Без тебя так холодно

— Эй, Потти, у тебя замёрзли щёчки? — усмехнувшись, бросил Драко, а Паркинсон с Забини залились смехом. Однако Гарри смешно не было. Рядом идущая Гермиона сочувственно посмотрела, приобняв друга за плечи. — Иди ты, Малфой, — наконец ответил брюнет, показав непристойный знак рукой. Это был жест магглов, но Малфой который всё время задирал Гарри, уже знал этот жест и лишь просвистел, отвернувшись. — Вам нужно поговорить, — опустив плечи, начала Грейнджер, остановившись в гостиной Гриффиндора. — Ни за что, никогда. С ним не поговорить нормально, — начал отнекиваться Поттер, садясь в кресло. — Если ты захочешь, то поговоришь. На тебя смотреть невозможно, ты похож на сосульку, — прикусив губу, подруга села рядом. — Герм, я обойдусь без твоих советов, мы уже проходили это, не хочет — не будем. Что изменится? Ясно же что это не взаимно, — шмыгнув носом, парень садится ближе к камину, выставляя руки вперёд. — Ты многое не знаешь, вам нужно поговорить. Он должен сам тебе сказать, что ты ему нравишься, может это так и есть! Не будь упёртым, — строго говорит Гермиона, слыша в ответ лишь тресканье поленьев и сбитое дыхание друга. — Игнорируешь? Вот и сиди тут один! — обиженно бормочет девушка и, гневно размахивая руками, уходит к спальням. Её характер иногда напоминал Малфоя, местами вспыльчивый, занудный и хитрый. Ещё умный! Она очень умная, а хорёк хорошо разбирается в зельях и вообще учится неплохо. По внешности они очень отличаются, это очевидно. Коричневые длинные кудри и белоснежные уложенные, подобно снегу, волосы. А глаза у Гермионы карие, цвета горького шоколада, у Малфоя они серые… на тон темнее волос. Как застывшее озеро, наверное поэтому от них так сложно оторваться, ведь из подо льда выбраться затруднительно. Так надоело всё время думать о нём, а как не думать? О Драко хотелось думать, Драко хотелось. И вообще, почему Гарри сейчас их сравнивает? Как можно сравнивать лучшую подругу и парня, который нравится? Вот именно — никак. Каждый из них для тебя уникальный, но почему от этой мысли так больно? Ведь лучшая подруга будет рядом всегда, а парень — не факт. Никогда нельзя знать заранее, что это взаимно, да и с дружбой также… Мысли становятся уже слишком спутанными, связанные силком в узел. Это давно уже понятно, что Поттер сам застрял в своих мыслях, днях и рассуждениях. Дверь в гостиную плавно со скрипом открывается, всё ещё слышен недовольный бубнёж полной дамы, по поводу того что студенты возвращаются в столь поздний час, а Гарри который сидел, прижав колени к груди, поворачивается, оглядывая вошедшего. Из-за тени лица не видно, но белая чёлка, спадавшая на лицо, явно дала понять, кто перед ним. — Кто тебе дал пароль? — прикусив губу, спросил Поттер, снова разглядывая огоньки в камине. — Не думаю, что у этого человека был выбор, но это не важно, — узнавая ухмылку Малфоя, Гарри даже не оборачивается, обречённо вздыхая. — Ладно, Малфой, что тебе нужно? — отчеканивает Гарри, явно давая понять, что «гостю» тут не рады. Хотя он был рад, что тот пришёл. — Я не могу так, — Гарри чувствует недолгие шаги и молчит, когда к его спине прислоняется чужая. Согревая всё тело, по которому растекалась приятная карамельная теплота. — Что ты имеешь ввиду…? — спустя секунд тридцать наконец может спросить Поттер и убирает свои руки от огня. Ответа не следует, лишь теплая рука, которая сжимает холодную ладонь Поттера, что заставляет его замереть. Драко знал, что не умеет говорить о своих чувствах, как-то на словах передать их сложно. Но всегда, то что чувствуешь можно передать, показать действиями или поступками. Именно так он и думал. — Я не могу это сказать, ты и сам знаешь, — находя вторую руку в темноте, Малфой её сжимает, судорожно выдыхая. — Но я мог бы попробовать показать тебе, что я к тебе чувствую и что имею ввиду, — на последнем слове голос блондина дрогнул, и Гарри сжал губы. — А тебе это надо? — шмыгая носом, спрашивает Поттер, думая над тем, чтобы это не было очередной глупой шуткой Слизеринцев. Ведь нет? — Ты не представляешь, как сильно надо, — Драко закрывает глаза, поглаживая указательным пальцем запястье брюнета. Он не видит его выражения лица, не видит, как тот реагирует, но какое-то чувство не покидает его. — Слушай, я… Если ты, — аккуратно касаясь свободной рукой плеча Поттера, сероглазый разворачивает недруга к себе без явного сопротивления. — Я не мог сказать тебе, всё было очень сложно, прости, — смотря прямо в глаза предмету своего воздыхания, Драко выдыхает, переложив руку ему на шею. Поттер сдаётся первым, сокращая расстояние между ними, парень аккуратно дотрагивается до затылка пальцами, притягивая Драко ближе к себе. — Долго будем в гляделки играть? — спрашивает Гарри, когда Малфой наконец окончательно разрывает расстояние между ними, впиваясь своими губами в дрожащие холодные губы со вкусом корицы. Приятная нега растягивается внизу живота, когда воздух заканчивается, и поцелуй приходится прекратить. Оба парня ложатся на ковер, просто смотря друг на друга. — Ты согрелся? — прикусив губу, спрашивает Малфой, переворачиваясь со спины и нависая над Гарри. И в правду, щёки залило краской, теперь уже не от холода, а от слов. Губы не дрожат после прикосновения других губ на них. Руки перестали трястись, когда Поттер, не разрывая поцелуй, сцепил их за шеей блондина, только бы не упасть. Хоть бы дойти на ватных ногах до комнаты Малфоя. Одно из преимуществ звания старосты — отдельная комната. Протяжные вздохи, стоны боли и наслаждения на всю комнату. Заглушающее заклинание помогало. А позже мирное посапывание двух парней, и тихое бормотание во сне «мне жарко…»