Вдыхая волшебную пыльцу...

— Генри! — с притворным восхищением произнесла Реджина. — Ты разве не должен быть в… — её глаза забегали по комнате в поисках часов, — школе? Продолжая притворно улыбаться, Миллс сидела так, словно ничего не произошло. Только нервно дрожащий уголок губы выдавал её. Эмма хотела достать до своей валяющейся рубашки, но вряд ли бы сына оценил голую мать, ползающую по паркету, словно партизанка в засаде. Реджина встала и, не глядя, бросила на девушку первую попавшуюся под руку ткань. «Блять», — прошипела про себя Эмма, когда ей прилетело в голову. — Как прошёл твой день? — Реджина подошла к Генри и отвернула его от комнаты, стараясь увлечь беседой. Мальчик несколько секунд молчал, пока шестеренки в его голове усердно работали, а после блестящими глазами он посмотрел на мать и заулыбался. — А вы как бы… — полностью игнорируя вопрос Реджины, сказал Генри. — Мутите? — с глупой ухмылкой спросил он. Брюнетка поджала губы и оглянулась к Эмме. Та расчесывала волосы пальцами и поправляла рубашку. А когда отряхнулась, показала «класс», оттопырив большой палец вверх и глупо улыбнулась, копируя сына. Миллс развернула сына обратно и подтолкнула в сторону Эммы, переводя все стрелки разговора на неё. Свон сквозь зубы вдохнула и попыталась что-то объяснить, активно жестикулируя. — В общем, малой… — шериф решила подойти к вопросу с проверенной схемы, — понимаешь, когда люди любят друг друга, они… — Я знал! Знал! Свон не успела дойти до аистов, которые приносят детей, как Генри радостно завизжал. Эмма и Реджина переглянулись, не понимая, что происходит, но явно радуясь тому, что не оставили парню травму на всю жизнь. — Генри, ты же понимаешь, что рассказывать об этом пока никому не стоит? — спустя несколько минут спросила Реджина. Они втроем сидели на кухне, и, пока Реджина готовила бутерброды и чай, Эмма с Генри переглядывались и корчили друг другу рожицы. — То есть как это?! — с притворным удивлением спросил парень, — Вы... — для пущего эффекта, Генри набрал воздух в легкие и встал со стула, — не будете собирать ВЕСЬ Сторибрук «У Бабушки» и не поведаете им про свои отношения?! — Генри делал вид, будто сильно возмущен и показушно дышал. Реджина же все восприняла серьёзно. — Нет, конечно м-мы… — начала Миллс, но остановилась, услышав кряхтение за спиной, и наконец обернулась. Оба ее самых родных человека лопались и давились от смеха. Реджина нахмурилась: — Я сказала что-то смешное? — Нет, мам, — сквозь смех пищал Генри. — Он просто… Ща, подожди, — Свон подняла ладонь, жестом показав «Дай успокоюсь», но ей помог сын. — Я и не думал, что вы будете делать так же, как Ба с Дедой, — произнес Генри и наконец сел обратно на стул, — я не такой маленький, мам, — немного надуто произнес Миллс, но все же его дрогнувшие вверх уголки губ выдавали парня с его веселым настроем. — Да, Реджина, он же смышленный малый… — и недолго думая Эмма добавила, — весь в меня пошел… — Подумать только, — буркнула Реджина себе под нос, — еще и двадцати минут не прошло, а вы уже сговорились против меня, в моем же доме… — она поставила кружки с чаем перед лицами Эммы и Генри, и улыбнулась. Внутри все клокотало и распирало от счастья. Они оба приняли её. Вот это и значит счастье?

***

Элегантная женская фигура проскользнула через переулок. Острая шляпа на голове и зелёная блузка подчеркивали её утонченный образ. Озираясь по сторонам и стараясь быть незамеченной, женщина всё ближе подбиралась к белому единственному в этом городе особняку. Дому ее ненавистницы. Использовать магию она не решалась, так как Реджина бы сразу почувствовала чужое присутствие. Тем более, прогулки на свежем воздухе весьма полезны для пережившего несколько веков организма. Зелина Миллс — старшая из сестер королевской семьи, завистница и подражательница, на самом деле, просто обделенная судьбой женщина, в чьих несчастьях она винит только собственную сестру. Испортить жизнь Реджине — высшая из досягаемых целей, которая успешно накрылась, когда Миллс младшая не успела пострадать от ухода возлюбленного к вернувшейся из прошлого жене. Конечно, в этом виноват ещё и слишком обаятельный пиратик, симпатичная мордашка которого заставляла либидо рыжеволосой торжествовать не только от эстетического удовольствия. Поигралась, и хватит. Пора вернуться к плану и вершить правосудие над этой заносчивой «Королевкой». Для эффектности Зелина захватила чтимых семьёй фруктов — яблочек. Правда, зеленых, издёвки ради. Сестрёнка и знать не знает о своей сводной родственнице, эффект неожиданности точно должен выбить её из колеи. По крайней мере, весь план состоял в том, что Реджина вновь должна проникнуться несчастной историей своей внезапно найденной потеряшки, а когда Королева полностью ей доверится, Миллс старшая благополучненько вырвет брюнетке сердце и станцует на её могилке, попивая винцо. Подойдя к белому зданию, Зелина стёрла с лица самодовольную коварную улыбку и включила всё своё актерское мастерство на максимум. Стук в дверь. Итак, шоу начинается.

