Часть 1
4 марта 2021 г., 18:33
«“Ебёна мать” для русского народа - Как мясо в щах, как масло в каше. С ним наша жизнь становится прекрасней. А слово сказанное — краше!» И.В.Барков
Здравствуйте, я по прежнему Евгений Трахтенберг. И по прежнему моя фамилия переводится совсем не как «Ебун гора», как вы в начале подумали. И даже не так переводят мою фамилию хохлы, на украинский лад как «Ебанько». Это вообще не верно. Моя фамилия переводится как «Дума на горе» или «Гора прикидок». Но вы можете извращаться в переводе моей фамилии как вашей душе угодно. Действительно, ведь только тупорылые иностранцы нихуя не могут разобраться в нашей ненормативной лексике. Они говорят: «Как это может быть так? Воды в речке по колено, а рыбы дохуя». Они говорят: «Наверное у вас физиология тоже другая?» Потому что услышали высказывание: «Пойду-ка я в жопу домой, поставлю нахуй чайник и лягу спать в пизду». Я говорю: «Господа, у нас даже заборы строятся дедовским методом. А именно: сначала пишется “хуй”, и только потом к нему прибиваются доски». О, общая людей отрада! Пизда — весёлостей всех мать, начало жизни и прохлада, тебя хочу я прославлять. Тебе воздвигну храмы многие, и поглощённые чертоги созижду, в честь твоих доброт усыплю путь везде цветами, твою пустыню с волосами сочту богиней всех красот. Парнасские музы с Аполлоном, подайте мыслям столько сил, каким, скажите, петь мне тоном прекрасным местам женских тел. Уже мой дух в восторг приходит, дела её на мысль приводят, с приятностью и красотой. Скажи, вещает в изумлении, в каком она была почтении, когда ещё тёк век злотой? Её пещера хоть вмещает одну зардевшу тела часть, но всех сердцами обладает, всех умы берёт во власть. Куда лишь взор не обратится, приглавный Цербер устремится, оставит храбрость Ахиллес. Плутон во Аде с бородою, Нептун в пучине со строгою не учинят таких чудес. Представь героев прежних веков, от коих мир весь трепетал, представь тех сильных человеков, для коих свет обширный мал. Одной ей были все подвластны, и были все счастливы и безсчастны только ею лишь одной! Наверх Олимпа подымались и в преисподнюю ввергались её пресильную рукой. Престань мой дух пришедше время на мысль смущенну приводить. Представь как земнородных племя приятностью пизда сладит. Она печали все прогонит, в восторг, в забвение приводит, она — веселье наших дней. Ежели бы её мы не имели, в несносной скуке бы сидели, сей свет постыл бы был без ней. О, сладость, мыслям не понятна, хвалы достойная пизда приятна с чувством не объятна, прибудь со мною навсегда. Тебя одну я чтити буду и прославлять хвалами всюду, пока мой дух прибудет бодр, всю жизнь мою тебе вручаю, пока дыхание не скончаю, пока не вниду в смертный одр.***
Восстань, восстань и напрягайся! Мой хуй мужайся, стой, красней, на грозну брань вооружайся и стену ты пизды пробей. Пробей, и кровью обогренный, явись сугубо разьеренный, удобен к новым чудесам. Да возгласят хвалы повсюду тебе, герой, другие оды, воздвигнув плеши к небесам. В источник пиздия унисся, но пламень свой не утеши, в крови победы омочися и плешию, хуй, стихи пиши. Хвали себя колько можно, чтоб быть хвалёным, хвастать должно, дар гибнет там, где славы нет. Хотя ты грановит и ярок, хоть красен, толст, ретив и жарок, не скажешь — не узнает свет. Всё уж таинственною силой тебя колебнет ратный жар, восстал герой, влекомый жилой, восстал, готов свершить удар! О, витязь красный и любезный, герою больше всех полезный, без брани и без всяких сбруй. Тобой природа вся живится, тобой всё тешится, родится, тобой, всех благ источник — хуй! О, дар, из всех даров дражайший, ты, хуй, всего нежнее нам. Для нас ты частью пуб сладчайший, орудие утех — пизда. И радость только там родится, где хуй стоит, где он ярится. Гиена там, где хуя нет. Когдаб судьба тебя не создала, природаб целкою страдала и пребыл бы кастратом свет. Ты всех и вся равно прильщаешь, когда ты крепко лишь стоишь. Равно в три ухи утешаешь, как и под чепчиком манишь. Коль девушка когда стенает о чём? Тебя она желает, ценною крови хуй купить. О чём же нам вдова крушится? Что нечем ей повеселиться. Молодка, облившись слезами, рыдает, проклиная щель, царапает в пизде руками, коль отлучён от ней кобель. Молодушка о том крушится, что больше не стоит, валится хозяинов буйной кутак. Весь свет тебя, хуй, прославляет, хоть именем не называет, но делом хую служит вся. Живи! о, хуй и утешайся бессмертной славой сих побед. Еби! и в веки не прильщайся на гибельный примудрых свет. Они природу посрамлают и бедной пизды не знают. Пизды, чего приятней нет. Когдаб одни лишь мудры жили, ониб в пять лет опустошили всей людный и прекрасный свет. О, вы, парнасские питомцы, составьте велигласный хор. Писатели и стихотворцы, и весь чистейший сёстр собор, согласно хую прославляйте, из рода в род стоять желайте. Да, он вдохнёт вам жар как петь! А я вам подражать не буду, и то вовеки не забуду, что хуй нам дан на то, чтоб еть!
