Проклятие любви часть 2.
5 апреля 2021 г., 23:02
Я продолжу.-сказала Лаванда.
Англия, 31 октября 1981 года.
Гарри сжал кулаки и закусил губу. Джинни обняла его.
То был паршивый день. Несмотря на то, что уже наступило утро, за окном было непривычно темно, дождь стоял стеной. Гермиона открыла глаза и медленно поднялась с кровати. Внутри ее терзало странное чувство обеспокоенности. Девушка чувствовала — что-то произошло. Подойдя к окну, Гермиона увидела ярко-фиолетовую молнию на темно-синем небе, через секунду раздался оглушительный гром. В доме почему-то было жутко холодно, как в подземелье. Постояв у окна еще пару минут, Гермиона спустилась на первый этаж за утренним номером «Ежедневного пророка».
Я кажется знаю что там будет.-сказал Драко.
«САМИ—ЗНАЕТЕ—КТО ИСЧЕЗ» — гласил заголовок газеты. Гермиона тяжело задышала и села, а точнее обессилено упала, в кресло. Том. Но ведь «исчез» может означать все, что угодно: убежал, спрятался, скрылся, но точно не умер. Это невозможно. Мысленно утешая себя, Гермиона прочитала статью. Та поведала ей о том, что сегодня ночью Волан-де-Морт (ох, это дурацкое имя, которое выдумал Том, никогда не нравилось Гермионе) убил Лили и Джеймса Поттеров в их доме в Годриковой Впадине, но главной его целью был их маленький сын Гарри, который чудесным образом выжил, при этом одолев самого темного волшебника всех времен. Мальчик, Который Выжил.
Гарри стал тяжело дышать. Джинни еще сильнее обняла его.
Гермиона отбросила газету, почувствовав ком в горле. Девушка начала задыхаться. Нет, это невозможно. Тома не мог убить маленький годовалый мальчишка.
Гермиона знала, что ее муж увлекается темной магией, знала и о его попытках создать крестражи, чтобы сохранить части своей души, знала о его последователях Пожирателях смерти и о его маниакальной одержимости чистотой крови. Том не любил говорить об этом, Гермиона не пыталась интересоваться, чтобы не злить мужа. Время шло, и скрывать происходящее в Британии становилось все сложнее: необъяснимые пропажи волшебников, смерти маглов, грабеж. Гермиона узнала все, но для нее Том так и остался любимым мужем, это казалось в порядке вещей.
Вот что приворотное зелье делает с людьми.-прошептали все.
Стоило ему покинуть дом, для всех он становился Лордом Волан-де-Мортом, но для Гермионы он всегда оставался Томом.
Раздался стук в дверь. Гермиона бросилась к двери в надежде увидеть за ней Тома, заранее зная, что это не мог быть он. Том бы не стучал. За дверью стоял Питер Петтигрю, «верный» слуга Темного Лорда, только что предавший друзей.
Гарри еще сильнее сжал кулаки от злости.
Но разве мистер Петтигрю не мертв? -спросили все.
Я вам потом расскажу.-сказал Гарри.
— Миссис Реддл, — испугано пролепетал он, стуча зубами.
— Где Том? — закричала Гермиона, заставляя Петтигрю испуганно попятиться. — Это все правда?
— Боюсь, что да, миссис Реддл.
Петтигрю подошел к столу и положил на него палочку Тома. Надежда исчезла, так же быстро, как появилась. Привычный мир рухнул всего за несколько минут.
Внезапно ей страшно захотелось чая, такого чая, который умел делать только Том. Она, словно обезумив, бросилась в его кабинет, попутно отталкивая все, что попадалось у нее на пути.
— Откройс-с-с-с-я! — подойдя к двери кабинета Тома, зашипела Гермиона на Парселтанге, старательно подражая змеиному языку. Замок щелкнул и дверь отворилась.
Сразу говорю я не знаю парселтанг! -сказала Гермиона, когда все на нее посмотрели.
В кабинете все было так же, как и вчера вечером, когда Гермиона приносила кофе мужу, который был чем-то занят до поздней ночи. Девушка остановилась, кабинет пах Томом, его парфюмом. Сжав зубы, Гермиона подошла к шкафчику у письменного стола и выдернула его вместе со всем содержимым. Никаких пакетиков чая тут не было. Следующие пятнадцать минут Гермиона, как одержимая, искала коробки, шкатулки, все, что угодно, где Том мог бы хранить чайную заварку. Оставался последний шкафчик, висевший в самом дальнем углу кабинета.
Девушка отворила дверцу и увидела перед собой две полки. На верхней стояли небольшие флакончики, переливающиеся перламутровым блеском, а на нижней — точно такие же флакончики, но только пустые. Девушку это заинтересовало. Взяв с верхней полки флакон, она вытащила колбу и втянула запах жидкости. Засахаренная вишня, ванильные сливки, свежая мята и… лавандовый шампунь Дэниела. Ноги стали ватными.
Джордж прижал Герми, а остальные тихо покрывали Тома матом.
— Перламутровый блеск, запах того, что нравится … Амортенция, — прошептала Гермиона, разворачиваясь к полкам, чтобы посчитать количество пустых флаконов. — Двадцать четыре…
Осознание произошедшего тяжким грузом свалилось на хрупкие плечи Гермионы. Она никогда не любила Тома. Он заставил ее. Двенадцать лет Том обманывал ее.