***

Реджина слышит, как постучали в дверь, и обреченно вздыхает. Ей совсем не хотелось прерывать семейный вечер. — Иди открой, может что-то важное? — повернувшись к Реджине, прошептала Эмма и вернулась к просмотру фильма. — Если это твоя мать, я действительно убью ее, — Реджина выдохнула и нехотя встала. — Хорошо, — ответила Эмма. Пройдя к двери, она потянула ручку вниз. Увидев перед собой незнакомку, Реджина чуть напряглась. — Чем могу помочь? — спросила Миллс, но была прервана в тот момент, когда эта рыжая бестия шагнула в дом без предупреждения и разрешения. Миллс вздернула бровь. — Привет, меня зовут Зелина и я твоя сестра! — с ложной жизнерадостностью и натянутой улыбкой поприветствовала она Реджину. — Женщина, в какой палате вы обитали? — доставая телефон из кармана, спросила Реджина. Зелина закатила глаза и выхватила мобильник из рук Миллс. — Я не сумасшедшая, идиотка ты эдакая, — раздраженно прошипела Зелина, забывая, что должна быть миленькой с Реджиной. — Реджина? Кто там? — послышался голос Эммы и Миллс закусила щеку изнутри. — Оу, — брови Зелины взметнулись вверх, а губы растянулись в понимающей улыбке, — я помешала, извини, — она взмахнула ладонью, и в её руке появился листочек с номером, — позвони, как будешь свободна, познакомимся поближе, сестренка. На этом она исчезла в клубах зеленого дыма. С минуту постояв в прихожей, Реджина направилась к гостиной и, сделав пасс рукой, закрыла входную дверь. Присев рядом с Эммой, Реджина никак не могла сосредоточиться на дальнейшем просмотре фильма. — И что это только что было? — спросила Миллс, глядя в пустоту. — А у тебя точно не может быть сестры? — начала Свон, рассуждая. — Сводной какой-нибудь или двоюродной? Сомнительная дамочка, я бы ей не доверяла, — Эмма хрустела попкорном. — Ты же шериф, верно? Найди о ней информацию. — Ээ, да… Но. Вряд ли в базе будут какие-то упоминания сказочных ведьм, понимаешь? — нашла отговорку блондинка, и Реджина посмотрела на нее укорительным взглядом. — Ладно-ладно, посмотрю я, — она грузно вздохнула. — Так ты позвонишь ей? — Она использует магию… Конечно позвоню, многовато ведьм на один город, — ревнующе хмыкнула брюнетка. — Только не нервничай, — Эмма обняла Миллс за плечи, — если что, я могу пойти с тобой. — Не надо, — резко ответила брюнетка. — Это семейное дело. Эмма поджала губы и тихо вздохнула, отпуская женщину из объятий. — Я пойду спать, — встала Реджина с дивана и направилась к лестнице. — Л-ладно, — тихо произнесла Свон брюнетке вслед. Эмма не знала, можно ли ей остаться с Реджиной на ночь, да и лишних волнений от родителей «где ты была всю ночь?», «с тобой всё хорошо?» не хотелось. Поэтому Свон мягко потрепала макушку сидящего в наушниках Генри на прощание и направилась в сторону дома.

***

Эмма шла по тихой улице в каком-то подозрительном умиротворении. Да, может Сторибрук и маленький город, но и тут бывает шумно по ночам. Особенно это замечает шериф. Но именно этим вечером на улице щебетали птицы, а не пьянчуги из открытых люков. Втянув воздух в лёгкие, Эмма осмотрелась. Небо ещё не потемнело так сильно, как ночью. Там, где недавно было солнце, словно красками были разбросаны цвета: оранжевый, красный, розовый, переходящий в красивый фиолетовый. Идеально. — Эй, ты чего тут? — Эмма вздрогнула от неожиданности. Громкий и высокий голос Снежки контрастировал со спокойным Сторибруком. — Иду домой, — наконец ответила Эмма. Мать взяла её под руку и они вместе направились к квартире Прекрасных. — Откуда? — можно было подумать, что Снежка устраивала допрос, но Эмма знала, что это простое проявление заботы. Она долго к этому не могла привыкнуть, а теперь не понимала, как жила до этого. — Была у Реджины, — просто ответила Свон, — а ты откуда? — Чутка задержалась в школе, ничего важного… — на улыбке произнесла Снежка, она положила голову на плечо Эммы и крепче обняла руку. — Понятно.

***

В тихом особняке, каждый в своей кровати, лежали два несколько потерянных человека. Генри не знал, что на самом деле думает по поводу отношений его мам. Он знал, что точно не был против, но боялся издевок в школе. Кому, как ни ему знать, что дети бывают очень жестокими. Он надеялся, что у других появится если не уважение, то хотя бы страх. Все же он из семьи героев. Отныне и навсегда, Реджина в их числе, и он не собирался это обсуждать, если кто-то решится поспорить. Она - его мать, он её любит и будет защищать. А чуть дальше по коридору, уже не столь одинокая Реджина определённо ощущала радость от ворвавшейся в её жизнь любви. Но и внезапное предчувствие опасности, немного подкашивало Миллс. Её вдруг объявившаяся сестра не внушала доверия, и пока Реджина не разберется, что нужно ведьме, она не успокоится.