руки на шее

      Беатрикс касалась нежно — едва задевая кожу, покрытую мурашками из-за нарастающего внизу живота напряжения. ее движения были настолько естественными, что не вызывали абсолютно никакого ощущения скованности. Блум вздрагивала, чувствуя, как рука Беатрикс скользила по ее шее, дотрагиваясь лишь подушечками пальцев. сердце начало бешено стучать, когда девушка надавила чуть сильнее. Питерс приоткрыла рот, сдавленно выталкивая воздух из легких. она пыталась не сойти с ума. потому что быть рядом с Беатрикс чистой воды безумие.       Блум не помнила, когда и с чего все это началось. она знала только то, что ей это нравилось. в комнате Питерс медь смешалась с черной сажей бескрайнего космоса, пока солнце, просачиваясь сквозь неплотно задернутые шторы, оставляло разводы на паркете.       Беатрикс сидела сверху, больно сдавливая коленями бедра Блум, из-за чего той приходилось постоянно ерзать, пытаясь устроиться поудобнее. девушка лишь усмехалась, наблюдая за тем, как Питерс пыталась двинуться. время тянулось медленно — словно вязкая суспензия просачивалось сквозь тонкие пальцы. Питерс смотрела на все словно сквозь дымку, молочную пленку, затуманенным взглядом цепляясь за надменный взгляд Беатрикс. девушка дернула бедрами вперед, выгибаясь дугой, и медленно — словно действительно хотела свести Блум с ума — вернулась в прежнее положение. даже сквозь ткань одежды чувствовала тепло, импульсами разливающееся под кожей. Питерс запрокинула голову, сдавленно простонав — голос рассыпался, дрожал, разливался серебряными волнами, приятно лаская слух. Беатрикс рукой скользнула по шее девушки вверх, очерчивая незамысловатые узоры на усыпанном веснушками полотне, и коснулась указательным пальцем нижней губы Блум. — ты снова с ним разговаривала, — с несвойственной ей обидой проговорила Беатрикс, наклоняя голову. она сузила глаза, напрягая скулы, и тихо цыкнула. — мне не нравится то, как он на тебя смотрит. — он мой друг, — Блум почувствовала, как Беатрикс сильнее сдавила ее шею. сердцебиение девушки ускорилось. — мне уже нельзя иметь друзей? — можно, — Беатрикс медленно наклонилась к Питерс, заглядывая той прямо в глаза. Блум тонула, задыхалась и не могла спастись. черная бездна затягивала ее, оседая пеплом на потрескавшихся губах. она резко схватила Беатрикс за запястье, чуть сдавливая его, будто бы умоляя ослабить хватку. — но не таких, которые буквально раздевают тебя взглядом, — уголок ее губ дрогнул.       они не встречались. и никогда, скорее всего, не стали бы. потому что Беатрикс была совсем не из таких девушек. она ценила свободу, ценила личное пространство. но, почему-то, уже неделю не спала с другими, предпочитая «снимать напряжение» с Блум. это и есть любовь?       Беатрикс ненавидела говорить о своих «чувствах, эмоциях и прочей слащавой ерунде.» она просто не видела в этом никакого смысла. зачем ей объясняться перед человеком, если она просто может находиться с ним рядом? этого недостаточно? — аккуратнее подбирай слова, — Блум улыбнулась, почувствовав, как хватка девушки ослабла. ее грудная клетка вздымалась в такт сердцебиению. — иначе я подумаю, что ты ревнуешь, — шепотом проговорила Питерс, в очередной раз пытаясь выбраться из-под Беатрикс. девушка неловко дернула головой.       Блум не считала это чем-то серьезным. она не могла испытывать привязанность к такой, как Беатрикс. но, почему-то, уже неделю не могла смотреть ни на кого кроме нее.       Питерс облизнула губы, приподнимаясь на локтях. но Беатрикс грубо толкнула ее ладонью в грудь, из-за чего девушка удивленно распахнула глаза, коснувшись затылком подушки. Беа резко схватила руки Питрес, крепко сжимая ее запястье, и дернула вверх. Блум испуганно вздрогнула, рваные вздохи все чаще вырывались из ее грудной клетки. вокруг все замерло, остановилось, перестало существовать. перестало иметь какой-либо смысл. Беатрикс занесла запястья Питерс над ее головой и цепко сжала их одной рукой, хитро улыбнувшись. Блум сглотнула. — может, — Беатрикс приблизилась к самым губам Блум, медленно наклоняя голову. — и ревную, — она медленно провела языком по нижней губе девушки, заставляя ту чуть приоткрыть рот, и усмехнулась.       