Прокручивая в голове воспоминания, у Гермионы всплыл в памяти голос. Тот голос отчаяния и мольбы, кричавший где-то в глубине нее каждый раз, когда она делала глоток чая. Она подумала о тех странных днях, когда она просыпалась с пустотой в сердце, не вынося взглядов Тома и их сына.
Я никого к тебе не подпущу.-прошептал Джордж прижавшись к Герми.
Гермиона вспомнила, как Том в первый раз дал ей попробовать этот чай. Это было в небольшом трактире на окраине Лондона через несколько лет после окончания Хогвартса.
Затем в голове появилась картинка их свадьбы: сдержанной, скромной. На ней присутствовали только друзья Тома — Малфои, Хвост, Барти Крауч младший, кто-то из семьи Блэков. Когда священник спросил ее согласна ли она делить с Томом горести и радости, хранить ему верность и быть всегда рядом, ее «да» вырвалось само собой, стоило Гермионе только раскрыть рот. Она никогда не хотела выходить за него замуж.
Гарри и Рон сжали кулаки.
Ноги подкосились, и Гермиона упала в кресло Тома. Огромная часть ее жизни была потрачена на человека, которого она никогда не хотела видеть рядом с собой. Дом перестал казаться ей уютным, а кабинет Тома родным и привычным, все вызывало отвращение.
— Что ты чувствуешь, Хвост? — спустившись на первый этаж, спросила Гермиона у Петтигрю, который все еще продолжал сидеть в гостиной. Она протянула ему флакон, а Питер удивленно посмотрел на девушку.
— Пр-р-ростите, миссис Реддл?
— Отвечай, — грубо рявкнула Гермиона, услышав фамилию, от которой кожа моментально покрылась неприятными холодными мурашками. — Запах, какой ты чувствуешь запах.
— Ммм… запах леса после дождя, коры ивы и … — испуганно пролепетал Хвост.
— Довольно, — Гермиона захлопнула крышку флакона с Амортенцией. — Убирайся!
— Мне так жаль хозяина, такой великий волшебник, — поклонился девушке Петтигрю. — Я так сожалею, миссис Реддл!
Как был жалким, так и остался! -сказал злой Гарри.
— Пошел вон! — заверещала Гермиона не своим голосом, направляя на Петтигрю палочку. Еще секунда и она бы выкрикнула одно из непростительных заклинаний, но Хвост скрылся за дверью.
Гермиона оперлась на стол, закрывая глаза. В гостиной появился Дэниел в пижаме. Девушка испуганно подняла глаза на сына. Снова это бледное лицо и холодный взгляд.
— Когда придет папа? — тихо, но уверенно спросил маленький темноволосый мальчик.
— Я… я не знаю, Дэниел, — пролепетала Гермиона, стараясь не смотреть ему в глаза, но взгляд сына словно прожигал ее.
— Я хочу увидеть папу, — властно сказал Дэниел, делая шаг вперед. Гермиона подняла глаза на сына. На секунду ей показалось, что он смотрит прямо ей в душу, от чего внутри нее все перевернулось наизнанку.
— Он скоро придет, — спешно ответила девушка. — А сейчас иди оденься и собери в рюкзак все, что тебе нужно. Мы уезжаем.
Мальчик даже не поинтересовался, куда и почему, а просто развернулся и начал подниматься по лестнице к своей комнате. Может быть, он что-то знал?
Вряд ли. Он просто ребенок.-сказал Рон.
Гермиона прекрасно осознавала, что им с Дэниелом теперь угрожает опасность. Их будут преследовать мракоборцы Министерства Магии, попытаются убить враги Тома. Но сейчас это волновало ее меньше всего. Девушка не знала, как объяснить сыну, что произошло, не знала, как прожить с ним еще пол жизни, смотря в бледное лицо, так явно напоминающее Тома и глаза, от которых хотелось спрятаться и никогда больше их не видеть.
Дэниел появился через пару минут с маленьким рюкзаком. Гермиона натянула на него шапку и джемпер и вывела из дома.
— Инсендио! — крикнула она, направляя палочку на когда-то казавшийся любимым дом. Тот тут же вспыхнул ярким пламенем. Дэниел молча смотрел на полыхающее здание. Гермиона, держа за руку сына, тоже не отрывала глаз от оранжево-желтых языков пламени, поглощающих дом, а вместе с ним и долгие годы, проведенные под его крышей, сотни казавшихся тогда счастливых моментов и тысячи некогда нежных, а теперь отвратных прикосновений Тома. Пламя не пощадило ничего. Все сгорело дотла, превратившись в пепел.
Гермиона, маглы похоже любят выставлять тебя злюкой.-сказал Фред, но получил злые взгляды и замолк.
Гермиона развернулась и направилась с Дэниелом вдоль дороги. Позади остались почерневшие от огня остатки дома, а воздух над ними заволокло миллионами пепельных хлопьев, напоминающих девушке некогда счастливые, а теперь обугленные ужасающей правдой моменты своей собственной жизни. Дэниел внимательно посмотрел на Гермиону, пытаясь найти в ее глазах объяснение. Это был взгляд, являвшийся ей еще долгие годы в самых страшных кошмарах и в самых счастливых снах.
Гермиона знала, что это не конец.
Она знала, Том вернется, отыщет их. Но будет ли готова Гермиона снова взглянуть в его стеклянные глаза? Это лишь вопрос времени.
Конец фанфика.-сказала Лаванда.
