Кино, носки и пластинки

Приближалась годовщина начала их отношений с Арсом. Они уже 5 лет вместе, и, знаете, это достаточно, чтобы Антон понимал, что отпускать такого человека не собирается ни за что в жизни. И Шастун рад этой годовщине настолько, что словами не передать. Попов довольно долго не давал приблизиться к себе, но Шаст не сдавался и, в конце концов, покорил этого графа, хотя ему это стоило нескольких сотен нервных клеток. Но теперь перед Антоном стояла совершенно иная задача, а именно — устроить для Арса сюрприз. И это стало довольно трудной задачей, пока Поз не сказал Антону то, что натолкнуло его на мысль: — Подари Арсу то, что он любит больше всего. — А то я сам не знаю. — Секунда раздумий, а за тем звонкое: — Точно! Поз, ты лучший. Антон прекрасно знал, что любит Попов, а именно: носки, виниловые пластинки, кино и его самого. Только не в таком порядке. Винила и носков у них дома завались, так что Шастун останавливает выбор на оставшихся двух вариантах. Вот только просто пойти вместе в кино как-то слишком банально. Антон даже не рассматривал такой вариант, потому что для Арса нельзя делать что-то просто. Ведь он совсем не простой. Так что изрядно поломав над этим голову, Антон нашел оптимальный вариант и начал к нему тщательно готовиться, так как реализовать всё это было не просто. И вот 26 августа они с Арсом заходят в холл ранее незнакомого кинотеатра. — На какой фильм идём? — в который раз спрашивает Арсений, подходя к буфету, чтоб, как обычно, взять два ведёрка попкорна в карамели и спрайт, но Антон оттягивает его за руку в направлении залов. — Скоро сам все увидишь, — загадочно произносит Шастун и, переплетая их пальцы, ведёт мужчину к залу на втором этаже. Антон нервничает. Ой как нервничает, но старается этого не показывать, ведь портить сюрприз совершенно не хочется. Когда парни оказываются перед нужной дверью, Антон открывает её откуда-то взявшимся личным ключом и пропускает Попова вперёд. Они заходят в маленький и совершенно пустой зал, который больше похож на зал для домашнего просмотра, и Антона немного отпускает. Пока все нормально. — А почему зал такой необычный? — Потому что день сегодня необычный, — загадочно говорит Антон. — Падай вот сюда, — парень указывает на черный кожаный диван посреди комнаты. Арсений садится, и Антон отходит назад, нажимая что-то на проигрывателе, и «представление» начинается. Арсений наконец-то успокаивается и, устроившись поудобнее, находится в полной готовности вникать в плоды кинематографа. Реклама проходит, как всегда, скучно, потому что все трейлеры к новым фильмам Арс уже видел, так что мужчина больше залипает на то, как его парень расправляется с оказавшейся на столике бутылкой вина и разливает содержимое по бокалам. Неожиданно пленка будто перематывается, и Антон садится рядом, протягивая Попову бокал. На огромном экране появляется фото Арсения несколько лет назад с максимально недовольным лицом, ведь за пару минут до снимка Шаст подарил ему «нежеланный» букет. Арсений поворачивается к Антону, который показательно не отрывает глаз от экрана, и делает пару глотков вина. — Зай, а что происходит? — Мы смотрим фильм. Не отвлекайся, пожалуйста, это мой самый любимый, не хочу, чтобы ты что-то пропустил. Арсений улыбается и возвращает внимание к сменяющимся фотографиям, при этом, нежно касаясь руки Шаста, переплетает их пальцы. Антон действительно устроил целый фильм. Фильм об их отношениях, и вот пока Шастун притягивает Арса в объятья, Попов наконец-то пробует вино, которое так нахваливала Оксана, и тоже отмечает, что вкус великолепен. Мужчина в который раз думает, что не зря тогда сдался под напором этих неуклюжих подкатов. На экране продолжают демонстрироваться фотки вперемешку с видео, наглядно рассказывая об их истории. — Антон! — возмущается Попов, когда на весь экран демонстрируется его обнаженное фото. Мужчина, конечно, же не отрицает, что кадр просто потрясающий, и он там вышел ну слишком уж хорошо: с небрежно растрёпанной чёлкой, раскрасневшийся после очередного секса, с полузакрытыми глазами и довольной улыбкой, лежащий на темно синих простынях, так что его светлая кожа, безумно красиво и контрастно выглядит. Но все равно! — Что? Это тоже часть