Дьявол носит Prada

Следующее утро далось куда легче чем первое. Сегодня после работы мы договорились с Женей и нашими друзьями в кафе. Именно этот факт заставлял быстрее собираться, чтобы как можно раньше отправиться на работу. Сегодняшний мой образ был практически такой же, каким был вчерашний, но теперь вместо свитера был пиджак и вместо юбки чёрные джин сы. Я не особо выбирала лук. Что попалось, то и надела. Благо, я оделась быстро, а к тому моменту вкусный завтрак уже стоял на столе. Позавтракав, я вновь отправилась в этот «муравейник», кишащий красивыми девушками с длинными ногами и короткими юбками. Заняв своё рабочее место, я решилась расспросить свою новую коллегу о ней, о нашей начальнице. — Меня зовут Мари. Я здесь работаю уже около года. Через шесть месяцев Лукина со старшим помощником и ещё некоторыми коллегами поедет во Францию, и там можно будет купить много разных нарядов. Именно для этого нужна была вторая заместитель. — Хорошо, а что входит в мои обязанности? — спросила я, понимая, что со своей длинной историей о Франции Мари совсем забыла рассказать о том, что я должна делать. — Ну, приносить кофе, выполнять мелкие поручения. Я же, занимая более ответственную должность, буду делать, соответственно, важные дела, к которым нужно максимально ответственно подойти, например, приносить книгу агентства. — Книга агентства? — спросила я, совсем не понимая о какой книге идёт речь. — Да, это книга популярных брендов агентства, которые уже были во Франции. И конечно, там важные номера моделей, стилистов и дизайнеров, которые будут представлять ту или иную коллекцию от своего бренда, — договорив свою речь, она отвлеклась и посмотрела на наручные часы. — Так, на том столе стоит стакан с кофе, отнеси ей в кабинет и ещё про газету на тумбе не забудь. — дала мне указания Мари, показывая на помещение похожее на коморку, оборудованную для комнаты отдыха и перекуса для помощников. Сделав всё, что мне сказали, я села за стол и принялась смотреть, что есть в компьютере важного. К сожалению, долго в такой тишине посидеть не удалось, уже через минут пятнадцать в приёмочную ворвалась Лукина и, кинув на мой стол пальто и сумку, зашла в свой кабинет. Отойдя от шока, я медленно повесила пальто, а рядом и сумку. После чего вернулась на своё рабочее место. В приёмочную немного погодя вошли ещё несколько человек, бесцеремонно прошли мимо меня и направились к ней в кабинет. Пришедшие люди долго и бурно что-то обсуждали, жестикулируя, размахивая руками из стороны в сторону. Мари уже вернулась на своё место и работала на компьютере, так же отвечала на звонки и передавала документы тем, кому они были нужны. На телефон у моего стола позвонили, я взяла трубку немного трясущимися руками и несмело ответила: «Да, отдел Лауры Лукиной», на что получила ответ: «Передайте Лауре Альбертовне, что эскизы готовы на хлопковые юбки с покроем». После этих слов звонящий мгновенно отключился, не оставляя и шанса мне вставить хоть несколько слов. В общем, я мало что поняла, но это не помешало сделать мне умное лицо, чтобы никто не понял, что, на самом деле, я прибываю в тихом ужасе. — Мари, — послышался голос Лукиной из кабинета. В этот миг я посмотрела на девушку, но вместо того, чтобы подойти, она кивнула мне головой на дверь, добавляя: «Иди, это тебя». Неуверенно встав, я направилась в кабинет. — Мари, почему я должна ждать? Вам звонили дизайнеры хлопковых юбок? — спросила Лукина, на удивление, очень даже милым и нежным голосом. Казалось, это две разные личности. Одна стоит передо мной вся из себя, строгая и непоколебимая, а вторая озвучивает её, как суфлёр. — Эм, просто я Мария, Маша, — совсем позабыв кто и когда мне звонил, я запнулась. Хорошая память мне подвела впервые, но тут же спасла. Вспомнив, что мне звонили и говорили про какие-то юбки, я уверенно ответила — Да. — Так, хорошо, и что они сказали? — на меня устремили взгляд все присутствующие в комнате, и я даже почувствовала, что кто-то смотрит на меня сзади. Естественно, это была Мари. — Сказали, что эскизы готовы. — Замечательно! Тогда скажите Татьяне Алексеевне, чтобы она подготовила примерку с моделями и позвоните в другой отдел, чтобы спросить, как обстоят дела с брючными костюмами. На этом всё. — сказала Лукина и опустила взгляд на какие-то документы. Закрыв глаза, я стараюсь запомнить имя женщины, которой нужно сообщить всё это, и что нужно сделать. После этого я вернулась на своё место. — Кто такая Татьяна? — и тут я запнулась, так как поняла, что забыла отчество. — Алексеевна, — напомнила