И в долгий миг на разных сторонах

Тиара

- Хоть одно лишнее слово и вам не поздоровится, младшие, - в очередной раз повторяет нам Лола. - Понятно, понятно уже, - отвечаю я за нас двоих. Сегодня к отцу должны прийти кто-то очень важный по работе. И мы с Натом должны быть рядом и ни в коем случае не ляпнуть лишнего. Лола закрывает дверь в мою комнату. И мы выдыхаем с облегчением. - Как думаешь кто это будет? – спрашиваю я Ната. - Какая разница? Главное сидеть тихо и не шуметь, - отвечает он рассматривая свой мяч. Прошла наверное целая вечность, когда нас позвали вниз. Мы спускаемся по лестнице и не видим там отца, что уже странно. Там находится мама, и с самой обворожительной улыбкой смотрит на человека рядом. Ему на вид лет тридцать, но в его руках уже трость. На диване сидят два мальчика с высокомерным видом, раньше я никогда их не видела. Я перекидываю свои рыжие волосы вперёд и уверенно шагаю к ним. Нат идёт на шаг или два позади меня. Нас замечает мама: - А вот и Натаниэль с Тиарой. Знакомьтесь, это мистер Морияма, один из основателей экси, - мужчина кивает и осматривает нас с братом. Мы конечно слышали о нем, мама много раз рассказывала нам про этот спорт. – А это Рико Морияма и и Кевин Дэй. Мальчики, у которых на скулах были нарисованы маркером цифры «1» и «2», даже глазом не повели. «Какие высокомерные, - подумала я, - мы точно не подружимся» Я прихожу в себя от ледяной воды вылетой на меня. Мне приходится хватать воздух от неожиданности. Дёргаю руками, они, как ожидаемо, связаны, а самая я привязана к стулу. - Пора платить, Веснински, - говорит человек по прежнему в маске, специально выделяя в фразе мою фамилию. Я оглядываю себя: на мне больше нет куртки, но вся остальная одежда на месте. Мои ребра болят, а стопа горит огнем. Думая о боли я вспоминаю Кирило. Что бы было если бы он не повёз меня? Он бы был жив. В этом виновата я, и только я. Но все уже произошло. - По воле твоего папочки долгие годы мы провели в тюрьме. Выхожу и узнаю, что он сам гниёт там. А вот его дорогая дочурка на свободе. Ты даже не представляешь как я был рад. Мог бы не объяснять почему они похитили меня. У моего отца очень много врагов. Только вот мало кто решается тронуть меня. Я часть Воронов, и никак не вникаю в дела отца. Но бывают и такие идиоты. Которые посылают письма с угрозами о расправе или мертвых свиней в посылке. Похищают тоже. Меня похищали два раза. Один раз ещё когда я была младенцем, но меня быстро нашли, а части тела похитителей полетели в океан. Второй раз мне было восемь, тогда была тренировка и меня затащили в машину. Я пробыла у них два дня, без еды и воды, но люди отца нашли меня. А этих ублюдков рубили часами. В этот раз меня не спасет отец или его люди. Я умею оценивать и вид их показывает, что им не нужны деньги. Им нужна месть! - По воле моего отца вы все ещё дышите! – Раз умирать так с песней. Он ударяет кулаком мне в лицо и от его острого кольца у меня появляется новая рана. Я не успеваю прийти в себя как он ударяет мою голову об свое колено, из моего носа начинает идти кровь. - Старший Веснински думал, что разрушил нашу жизнь, но он ошибался. Натан слишком слаб для этого. А вот мы сильны и способны разрушить твое жалкое подобие жизни! - Ну так убейте, или хотите стать подобием моего отца? - Что ты несёшь? - сказал голос номер три. - Фишка моего отца, - начинаю я пояснять, - не только убивать топором, но и убивать часами. Чтобы человек страдал и мучался. Так вы его последователи или противники? Повисает тишина. Они уж точно не ожидали, что я не упаду в колени я не буду умолять о пощаде. Но что они хотели от дочери Мясника! Голос номер 2 говорит вроде на итальянском языке, я его не понимаю. Поэтому следующую секунду засыпаю от новой дозы снотворного.

