся от сидящего рядом. Леви всегда напрягала его излишняя эмоциональность и он даже, честно говоря, плохо помнит как они стали друзьями. Это произошло... на первом курсе? Да, наверно. Они попали в одну и ту же группу и Мик был единственным, кто не побоялся заговорить с ним. Остальных же очень пугала его манера речи, темные синяки под глазами да и весь Аккерман в принципе. Но сейчас больше чем история их дружбы, Леви интересовала белобрысая голова сидящая на первом ряду. — Мик, не знаешь, кто это? - холодно, впрочем, как обычно, позвал студент и взглядом указал на главного героя своего вопроса. — Не-а, впервые вижу. Может перевелся? - беззаботно ответил Закарис, будто уже успев забыть, что буквально пару мгновений назад пообещал сам себе целый день не говорить с Леви, с целью проучить. — Тц, перевелся? Ещё и на последнем курсе... - пробурчал парень. Его бесили нерациональные люди, а этого типа он успел приписать к ним буквально за пару секунд. Аккермана напрягала эта его черта — первым видеть в людях раздражающие вещи. Неправильно? Да, неправильно. Но что поделать? Такой уж у него характер. — Так-с, рота подъем! - уже знакомый клич послышался из дальнего угла аудитории, а это означало, что Мистер Шадис уже на своем посту. Хотя, чего греха таить, «Мистером» преподавателя почти никто не называл, за исключением редких случаев. Кит Шадис был... довольно необычным человеком которого знал весь университет. Иногда создавалось ощущение, что Кит тут с самого основания учебного заведения и даже дольше. Почему? Потому что опросив добрую половину преподавательского состава, ответ выходил один: «Когда я устроился на работу, Шадис уже был здесь». Одно время даже ходили легенды, что Шадис видел динозавров. Причем живых. Причем ел их по утрам, на завтрак. Самое пугающее, что сам учитель на такие вопросы лишь жутко и очень двусмысленно улыбается. И от этого, честно говоря, многим становилось не по себе. — Отметимся, - глаза преподавателя энергично побежали по строчкам в журнале. И всё, вроде, шло отлично, но стоило старику добраться до фамилии «Бернер», как на его лице появилась та самая улыбка, явно не предвещающая ничего хорошего. Как минимум — для Моблита уж точно. Напуганный студент вжался в сидение, ожидая своего часа позора от Шадиса. — Моблит, я удивлен. Твоя фамилия всё ещё Бернер? - обратился Кит в аудиторию, расплываясь в дьявольской улыбке. — И это при том, что твои чувства к Ханджи уже ни для кого не секрет! Конечно, это не могло быть секретом. Особенно когда практически каждое утро начинается одинаково — с констатации данного факта. По правде говоря, то стебать студентов было самым большим развлечением для препода. И новым объектом для его шутеек стал застенчивый Моблит Бернер. Бедный парнишка впервые выпил на первом курсе и как не повезло — именно в компании Шадиса. В то, каким образом препод протащил самогон в аудиторию, думаю, никто вникнуть даже не пытался. Не ново, всё-таки, дело, для такого педагога. И как говорится: алкоголь вреден для здоровья, ну или как в нашем случае — для репутации. Не трудно было понять, что Бернер, в своей ипостаси начинающего алкоголика, в порыве страсти пообещал, что если Ханджи, одногруппница, в которую парень влюблен с самого входного экзамена, станет его невестой — он с удовольствием возьмет ее фамилию. Утром паренек пытался сделать вид, что подобных громких обещаний произнесено не было. Правда Моблит, видимо, не учел, что Кит помнит все, начиная с Триасового периода. — Моблит, чего молчишь? Настоящий мужчина должен держать свое слово! - выпалил препод, в то время как бедный студент, в прямом смысле слова, начинал копать себе могилу, сидя под столом, красный как рак. К слову, о Ханджи такого сказать было нельзя. Девушка была как раз-таки не из стеснительных и не ленилась поддерживать запал преподавателя. — Действительно, я ведь тебе даже свой номер оставила! - подлила масла в огонь староста, в то время как Бернер уже головой об пол бился от смущения. Зое улыбнулась — её всегда умиляло как он краснел, бледнел и буквально не знал куда себя деть от подобных шуточек. Невинный, всё-таки, паренёк. — Ладно Ханджи, оставим его в покое, а то еще дыру в полу пробьет. Итак, товарищи курсанты, сегодня я бы хотел сделать объявление, в нашей группе новый студент, - Шадис указал пальцем на сидящего за первой партой блондина. Да, того самого, которого Леви заприметил еще до начала пары. — Как тебя там? — Эрвин Смит, сэр. - представился студент и поспешил окинуть взглядом аудиторию. — Во! Эрвин Смит. В общем, разберетесь. А теперь давайте начнем лекцию, - бросил Шадис и принялся искать свои листы с заготовленным заранее текстом. В его-то возрасте целесообразно, наверно, было бы носить очки. Но он, уже скорее из принципов, этого не делал. Леви вдруг по-необычному напрягся. Что-то ему в этом «Эрвине Смите» не нравилось. И он не мог понять, что именно. Просто кровь в жилах стыла от его голоса, и пусть он был улыбчив со всеми, стоит признать — взгляд у него был даже тяжелее чем у Леви. Не просто нагнетал, а буквально давил. Придавливал к полу, без возможности встать. Но как не странно, никто, кроме Аккермана, видимо, совсем не заметил данной черты у нового студента. Его, на первом курсе, больше половины группы прямым текстом попросили не смотреть на них так, словно он уже продумал пару сотен методов их убийств. С Эрвином же такого не было. То ли это только змеюги друг-друга издалека видят, то ли это давление во взоре было послано специально для брюнета. Но пока, это не важно, поэтому сразу после пары Леви решил разглядеть этого мутного парня поближе. Так сказать, изучить, что он из себя представляет. — Леви Аккерман, - студент протянул руку для рукопожатия и ответ не заставил себя ждать. — Эрвин Смит, - ухмыльнулся блондин. И в этот самый момент, странное предчувствие поселилось на душе у Леви. Всю эту гамму чувств было не разобрать и от этого на душе стало гадко. Что с тобой не так, черт возьми? Всё это — ему еще предстояло узнать.

***