Мари — она дизайнер. Давай я ей скажу, а ты позвони в отдел и обговори все детали, касающиеся костюмов, — помогла она мне. Сделав всё, я откинулась на спинку стула и опустила голову вниз. — Мари, идёмте нам пора на примерку. — имя было не моё, но я поняла, что было адресовано именно мне, ведь никого больше в помещении не было. Завернув два раза на право, мы оказались в довольно просторной комнате, она была так же в светлых тонах и очень светлая, хоть свет и был выключен. Только сейчас я обратила внимание на образ директора: бежевое платье, длина которого позволяла закрыть колени и половину щиколотки, этого же цвета пиджак, чёрные капроновые колготки и чёрные туфли на невыском каблуке. Дополняли и без того прекрасный образ незаменимый атрибут женщины, очки с тонкой чёрной оправой, и идеальная причёска, из которой не вылез ни один шатенистый волосок. «Идеальная» — пронеслось у меня в голове. Из моих раздумий меня вывел её строгий, но в то же время мягкий голос. — Мария, вы записываете? — посмотрев ей в глаза, я кивнула головой и принялась всё записывать. Она с дизайнером ещё долго что-то обсуждала, но мне, к сожалению, почти ничего не удалось понять. Но когда дело дошло до одного платья, они резво начали составлять образы в поисках идеального. Подбирая наряд, наверное, вечность, Лукина, наконец, нашла то, что прекрасно подойдёт. Отдав платье в руки модели, она принялась искать подходящий пояс для него. Одна девушка показала ей два пояса. Как по мне, они были одинаковы, но она нашла что-то, что отличало их. Меня это немного рассмешило, и я не сдержалась, пустив тихий смешок. Но эти чуткие уши услышали его, и, повернувшись ко мне лицом, она попыталась показать всем своим видом, в том числе и мимикой, что недовольна моим поведением. И мне действительно стало страшно. — Что вас так рассмешило, Мария? — спросила она, не сводя с меня грозный взгляд и не двигаясь, она всё так же держала оба пояса в руках. — Простите, но мне кажется, что это два совершенно одинаковых пояса. Лично я не вижу отличия в них. — Хм, правда? Ну, это не странно. Вы ежедневно надеваете то, о чём ничего не знаете, — она всё же отвела от меня взгляд и, закрепила на платье пояс, продолжила, — Вот, например, ваши джинсы. Вы знаете, откуда эта вещь? Конечно, нет. Вы думаете, что из обычного масс-маркета, на самом же деле, в две тысячи шестом году именно эта партия джинс была распродана по цене, которая превышает их сегодняшнюю в четыре раза. Над этим пошивом работало около семи человек, целых десять месяцев. Но какая разница? Правда? — съязвила она. Тут я поняла, что она меня не просто урыла, а, как говорится, закопала. Было немного стыдно. Я даже покрылась румянцем. Но слово не воробей, назад не вернёшь. Наконец-то, этот день подошёл к концу. Я надела пальто и вышла из здания. Тяжело вздохнув, я вызвала такси и поехала в кафе, где меня уже ждал Женя и наши друзья. Аккуратно усаживаясь за стол, я заказала бокал вина и лёгкий салат. — Боже, Машка, неужели ты всё-таки утроилась? Даже не верю… Моя подруга, Мария Третьякова, устроилась в агентство к самой Лукиной! Ужас! — эмоционально отзывалась моя подруга, Маша. Да, её тоже так звали, как и меня, поэтому обычно нас зовут по фамилиям, дабы не путать. — Маш, прекрати. Давайте не про работу, я так сегодня устала. — Да. Подожди секундочку, в каком смысле ты устала? Рассказывай. Как первый день? Скажи спасибо, что проставляться не заставили. — Маша не была из тех, кто отцепится поэтому пришлось рассказывать, даже несмотря на жутчайшую усталость. -Ладно, я там, в принципе, как помощник: кофе, бумаги, записываю важные детали, о которых она говорит, а говорит она много и почти без перерывов. Делаю пометки и получаю уведомления от работников для неё. — А как она? Красивая? Правда, что орёт всё время и строгая до потери пульса? — не унималась подруга. Ей была интересна каждая мелочь, каждая зацепка чего-либо. — Да, очень красивая. На вид строгая, но голос мягкий и такой приятный. Вроде не кричала, может быть, в первый день она меня пожалела и не стала кричать на меня. В общем, посмотрим, что будет дальше, — устало и даже вымученно улыбнулась Третьякова. — А что? Было за что орать? — спросила Маша, и я даже задумалась, стоит ли рассказывать про те самые два «одинаковых» пояса, которые заставили сегодня Машу и смеяться, и краснеть от стыда. — Да нет. Просто говорю, — на этом разговоры про работу были забыты, и нашлись новые темы, интересующие нас намного сильнее. Мы ещё долго разговаривали, и вскоре мы с Женей поехали домой.