нашей жизни, и она мне, кстати, очень даже нравится, — игриво говорит Антон, переводя взгляд на мужчину. — Да что ты говоришь, — качает головой Арс. — Угу, — Шастун улыбается, как нашкодивший кот, и тянется за поцелуем, при этом поднимая руку по внутренней стороне бедра Арса, но тот его останавливает. — Твое умение превращать романти́к в эроти́к, я так понимаю, никуда не делось, — Попов проводит рукой вниз по груди Антона, провожая ее взглядом, но потом опять возвращается к родным глазам напротив. — Всё верно, — говорит Антон, снова приближаясь к своему парню, но Арсений его останавливает буквально за миллиметр от цели. — Подожди, а как же..? — Арсений махает головой в сторону экрана. — Потом дома досмотришь, — новая попытка, и опять Антон терпит поражение, как и несколько лет назад. — А..? — Людей нет, комната звуконепроницаемая и закрыта на ключ, — шепчет Антон прямо в губы Попова, понимая о чем тот хотел спросить, без лишних слов. — Готовился? — с улыбкой произносит мужчина. — А как же, — Шастун забирает оба бокала и ставит на столик. — Стоило только вспомнить, как Серёжа нас… — Заткнись! — хрипит Попов, перебрасывая ногу через Антона, садясь ему на колени. — Так ты уже не против? — Шаст откидывается на спинку дивана, проводя руками по бёдрам мужчины. — А когда это я был против? — всё также игриво настроенно говорит Арсений, медленно пробираясь пальцами под футболку Антона. — Ну-у… — Антон перестает как-либо реагировать на действия Попова, желая немного подразниться. — И почему говорят, что душнила я? Антон вздыхает и, показательно закатив глаза, притягивает Попова к себе, накрывая его губы поцелуем. Шастун сдается, хотя на самом деле поражение принадлежит Арсу. Антон зарывается пальцами в смольные волосы, массируя затылок, и Арс получает первый разряд мурашек, бегущих вдоль позвоночника. Шастун никогда не упускал возможности воспользоваться своими потрясающими знаниями его чувствительных зон. Он спускает руку чуть ниже, продолжая свои массирующие движения уже на шее, и Арсений стонет в поцелуй, блуждая руками под футболкой партнёра. Попов первым разрывает поцелуй, стягивая с них футболки, ведь так ближе, жарче, чувственнее, роднее. И вообще, зачем им нужна одежда, если кожа к коже это так интимно? Антон ведёт руками вниз, пересчитывая изящными пальцами рёбра, а затем, притянув Арсения ещё ближе к себе, расстегивает его ремень вместе с пуговицей и ширинкой. — Не терпится? — Ты своей привлекательностью никогда не даёшь растянуть удовольствие, так что сам виноват. Шастун резко стягивает белье мужчины вместе со штанами до уровня колен, нанося лёгкий, но неожиданный удар по ягодице, от которого Арсений немного подпрыгивает. Антон довольно хмыкает, но брюнет не оставляет его без ответочки и неслабо прикусывает плечо. — Ауч… — наигранно шипит Шастун и, улыбнувшись, облизывает пальцы, смачивая их слюной. Арсений приподнимается, позволяя его пальцу проникнуть в себя, и закусывает губу от удовольствия, когда вскоре добавляется следующий. Попов снова спускается к шее Антона, зализывая свой укус, и оставляет несколько лёгких засосов то тут, то там, улавливая участившееся дыхание Шастуна. Мужчина поддается бедрами назад, желая большего, но Антон, видимо, решил сегодня вдоволь поиздеваться, поэтому увиливает от каждого движения Попова. Арсений раздосадовано хнычет, и мужчина, смиловавшись, добавляет ещё один палец. Антон думает, что Арс настоящее искусство, а потом чувствует его пальцы на своём члене, выдыхает сквозь зубы и удивляется, когда только Попов успел залезть в его боксеры. — Ничего себе! Вас и тут, и там передают. До чего техника дошла! — смеётся Антон, смотря на очередное фото Попова в стиле ню, и продолжает неспешно разрабатывать Арса уже тремя пальцами. — Фу, Антон! Ты испортил мне ассоциации с мультиком, — возмущается Попов, отрываясь от осыпания Антона поцелуями. — Неужели всё так плохо? — Шастун сгибает пальцы, проходясь по простате, и Арсений выгибается, царапая его грудь короткими ногтями. — М-м! Ша-аст… — с губ мужчины срывается несдержанный стон, и Шаст хитро улыбается, получая желаемую реакцию. — Плохо? — снова спрашивает Антон, явно издеваясь, и проводит языком по трём родинкам, замечая, как у Попова дрожат ресницы. — Х...