Беатрикс чувствовала как трясется Питерс, то и дело вздрагивая от ее прикосновений, чувствовала, как жадно Блум впивается ей в губы, чувствовала, что задыхается. кислота проникала в легкие, царапала изнутри, заставляя прерывать поцелуй лишь для того, чтобы перевести дыхание. Беатрикс свободной рукой коснулась края футболки Питерс, медленно приподнимая ее, словно специально задевая разгоряченное тело Блум. она отпустила запястья девушки, рывком стягивая с нее одежду, и снова жадно коснулась покрасневших губ. желание разрывало грудную клетку, ломало ребра в щепки, царапало легкие языками пламени. Беатрикс издала тихий стон, запуская пальцы в волосы Блум, чуть сдавливая их и пытаясь прижать девушку к себе как можно ближе. до самой души.       чтобы касаться только ее.       жадно.       пьяно.       не желая останавливаться.       Беатрикс медленно отстранилась, немного дернула бедрами, спускаясь ниже, и мягко дотронулась губами до шеи девушки, оставляя влажный след на ее коже. Блум вздрогнула, словно сквозь нее прошел электрический разряд, и широко распахнула глаза. ресницы дрожали от каждого вздоха, и воздух — жидкая магма — сгущался, с трудом проникая в легкие. Беатрикс языком провела от ключицы девушки до мочки уха, шумно выдохнула, пытаясь справиться с нарастающим возбуждением — она хотела растянуть удовольствие, однако сдерживаться становилось все сложнее. рваные стоны Блум приятно ласкали слух, рисуя инициалы глубоко под ребрами. Беатрикс ценила свободу, но это — зависимость.       яд, растекающийся по венам.       девушка обеими руками дотронулась до пояса джинс Блум, медленно провела по коже ремня, на ощупь пытаясь найти застежку. металл неприятной прохладой обжег кожу. — что ты хочешь? — едва соприкасаясь губами с мочкой уха Блум, спросила Беатрикс, пытаясь придать своему голосу твердость (он предательски дрожал, моросью оседая на запотевшем окне.) — тебя, — на выдохе произнесла Питерс, впиваясь ногтями в простыню. лед мешался с пламенем.       металлическая пряжка ремня издала тихий звон, отлетев куда-то в сторону — Беатрикс была готова разорвать одежду на Блум в клочья. в мелкие лоскутки. она приподнялась, чтобы без препятствий снять джинсы, они остались мятой тканью где-то в районе колен. тело Блум окутала приятная прохлада. она опустилась чуть ниже, затылком упираясь в изголовье кровати, и прогнулась в пояснице. Беатрикс медленно отодвинулась, осматривая Блум, словно сканируя, анализируя — считывая каждый шрамик на ее теле, каждую родинку. она закусила губу, медленно нагнулась, упершись руками в кровать — матрас издал тихий скрип — и резко дернулась вперед, коленом едва коснувшись промежностей Питерс. перед глазами Блум вспыхнули искры. она глубоко вздохнула, почувствовав, как в альвеолах разливается теплая патока. Питерс резко приподнялась, обеими руками притягивая к себе Беатрикс и вздрогнула, почувствовав холодные пальцы на внутренней стороне бедра.       Блум не могла двинуться.       Беатрикс медленно скользнула по краю кружева, останавливаясь — специально. она дразнила Блум, улыбаясь прямо той в губы. все тело Питерс ныло от ожидания. Блум запустила руку в густые волосы Беатрикс, притягивая ту еще ближе. чувствуя каждой клеточкой кожи тепло девушки. стон рвал глотку, застревая в горле, царапая острыми шипами. Беатрикс коснулась возбужденной плоти, медленно провела указательным пальцем вверх, заставляя Блум сильнее прогнуться в спине. если это болезнь, то она больна.       Блум немного отстранилась, пытаясь отдышаться, и уткнулась носом в шею девушки напротив. Беатрикс медленно ввела один палец, тут же остановилась, давая Питерс возможность привыкнуть.       в голове Блум — туман. она слышала только стук собственного сердца, пока Беатрикс что-то сладко шептала, касаясь ее уха и путаясь в огненных волосах. тело девушки окутала мелкая дрожь, когда она почувствовала, как Беатрикс начала двигаться внутри нее. рваные стоны заполнили всю комнату, и Блум, напрягаясь всем телом, пыталась справиться с рвущими сердце чувствами. мышцы окутал жар — словно горячий металл тонкой пленкой покрыл все ее тело, обжигая сильнее любого огня. словно Блум целиком состояла из пламени. Беатрикс глубже ввела пальцы, второй рукой поправив рыжие волосы, оголяя шею девушки. Питерс напрягла бедра, подаваясь вперед, содрогаясь каждой частичкой своего тела. она громко вскрикнула, почувствовав неприятную пульсацию в районе шеи. через секунду с губ девушки сорвался громкий стон.       Блум сглотнула, пытаясь отдышаться. Беатрикс хищно улыбнулась, коснувшись пальцем покрасневшего засоса на шее девушки. — теперь он не будет на тебя так смотреть.