***

В этот раз меня будят тремя пощёчинами и от них точно останется след на щеке. Я обнаруживаю, что мои руки не связаны, а человек передо мной курит сигару. - Доброе утро, Веснински, - раньше я не слышала этот голос; я пытаюсь напрячь память, но безуспешно. - Откуда мне знать, что сейчас утро? - Ты знаешь кто я? - Человек которого посадил мой отец? - Уверенно отвечаю я, хотя понимаю, что это не вся правда. - Пусть у тебя остаются такие сведения.– Теперь он держит сигару в руках. – Мне больше интересно, где твоя мать? На что они надеятся? Моя «мать» сбежала много лет назад с братом и кучей ворованных денег. Сейчас я знаю где находится младший, а вот где Мэри, понятия не имею. - Зря стараетесь, я не знаю. Человек, как я поняла босс, смотрит на сигару и тушит ее об мои руки. Я вскрикиваю от боли. Невероятный псих, как жаль, что не вижу его лица из-за чертовой маски. Босс вскидывает сигару и смотрит на меня: - Ещё раз: где Мэри Веснински? - Я. Не. Знаю. Босс поднимает руку и человек, до этого стоящий сзади, даёт ему биту. Взяв ее он бьёт меня в живот. А потом ещё раз и ещё. Я не стараясь хвататься за него, поэтому руками опираюсь на колени. Я уже задыхаясь от кашля, когда в комнату вбегает ещё один человек: - Босс, мы горим. Не секунду он замирает, а после ударяет меня битой по лицу. - Пусть подохнет здесь от дыма, - и уже на выходе добавляет, - это будет достаточно мучительно. И они уходят. Минуту я не двигаюсь осознавая свою положение. Но нельзя медлить. Я вспоминаю уроки отца, матери, Лолы, ДиМачино меня учили драться, выживать, убивать, но на практике это в разы тяжелее. Я уже начинаю чувствовать дым, когда наклоняюсь, что бы начать освобождать ноги от верёвок. -Береги воздух, - говорил отец, когда мы оказывались у горящего здания, - в пожаре он ценнее золота. Я стараюсь не паниковать и дышать размеренно, только со сломанными ребрами это в разы тяжелее. Одна нога освобождена, когда я замечаю, что дыма становится ещё больше. - Охлади голову, - последним слова Кирило. Вторая нога далась легче. Я пытаюсь встать со стула, но переоценила себя и падаю на колени, разбивая их о бетонный пол. - Не оглядывайся, - всегда говорила мама. Я встаю, и уже задыхаясь бреду к выходу. Назад смотреть нельзя, только вперёд. Я нахожусь в каком-то бункере. Как тут мог произойти пожар? Плевать, это шанс на жизнь. В бункере темно, но становиться хуже из-за дыма, горит где то впереди. Выход тоже там. - Будь готова к ударам в любой момент, - говорил ДиМачино, в моменты избиения меня Джексоном. Вряд ли кого-то тут придется бить, но стоит быть начеку. Я не могу привыкнуть к боли, но я должна это пережить. Пережить сломанные ребра и раны под одеждой. Пережить отсутствие воздуха. Я переживу, я Веснински и Ворон. - Умей искать выходы и всегда хитри, - говорил мастер, - ты Ворон. Огонь становиться ярче. Под ногами уже земля, а не бетон, а горят какие то коробки. Для выходя надо подняться по лестнице вверх и задержать дыхание. 1..2..3.. Надеюсь хватит воздуха. Я пробираясь к лестнице сквозь жар. И начинаю подъем. С каждый пролётом лестнице все сложнее двигаться. Но я вспоминаю брата, его улыбку и язвительные слова, за которые я готова его убить. Вспоминаю Рико и его высокомерие, с которым все таки смогла смирится. Вспоминаю Кевина, его редкие искренние улыбки, которые адресованы не экси, а мне. Конечно, вспоминаю Воронов, команду которую я не готова сейчас оставить. Вспоминаю, что мне ещё есть ради чего жить. В этот момент я открываю люк и вылелезаю наверх. Рвано хватая воздух и оглядываюсь вокруг. На улице день, вокруг посадка, а из-за недавнего дождя на земле видны следы от шин, идущие вглубь деревьев. Надо идти прямо, я слышу дорогу. - Не останавливайся, - сказала мне мать за несколько часов до их побега, больше я ее не видела. Я встаю через все переломы и продвигаюсь вперёд. Не знаю сколько я шла, сколько я падала. Вся моя одежда то ли в грязи, то ли в крови. Я вижу дорогу, машин нет, но это шанс на жизни и я его не опущю. Подходя ближе я почти подаю на дорогу когда вижу машину. Она останавливается в метрах десяти от меня. Я не вижу лица мужчина который вышел, но его голос смутно знаком: - Девушка, вам нужна помощь? – говорит он когда ещё далеко. – Веснински? Я поднимаю голову услышав свою фамилию. И вижу тренера Лис. Удача, проклятие или судьба? Я пытаюсь, что то сказать, но не могу. - Ты здесь одна? Я только киваю. Мне нужна помощь, и к счастью я умею это вовремя признать. - Мы поможем тебе, - говорит Ваймак за секунду до того как мир погрузился во тьму.