хоро-ошо. Очень! — Арсений выгибается в спине и смотрит прямо в глаза Антону, устанавливая зрительный контакт. Всегда интересно наблюдать за сменяющимися эмоциями на лице Шастуна, ведь он их совсем не скрывает, и есть возможность увидеть всю их палитру, особенно во время секса, из-за чего у Попова и появился очередной кинк. Да и вообще с Антоном никогда не было так, как с другими. Он уникален, такого больше нигде нет. Такой только у него одного, и он ни с кем и ни за что не поделится. — Готов? — Антон прекращает движения рукой, пытаясь поймать более менее сознательный взгляд Попова, и как только видит утвердительный кивок, вытаскивает пальцы. — Тогда возьми смазку со столика. Арсений, рискуя упасть, если встанет прямо сейчас, тянется за смазкой, продолжая сидеть на коленях, но потом понимает, что одежда слишком мешает и, сняв штаны, отбрасывает их в неизвестном направлении. Мужчина передает тюбик Антону, и как только тот распределяет жидкость, Арсений немного приподнимается, насаживаясь на член. — Ты специально муча-ах-ал меня воздержанием последние две м-м-м недели, чтоб сейчас было все та-ак? — скулит Арсений, прогибаясь в спине, начиная чуть быстрее раскачиваться на члене своего парня. — Я был занят подготовкой, — глухо стонет Шастун, наблюдая, как плавно и мягко прогибается тело мужчины, сводя Антона с ума, и параллельно проводит пальцами по его лопаткам. Кольца холодят кожу, Попов вздрагивает и больше ничего не говорит, лишь стонет, прогибаясь назад, опирается руками об колени парня, впиваясь в кожу пальцами, и продолжает наращивать темп. — Куда это ты так разошёлся? А как же растянуть удовольствие? — Шастун опускает руку на член Попова, пережимая его у основания. — Анто-он, прошу… Мне совсем чуть-чуть оставалось, — хнычет Арсений, но Антон не слушает, переворачивает Попова животом на диван и кладет руку ему на талию, призывая прогнуться в спине. Арсений свешивает одну ногу с дивана, упираясь в пол, пока Антон снова входит в него до упора. Горло тут же сдавливает протяжный стон, и Попов поддается бедрами назад, желая, чтобы Шаст снова начал двигаться. Но долго ждать не приходится, так что Антон сразу же срывается на быстрый ритм, продолжая снова и снова ловить довольные возгласы, срывающиеся с искусанных губ. Арсений упирается лбом в диван, и стоны тонут где-то в кожаной обивке, пока Шаст неспешно водит рукой по его спине, собирая очередной сбор родинок. — То-ош, — Арсений хватается за руку, что как раз оказывается на его плече, и сжимает пальцы вокруг запястья, немного царапаясь при этом ногтями. — Знаю, я тоже, — Антон убирает опорную руку с талии Попова и почти вплотную прижимается к его спине, продолжая наращивать темп. Кусает шею, чуть ниже оставляет заметные следы и чувствует, что осталось совсем чуть-чуть, поэтому вновь набирает темп, роняя голову на подставленное плечо. Арсению такой темп рвет крышу. Мурашки по телу решили устроить марафон, так что Попов периодически подрагивает, голова кружится, а дышать вообще нечем. Мужчина сильнее выгибается в спине, чтобы вдохнуть чуть больше воздуха, и Антон толкается особенно глубоко. Шаст стонет, и это срабатывает, как спусковой крючок, низ живота затапливает теплом, и Арсений сильнее цепляется за быльце дивана. Чувствует, как Антон дрожит на нем, сильнее сжимает его внутри и кончает, пачкая живот и обивку. Шастун прикрывает глаза и старается отдышаться, но пока не встаёт, желая побыть ещё немного внутри. Но через несколько минут всё же отстраняется, наблюдая, как сперма стекает по внутренней стороне бедра Попова, довольно хмыкает и протягивает ему салфетки. — Жив? — Мгм… Вроде того, — Арсений переворачивается на спину, восстанавливая дыхание, и снова довольно лыбится, как на той фотке. — Знаешь, нам стоит купить домой такой диван! Ну о-очень удобный, мягкий такой. А главное, с него можно стереть следы преступления, — Шастун поднимается с дивана и нежным движением убирает со лба Арса прилипшую челку. — Эй ты, преступник, давай собирайся, — смеётся Арсений и, вставая, осматривает комнату, пытаясь отыскать свою одежду. — Я не отпущу тебя сегодня так просто. — Продолжим дома? — снова в нужном настроении спрашивает Шастун. — Ещё как…